Покоряя жизнь

За окном привычно щебечут птицы, а легкий летний ветерок колышет занавески, солнечные лучи украдкой проникают в комнату, скользя по деревянному полу, задевая книжную полку и старенькую кровать. Всё это напоминает сказку о Золушке. В лучах видны пылинки, что медленно оседают на ближайших поверхностях. Да, хозяин комнаты не часто наводит в ней порядок, сколько бы родная матушка не подгоняла. Летняя пора была самой любимой у юноши. В эти дни хотелось делать всё и сразу, забывая об учебе и домашних заданиях, которые парень не очень-то любил. Зато любил кое-что другое, что давно поселилось у него в сердце, наверное, с самого рождения. — Чимин-а! — звонкий голос матери заставляет юношу открыть глаза и широко зевнуть. Парень лениво принимает сидячее положение и трет сонные глаза. Ему снилось… такое снилось! Но матушка как обычно прервала его сказку. Чимин тяжело вздыхает и всё-таки сползает с любимой кровати. Сразу же идет в баню умываться, иначе мать не одобрит. Плеснув себе воды в лицо, юноша полностью согнал сонную негу. Парень, уже в более добром расположении духа, заканчивает утренние процедуры и идет в столовую, где с самого утра хозяйничает матушка. — Доброе утро, — щебечет Чимин и коротко целует женщину в щёку. — Садись, я только хлеб испекла, и возьми молоко на столе, — Чимин на это только глаза закатывает. Время идет, а ничего не меняется, он уже может в голос с матерью ее фразы говорить. Как и наказала матушка, юноша взял глиняный графин с молоком и отлил немного себе в чашу, вернув посудину на место. Парень привык так жить. Ему это нравится. Пак Чимин — обычный деревенский парниша, знает как доить коров и коз, знает когда в лес по дрова идти, знает как дыру в крыше заделать, да и, впрочем, много чего знает. Вот только, сердце его лишь одним горит. — Я пойду потом погуляю, к ужину вернусь! — смело заявляет парень, зная, что мать его не удержит. Хотя она никогда этого и не делала. — Знаю я твои гулянки. Что б целый и невредимый вернулся, понял? Иначе больше не пущу, — строго говорит женщина, а Чимин хихикает тихонько. Матушка на самом деле не строгая нисколько, просто за ребенка единственного переживает. Кто ж потом все дела по дому делать будет? — Хорошо, матушка! — весело отвечает Чимин и доедает свою порцию свежего хлеба. Погода как всегда солнечная и теплая. Дожди были на прошлой неделе, а к этой всё уже успело высохнуть, так что для прогулки самое время. Чимин допивает молоко и оставляя чашу матери выбегает из дома. Парень вдыхает свежий воздух, чуя как трава зеленая колышется, задевая ноги. Чимин резво, почти в припрыжку ступает в давно изученном направлении, на одну любимую полянку. Когда остается лишь повернуть, юноша свистит любимую мелодию, а в ответ сразу же слышит не менее любимое ржание. Улыбка тут же озаряет лицо, ведь его ждут. Чимин дергается с места и бежит. По пути, парень снимает свои потрепаные жизнью ботиночки, и бежит на встречу к ней. Откидывая ботиночки в сторону, парень подбегает к лошади и крепко обнимает ту за шею. Лошадь фыркает и мордой обнимает в ответ. — Привет, моя хорошая, — шепчет юноша, словно его может кто-то услышать, — привет моя любимая, — парень отрывается и целует лошадь в нос, — Гея, как ты? — поглаживая животное по массивной шее, спрашивает Чимин. Конечно, лошадь не отвечает, но юноша давно научился читать всё по её прекрасным голубым глазам, — Я по тебе так соскучился! — и вновь обнимает. — Кого я вижу! — доносится неподалеку хриплый голос, и Чимин обращает на него свое внимание. — Дядя! — парень широко улыбается и задрав руку повыше, машет мужчине. — Мой любимый целер, как ты парниш? — мужчина подходит ближе и треплет Чимина по рыжим прядям, что мило торчат в стороны. — Я хорошо, а как вы дядя? — Чимину нравился этот мужчина, в каком-то смысле, он заменял ему отца, так как парнишку знал ещё с пеленок. Да и как его не знать? Вся деревня шепталась в тот день, мол у Суён рыжий мальчик родился, такое в их деревушке в новинку было. — Сносно, Чимин-а, — с улыбкой отвечает Чанёль, — ты снова к Гее пришел? — Я по ней