It’s not the end of the world

Обжигающее пламя освещало всю территорию парковки, оно не оставляло ни одного темного уголка вокруг, беспощадно разгораясь все сильнее и сильнее. Огонь поглощал весь кислород, распыляя взамен смертельный газ, который мигом заполнил всю территорию, стремясь выше к потолку. Зрелище, словно картина из фильма ужасов: огромная лужа крови, растекшаяся ярким пятном по еще промозглому асфальту, и изуродованные тела людей. Еще больше погружала в атмосферу дешевого ужастика орущие сигнализации брошенных здесь дорогих автомобилей, триггером для которых стал недавний взрыв. Вой оглушал и еще больше дезориентировал в пространстве. Голова юноши раскалывалась то ли из-за нескончаемого крика машин, то ли из-за полученных травм, а, может, мозг просто не справлялся с осознанием всей той чертовщины, что ему пришлось сегодня пережить. Парень обречено лежал на асфальте лицом вниз. Его длинные конечности растянулись, охватывая больше площади вокруг. Бедняга даже не пытался прикрыться и хоть как-то защититься. Сил больше не осталось. Только сейчас он в полной мере осознал, что его организм находится на пределе. Юноша едва был в сознании. Болело все. Чертовски сильно. В ушах стоял звон. Лицо было перепачкано пятнами крови, не до конца понятно, кому именно она принадлежала. Белокурые пряди волос слиплись и приобрели красноватый оттенок, впитывая алую жидкость, как губка. Покраснели даже его небесно-голубые глаза. В голове эхом раздавался звук приближающихся шагов, заглушаемый орущей серенадой сигнализаций. Но в затуманенном разуме уже не осталось и намёка на страх. Парень слишком устал. Его кости ломило до ужаса сильно. А к виску будто приставили дрель. Если он чего и боялся, то только того, что его мучения не окончатся так быстро. -Завтра вечером жителей города ожидает проливной дождь. Циклон движется с юга страны. Будьте осторожны и сохраняйте бдительность на дорогах. Температура воздуха прогреется до 7 градусов по Цельсию. Скорость ветра достигнет трёх метров в секунду, — голос ведущего прогноза погоды раздавался через наушники мп3-плеера, что покоился на стоящем в углу просторной комнаты рабочем столе. Помещение действительно было немаленьким. Высокие потолки, панорамные окна, личная ванная комната и гардероб. Светлая цветовая гамма — очень приятная глазу. В центре стояла по истине королевская кровать с идеально выглаженным чистым постельным бельем. Напротив, на небольшом деревянном столике находился телевизор — огромная плазма с высоким качеством изображения. Рядом притаилась игровая приставка последней модели. Сбоку книжный стеллаж — полупустой — на некоторых полках стояли немногочисленные учебные пособия и пара дисков с играми. Письменный стол, за которым расположился мрачный силуэт, и обтянутый черной кожей стул. На улице поздний вечер, редкие лучи света уличных фонарей едва освещали мрачную комнату. Она и впрямь не могла похвастаться уютом. Небрежно обставленная, словно в ней никто и не жил на протяжение, как минимум, последних пять лет. Но парня это ничуть не смущало. На парте располагался ноутбук, экран которого сверлил взглядом юноша, пусть тот и был выключен, в ответ транслировал точно такое же выражение лица и подозрительно похожую пару голубых глаз. В руке юнец сжимал флэшку, сконцентрировавшись на чем-то, изредка потирал ее большим пальцем. В дверь постучали. Но парень не выказал никакой реакции. -Сынок, — с той стороны раздался неуверенный мужской голос. — Нам нужно поговорить. Всем вместе, — он ненадолго замолчал, подбирая слова. В каждом слове чувствовалось разъедающее напряжение и неподдельная неловкость. — Просто сесть и поговорить, пожалуйста, — ответа ожидаемо снова не последовало. Сейчас парень меньше всего на свете хотел смотреть в глаза отцу. Их отношения были, мягко говоря, напряженными. Они оба это прекрасно понимали, справляясь кто как может. Но даже не рассматривали ту самую банальную идею «сесть и поговорить». И если мужчина еще хоть как-то пытался создать иллюзию вовлеченности и наигранный образ миротворца, то юношу это только сильнее выводило из себя. Юнец часто играл на публику, выставляя себя беззаботным, вечно веселым подростком, утопающим в максимализме и уродливых прыщах на лице. Постоянно пренебрегал статусом своей семьи, провоцировал всех, кого только мог. С нетерпением ждал, когда же скорлупа лицемерия его папаши с треском развалится, и миру предстанет его истинное нутро. Однако сейчас мужчина казался абсолютно всем благодетелем не из мира сего. Стоит отдать ему должное, со своей ролью — не ролью отца — он справлялся как никто другой. Владелец крупнейшей в стране страховой компании. И основатель благотворительного фонда, который специализировался на помощи больным, страдающим от рака. Организация занимала не последнее место в мире. Такие же богачи со всего света ссылали деньги, желая получить еще больший авторитет в глазах других, укрепить свой статус или просто лишний раз потешить самолюбие. Как считал сам парень, только тупой не заметит их истинные мотивы. От того он каждый раз приходил в недоумение при просмотре очередного репортаже об отце и его детище. Журналисты без стеснения приписывали мужчине всё новые и новые заслуги, не бесплатно, конечно. Таким образом, глава действовал по продуманной схеме — он вкладывает все ресурсы в имидж и популяризацию, а взамен получает немаленький процент от общих сборов. Но в этом плане больные люди никогда не были приоритетом. Никому из этих толстосумов никогда не было дела до боли и страданий обычных людей, чьи жизни безнадежно угасали. Финансовая поддержка фонда позволяла лишь немного расслабиться, облегчить физические и душевные страдания. Но, в конце концов, финал всегда был один. Сам парень никогда не блистал добротой и самоотверженность, в школе часто ввязывался в драки. Но именно эти аспекты его семьи болезненно отдавались в душе. Он должен был стать наследником «благотворительного» фонда и страховой компании. От одной только мысли ему становилось не по себе. Возможно, он просто боялся будущего, боялся сдаться этой системе, боялся стать похожим на отца. -Да ладно, — пробурчал парень себе под нос и неохотно встал из-за стола. Как ни странно, на контакт с семьей он шел крайне редко, в особых ситуациях. И в этот раз что-то было явно не так. Юноша заметил еще неделю назад, как отец стал нервным и рассеянным. В те редкие моменты, когда они все же пересекались, сухо здоровался, не удостоив сына и взглядом. Из чистого любопытства парень все же решился пойти и поговорить. Там уже как пойдет. Он выключил свой мп3-плеер и убрал флэшку в выдвижной ящик. Собравшись с мыслями, он направился к двери. Повернул щеколду несколько раз в право и вышел в коридор. Его комната находилась на втором этаже, впрочем, как и остальные спальни в доме. Но в отличии от того, где ночевали его родители, личный уголок парня находился в самом конце этаже. Даже дальше, чем комнаты для гостей. Парень не