Фантазия третьего курса

Малфой летел по коридору Хогвартса, ничего не видя на своем пути. Вдруг, он врезался во что — то теплое. — Малфой, куда ты так спешишь? — насмешливый голос Поттера. О Мэрлин. Он такой большой, красивый и сексуальный. Драко хотел его с третьего курса, каждую ночь все фантазии и первая дрочка были посвещены этому золотому мальчику, за которым бегало пол Хогвартса. — Я. Я уже ухожу. — голос парня был сбивчивым, язык заплетался при виде Гарри, нагло облизывающего своего губы. Вдруг, парень схватил его, и дернул в открытый пустой кабинет, находившийся рядом. — А ты знал что я врожденный легилемент? — рыкнул Поттер, наваливаясь всем телом на покрасневшего Драко. — Нет, нет, я пойду. — Малфой дрожал всем телом, от хриплого голоса Гарри. — Теперь ты никуда не уйдешь. Я мечтал об этом с четвертого курса! Ты мой. И об этом знает каждая девушка Хога! От таких слов Малфой возбудился не меньше, чем от их непосредственной близости. Рука Поттера, с длинными пальцами, потянулась к его ремню, аккуратно расстегивая его. Драко не выдержав этой сладкой пытки, застонал. — Какой ты податливый, Малфой. — Гарри уже перешел к рубашке, нежно расстегивая каждую пуговицу, оглаживая грудь. Драко остался в одних трусах, перед полностью одетым Поттером. Мерлин, было так стыдно, и. и. возбуждающе?! — Исправь то, что я до сех пор одет, — властный голос Гарри не заставил долго ждать, и Малфой начал расстегивать его ширинку. Поттер тем временем стянул с него трусы и стал любоваться его красным, набухшим членом. Покончив с одеждой парня, Драко потупив взгляд, промямлил: — Я. я. я еще ни разу., — но его грубо оборвали. — Смотри мне в глаза, когда говоришь! — полностью голый Поттер близился к нему, поглаживая его пенис. — Я девственник, — подняв глаза, прошептал Малфой. — Вау, — только и смог выговорить Поттер, — тогда, делай то, что я скажу. Гарри достал из сумки черную повязку, надел ее на слегка сопротивояющегося парня. — Доверься. — прошептал Поттер у шеи Драко, и с члена второго потекла смазка. Поттер повел Малфоя, и уложил на парту, задницей вверх. С завязанными глазами Драко не мог понять того, что происходит, ему было страшно и в то же время это его сильно возбуждало. Это же его фантазии с третьего курса! Поттер свистнул чем то в воздухе, и Малфой понял что он привязан к столу. Гарри начал нежно оглаживать половинки задницы Драко, от чего тот стонал и извивался. — Ты был плохим мальчиком? — шлепнув Малфоя по попе, спросил Поттер. — Даа, — хотя Драко и не знал где провинился, он был согласен быть кем угодно для Гарри. — Тогда я тебя высеку, — победно заявил Поттер, и трансфигурировал свою палочку в розгу. Малфой сжал ягодицы, в ожидании болезненного удара, но вместо этого почувствовал только поглаживания Гарри. — Только самые плохие мальчики напрягают попку. Расслабься! С трудом, Малфой расслабил задницу, но удара не последовало. Вместо этого Поттер стал оглаживать его попу, постпенно подбираясь к входу. — Расслабься, — повторил тот нежнее, и ввел первый палец. Драко изогнулся и застонал. — Ты такой узкий, — хрипло произнёс Гарри, и дав привыкнуть, стал вводить второй палец. Малфой закричал. Ему было больно, но в тоже время хотелось больше. Гораздо больше. — Тшш, ты же не хочешь чтобы нас услышали? — прошептал Поттер ему на ухо, и Драко снова застонал, не в силах себя сдерживать. Гарри резко вынул пальцы из его дырочки, что заставило Малфоя почувствовать себя сильно пустым. Гарри отошёл куда — то, и вернулся, держа в руках корень имбиря. — Приготовься. — сказал Поттер, и ввел имбирь в его вход. Сначала, Драко ничего не почувствовал, но вскоре, внутри начало довольно ощутимо щипать, и парень тихноько застонал. Ему почему — то захотелось чтобы кто — то вошел и понял, что он целиком и полностью принадлежит Поттеру. Захотелось орать об этом на всю школу, заявив на Гарри свои права. Вдруг, на его ягодицы обрушился первый сокрушительный удар. Малфой резко выдохнул. Это была его первая порка в жизни. — Считай! — властно скомандовал Поттер. — О. Один. — несмело сказал Драко. Куда делся тот самодовольный парень, унижающий всех и вся?! Он растаял в руках этого прекрасного гриффиндорского ловца — актива. Вдруг, к его рубцу на ягодице прикоснулось что-то влажное. Это было настолько приятно, что Малфой снова непроизвольно застонал. Он был готов терпеть хоть сотню ударов, лишь бы после них следовал язык Поттера. Резко отстранившись, Гарри снова ударил. Длинная розга резко рассекла воздух, оставив след так, чтобы получился крест. Драко вскрикнул и попробовал сжать ягодицы, чтобы устранить жгучую боль, но сок имбиря втек в его дырочку, сделав еще больнее. — Два. — уже смелее сказал парень и приготовился к следующему удару, который не заставил себя долго ждать. Свист. Удар. Крик. — Три. — попа слизеринского ловца была уже нежно — розовой, с темными, выделяющимися полосами. В уголках глаз стали собираться слезы. Он и представить не мог что это так больно! Новый удар отвлек его от размышлений. Удар пришелся на бедра, и гордый Драко Люциус Малфой расплакался, как пятилетний ребенок. — Ч. ч. четыре. С его глаз слетела повязка, а веревки отпали. Как бы Поттер не хотел выпороть Драко до конца, он не хотел причинять сильную боль любимому, понимая что это его первая порка. Ласково поцеловав след от розги на заднице Малфоя, Гарри с удивлением заметил что его ноги задергались и тот кончил. — Годрик, какой ты ахуенный. — только и смог вымолвить Поттер. Драко стал не менее красным чем его попа, от похвалы такого прекрасного парня. Увидев что Гарри до сех пор не кончил, Малфой аккуратно облизнул головку его члена. На вкус она была такая, как он и представлял, слегка солоноватая. Это самое вкусное что он пробовал! Поттеру ничего не оставалось, кроме как стонать, но, когда он понял что до разрядки недолго, стал насаживать голову Драко на свой пенис до упора, хотя тот и сопротивлялся. Вскоре, он кончил. — А ты меня трахнешь? — спустя пять минут, дав придти золотому мальчику в себя, спросил Малфой. — Какой ненасытный, — медленно протянул Поттер. — всему свое время. Приходи сюда завтра. Драко безумно обрадовался тому, что это повторится. Он был уверен, что он хочет этого. И, о Салазар, Гарри наконец — то его хорошенько трахнет, как в его мечтах! Гриффиндорец аккуратно притянул слизеринца к себе, и трансфигурировав стол в кровать, уложил его на нее, обняв.