соску-у-учился, — тянет юноша. — Два дня кобылу не видел, а уже заскучал! Ну ты даёшь, малец. — Что поделать, — Чимин пожимает плечами, — я ее ужас как люблю, — в доказательство, парень прижимается к лошади, и та, отрываясь от сочной травы, тычется носом в живот юноши. — Ты ее ещё жеребенком знал, она к тебе привыкла, и только тебя себе на спину пускает, — говорит мужчина и садится на траву, Чимин делает то же самое. — Вы хотите мне что-то сказать, да? — Чимин видит это, и хочет услышать. Чанёль мнётся немного, а потом вздыхает и всё-таки говорит. — Ты часто спрашивал у меня, откуда Гея взялась, ведь её не было, — начинает мужчина, срывая белый цветочек, — это лошадь не моя, а сына моего, — Чимин делает губы буквой «о», ведь раньше не знал об этом, — Купил ее у товарища, хотел с собой забрать, но в итоге на меня повесил, — мужчина поднимает цветок на уровне своего лица и рассматривает внимательно, — думал, зарежу ее, — парень непроизвольно ахает, заламывая брови, — но потом, увидел как ты с ней играешь на лугу. Я увидел в тебе своего сына. — Он тоже любит лошадей? — удивленно смотрит юноша. — Любит, он жокей, — грустно говорит мужчина, — точнее был, — добавляет он. — Что-то случилось? — Я не буду рассказывать его секреты, — Чанёль улыбается по-доброму и продолжает, — увидел тебя с Геей, и понял, что вы предназначены друг для друга, потому что не человек лошадь выбирает, а лошадь человека, — словно народную мудрость, говорит мужчина, — Гея тебя выбрала, своим другом, своим целером, своим маленьким миром. — К чему вы клоните? — чуть склонив голову в бок спрашивает парень. — Я пытался на нее деревенских парниш садить, а она брыкалась, да на дыбы вставала, убегала от меня, — мужчина поднес руку с цветком к голове Чимина, и аккуратно вставил маленькое растение в волосы парня, — Гея тебя выбрала, и не даст никому больше сесть на нее. Моя кончина не избежна, Чимин-и, я хочу, чтобы ты за ней потом приглядывал. — А как же ваш сын? Это же его кобылка, — грустно произносит юноша, теребя пальцами края своей рубахи. — Сын как девять лет назад привез ее ко мне, так и не приезжал больше, — Чанёль в даль смотрит, а глаза стеклянные, заплачет вот-вот, но быстро смаргивает их, — Пообещай мне, что не бросишь Гею на произвол судьбы, хорошо? — Я сделаю всё, что в моих силах, дядя. — Хорошо, а теперь запрыгивай и скачи, покоряя жизнь, — мужчина улыбается и из-за спины подаёт парню веревку. Чимин подскакивает с места, с благодарностью берет веревку, привязывает её к недоздку, отцепляет карабин и с размаху прыгает на лошадь. Чанёль смотрит на юношу с гордостью и шлепает Гею по крупу, та ржет громко и рвется с места в скачь. Чимин улыбается широко, всем телом чувствует движение мышц лошади, ногами её крепко обнимает, а руки в стороны расправляет, так взглянешь, словно летит. Рубаха развивается на ветру, словно крылья отрастают. Глаза прикрыл, несутся они, попутно ветру, лошади доверяет, та никогда его не подведет. Чимин дышит полной грудью, свободу чувствует, в голове совсем мыслей нет никаких, лишь ветер. Прямо над ними, орел гордый парит, крылья свои массивные расправив, тенью движется за парой. Копыта траву под себя подминают, пламенные следы оставляя. Несется гордое животное по полю, грива развивается, а тело ветер огибает, принося приятную прохладу. Чимин глаза открывает, а впереди бескрайние поля, скачи хоть всю жизнь, конца не сыщешь. Парень за гриву одной рукой хватается, а вторую на шею кладёт, когда видит средней высоты забор. Приготавливается к прыжку. Сердце замирает, в момент, когда передние копыта от земли отрываются. Летит. Чимин чувствует, как летит, и время словно замирает, жизнь останавливается, а за спиной крылья распахиваются. Приземляются глухо, и Чимин за веревку берется, притормаживая Гею слегка, переводя на шаг. Кобыла фыркает, словно довольна пробежкой, дышит глубоко, сердце своё успокаивает и шагает медленно, но так грациозно. — Гея, ты прекрасна, — говорит парень, поглаживая кобылу по шее, та в ответ фыркает, словно понимает юношу. Поля в их деревушке были бескрайними, что Чимину безумно