жаловался, его вполне устраивала такая сепарация от посторонних глаз. Юноша побрел по плохо освещенному коридору. В воздухе витал запах моющих средств. горничные только закончила вечернюю уборку, как раз вовремя. Вечером пятницы весь персонал разъезжался по домам, чтобы провести выходные в кругу своей семьи. В доме и без этого царила полная тишина, глава семейства не любил лишнюю суету. А сейчас эта самая тишина давила пуще прежнего. Идеальное время для семейного собрания. Они смогут обсудить все, не боясь лишних ушей прислуги, что так и норовит распустить кучу бессмысленных сплетен. Парень шел прямо по коридору на встречу холодному свету роскошных люстр, украшавших главный зал. Мраморная лестница, покрытая красным бархатным ковром, расшитым золотыми нитками, спускала парня вниз. Там, на диване его уже ожидал отец, сидевший в обнимку со своей пассией. Она бесцеремонно прижималась своей грудной клеткой к мощному предплечью мужчину. -Чего звал? — поинтересовался парень, остановившись в пяти шагах от кожаного дивана, идеально вписывающегося в интерьер дома. -Присядь? -Спасибо, постою уж. -В общем, — мужчина замялся. Он привык к такому отношению от сына, но в этот раз все точно иначе. -Чего? -В окрестностях n открылась новая академия. При университете. -Ну, супер. -Мой близкий друг один из основателей. Хороший и влиятельный человек. -Ближе к делу, — парень, хоть и старался не показывать, проявлял неподдельный интерес. Неужто отец вытащил его из покоев только чтобы потрещать о своем новом спонсоре. -Ты, — отец замолк и перевел взгляд на сына, — тебе нужно будет пожить там какое-то время. -Чего?! -Не принимай близко к сердцу. Нам просто нужно помочь хорошему человеку. -Что за бред? Ты же это несерьезно? -Сынок, ты ведь заканчиваешь старшие классы, пора бы и за голову взяться. А после учебы там тебя ждёт большое будущее. -Что, по-твоему, не так с моей школой? -Дело не в этом. -А в чем? -Завтра вечером водитель отвезет тебя в аэропорт. Я уже все согласовал. -Ха, не смешно, — Сатору впал в ступор. Он мог ожидать чего угодно, но, чтобы отцу хватило наглости так глупо избавиться от него. — Не смешно. -Сатору. -Тебе уже стоит начать собирать вещи, пупс, — вмешалась женщина отца. Она единственная из всех присутствующих продолжала сохранять не наигранное безразличие. Эти семейные разборки её ничуть не цепляли. Правда, голос она подавала крайне редко, предпочитая бросать в сторону юношу презрительные взгляды и усмешки во время очередного собрания знакомых отца. Редко. Но метко. Парень завелся сильнее, до сих пор не веря в происходящее. Его отец никогда не умел шутить. -Извини? — юноша весь покраснел за считанные секунды, а глаза неестественно широко распахнулись. -Сатору, — глава семейства пытался привлечь внимание сына. Он не рассчитывал, что сын с большой радостью согласится, но обсуждать здесь было нечего. -Заткнись! Да какого черта? Я не собираюсь никуда уезжать! — он сорвался на крик, пытаясь не выдавать дрожь, что неожиданно прошибла все тело. -Подбирай выражения, — вымоченная улыбка наконец сползла с лица мужчины. Голос стал более суровым. -Не то что? Откажешься от меня? — внутри болезненно защемило сердце, а в горле застрял ком. — Отправишь меня подыхать в полном одиночестве на другой конец страны?! -Довольно! — мужчина встал с дивана, теперь его фигура была вровень сыну. Они вообще были очень похожи. Сын — вылитая копия отца. Волосы цвета первого снега. Неестественно голубые глаза. Крупное телосложение. Даже размер ноги совпадал. -Хватит! — Этот крик вырвал Сатору из реальности. Даже дама, сидящая на диване, сейчас съежилась. Кажется, что гнев юноши не шел ни в какое сравнение с бурей эмоцией его отца. Парень даже не смог точно определить, когда в последний раз видел его таким. -Но ты не можешь. -Завтра твоей ноги уже не будет в этом доме. Ты поедешь в эту чертову академию. Там они выбьют всю дурь из тебя. -Я! -Разговор окончен. -Да как ты, — слова, отчаянно сорвавшиеся с уст и не получившие продолжения. Обида разъедала Сатору изнутри. Он полностью отрицал происходящее. Не верил, что это был его отец. Что это его так запросто вышвырнули из родного дома, словно беспородистого щенка. Электронные часы показывали 00:23. Сатору заперся в комнате, лежа на кровати и втыкая в потолок. Так пролетели последние несколько часов. Менялись только песни в плей-листе. Юноша не шевелился. Не подавал никаких признаков жизни. Даже дышал через раз. Это все казалось полным бредом. Как до такого могло дойти. Сатору и сам прекрасно понимал, что характер у него не сахар. Но и отец в этот раз перешел черту. Хотя парня здесь по-настоящему ничего и не держало. Город, дом, школа, знакомые. Черт, у него даже друзей то не было. Он сам собирался как можно скорее покинуть родительское гнездышко. Однако не допускал и мысли, что от него попытаются избавиться подобным образом. Детская обида все сильнее разгоралась внутри. Почему все случилось именно так? Он ведь мог бы просто сесть и поговорить наедине с отцом. Он сам в какой-то степени хотел этого. Но гордость и все та же обида не позволяли так позориться в глазах родителя. Тот никогда не любил все эти душещипательные речи и чистосердечные признания. Он привык решать все «силой», ему так было проще. Вот почему он в очередной раз оттолкнул своего собственного ребенка. Только от понимания всего этого никому легче не становилось. Капля за каплей медленно стекали по стеклу черного автомобиля. Парень сидел на пассажирском сиденье. Бесцельно провожал взглядом мелькающие силуэты знакомых улиц. Но они не теплились в душе и не отдавались печальной серенадой в сердце. Плеер проигрывал уже заслушанные до дыр песни в случайном порядке. Юноша по привычке пытался абстрагироваться при помощи музыки. Хотя в голове толком и не осталось никаких мыслей. Он не думал ни о том, что произошло в прошлом, ни о том, что его могло ждать в будущем, лишь следил за движением очередной капли, так беззаботно утекающей на свободу. -Водитель на месте, — голос женщины больше не раздражал, она сама теперь казалась чересчур бледным пятном. Сатору спустится вниз. Он не покидал свою комнату со вчерашнего вечера. -Сын, я, — от былого гнева не осталось и следа. Мужчина снова натянул на себя образ чертово благодетеля. -Забей. Водитель то и дело поглядывал на пассажирское сидение через зеркало заднего вида. Но Сатору не обращал на это внимание. Как и на то, что на дорогах было через чур много людей и машин, несмотря на выходной день и вечернее время. Все вокруг суетились, водитель тоже заметно занервничал. В конце концов, они выехали на главную улицу. Огни города завораживали. Такие теплые и яркие, контрастирующие с темными и бездушными зданиями. Движение автомобиля с каждой секундой укачивало юношу все сильнее и сильнее, убаюкивало. Парень толком не спал прошлой ночью. Глаза слипались, несколько заразительных зевков вырвались наружу. Машина резко остановилась. Сатору был пристегнут, но даже