Второй шанс

      

1.1

      Спустя пять минут свидания Артур понял, что хочет его закончить.       Прийти сюда было ошибкой, как и соглашаться установить приложение для знакомств под давлением пожилых соседок-наседок, одержимых тем, чтобы свести всех одиноких мужчин города со своими племянницами и дочерями.       «Как так-то! Мужчина ты у нас солидный, бывший полицейский… такие холостыми не должны ходить!», — их голоса всё ещё назойливыми мухами звучат в голове.       Артур поддался. Ему две сотни лет, он стал сентиментален и чувствителен к «знакам». Если голосами соседок судьба из последних сил пытается докричаться до него в надежде помочь найти родственную душу, он решил дать этому шанс. На секунду в нём появилась надежда: вдруг, это оно? Вдруг будет «та самая»?       Но это не она. Эвелина пришла в бар, притягивая взгляды красотой своих длинных локонов, она надела простое чёрное платье, которое подчёркивало её стройность и ровную осанку. Она излучала уверенность, а взгляд её переполняла энергия, какой в самом Артуре не было. Всё место в груди было занято неоправданными ожиданиями.       Артур понадеялся, хотя знал, чем это чревато. Даже с самой маленькой ступени надежды падать сродни прыжку с крыши.       На пальце Эвелины имя другого человека и её это не волновало. Артур засмотрелся на завитки прописных букв и невольно бросил взгляд на своё пустое запястье. Он потёр большим пальцем кожу, будто там что-то может быть, но заветные буквы не появляются. Они исчезли однажды, и больше не возвращались.       А будет ли теперь в жизни Артура «та самая»?       — Слушай, давай только честно.       Артур выныривает из своих мыслей и сталкивается с пронзительными голубыми глазами. Взгляд Эвелины жжётся раздражением, в её погрустневших чертах лица читается обида и возмущение одновременно.       — Что?       — Я пришла сюда познакомиться и пообщаться, а не побыть лектором на TED для одного слушателя. Если тебе наша встреча не интересна, давай её закончим.       Словами она без ножа режет Артура, становится стыдно. Он чувствует себя беспомощным и никчёмным лишь на секунды, а после убеждает себя, что он просто ещё не готов. Он всё ещё не готов посмотреть на мир заново и дать себе второй шанс. Но это не избавляет его от чувства вины перед Эвелиной.       — Ты, — неуверенно начинает он, собираясь с мыслями, — ты очень красивая и интересная. Прости, что наше свидание идёт так. Наверное, нам и правда лучше его закончить. Я… я думаю, что рано решил идти на свидания.       — Стоило подумать об этом прежде, чем заходить в чаты знакомств, — она фыркает, допивая своё пиво. — Теперь это выглядит как жалкое оправдание тому, что я не в твоём вкусе.        — Дело не в тебе, прости.       Она ставит свою кружку с тихим стуком и жестом просит официанта принести счёт.       — Ты не выглядишь, как плохой парень или вуманайзер. Если не секрет, что не так?       Черты её лица смягчаются в сочувствии, голос становится нежнее, будто она боится ранить. Этой своей чертой Эвелина вскрывает старую рану, до боли напоминая Артуру человека, которого больше нет.       Врать Эвелине казалось сродни преступлению, Артур жмёт плечами и выдавливает из себя полуулыбку. Она делает предположение:       — Или ты рассчитывал встретить соулмейта?       Артур не знает, что ответить. Да, он именно этого и ждал. Он надеялся, что чудо произойдёт и на его руке появится надпись с чужим именем. Но в то же время реальность безжалостно втаптывает его внутренности в землю, когда он говорит её словами:       — Я уже встречал.       — Даже так, — Эвелине приносят счёт, она рассчитывается. — И как? Не твой типаж?       — Мой.       — А чего тогда не встречаетесь?       Артур молчит, пока она расплачивается и собирает вещи. Эвелина не уходит, стоит напротив и смотрит на него в ожидании ответа. Артур качает головой, и она усмехается — даже не разочарована. Она уходит не оборачиваясь, но Артур долго смотрел ей вслед, даже когда дверь за Эвелиной уже закрылась.       Ни одна первая встреча в его жизни уже не будет такой, как когда он встретил её.       