нравилось. С самого детства он был дитём природы, любил босиком бегать по траве, постоянно на улице был, а как появилась Гея, он домой только ночевать приходил. Стоило Чимину увидеть маленького рыжего жеребенка, то сердце застучало быстрее, можно сказать, любовь с первого взгляда. С утра до вечера сидел на полянке с молодой кобылой, бегал, играл, даже учил её, вот и выросла красавица Гея, преданная парнише. Видит в нём не просто друга, а семью, любит его. Чимин совсем притормозил кобылу и спешился, ногами чувствуя траву мягкую, пальчики подгибает и глаза прикрывает. Юноша жизнь любит свою, души в ней не чает, живет отчаянно, не боясь ничего, летать пытается, жизнь ведь одна, нужно брать от нее всё. — Гея, — парень окликает кобылу и та к нему всем телом поворачивается, смотрит внимательно и ждёт, что же он хочет сказать ей, — потанцуем? — Чимин улыбается, и руку в присиде протягивает. На что кобыла головой машет. Юноша делает шуточный реверанс, а Гея ногу переставляет, скрещивая ту с другой. Парень встаёт слева рядом, плечом к плечу, и начинает идти в бок, переставляя ноги. Лошадь всё точь в точь повторяет, шагая боком. Чимин её обходить начинает, а Гея за ним крутится, движения повторяя. У Пака улыбка с лица ни на секундочку не сходит, он встаёт прямо перед Геей, и кланяется ей, на что кобыла подгибает переднюю ногу, и склоняется перед парнем, опуская морду вниз. — Благодарю, миледи, — смеётся Чимин, — давай ещё немного погуляем и вернемся, а то дядя волноваться будет, — юноша вновь запрыгивает на кобылу и осторожно надавливает на бока, направляет в нужную сторону.

🐎🐎🐎

Чанёль нарадоваться не может, когда видит, как малец летит. И правда, летит… Руки расправил, ничего не боится. Смотрит как на сына родного и улыбается так нежно. — Отец, — мужчина замер в мгновение. Поверить не может. Оборачивается медленно и видит его. Сын. — Сынок, — выдыхает Чанёль. — Здравствуй, — тот затылок неловко чешет, знает как это всё выглядит. Девять лет не появлялся. — Юнги, дорогой, как ты? — мужчина подходит совсем близко, лицо родное рассматривает, а потом обнимает. Крепко прижимает родного человека, чуть ли не плачет. — Со мной всё в порядке, отец, — отвечает парень, обнимая мужчину в ответ, — Лучше расскажи как ты? — Чанёль отпускает сына и присаживается на траву, хлопая по месту рядом с собой. Юнги без слов понимает и опускается рядом. — Живу сынок, доживаю свои годы, — медленно тянет мужчина, — Вот парниша один прибился ко мне, да к кобылке твоей. — Что? — Юнги хмурит брови, — Какой парниша? — Да вон же, в поле, — Чанёл пальцем на юношу показывает, что не стесняясь кидает вызов свободе. — Кто он? — Юнги впервые в своей практике такое видит. Парень руки в стороны расправил, словно парит, еще и без седла едет. Упасть же может. — Соседский паренек, Чимином зовут, — мужчина смотрит в даль, взглядом неразлучный дуэт провожает. — Почему он на моей лошади? — вдруг спрашивает Юнги. — А она уже не твоя сынок, — хрипло смеется мужчина, — по бумагам да, но душа ее у этого парниши в руках. Юнги совсем не понимает отца, взгляд снова в поле переводит, и видит чудо, не иначе. Забор высотой метра полтора, а кобыла над ним словно пролетает, юноша же спокойно сидит, голову к небу задрав. И правда, летят. У Юнги от этой картины сердце чуть быстрее забилось, он себя в молодости вспоминает, тоже грезил о таком, мечтал. Судьба ему шанс дала, но к сожалению, не долго счастье длилось. — Он кобылу твою ещё с детства облюбовал. Целыми днями с ней пропадал. И вот, посмотри, — Чанёл кивает на парнишку, — они не разлучны. — Что они делают? — Юнги в поле смотрит, парень на земле стоит, ходит что-то вокруг кобылы, а та словно танцует с ним, с ноги на ногу перепрыгивает, крутится, от юноши ни на шаг не отходит. — Они танцуют, — смеётся Чанёль, — я тоже когда в первый раз увидел, в недоумении был, а потом они прямо передо мной. Ох, Юнги, это так красиво, — восхищенно тянет мужчина. — Он так сильно привязался к ней? — уточняет Мин. — Не только юноша, но и сама кобыла. Ждёт его каждый день, любит. — Отец, я, — Юнги запинается. Он