так, его по инерции пошатнуло вперед, вырывая из лап сна. Открыв глаза, он увидел все те же знакомые здания и улицы, до аэропорта было еще прилично много. Людей снаружи стало еще больше, в разы больше, никто вообще не обращал на разбушевавшуюся непогоду за окном. Парень наконец бросил вопросительный взгляд на водителя и даже удосужился вытащить одну амбюшуру из уха. Оглушающие гудки машин и крики прохожих тут же врезались в голову, мигом отрезвляя. Парня стало настораживать и неестественное столпотворение людей, и затор на дороге. -В чем дело? — поинтересовался он у водителя. -Простите, я, — мужчина средних лет пытался сохранять профессионализм, но дрожащий голос, бегающие взгляд и вымоченная улыбка выдавали его с потрохами. — Мне нужно кое-что уточнить. -Что случилось? — парня не удовлетворил такой ответ. -Я не знаю, ваш отец, — водитель мигом осекся. -Отец? Мужчина продолжал молчать и выдавливать измоченную улыбку, мельком поглядывая на парня через зеркало заднего вида. Кажется, еще слово, и не сносить головы на плечах. Ему ведь было доверено отвести Годжо младшего в аэропорт, сопроводить и посадить на рейс. Проследить, чтобы все прошло без происшествий. Но что с ним может случиться, если они попросту опоздают на рейс? Сам юноша решил не допытывать мужчину. Он прекрасно знал, что вся прислуга в доме беспрекословно подчинялась его отцу. Эти люди слишком тряслись за свое рабочее место и репутацию. Одно слово главы семейства Годжо — и о дальнейшем трудоустройстве можно будет только мечтать. Порой Сатору испытывал к прислуге что-то сильно схожее с жалостью. Сам он почти не контактировал с ними напрямую, не доставлял лишних хлопот. Зато каждая новая женщина отца пыталась самоутвердиться и подгадить им еще больше. Отец же обычно не уделял выбору работников особого внимания. Он не считался с людьми, которые его обслуживают. В его глазах они не более, чем серая масса. Гнетущую обстановку в машине прервал раздражающий звук автомобильного гудка, что непрерывно вырывался наружу. Источник шума исходил издалека, постепенно увеличивая громкость — приближаясь в сторону возникшей пробки. На главной дороге, в общем счете, было шесть полос движения. Машина парня застряла в самой крайней — ближней к тротуару. Впереди было еще огромное количество автомобилей, смиренно растрачивающих свое время в этой бесконечной пробке. А вот позади, в их ряду, не было никого. Закон подлости, точно. Удивляло и то, что на тех 3 встречных полосах не было ни одного автомобиля, за все то время, что они здесь торчат, юнец не приметил ни одного транспортного средства, что направлялось бы в центр города. Как назло, все пытались уехать прочь. Ни водитель, ни сам парень не успели ничего понять. Воздух разрезал металлический грохот, вызванный столкновением. Сразу после их машину резко дернуло на пару метров вперед с такой силой, что дорогая иномарка оставили немаленькую вмятину на бампере, наехав на машину впереди. Тот самый водитель, что мчался в их направлении вместе с несмолкаемым гудком, угодил прямо в соседний ряд, устроив еще больший переполох. Виновник, ожидаемо, пострадал больше всех. Серый метал авто деформировался, в особенности вся передняя часть. Это были не просто вмятины, огромные дыры и пробоины прямо в железе и торчащие искореженные куски с острыми краями. Одно колесо спустило, два других еле держались на своем месте. Все стекла треснули. Чуть больше повезло тому, кто стоял последним в том ряду. Та машина тоже приобрела нелицеприятный вид. Огромная трещина на лобовом стекле, зад и перед машины вогнулись внутрь. Водитель буквально оказался зажатым с двух сторон. Его авто по инерции откинуло вперед с большой силой, заставляя холодный металл поменять свой привычный вид самым безобразным образом. Третья с конца машина стояла на совсем параллельно, водитель явно собирался перестроиться в крайний ряд, как только машина семьи Годжо двинется вперед и освободит место. Но по стечению обстоятельств, этот самый автолюбитель теперь вжимался в иномарку. В отличие от всех автомобилей в том ряду, транспортное средство, в котором Сатору должен был добраться до аэропорта, пострадало меньше. Да и они оба были пристегнуты. Так что отделались легким испугом, а в дальнейшем бумажной волокитой по возмещению ущерба. Чтобы прийти в себя, водителю потребовались считанные секунды, он тут же обернулся назад к своему пассажиру. С парнем все было относительно нормально, только шок пока не унимался. В аварию он попал впервые. Вся ситуация пугала, только что произошло транспортное происшествие, хотя, учитывая состояние тех трех автомобилей и их водителей, транспортная катастрофа. Но всего больше пугало то, что никто из прохожих даже не пытался помочь, кажется, они и внимание на это не обратили. Лишь продолжали суматошно разбегаться в разные стороны, поддерживая общий хаос. Всё вокруг буквально кричало о том, что что-то не так. Сатору едва оклемался от удара. Зрелище вселяло ужас. Он никогда не был свидетелем такого и уж тем более не был в самом эпицентре. Но одно он знал наверняка — сейчас никто не придет к ним на помощь. -Господин, нам нужно выбираться, — водитель наконец смог достучаться до него. Сам он в это время судорожно пытался расстегнуть ремень безопасности. — Вы слышите? Скорее! Руки парня сильно тряслись, ему понадобилось времени больше привычного, чтобы справиться с обычным ремнем. Но, в конце концов, он стянул с себя вытягивающийся элемент, с силой дернул за ручку и распахнул дверь авто. Крики людей и сигналы машин усилились в разы, слишком громко. Молодая женщина, довольно хрупкая на вид, отчаянно прорывалась куда-то вперед с грудным ребенком на руках. Мать всеми силами пыталась уберечь малыша не только от пронизывающего насквозь ветра и сильного дождя, но и от других сошедших с ума людей, она все сильнее и сильнее прижимала хрупкое тельце к своей груди. Столкновения с окружающими калечили девушку, оставляя на ее теле ушибы и синяки. Но, несмотря на всю боль, она продолжала защищать плачущее создание. С другой стороны столпотворения внимание привлекал грузный низкорослый мужчина средних лет. На голове его блестела под светом фар и уличных фонарей влажная от ливня залысина. Очки запотели и сползли на самый край носа. В руках он держал кожаный портфель. Мужчина, кажется, прорывался активнее всех, не стесняясь расталкивать всех своим огромным пузом, и даже целенаправленно размахивать своей сумкой, дабы люди вокруг немного разошлись. Рядом с ним пытались просочиться сквозь неконтролируемую кучу двое девочек в форме местной школы. Ученицы средних классов не отличались внушительными размерами, что было им на руку. Они следовали по пятам за мужчиной, что только что растолкал и без того ошарашенных людей, через которых теперь смогут проскочить две юные фигуры. Меньше всего выделялся пожилой мужчина, которому не посчастливилось оказаться в самом центре толпы. Сухой старичок в потрепанном костюме с галстуком, на голове