1.2

136 лет назад

      — Эй, Артур! С повышением!       Михаил голосит на весь коридор, другие офицеры стали любопытно оборачиваться и рассматривать Артура оценивающе. Артур идёт навстречу другу, беззлобно качая головой.       — Ещё приказа не было, а весь этаж теперь в курсе.       — Ну и пусть знают, — он повышает голос, добавляя показательно громко, — и завидуют!       Артур уже не новобранец, но и столько лет он не выслужил, чтобы повышаться. Но коллеги не могут знать, куда его повысили.       — Эх, — мечтательно вздыхает Артур, — и как я там буду без тебя? Будет слишком тихо.       Михаил отмахивается.       — Да брось! На два этажа выше, не так уж далече переедешь. Первые десять лет точно ещё тут продержишься. Только потом перевод.       Перспектива Артура и радовала, и угнетала. Теперь он следователь особого назначения, у него новая команда и все знания о магической подоплёке необъятного мира. Но расставаться с родными коллегами и близкими друзьями не хотелось. Если бы можно было их всех забрать…       Артур бы не забрал. Михаил женат, младший помощник Герман ещё слишком молод, оперативники слишком весёлые, чтобы обрекать себя на долгую жизнь, полную секретов.       — А теперь, — торжественно объявляет Михаил, — показывай.       — Чего показывать?       — Как чего? — Михаил наклоняется и продолжает шепотом. — Артефакт.       — А… сейчас.       Только Артур запустил руку в карман, как Михаил переполошился, заталкивая его в ближайший кабинет.       — Не при всех же!       — Так это и не секрет какой… все же видели их.       Артур вытаскивает из кармана пиджака простое кольцо. Чёрный ободок достаточно широкий, чтобы не разбиться от падения, но всё равно полупрозрачный. Внутри каменной структуры переливается голубая иризация, играя на свету.       — Вот это да-а-а, — тянет Михаил, спрятав руки за спину, — буду только смотреть. А то вдруг и на меня долголетие перекинется.       — Говорят, что не перекинется, я же его уже взял в руки.       — А откуда им точно знать? Эти камни всё ещё не изучены до конца. Вот даёт он тебе силу и долголетие, а почём знать, какие ещё у него выкрутасы?       — Твоя правда.       Только заступив на полицейскую службу, Артур на инструктаже метил в отряд особого назначения. Всё детство Артура прошло в рассказах бабушки о том, как дед распутывал самые безнадёжные глухари. Артур видел в своих мечтах, как ему присуждают артефакт, дающий силу, скорость и выносливость, с которым можно жить больше сотни лет и не беспокоиться об отставке.       Теперь артефакт у Артура в руках. Кольцо, наполненное до конца неизученной энергией, символ, с которым ходят особые следователи, чтобы бороться с преступниками, которые уже используют новый источник энергии в своих целях. Жаль, что с покойной бабушкой Артур не может разделить свой триумф.       Попрощавшись с Михаилом, Артур берёт такси до парка на окраине города. Некоторые зовут это место «свадебным парком», потому что пары наперебой занимают очередь, чтобы провести праздник в здешних беседках. Бабушка любила прогуливаться там, когда дед был жив. В этом парке она рассказывала Артуру истории, слушала его переживания и делилась мудростью. Сегодня Артуру нужна была мудрость.       Он уселся на лавку в глубине парка, куда доходят обычно только спортсмены, влюблённые или мамочки с колясками. Тишина придаёт мыслям форму, и они становятся громкими, словно ожившие люди: каждая норовит высказаться и быть услышанной.       