Печенюшки

За окном размеренно падал белоснежный пушистый снег, мягкими хлопьями покрывая остывшую землю, словно пуховым одеялом. Серебряные убранства на темно-зеленых елях приятно мерцали в свете уличных фонарей и мелких звезд, подглядывающих в окна, празднично завешанные сияющими гирляндами. Холодный воздух проникал в квартиру сквозь слегка приоткрытую форточку и смешивался своим морозным запахом с ароматом горячей выпечки. Свет в доме был выключен, лишь камин приятно трещал возле наряженной елки да светодиодная лента на кухне освещала гарнитур. Чимин стоял около переливающейся цветными огоньками ели и развешивал последние стеклянные шары, доставшиеся ему от бабушки. Босые ноги парня утопали в мягком ковре, а новогодняя пижама с забавными оленятами согревала изящное тело. Слегка влажные волосы небрежно спадали на лоб, и омега сейчас казался таким плюшевым, что его до умопомрачения хотелось обнять и затискать. Намджун в перерывах от готовки отвлекался и засматривался на своего возлюбленного, усердно раздумывающего о том, куда же лучше повесить новогоднюю игрушку, чтобы та смотрелась гармонично. Сердце альфы трепетало лишь от одного взгляда на Чимина, что притягивал к себе, словно самый сильный магнит. От непомерных нежных чувств в Намджуне появлялось навязчивое желание прыгать по комнате, словно пони, радуясь, что такой чудесный омега достался ему одному. Из процесса созерцания чужой красоты альфу выдернул звоночек духовки, оповестивший о том, что имбирные пряники готовы и уже ждут, когда их вытащат и украсят. Взяв прихватки со снеговичками, Намджун открыл дверцу печи и вынул противень с имбирно-шоколадными пряниками самой разной формы: тут и елочки, и шарики, и сердечки, и звездочки, и маленькие домики. Теплый аромат усилился, пленяя своей сладостью. Выпечка выглядела чересчур аппетитно; настолько, что даже самый ярый ненавистник сладкого не устоял бы и попробовал бисквит, тающий во рту мягким бархатом. Альфа аккуратно раскладывал пряники на тарелку, когда почувствовал на себе прохладные руки Чимина, пробирающиеся к очертаниям пресса сквозь тонкую ткань домашней футболки. Омега носом утыкался в ароматную жилку на шее Намджуна и вдыхал любимый запах апельсинового чая. По коже побежали мурашки: то ли от холода, то ли от едва уловимых касаний. — А мы будем делать мои любимые печенюшки? — спросил Чимин, касаясь пухлыми губами мягкой щеки мужчины. — Конечно, — Намджун ласково улыбнулся и, отставив тарелку с выпечкой в сторону, заключил парня в объятия, зарываясь носом в его шелковистые волосы. — Пряники украсим? — Только после печенек, — Чимин уставился в глаза возлюбленного, утопая в безграничной любви, что плескалась во взгляде напротив. Сердце приятно защемило, дыхание на секунду перехватило, и Чимин, привстав на носочки, коснулся своими губами сухих губ альфы, нежно сминая их, упиваясь медленной лаской, от которой жар разливался по телу. Намджун крепко сжимал в своих руках тонкую талию Чимина. Альфа видел дрожащие ресницы парня и не мог не улыбнуться в поцелуй. — Чего ты там смеешься? — Чимин отстранился и кончиками пальцев огладил слегка колючую щеку мужчины. — Я просто счастлив, — пожав плечами, признался Намджун, прислоняясь своим лбом ко лбу омеги. — Счастье-счастьем, а печеньки сами себя не постряпают, — важно заявил Чимин и похлопал альфу по плечу, призывая к действиям. Намджун весело усмехнулся и, достав из шкафчика большую миску, принялся смешивать ингредиенты. — Великий кондитер Ким Намджун, расскажите нам о Ваших кулинарных секретиках! Как же у Вас получается печь такие волшебные печеньица? — Чимин взял в руки венчик протянул его альфе, импровизируя микрофон для интервью. — Значит, у нас тут сто грамм сливочного маслица, желточек, тридцать грамм сахарочка и сто пятьдесят грамм муки, — мужчина показал смесь омеге. — Самым важным ингредиентом является горсточка любви. Важно не жадничать, а класть побольше, чтоб прям чувствовалось. — Не боитесь, что злоумышленники используют Ваши фишечки против Вас? — Я боюсь только одного: потерять своего возлюбленного, а остальное меня не волнует, — Намджун сминал тесто, тщательно его вымешивая. Выложив массу на досточку, альфа принялся скатывать маленькие шарики, сплющивая их и рисуя пальцами маленькие сердечки. — Какой Вы отважный, — хихикнул Чимин и принялся расталкивать в тарелке банан, смешивая его с корицей. — Вы мне льстите, Ким Чимин, — мужчина весело улыбнулся и мазнул пальцем, перепачканным в муке, по носу омеги. — Вообще-то я Пак, — заметил парень, выкладывая сладкую смесь в сердечки. — А хочешь стать Кимом? — Намджун поставил противень в разогретую духовку. — Хочу, — омега хитро прищурился, наблюдая за реакцией альфы. — Значит, будешь, — Намджун открыл навесной шкафчик и вытащил оттуда бархатную синюю коробочку, тут же протягивая ее Чимину. — Я все не мог дождаться, когда же ты ее найдешь. — Пора принять тот факт, что я слишком невнимателен, — Пак рассмеялся, открывая коробочку и рассматривая изящное золотое кольцо с бриллиантом. — Тогда я определенно нужен в твоей жизни, чтобы ты не упускал важных деталей, — Намджун аккуратно вытащил колечко из выемки и надел его на безымянный палец Чимина, после чего нежно поцеловал тонкое запястье омеги, пахнущее бананами с корицей. — Ты нужен в моей жизни просто так, — Чимин прильнул к груди альфы, проводя кончиками пальцев по крепкому плечу. — Просто потому что я тебя люблю.