болталась не менее старая шляпа-ровесница самого дедушки. В своей дряхлой ручонке он держал деревянную трость, сжимая ее до побеления в костяшках. Выронить ее сейчас — означало верную гибель под ногами окружающих. Старик что-то безудержно выкрикивал, он уподобился всем им, или они ему. Толпа, словно стадо беззащитных овец, оставшихся без своего пастуха и его собак, сейчас прибывало в ужасной опасности — в любой момент могли выскочить кровожадные волки и изорвать несчастную скотину в клочья. Парень тем временем, зацепившись ногой, вывалился из машины на мокрый асфальт. Благо, напуганная толпа была в нескольких метрах от дороги, постепенно перетекая с середины улицы глубже в переулок, и юнцу хватило времени встать на ноги, пока его попросту не затоптали. Впрочем, уже через мгновение юноша решил примкнуть к ним, отбежав на пару метров в сторону офисного здания. Он безрезультатно пытался придумать, что ему делать, оставаться в таком уязвимом положении не хотелось, пусть сам Сатору был крупного телосложения и, в буквальном смысле, возвышался над всеми. А дождь только усиливался. Орущих людей, кажется, тоже прибавилось, все куда-то спешили, не замечая ничего — и впрямь, стадный инстинкт. Вот только сам парень был далек от мира животных, поэтому от безвыходности направился ко входу в офис. Тут же раздался рев мотора, перекрывающий весь гам толпы. Еще один автомобиль на скорости мчался по главной дороге, стремясь покинуть город как можно скорее. Парень обернулся, устремив любопытный взгляд на очередной источник шума, и впал в еще больший ступор. В их сторону мчался грузовик. Но по-настоящему парня поразил огонь, полностью охвативший транспортное средство. Яркие языки пламени обволакивали каждый участок машины, упорно пытаясь разгореться сильнее. Сатору не сразу поверил глазам, пытаясь не сойти сума, хотел убедить себя, что сильно приложился головой. Какой к черту огонь? Если с неба даже не капало, лило как из ведра, на протяжении последних нескольких часов. Пусть на уроках физики он редко бодрствовал, но что-то до удори элементарное усвоил. Как, например, и то, что огонь при обычных обстоятельствах не мог бы существовать под проливным дождем. Но ведь и это не обычные обстоятельства? Впрочем, никого больше это не волновало. А парень застыл на месте и не мог оторвать глаз. «Что вообще происходит?» — который раз за последние пару минут он задал немой вопрос. Но сейчас что-то опять было не так. Парня не покидало чувство, что помимо всеобщего хауса, он что-то упускал. Он все так же провожал пылающий грузовик взглядом. Тот уже был предельно близко. Очевидное столкновение было попросту неизбежно. Юноша находился метрах в 20 от проезжей части. Но предпочел бы и вовсе растворится в стеклянном фасаде офисных зданий, дабы оказаться в 21 метре от дороги. Сатору лишь оставалось надеяться, что все пассажиры смогли выбраться. -Блять, — парень принялся судорожно искать взглядом своего водитель, благо, его немалый рост помогал в этом. Но мужчины в униформе нигде не было видно. Грузовику осталось совсем немного до встречи с препятствием. На этот раз препятствием выступила его иномарка. Именно эта машина оказалась в беззащитном положении — самой последней в своем ряду. Юноша отклеился от здания и активно завертел головой по сторонам, пытаясь разглядеть знакомый силуэт в толпе. 40 метров. Краем глаза он заметил тот самый — последний в ряду — автомобиль. Его автомобиль. Сквозь не затонированные окна, по которым все так же продолжали стекать крупные дождевые капли, он разглядел испуганное лицо водителя, оно исказилось в животном страхе и отчаянии. Мужчина прекрасно слышал и наверняка еще издалека увидел, что именно неслось на него с бешеной скорость. Трясущимся руками он тщетно пытался отстегнуть свой ремень безопасности. Но его намертво заклинило при первом ударе. Водитель дергал, тянул, подцеплял и пытался разорвать — все, что могло подарить ему желанную свободу и продлить жизнь. Но чертов грузовик уже дышал в спину. Словно почувствовав, что за ним пристально наблюдают, мужчина перевал взгляд на парня. Душераздирающая картина: полностью здоровый крепкий мужчина со слезами на глазах просил помощи, не от молодого человека, от бога, не прекращая попытки избавиться от оков ремня. Время утекало сквозь пальцы. Он не хотел умирать, дома его ждали жена, дети, пожилые родители. Почему все должно было закончиться так? Парень машинально рванул в сторону своего авто сквозь плотную толпу обезумевших людей, надеясь помочь смертнику. Но тут ремень все же чудом поддался, расстегнулся и освободил мужчину. Ослепительный свет пламени и громкий взрыв. Ничего не понимающие люди отпрянула от проезжей части, откинув и Сатору на пару метров назад, что спасло его от каких-либо внешних травм, да и моральных тоже. Его ноги сильно подкосились, теперь юнец, несмотря на свои размеры, был на одном уровне с основной массой людей в этой суматохе, благодаря чему не смог рассмотреть проезжую часть. Хотя, что тут рассматривать. Грузовик на полной скорости влетел в его машину. От чего та, полетела вперед, сильнее вжимаясь во впереди стоящие авто. А когда и у тех закончилось свободное место, просто согнулась, словно пустая жестяная банка из-под газировки. Осколки стекла рассыпались вокруг. Некоторые куски метала, некогда служившие деталями легкового автомобиля, разлетелись на несколько десятков метров. Изогнутые куски железа уродливо изгибались, неестественно торча в разные стороны. Колеса спустились, его и автомобилем больше назвать нельзя было. Кусок металлолома весь помятый и разрушенный. Хуже, пожалуй, мог быть только огонь, перекинувшийся с грузового авто на боковую часть иномарки — в районе бензобака. Теперь это тупой кусок металла, в котором еще пару мгновений назад был живой человек. Сатору остолбенел. Толпа подхватывал и уносила все дальше. Все тело пробила крупная дрожь. Ноги и руки совершено перестали слушаться, а мышцы сводило чертовски сильно. Дыхание сперло, а в глазах предательски потемнело. Из кармана вываливался мп3-плеер, наушники болтались внизу. Крики и вопли окружающих, звук капель, вдребезги разбивающихся об асфальт, топот — все сливалось воедино, заполняя голову юноши белым шумом. Парень не заметил, как снова оказался прижат ко входу к тому же самому зданию офиса. Неожиданно дверь приоткрылась, и изнутри высунулась рука, грубо схватившая парня за шиворот и потянувшая к себе. Сатору потерял равновесие и завалился на спину. Все произошло в мгновении ока. Так что ощущение того, что он сейчас растянулся на полу просторного холла делового комплекса, вместо ожидаемого сырого асфальта, вызвало бы у Сатору удивление, при других обстоятельствах. Он по-прежнему не мог прийти в себя. Но теперь находился в относительной безопасности — подальше от столпотворения и проезжей части. Юноша не спешил вставать, продолжая попытки хотя бы сфокусировать затуманенный взгляд. -Годжо? — раздался сверху резкий мужской голос. Парень