Несмотря на свою победу, Артур ощущает в груди пустоту. Он добился цели всей своей жизни, всё в нём трепещет в ликовании, Артур хочет звонить всем друзьям и родным, чтобы кричать в трубку о том, как он счастлив. Ему хочется подходить к прохожим, жать руку и представляться своим новым званием или дать в зеркало интервью о своей истории успеха. Если он сейчас пойдёт праздновать в бар, то расскажет каждому собутыльнику о том, как долго и трудно было прийти к своей мечте.       Но внутри эхом звенит неопределённость. Артур был так занят осуществлением своего дела жизни, что не придумал, чем будет заниматься после. Теперь мысли его разбегаются от обилия возможностей. Маленький мирок вокруг обрёл величие и показал сотни дорог, перед которыми Артур замер в смятении.       На этой лавочке Артур нашел своё место силы. Здесь ему кажется, что рядом с ним всё ещё есть бабушка: сидит на расстоянии вытянутой руки и думает вместе с ним, как дальше жить. Но ничего не говорит, только мудро смотрит вдаль и улыбается в ожидании, когда Артур придёт к своим выводам.       Пропитавшись энергетикой этого места, Артур немного поговорил сам с собой, словно общался со своим родом: похвалился подвигами, поблагодарил за указанный путь и поддержку, пожаловался на смятение. После он встряхнулся, воспрял духом и побрёл вдоль деревьев к выходу.       — Итак, на счёт три! Раз! Два!..       Хор голосов привлекает внимание. На поляне беседки украшены цветами, накрыты столы, а музыканты не играют, с любопытством смотрят на толпу и перешептываются. Невеста уже стоит спиной к гостям и на счёт «три» выбрасывает в воздух букет. Народ потянул руки, но кто-то выпрыгнул из толпы, ухватив свою очередь под венец.       Артур останавливается. Его взгляд прикован к открытой улыбке и округлившимся от радости щекам. Девушка взвизгивает и победно вскидывает букет в руке, показывая всем свою добычу. Никто не расстроен, её поздравляют, а она смеётся так громко, словно выиграла лотерею. Лямка её лилового комбинезона оголяет плечо, пока она прыгает на месте, кружится с букетом и обнимает новобрачных. Невеста звонко целует её в щёку, оставляя на покрасневшей щеке след от помады.       Отсюда Артур слышит её смех, и он теряет дыхание. Незнакомка позирует для фото с букетом, сначала утрированно кривляясь, а после выпрямляя спину и обворожительно улыбаясь. Словно счастье и свет сконцентрированы вокруг неё, они льются к другим людям и волнами достигают ног Артура. Ему кажется, что людей вокруг не существует, есть только он и на холме она, как новое солнце, одним своим видом поймала его внимание.       Артур не влюбчивый, не импульсивный. Она расчётливый, сосредоточенный и… и совершенно потерянный. Один взгляд и он пропал.       Его мысли кричат и ни одна не слышна, разум не принимает рациональных решений и все импульсы идут в ноги. Они несут Артура по тропинке к газону, он поднимается по холму и корит себя за такое невежество: что он собрался сделать? Ворваться на чужую свадьбу?       — Здравствуйте.       Молодожёны удивлённо оборачиваются, тогда Артур продолжает.       — Я поздравляю вас с обретённым счастьем.       — Благодарю, — жених учтиво жмёт Артуру руку, — чем-то можем помочь?       Артур набирает воздуха в лёгкие и растерянно открывает рот, всплеснув руками.       — Понимаете… даже не знаю, как спросить. Видите ли, я в такой ситуации впервые. Будет ли уместно, если я попрошу вашего разрешения представить меня одной гостье? Я… не смог пройти мимо.       — Батюшки, — ахает невеста, прикрыв рот рукой и умилённо улыбается, — для нас такое тоже впервые. А кто вам приглянулся?       Жених заметно расслабился и рассмеялся.       — У меня есть догадка. Кто-то в фиолетовом комбинезоне и с букетом в руках.       — Это лиловый, — серьёзно поправляет невеста, словно это самая важная деталь, — и это платье-комбинезон.       — Она настолько популярная персона? — растерялся Артур.       — Нет-нет, — поспешила оправдаться невеста, — Лиза очень видная. Но она абсолютно свободна. И мы с радостью даём вам разрешение подойти и познакомиться. Меня зовут Дина, мой жених Захар.       — Муж, — сважничал мужчина, поиграв бровями.       Дина деланно закатила глаза, подтверждая:       — Муж, прошу прощения.       — Очень приятно, Артур.       Они снова жмут руки, Дина заговорчески притянула Артура поближе за рукав.       — Но ты смотри, я теперь за это ответственная. Окажешься дураком — я тебя из-под земли достану.       — Она достанет, — подшептывает Захар, словно в шуме толпы их кто-то подслушает.       — Ну, всё, — Дина разгладила пиджак на плечах Артура и довольно улыбнулась. — Иди, тигр. Вот тебе бутоньерка, чтобы не выгнали. У нас охрана следит за ними, чтобы никто чужой на фуршет не позарился. Если что, мы тут постоим, посмотрим.       Артур проклял эту дурную затею, пока преодолевал эти несколько метров. Он побоялся выглядеть странным, помешанным, создать плохое впечатление. Костюм показался слишком чопорным и неуместным, ботинки какие-то пыльные, а что там с волосами? Нормально ли Артур выглядит? Утром так казалось, а сейчас есть сомнения.       Когда он останавливается перед ней, назойливые сомнения исчезают и в голове воцаряется пустота. Что сказать? Начать с «Привет» будет достаточно или слишком заезжено? Изобразить мачо? Быть более скромным? Быть вежливым или игривым? Лучше с ней пофлиртовать или проявить чуткость? А вдруг ботинки все-таки пыльные…       — Привет?       Артур не дышит. Она смущённо накручивает на палец пшеничный локон, выпадающий из причёски, но взгляд… захватывающий, уверенный, никогда прежде Артур не видел таких натурально изумрудных глаз. Он улыбается, как дурак, и она смеётся над ним.       — Могу чем-то помочь?       — Эм… привет.       Все мысли сводятся только к одному: как она красива. Словно кто-то дал Артуру розовые очки, за которыми она расцветает в его глазах, греет смехом и притягивает взглядом.       С дуру, Артур выдаёт то, что на уме.       — Ты очень красивая, — и тут же смутившись, он отводит взгляд, — то есть… я прошу прощения. Ваши друзья дали мне разрешения вторгнуться на эту свадьбу, потому что я хотел с вами познакомиться. Меня зовут Артур и обычно мои ораторские навыки лучше, чем сегодня. Как вас зовут?       Неожиданно она взрывается заливистым смехом. Всё в её движениях источает уверенность, но в чертах её лица мягкость, во взгляде скользят разные чувства. От её смущения он сам начинает посмеиваться. Мыльный пузырь волнения в нём лопнул, расплескавшись заразным искренним счастьем. Она дарит улыбки, знает ли она об этом?       — Ты даже не гость? Боже, так вот что они так смотрят сюда, — она повышает голос. — Это ваш план, признавайтесь!       — Мы не причем, он сам пришёл! — кричит в ответ Дина.       — Чистая правда, я пришёл сам.       Запястье зудит некоторое время. Артуру не нужно смотреть, чтобы знать, чьё имя он там увидит.       — Ладно, Артур. Лиза, приятно познакомиться.       

