Немерено

Первая встреча.

3/3

Кащей. Регине недавно только восемнадцать исполнилось, а на её хрупкие плечи уже слегла забота о младшем брате. Отец бросил их, когда родился Степа — решил, что такая жизнь ему не по вкусу, мол, погулять ещё хочет, а эта семейная рутина тяготит и мешает. Тогда они остались без главного кормильца и защитника. Мать начала медленно спиваться от горя и от одиночества, совсем забывая о своих детях, утопая в алкоголе. Тогда ей пришлось брать все на себя: роль кормильца, матери и защитника… Со своей работой Регина первое время не замечала странного поведения младшего брата. Степа всегда был домашним ребёнком, учился хорошо и старался всегда помогать своей сестре. Как никак, он единственный мужчина в доме, должен помогать своей сестре. Но потом все пошло по наклонной, все стало ещё хуже: возвращаться стал поздно, появились странные друзья, оценки ухудшились, грубить стал часто. А самое ужасное в том, что он стал приходить весь побитый, а в доме стали пропадать деньги. Она стала бить тревогу. — Ты можешь уже объяснить что происходит? Тебя кто-то обижает? Ты только скажи, я разберусь, — Регина сразу напала на него с расспросами, когда тот переступил порог их квартиры. Опять побитый, помятый весь. Степан молчит, угрюмо взгляд отводит и пальто свое вешает. От весёлого, доброго мальчишки не осталось и следа. У неё сердце сжимается от этого, себя винит во всем этом. И отца винит, что бросил их, и мать, что забила на детей своих. — Ещё я буду бабе о проблемах говорить, — он хмыкает, мимо девушки проходит, плечом специально её задевает, — я пацан, а не чушпан какой-то. Боброва не в силах терпеть, гнев берет вверх над эмоциями, а волнение за брата подливает огонь. Она резко хватает его за ухо, да тянет посильнее. Степан жмурится от резкой боли, но молчит — не кричит, а губы сжимает плотно, терпит. — Ты когда таким смелым стал, а? Я недавно тебе сопли вытирала, а ты грубишь мне тут, — Регина сильнее ухо сжимает. Степан шипит, рукой за её плечо хватается, пытается отцепить от себя сестру, — Сейчас я отпускаю тебя и ты мне все рассказываешь. Кивни, если понял. И он кивает осторожно. Рассказывает все в деталях: то, как он в группировку попал, чтобы защиту получить, что случайно одному старшему из банды проиграл в карты и что теперь торчит ему огромную сумму. Регина молчит. Но точно решает не стоять в стороне. Она обязана защитить брата — это её прямая обязанность, как старшей сестры. Регина морщит нос от неприятного запаха дешёвого алкоголя. Хочется уйти из этой квартиры, захлопнуть дверь, убежать домой и забыть дорогу сюда. Но не может. Пути назад нет — она несёт бремя обещания данное брату. Слышит смех мужской и идёт на звук. Дверь аккуратно открывает, сразу взгляды чувствуя на себе. Неприятные, колкие. — Я сестра Боброва. Он вам денег должен. Ей страшно находиться здесь, неприятно ощущать их взгляды, чувствовать перегар. Но Регина стоит, гордо голову поднимает, да из сумки своей сто рублей вытаскивает, главарю протягивает. Кудрявый молчит и сигарету закуривает. Издевается. Он будто чувствует её страх и желание сбежать. И делает назло все медленно. — А про проценты не слыхала, красавица? — он усмехается криво, когда в голубых глазах смесь страха видит. Кащей вновь сигарету к губам подносит, молчит и Регину с ног до голову заинтересованным взглядом проводит. Хороша собой. Он руку поднимает, жестом руки к себе подзывает, — Ко мне поди. Она мнется, ком в горле нервно сглатывает, руки дрожащие за спиной прячет. Видно, что боится его. Но страх прячет, подходит осторожно. — Да не боись. Не укушу я тебя. Кащей руку к её шее поднимает, кончиками пальцев кожи нежной касается, а потом подвеску в руки берет, рассматривает. По телу мурашки идут, а её сердце громко стучит. И не от приятных ощущений это, а от дикого страха за свою невинность. Она не знала, что ожидать от него — эта неизвестность пугает. Да и его друзья пьяные тоже пугали не на шутку. — Красота, красота, — голос у него хриплый, обкуренный. И неизвестно что он комментирует: Регину или её подвеску на шее. Её в дрожь бросает, — И имя какое — Регина. Хорошая ты сеструха, Регинка, за своего брата на все готова. И в огонь, и в воду, как говорится? — Хотите подвеску отдам? — Она его будто не слышит, хочет побыстрее долг брата своего отдать и уйти отсюда. Регина слезы прячет, нервно пытается снять золотую подвеску со своей шее. Это последнее, что осталось от бабушки, единственная дорогая ей вещь, а она готова отдать её. Всё ради брата. Всё ради его безопасности. Кащей рукой показывает на дверь. Пацаны его без слов понимают, со стола водку берут и уходят, дверь закрывая. Теперь вдвоём остались. Она ему подвеску протягивает, а он за руку крепко хватает, силком на колени свои сажает. — Нахер