ничего не ответил, не ясно, понял ли вообще, что его сейчас зовут. Помнил ли, кто он такой. — Ты, Годжо? — по слогам повторил незнакомец. Парень лишь немного приподнялся и подтянул колени к своей груди, обхватив их руками, и спрятал голову между ног. -Он, — голос дрожал, а дыхание постепенно приходило в норму. — Погиб. -Чего? Кто погиб? — человек не на шутку перепугался. — Это ведь ты, Сатору Годжо? — мужчина подошел вплотную и схватил юношу за плечо, грубо тормоша, пытался выдавать из него хоть что-то внятное. -Я? — парень высунул голову из своего укрытия и перевел взгляд на мужчину. Глаза непроизвольно распахнулись, а в голове снова закрутился водоворот мыслей. Перед собой парень увидел высокого мужчину в полицейской форме. В руках у того было оружие — стандартный пистолет, а на поясе дубинка и электрошокер. Офицер смотрел не менее ошарашенным взглядом на юнца. — А кто вы? — -Твой отец, — большие голубые глаза пристально следили за мужчиной, лицо парня было белым, как сама смерть. — у нас нет времени, нужно уходить! — полицейский умело сменил тему и потянул парня за воротник. -Что происходит? — Сатору ничего не понимал, но отвечать ему никто не собирался. Поднявшись с пола, он последовал за своим спасителем вглубь здания. -Нам нужно доставить вас в безопасное место, — он взглянул на свои наручные часы, — черт. Вас же должны были доставить в аэропорт? Затор на дорогах сейчас вообще ни к месту, — парень предпочел промолчать, не сбавляя темп, следовал за своим Серафимом. -Куда мы идем? -В аэропорту вас уже должен ожидать личный вертолет. -Вертолет? -Само здание аэропорта, должно быть, уже осадили. -Но как нам до него добраться? -А всех остальных людей… -Да что происходит?! — только сейчас офицер оторвался от своих рассуждений, обращая внимание на капризы парня. -Я, — он замолчал, аккуратно подбирая слова, — ваш отец точно объяснит вам все при встрече. -Только если я доживу до следующий встречи, верно? — Сатору резко остановился. Вся ситуация выходила за рамки его понимания. И если этот человек сможет хоть немного посвятить его в курс дела, парень не отступится. — Что происходит? -В городе сейчас творится полный пиздец, и, если ты, мелкий засранец, сейчас же не сдвинешься с места, то подведешь хуеву кучу людей, которые пытаются спасти твою голую задницу, — полицейский остановился всего в паре метров от юноши, пристально смотря тому в глаза. Было очевидно, что и этого человека нанял отец, но полицейский отличался от остальных. Не стал церемониться с сыном самого Годжо. Это удивило парня и окунуло обратно в свои мысли. А суровый голос, заставил заткнуться и продолжить двигаться. Здание аэропорта наконец показалось впереди. Полицейская машина на средней скорости преодолевала последний участок леса. Так уж вышло, что один из аэропортов находился вдали каменных джунглей, в окружении непроглядной чащи леса. Само строение расположилось на небольшой оголенной возвышенности. В радиусе нескольких километров не было ни одного кустика. Добраться от сюда до центра города можно было либо на такси, либо на поезде, чьи пути шли рядом с проезжей частью. Мало кому из туристов взбредет в голову отправиться в пешее путешествие длиной в десятки километров по дикому лесу. Офицер достал винтажную зажигалку с выгравированными инициалами снизу из нагрудного кармана белой рубашки и прикурил сигарету, продолжая следить за дорогой. До юноши на пассажирском сиденье ему, кажется, дела особого не было. Хотя ради приличия он все же открыл свое окно пошире, стараясь выпускать клубы черного дыма наружу. Погода поутихла, а просочившиеся внутрь капли дождя освежали. Парень же провел последние часы в разъедающем напряжении. То и дело крутился по сторонам, особенно старался контролировать ситуацию через зеркало заднего вида, но за все время не приметил ни одной машины, что ехала бы за ними или хотя бы навстречу. Та картина — за секунду до столкновения с пылающим грузовиком — намертво засела в голове, словно лицо водителя выжгли на его веках. Чувство животного ужаса не отпускала, запрещая хоть немного расслабиться и перевести дух. -Мы на месте, — выкинув сигарету в окно, оповестил мужчина на подъезде к парковке. Машин было немного. Все они в основном были брошены рядом с главным входом. Офицер припарковал авто сбоку — ближе к служебным ходам огромного муравейника, избегая любые правила дорожного движения. — Выгребаемся. Оказавшись внутри, полицейский первым делом схватился за огнестрельное оружие. действуя как можно аккуратнее. Здесь и так было подозрительно тихо, любой шорох мог привлечь излишнее внимание, а ситуация до сих пор была чересчур запутанной. Особенно непонимание происходящего читалось в глазах молодого человека, которого еще сильнее настораживало поведение компаньона и его решение зайти в здание через черных ход. Мужчина жестами приказал парню вести себя как можно тише. Тот послушно следовал за своим спасителем. Осматриваясь вокруг, что было сложно, из-за отсутствия какого-либо источника света. Юноша просто надеялся лишний раз не запнуться обо что-нибудь и не привлечь к себе ненужное внимание — сильнее всего он сейчас боялся разгневать офицера с оружием в руках неудачным шагом влево или вправо. Они медленно, но верно продолжали движение в темном узком коридоре, в конце которого виднелся тусклый свет. Мужчина дошел до прохода в более просторное помещение и резко остановился, притаившись за углом. Он начал пристально изучать обстановку в зале ожидания. Что-то точно было не так. Из всех возможных источников света работала всего одна лампа, другие были разбиты, их острые осколки рассыпались по всему полу, а света единственной уцелевшей едва хватало, чтобы обнажить незваным гостям силуэты внутри. Внимание полицейского сразу же привлекли фигуры людей. Один мужчина среднего роста стоял спиной к ним, уткнувшись носом в стену напротив. Еще несколько человек расположились на разных концах ряда, состоящего из сидячих мест. Отсутствие нормального свет сыграло плохую шутку, а разыгравшееся воображение лишь усиливало эффект, но мужчине отчетливо казалось, что оба существа приняли слишком неестественные позы. Будто их конечности были сильно изогнуты, головы обоих поколись на своих плечах, шеи были не в состояние удерживать свой привычный груз ровно. Из всех них особенно выделялось четвертое тело, что лежало на полу, и не подавало абсолютно никаких признаков жизни. По правде говоря, никто из присутствующих не мог этим похвастаться. Ни один из них не двигался, слово изуродованные тряпичные куклы, едва освещаемые светом одной лампы. -Стой тут, — мужчина, словно мышь, прокрался вглубь. Неуверенно зашагал к одному из сидящих в кресле. Офицер подошел к нему со спины и приставил металлическое дуло пистолета прямо к голове несчастного. Тот отреагировал на сразу. Мужчине и вовсе показалось, что человек спал. Но все сомнения улетучились, когда человек медленно поднял голову и обернулся в сторону полицейского. Все