не знает как после увиденного, новость такую говорить. — Да? — Мин вздыхает. — В общем, я за лошадью приехал. — Что? — улыбка сразу исчезает с лица мужчины. — Чемпионат скоро, мне она нужна, — поджимая губы говорит Юнги, чувствуя свою вину. Чанёль не знает что на это ответить. Сын имеет полное право, но Чимин… Парнишка так счастлив с этой кобылой, он так ее любит, полжизни ей посвятил, а теперь может лишиться ее. — Сынок, я… — Мы уже тут! — Чимин прерывает мужчину и удивленно смотрит на гостя, — Ой, здравствуйте, — парень тут же спускается с лошади и тоже садится на траву. Гея не заставляет себя долго ждать и валится рядом с парнем, — устала моя хорошая, да? — юноша поглаживает кобылу по шее. — Чимин, это мой сын — Юнги, познакомься. — Здравствуйте! Я Пак Чимин! — парень весело улыбается и протягивает Мину руку. Тот ещё слегка поражен кобылой, что в след за парнем на траву легла, но руку пожимает. — Здравствуй, — загадочно произносит тот, не сводя глаз с мальчика. У того волосы огненные, словно пламя, глаза янтарные, светлые и яркие такие. Улыбается он широко, что и самому хочется. — Скажи это ему сам, — намекает Чанёль. — Эм, Чимин, — Юнги не знает как это мягко преподнести молодому парню, — в общем, прости, но мне нужно забрать мою кобылу. У Чимина тотчас улыбка пропадает. Он ушам своим не верит. Как он без Геи будет? Что же ему теперь летать? Гея одна на тысячу, нет, на миллион! — Но, как же так? — с хрипом выдыхает парень. — Через два месяца начинается чемпионат, — говорит Юнги, — мне нужна лошадь и всадник. — Но, вы же жокей, разве у вас нет лошади? — Чимин самолично готов ему новую лошадь найти. — Эм, я давно отошел от этого. Сейчас я тренер по конному спорту, в разных дисциплинах. У меня четверо учеников, и они все выступают, только не в конкуре, они записались на выездку и троеборье, — юноша глупо хлопает глазами, не понимая ни одного слова. — Но, Гея, она ведь… — парень не знает что сказать, он грустно смотрит на кобылу позади себя и не может поверить, что ее забирают. — Прости, — ещё раз говорит Юнги. — Сынок, — окликает Чанёль, — Гея не даст никому на себя сесть. — Ты на что намекаешь? — не понимает Юнги. — Она только Чимину позволяет, — мужчина подмигивает. — Ну нет, парень останется здесь, я его с собой не возьму! — тут же отвечает Мин, — Ему всего… сколько? Пятнадцать? — Вообще-то скоро восемнадцать, — бурчит Пак. — Отец, это чемпионат! Если я проиграю хоть в одной дисциплине, то мне не дадут повышенную квалификацию, — говорит Юнги, серьезно глядя на отца. — Юнги, эти двое — дуэт. Они словно душами срослись. Чимина немного подучить и он станет отличным наездником. — Ты понимаешь что говоришь? — не унимается Юнги, — Я не могу просто взять и забрать его. — А почему нет? — мужчина не перестаёт улыбаться, чем раздражает сына ещё больше. — Отец… — Юнги, эта лошадь скидывала всех ребят, которых я пытался на нее посадить. Она металась из стороны в сторону, когда по долгу не видела его, — Чанёль кивает на юношу, — даже если ты её заберешь, то она будет бесполезна в твоих руках, — Юнги на это тяжело вздыхает. Он категорически против того, чтобы этот парень ехал с ним в столицу. Это невообразимо! Деревенский парень на чемпионате, да Юнги же засмеют. Он столько лет упорно трудился, и всё для чего? Чтобы услышать, что его собственная лошадь, бестолковая игрушка без какого-то парниши? Фантастика. — Боже, — Мин потирает лицо руками, — жизнь меня доканает, — произносит он и смотрит на грустного Чимина, — ты сам-то хочешь поехать? Или просто не хочешь, чтобы я кобылу увозил? — решает спросить Юнги. — Я, — Чимин задумывается. Ему не раз снились сны, где он держит в руках кубок, золотой, лентой перевязанный, а рядом Гея. Правда парень совсем ничего об этом не знает, но так ли это важно, раз у него будет тренер, который сможет обучить всему что знает сам? Чимин решает, что нет, — да, я хочу поехать, — без сомнений отвечает юноша. — Ладно, — сдаётся Юнги, — выезжаем завтра на рассвете, к вечеру должны добраться. — Ура! — кричит Чимин. Вот только, мать то его, никуда не отпускала.