мне подвеска твоя, Регинка? Она и рядом не стоит с долгом, — он рукой по её волосам проводит, в порядок приводит, открывая вид на лицо Регины. Глаза красные, опухли от слез. Кащей руку на её щеку кладёт, большим пальцем аккуратно стирает слезы. Делает вид, что утешает, а сам её в свои сети затягивает. — Ну, ну, Регинка, не плачь, ты же хорошенькая такая. Я помогу тебе, — улыбается, наклоняется к лицу Бобровой, осторожный и нежный поцелуй на её щеке оставляет. Она морщится от запаха алкоголя, но упорно молчит. Не хочет обрушать на себя гнев Кащея. Потом к уху её наклоняется, жарким дыханием опыляет и шепчет тихо, — Со мной ходить будешь и проблем не будет — все решу. Ты же, Регинка, умная девочка, да? Ради братца на все готова? Она кивает. Выбора у неё нет, он не спрашивает, а утверждает. У девушек в эти времена вообще выбора нет. Если её приметили — значит все, конец жизни спокойной. И Регинке тоже конец. Ералаш. Света — умный и добрый ребёнок. Всегда помогала своим родителям, была их гордостью и глотком свежего воздуха. Все ее любили она, ценили. И она тоже ценила людей вокруг себя: протягивала руку помощи тем, кто нуждался и выручала, когда кому-то нужна была поддержка, плечо для слез. Редко встретишь кого-то настолько светлого человека, как Света. В Казани уж точно. Утром ей мать сказала, что к ним гости приедет дядя по отцовской линии, нужно праздничный стол устроить. И её делами не обделили — в магазин послали. Света сразу после школы сходила в магазин, купила, что ей мама наказала и домой сразу поспешила. Хочет побыстрее домой вернуться, уроки сделать и с подружками выйти погулять. Идёт спокойно, не трогает никого. Но внезапно голоса и крики слышит, голову на странные звуки поворачивает и видит мальчика, который бежит от другого более крупного и грозного пацана. — А ну стой, урод, я тебя поймаю и ноги переломаю! — крупный пацан хватает более щуплого, маленького мальчика по сравнению с ним и кидает его на снег. На него садится и сразу же наносит удар за ударом. Ужасное зрелище. Света пугается, но и уйти не может, ноги будто не слушали её. Она боится, но стоит. Адреалин бушует в крови, она хватает снег — делает снежки. Ничего в голову не приходит, начинает кидать в того громилу. Это не причиняет ему боли, но отвлекает его от побоев мальчика. — Ты че, дрянь, совсем попутала? — он встаёт, шею разминает, а потом к ней идёт. Сразу видно, ужасный человек. Всех побьёт и не пожалеет. Света сжимается вся, сердце в груди стучит бешено. Пятится назад, дышит тяжело от напряжения, — Сейчас я тебе покажу как в дела пацанов бабе вмешиваться… Глаза закрывает руками, ожидает побои, но слышит только глухой удар. Медленно руки убирает и видит перед собой побитого мальчика — у него светлые волосы, лицо бледное, синяки, разбитая бровь. Евсеева не обращает внимание на тело громилы недалеко от неё. Парень улыбается, неловко затылок чешет. Миша с девочками не общался. Популярностью среди них не блестел, в ДК на дискотеке, когда медляк был всегда один с пацанами стоял у колонны. А тут Света, хорошенькая такая, добрая, не хватает нимба над головой. Она не пацан. Как с ней общаться и что говорить? Тут базар фильтровать надо. Не дай бог, бранное слово выскочит. Ей неприятно может быть это. — Ты в порядке? — спрашивает Ералаш, он мельком осматривает девочку перед собой и краснеет. Красивая очень. Волосы кудрявые, глаза карие большие, небольшой нос и губы пухлые. Немного стыдно ему было ей в глаза смотреть. Он, наверное, слабым ей показался. Да и стыдно ему, что девчонка помогла. Ералаш пацан, а тут ему, мягко говоря, девка какая-то помогает. Не по-пацански это. Неприятный осадок остался после этого. — Да! Испугалась немного, но ты успел вовремя. Ты мой герой! — Света улыбается, своего нового знакомого обнимает в знак своего спасения. Легкое обьятье — благодарность за спасение. Она почувствовала себя героиней какого-то романа, где была принцессой, которая попала в неприятность, а мальчик — это принц, который спас её. Миша стоит, не знает как реагировать на это: по сути именно Света ему помогла, а она его благодарит. Странная девчонка, ничего не скажешь. Он кивает неуверенно, но руку протягивает и говорит: — Я Миша. — А я Света, — девушка руку ему пожимает, да улыбается широко. Ей определённо понравилось это неожиданное знакомство с Мишей. Прям как в книге или фильме. Ералаш взгляд отводит, думает. Все таки решается и взгляд на Свету переводит. Та уже смотрит на него заинтересовано, голову в бок наклоняя. — Это… Тебе тоже спасибо. Выручила, — он замечает пакет у Светы, загорается идеей проводить её, узнать поближе, познакомиться. Миша подходит и пакет поднимает, — Я провожу тебя. Ну, в знак благодарности. — Не стоит так… — Стоит. Ты мне помогла. — Ну хорошо, герой.