его лицо было изодрано в клочья. Рот искажал устрашающий оскал, хотя внутри, кажется, вовсе отсутствовали все зубы. Одного глазного яблока попросту не было в глазнице. Черная дыра с торчащими кусками мяса. А в слабом свете лампы блестел единственный глаз, наполненный животным безумием. Нечто издало приглушенный рык и резко потянуло к мужчине свои изломанными руки, намереваясь схватить и притянуть его к своему лицу. Полицейскому действительно не показалось. Сквозь ткань рубашки на месте суставов виднелось засохшая кровь, а на правой руке в области локтя ткань была порвана торчащим куском кости. В воздухе тут же раздался оглушающий звук выстрела. Мужчина не медлил ни секунды. Что за блядская чертовщина здесь твориться ему еще предстоит узнать, но до этого момента хотелось дожить, не становясь похожим на эту мразь. К такому он явно был не готов. Расслабляться было некогда, ведь, словно ото сна, очнулись и два других человека. Хоть от людей тут одно название, они ничем не отличались от получившего пулю в лоб создания. Разве что, у каждого из них отсутствовали разные части тела. У одного недоставало ноги, а у другого не было правой руки примерно по локоть. Но они оба продолжали сверлить мужчину все тем же животным взглядом, заставляя кровь в жилах стыть. Они кинулись в сторону офицера со звериным воем, желая оторвать и от него кусочек теплой плоти. Офицер отпрянул на пару метров назад, пытаясь обыграть ситуацию в свою пользу и создать побольше свободного пиратствовав для маневров. Первым на него набежал стоявший у стены фрик. Он жадно бросился вперед, словно гиена на уже сгнившую жертву. Но не рассчитал всего несколько сантиметров и промахнулся, получив сразу две пули в грудную клетку и одну контрольную прямо в голову. Тело с грохотом завалилось на пол, монстр издал последний протяжный стон, пропитывая своей кровью осколки на ковре. К этому моменту уже подоспело и третье чудовище, оно было куда медленнее предыдущего. Медленно двигалось к мужчине в форме, вытянув обе руки вперед в надежде обвить ими шею еще живого человека. Не дожидаясь, пока он подойдет ближе, полицейский дважды выстрелил в голову. Ходячий труп на время замер на месте, раскачиваясь с небольшой амплитудой, после чего с грохотом повалился вниз. Мужчина самостоятельно пытался оправиться от шока. Не каждый день видишь такое. Но нужно выполнить задание. Офицер перевел взгляд с мертвых тел на парня, послушно дожидающегося его за углом. Жаль, что полицейский не додумался приказать ему отвернуться к стене и не подсматривать за происходящим. Теперь же Сатору был в большем замешательстве. Пусть он толком и не разглядел то безумное выражение лиц тварей, но все равно уловил, что это, блять, не нормально. Однако, больше его волнового то, что мужчина без раздумий избавился от трех, вероятно, некогда людей. Рука не дрогнула, дыхание не сбились. Еще и так профессионально, будто всю жизнь только этого и ждал. -Идем, — его голос не изменился, продолжая внушать иллюзию безопасности и того, что все, на самом деле, в порядке, когда он обернулся и позвал юношу за собой. Правда, тот не спешил идти, пытаясь переварить увиденное. — Скорее! -Да? — заикаясь пролепетал парень. Его взгляд прыгал от одного изуродованного тела до другого и так по кругу. Ноги совсем не слушались. Хоть парень и честно пытался взять себя в руки, не желая быть обузой. Сейчас точно не время и не место, чтобы с ним сюсюкались. Глубоко вдохнув, он все же сделал первый шаг внутрь зала ожидания. -Чего ты там копошишься? — офицер терял терпение. Он раздражено выдохнул. Сверля взглядом юношу. — Все в порядке? -А как же! — не самая подходящая обстановка для того, чтобы дерзить. Парень и сам все осознал, как только последнее слово сорвалось с уст. Эти размышления отвлекли от происходящего в целом, и Годжо уже более уверенно шагал в сторону полицейского, попутно пытаясь лучше рассмотреть скрытые во мраке тела. Как странно. Юноша не сразу обратил внимание. Но один из силуэтов двигается. Искореженное тело, покоившееся позади мужчины, вдруг оживилось, пробудило второе дыхание. Мигом вскочив на ноги, оно напрыгнуло на офицера, прижимаясь своей изорванной грудной клеткой к его спине. Полицейский растерялся, враг набросился исподтишка. И это был его просчет. Нельзя было отворачиваться. Теперь же он беспомощно пытался удержать и себя и тварь на ногах, искусно балансируя и матеря все вокруг. Он сделал пару выстрелов, но все мимо. Чудище тоже активизировалось. Атаковав со слепой зоны, оно имело явное преимущество — задняя часть шеи мужчины. Просто идеальное место, чтобы вцепиться в мягкую незащищенную плоть, еще теплую, живую. Конечно, эта тварь мало соображала, чтобы так идеально подгадать момент и накинуться. Тем не менее офицер уже был на грани отчаяния, отбросив попытки прострелить монстру голову, принялся отцеплять от себя паразита голыми руками. Сам паразит тоже не сдавался, сильнее прижимаясь к дрожащей жертве. По какой-то непонятной причине, оно все еще не растерзало шею в клочья, продолжая обвивать своими холодными конечностями — или тем, что от них осталось — мужчину все сильнее и сильнее. Но уже в следующее мгновение оба тела с грохотом рухнули на залитый кровью пол. Пара крепких рук пришли на помощь. Сейчас они буквально стянули неприятеля с шеи полицейского. Не без труда, однако и сам монстр лицом к лицу с оппонентом имел гораздо меньше шансов, ему точно не доставало, по крайней мере, парочки ребер и правого предплечья. Человекоподобное создание оказалось прижато к холодной запачканной плитке. Но на этом все не закончилось. Все та же пара рук безжалостно наносила один за другим удары по голове твари. Не жалея сил, замахиваясь с каждым разом все сильнее и сильнее, кулаки стремительно превращали и без того изуродованное лицо в кровавую кашу. Брызги вонючей крови разлетались во все стороны, пятная белоснежное лицо юноши. Насыщенная алая жидкость контрастировала с бледностью лица, сейчас оно было необычайно белым, отражаясь в лазурных глазах, наполненных не меньшим безумием. Сам спаситель находился словно в трансе. Не обращая внимание больше ни на что вокруг, он и не совсем понимал, как оказался над уже бездыханным телом по локоть в крови. Лишь животное чувство прорывалась изнутри, заставляя не останавливаться. Дыхание парня сбилось к чертям. Костяшки пальцев постепенно стирались в кровь, смешиваясь с вражеским месивом. Бурые пятна заляпали одежду, и даже густые светлые волосы слиплись в колтуны из-за вонючей субстанции. Парень стоял на коленях, расположив ноги по обе стороны от тела — теперь уже жертвы кровожадной расправы. Больше ничего не мешало ему выплескивать все, что накопилось внутри. Если бы сейчас абсолютно посторонний человек взглянул на это действие, то вряд ли смог бы отличить Сатору от той же самой твари, что пару минут назад набросилась на полицейского. Сам парень точно не знал, сколько прошло времени, но в сознание его привела сильная хватка на плече. Уже после до парня начали добираться обрывки фраз о том, что им пора уносить ноги. Взглянув на свои руки, он тотчас вернулся в реальность. Его как будто холодной водой окатили. Не ясно, кто из всех троих был больше шокирован подобной жестокостью — офицер, только что переживший нападение самого настоящего зомби и чудом спасшегося, или Сатору, что был шокирован от самого себя, таких вспышек агрессии он раньше не замечал. А, может, сильнее всех была удивлена тварь, что уже перестала подавать какие-либо признаки жизни. Но внутри юноши не было больше ни страха, ни волнения. Лишь безудержное желание жить. Жить несмотря ни на что. Черт возьми, сегодня ночью он точно будет жить. Подкрепляли уверенность и звуки топота целой толпы точно таких же чудищ, что сейчас неслась в их сторону. Среди этого стада были как люди в форме, некогда работающие в аэропорту, так и обычные туристы. Никто из них точно не ожидал, что этот юнец будет полон решимости дать им всем отпор. Он будет биться до последнего, пока не выбьет все дерьмо изо всех голыми руками. В разуме Сатору не было ни толики сомнения. Лишь только извилины, что усердно пытались придумать четкий план. Кого стоит ударить первым, от кого отойти подальше назад, кого бросить через плечо. И когда его идеальная стратегия боя уже почти была готова, мужчина все же смог до него достучаться, не переставая тормошить за плечо и тянуть в противоположную сторону, чего ему только стоило поднять не миниатюрного парня с колен и сконцентрировать внимание на приближающейся опасности. -Парень, блять, ты меня слышишь?! Бежим! Ну же! — Сатору, может быть, не привык отступать, но на него никогда и не бежала толпа изуродованных сущностей, желающих оборвать его жизнь и жизнь мужчины в страшных мучениях. Потому он все же поддался уговорам и сдвинулся с места, ускоряясь все сильнее и сильнее. Пусть он и был уверен в своих силах на все сто, но по отношению к полицейскому у него возникли сомнения, ведь тот только что чуть не стал поздним ужином живого мертвеца. Взвесив все за и против, он пришел к выводу, что не готов брать очередной груз на душу, и предпочел тактично отступить, рассчитывая, что мужчина не станет геройствовать и пойдет за ним. Офицер остался сзади. Он сделал пару выстрелов в обезумевшее стадо, оценил ситуацию и рванул за юношей. Узкий коридор казался слишком длинным. И чертовски темным. Никто из пары авантюристов не знал куда им бежать, где им точно получится скрыться. Они лишь следовали все глубже и глубже в непроглядную темь пустых коридоров. Наконец-то показалось лестница. Лестница вниз. Вариантов больше нет — они точно не могли пропустить любой другой подъем вверх или хотя бы проход в основной зал аэропорта. На пути встречались лишь бесконечные двери служебных помещений, ведущих в никуда. Не сбавляя темп, они спускались по лестнице, пропуская по 1, а то и перепрыгивая сразу 3 ступеньки. Только чудом никто из них не споткнулся и не упал на другого. Впереди уже виднеется большая железная дверь. -Что это только что было?! — облокотившись на дверь выхода с парковки крикнул, задыхаясь, ошарашенный парень. — Вы?! — ничего связного он из себя выдавить не смог. -Оно, — мужчина перевел дыхание и заблокировал дверь изнутри. — Это больше не люди. -Что вы, — юноша не успел договорить, как из слабо освещенной части парковки послышался шорох. Он окинул взглядом всю территорию: подвальное помещение, куда не поступал дневной свет, не такое большое, как могло показаться на первый взгляд — здесь оставляли свои авто только высшие чины -да, кто-то вроде семьи Годжо — заезд осуществлялся по пропускам, механические ворота выезда сейчас были плотно закрыты. Сатору оставалось молиться, чтобы эти «не люди» не смогли прорваться к ним. На всей территории было всего 3 автомобиля. Все как один с обложки свежего выпуска журнала новинок элитного автосалона. Света и здесь было немного. Пять рабочих ламп на несколько десятков метров. Несмотря на погоду снаружи, асфальт на парковке был абсолютно сухим, не было ни одного мокрого следа от колес, но зато на ровной поверхности были отчетливо видны дорожные разметки, которые регулярно обновляли. -Тише, — прошипел офицер, прикладывая палец к губам. Мужчина схватился покрепче за свой ствол и медленно направился в сторону источника шума, всматриваясь в темные участки помещения. По парковке эхом раздавался звонкий звук его шагов, как бы он ни старался заглушить их. Подойдя к автомобилю, что находился к ним ближе всего, он аккуратно начал обходить его спереди. Сатору в это время понял, что находится на довольно приличном расстоянии от единственного человека с оружием, и поспешил это исправить, трусцой направившись к офицеру. Он остановился в десяти метрах, как раз в тот момент, когда из-за иномарки раздался нечеловеческий вой. Мужчина, не задумываясь, сделал три выстрела в районе сердца и один контрольный — в голову. После всего послышался глухой звук упавшего на асфальт тела, что терялся в звоне, вызванным огнестрельной очередью. -Черт, — мужчина поежился и шумно сглотнул. Помимо всего прочего, Сатору удивляла относительная хладнокровность мужчины. За сегодня он стал свидетели слишком многих смертей. Но он был готов идти на компромисс, закрывая глаза на бесчувственное отношение к убийствам, если это означало его собственно выживание. — Кажется, этот парень тут один. -Что дальше? — Сатору меньше всего хотел наседать на полицейского со своими «очевидными» вопросами, но больше ему ничего не оставалось. -Нужно проверить все возможные входы и выходы. А дальше. Дальше остаётся ждать. -Супер, — парень все еще пытался язвить, чтобы хотя бы немного разбавить плотную завесу напряжения. Ему не хватило сил подойти ближе к офицеру, и ненароком взглянуть на тело, некогда принадлежавшее человеку. По правде говоря, сейчас парень предпочел бы забиться в темный угол парковки и абстрагироваться от суровой реальности. Но он все же направился обратно к входу, еще раз проверить баррикаду. Мужчина наспех засунул между ручками дверей свою полицейскую дубинку, что создавало мнимую иллюзию защиты. Вряд ли эта конструкция спасет их от натиска обезумевшей толпы. Но выбирать не приходится. Юноша лишний раз убедился в хлипкости сооружения и одобрительны кивнул самому себе. — Дубинка на месте, но не думаю, что она долго протянет. -Лови, — офицер кинул ему наручники, продолжая обход всей парковки. -Ну да, другое дело, — Сатору поймал довольно громоздкий дополнительный элемент защиты в их баррикаде. И принялся цеплять наручники за ручки двери. Полицейский тем временем изучал главные механические ворота парковки, те были весьма надежными, и, в отличие от тех же дверей, внушали чувство защищенности. Карты-пропуска у них не было, потому выход был всего один. -Ну что там? — оторвавшись от ворот поинтересовался офицер. -Если их будет не слишком много, нам, может, и повезет. Но если сами наручники и выдержат, то двери они уж точно снесут. -Ясно, — мужчина выдохнул, направляясь обратно к юноше. — Сатору, ты молодец. -Это всего лишь двери. Тупой бы справился, — парень медленно опустился на землю, спиной облокотившись на выход. -Там, наверху, ты спас мне жизнь, спасибо, — полицейский улыбнулся впервые за несколько часов. — я знаю, ты напуган. И в голове ничего не укладывается. Это нормально. — мужчина подошел ближе и уселся рядом, так же облокотившись на соседнюю дверь. Между ними офицер поставил свою рацию, по которой чуть ранее пытался с кем-то связаться, но ответа так и не последовало. — Я и сам не до конца понимаю, что здесь твориться. Но работа есть работа. Понимаешь? — А смерть — есть смерть, — выдыхая все напряжение из груди, Сатору попытался немного расслабиться. — Думаю, больше всего на свете я бы сейчас хотел помыться. -Хах, аналогично. -Ну, что ж, зато в школу не надо? Очевидный плюс. Даже целый зомби-апокалипсис лучше, чем экзамены, — легко констатировал парень. -Так ты еще школьник? -А по мне не видно? С утра до ночи грызу гранит науки. Вон, уже десна кровоточат. -Наверху ты кулаками размахивал, как самый настоящий профессионал, так бы сразу и не подумал, — офицер старался не отставать в их раздаче самоиронии. -Да, была, конечно, парочка драк. Но не больше, — парень демонстративно скрестил руки на груди и задрал нос, на что мужчина усмехнулся и сильнее заулыбался. -У меня сын тоже школьник, — офицер достал из заднего кармана брюк свой бумажник. А из него вытащил небольшую фотографию улыбающегося мальчика лет 11. Школьник был в праздничном колпачке, на фоне виднелись воздушные шарики и праздничный торт. Но сильнее всего выделялись глаза мальчика, что буквально светились, переполненные счастьем. — Помладше, в средних классах учится, — мужчина осекся. — Учился. — Оба умолкли, и каждый непроизвольно задумался о своем. -Нас ведь скоро отсюда вытащат, правда? — ответа не последовало, но улыбка так и не сползла с лица парня, хоть и приобрела вымоченный вид. -Он у меня пока не возникал. Не подскажешь, с какого это возраста начинается? — продолжил свою мысль лишь через время мужчина. -Ух, ну, даже я с отцом полицейским шутить бы не стал. -Ха, уж надеюсь. -Кроме того, мой отец — тот еще ублюдок, — мужчина вскинул брови и присвистнул. -Этот ублюдок отвалил не мало денег на твою защиту. -В его стиле. Но спасибо и на этом. — Сатору измученно выдохнул. — Итак, дяденька полицейский, то есть вы хотите сказать, что целенаправленно не отказались от взятки со стороны моего отца? -Хаха, а я не сказал? Это всего на всего костюм. Я ведь не полицейский. Ну, я им действительно когда-то был, но платят там, к слову, ужасно мало. Поэтому теперь специализируюсь на защите богатеньких говнюков вроде тебя, — парень не поверил ушам и уставился прямо на мужчину. Но тот не врал. -Воу, а вот это неожиданно, — этого парень и впрямь ожидал даже меньше, чем конца света. — Круть, вы типа агент 007? -Ну, президента пока спасать не доводилось. -Я такое только в кино видел! Да вы же настоящий профессионал! Я бы никогда не догадался… -Ты мне льстишь, — от прежней серьезности не осталось и следа. Юноша действительно мог в два счета расположить к себе кого угодно. -А вы можете научить этим пользоваться? — парень с горящими глазами уставился на пистолет в кобуре мужчины. -Ну что ж, рано или поздно тебе это пригодиться. Так что, — мужчина прервался на полу слове, краем уха уловив очередной шум в глуби парковки. -Может, крыса? -Надеюсь, — мужчина снова посерьезнел, бросил бумажник с фотографией прямо в руки парня, отдавая на передержку. Он встал и как можно тише направился в сторону шороха. Парень провожал каждое его настороженное действие взглядом. Волнение снова напомнило о себе. Мужчина достал небольшой фонарик и расположил поверх ствола, прямо как американский спецназовец. Он аккуратно проверял каждый сантиметр злосчастной парковки. Обошел ее еще раз вдоль и поперек. Лишний раз убедившись в том, что здесь больше не осталось ни одной живой души. -Спешу доложить, подозреваемая крыса смела скрыться с места преступления, — уточнил мужчина, возвращаясь обратно. -Сзади! — Сатору подскочил с места, его глаза округлились, когда из тени автомобиля выскочил недочеловек, который тут же набросился на мужчину. Монстр без промедления впился прямо в шею, издавая гортанное рычание, подобное собачьему. Зубы чудища с легкостью прокусили мягкую плоть, а его руки обхватили корпус жертвы, намертво притягиваясь к себе. -Блять! — мужчина не успел ничего толком понять, но хорошо почувствовал резкую боль, отдававшуюся по всему телу. Он всеми силами пытался отцепить это создание от себя. Но тот не поддавался, сильнее сжимая челюсти. Через мгновение он оттянул свою голову назад, буквально вырывая кусок плоти с шеи мужчины. Кровь лилась фонтаном, забрызгивая все вокруг. офицер больше не мог трезво мыслить. Из него вырывались только отчаянные стоны. Он оставил попытки отцепить от себя врага, и вспомнив про пистолет, начал размахивать уже им. В глазах потемнело, ноги подкосились, а руки сильно дрожали. Силы стремительно его покидали. -Нет, нет! — юноша, не думая ни о чем, рвался на помощь. И когда до цели осталось несколько десятков метров, мужчина на последнем издыхании нажал на курок. Пуля не задела оглушенного выстрелом монстра, зато попала в машину. Прямо в бензобак. Струи бензина мигом полились наружу, растекаясь по асфальту и смешиваясь с алой жидкостью. Вскоре руке мужчины стало не под силу удерживать тяжелый ствол, из-за чего тот полетела вниз, перепачкавшись в луже кроваво-бензиновой смеси. Ноги тоже понемногу отказывали, ситуацию усугубляло и чудовище, навалившееся на свою жертву всем весом. В конце концов, они оба повалились на землю. Мужчина перевел застекленевший взгляд на подбегающего парня. Сатору отчаянно пытался докричаться до него. Но офицер больше ничего не мог разобрать. Он засунул ослабленную руку во внутренний карман, пытаясь отыскать свою зажигалку. Мужчина собрал все оставшиеся силы и намертво прижался к монстру, в последний раз использовал именную вещицу. Языки пламени тотчас охватили парковку, жадно разгораясь с каждой секундой, чтобы в конечном счете дойти от них до бензобака по луже топлива и человеческой крови. Раздавшийся взрыв отбросил парня назад на несколько метров. Он не успел ничего понять, не смог прикрыть голову, смягчить удар. Поэтому, отлетев на несколько метров, потерял сознание. Последнее же, что он заметил был охваченный яркими языками пламени автомобиль и обожженное тело в обугленной полицейской форме в паре с изуродованными остатками человека. Они оба не двигались, находясь рядом с эпицентром взрыва, пострадали сильнее всего. Огонь плясал прямо на них, перекидываясь на лужи бензина и полностью освещая парковку. Издали послышались торопливые шаги, направляющиеся в сторону парня. Словно тень, силуэт пробирался сквозь пламя к беззащитному телу Сатору. Преодолев рывком последние несколько метров, зловещая фигура склонилась над юношей.