1.3

      Артур смотрит на пустое запястье и видит на нём мираж из букв. Наваждение исчезает через секунду, в отличии от реальной метки, которая тлела месяцами у Артура на коже. Сначала она начала тускнеть и Артур, переполненный ужасом, подрисовывал яркость цветам. Он не хотел принимать, что её больше нет, не мог позволить себе думать, что своими действиями уничтожил родственную душу. Метка была напоминанием, что Лиза живёт хотя бы внутри него, её часть была на его запястье.       Потом границы букв размылись, начиная превращаться в бесформенную кляксу. Такую же, какой чувствовал себя Артур в отчаянных попытках отрицать реальность. Он уже был в дверях с намереньями пойти в ближайший тату салон, но Захар и Дина вовремя приехали и не дали случиться непоправимому.       Артур до сих пор жалеет, что не сделал тату, и одновременно благодарит случай, за то, что не смог. В один день буквы с запястья исчезли, Артур видел лишь иллюзию очертания, которой над ним насмехался разум. Тогда он понял, что её больше нет. Лиза никогда не вернётся. У него больше нет родственной души.       Вместе с Лизой у Артура отобрали жизнь. Точнее, когда Лизы не стало, он сам себя её лишил.       Артур сбежал. Это не было импульсивно и быстро с прощальными письмами и отключенным телефоном. Он планировал свой побег, обдумывал его и жаждал, думая, что так будет легче: просто уйти и забыть всё, что связывало его с родным городом, с близкими людьми и работой мечты. Артур вынашивал в себе сомнения, обсасывал их в голове, как кости, вытягивая каждую мысль по струнке. Будет ли людям без него проще? Достаточно ли много от него проблем, чтобы исчезнуть? Хотят ли люди, чтобы он исчез? Сможет ли Артур жить дальше, если уйдёт? Но как он будет жить без этой квартиры и этой памяти?       Их квартира дышала Лизиной жизнью. Всё в ней напоминало о том, какой она была. Артур закрывался в комнате, как в сладкой фантазии, представлял, что Лиза вот-вот вернётся с работы и обнимет его со спины, пока он заваривает себе чай. Эта фантазия грела Артура, обнимала, а после вонзала ножи под рёбра, когда реальность обрушивалась на него извне. Хрупкая несбыточная мечта, которой он укрывался, крошилась стеклом с каждым звонком и сообщением. Лиза, которую он видел играющей на диване в консоль, растворялась, оставляя диван с помятым пледом. Аромат жаркого с кухни сменялся душком от немытой посуды, и Лизин смех растворялся в тишине.       Артуру не хватает её даже сейчас, до дрожи в пальцах. Она толкала его вперёд, она так глубоко пустила корни в его сердце и жизни, что стоило ей исчезнуть, и он как будто лишился возможности ходить. Когда её не стало, Артур понял, что никогда не верил в себя в одиночку. Лиза верила в него с такой необъятной любовью, что он чувствовал себя всемогущим.       Правильно ли это? Наверное, нет. Чувствует ли от этого Артур себя ещё более ничтожным? Да.       Долгое время в нём сражались тоска по Лизе, любовь к ней, ненависть к себе и жалость к своему естеству. В одни дни он ненавидел их встречу, потому что стал зависим с самого первого дня, в другие дни не мог сдержать слёз от того, как стыдно перед Лизой за ненависть, ведь она не виновата, что он не смог продолжить жить.       Она всегда хотела, чтобы Артур жил. Это причина, по которой он не закончил всё ещё тогда. Навязчивые идеи кружили над ним, как мухи, каждый день, когда он был дома и ходил на работу, когда отдыхал и когда бежал по следу. Призрак ядовитых мыслей подглядывал за Артуром каждую секунду, и он ждал: в какой момент найдёт у своей шеи лезвие ножа?       Когда в нём созреет уверенность взять нож в руки?       Не взял. Слишком стыдно смотреть на её фотографию и знать, как много она хотела сделать с ним вдвоём. Артур не мог позволить этому исчезнуть.       Захар и Дина видели его последними. Он ушёл с работы, забрав артефакт в качестве выходного пособия, собрал вещи и подготовился к долгому путешествию. Поездить везде, где она хотела побывать и не успела, увидеть каждый пейзаж, которым она грезила, купить магнит из каждого города, куда она хотела отправиться. Артур стал её глазами, её телом, сосудом для памяти о её жизни, пока в один день не понял, что не чувствует ничего.       Перед ним был огромный каньон, куда Лиза хотела прийти и крикнуть, чтобы услышать эхо своего голоса. Артур прибыл туда спустя десятки лет и понял: внутри него такое же звонкое эхо от обилия пустоты. Он сожрал себя в попытках угнаться за умершим человеком, он не исполнил её главной мечты: счастливым не стал.       Тогда, глядя в пустоту песка и скал он как никогда звонко услышал: Лизы больше нет. Эта мысль осела в его груди тяжелой глыбой и рухнула, стаскивая оползнем груз с его плеч. Внутри стало легко, но не от свободы, а от опустошения.       

1.4

126 лет назад

      — Артур, постой…       Михаил цепляет Артура за плечо, но тот сбрасывает его руку. Он не видит ничего перед собой кроме белого покрывала под деревьями. Перед ним расступаются офицеры, бросая опасливые косые взгляды, они сторонятся, отворачиваются и никто из них не смотрит Артуру в глаза.       Остановившись перед накрытым телом, Артур вдруг замирает. Весь путь из офиса сюда, на место преступления, для него сжался в несколько минут растущего «что если».       Что если это не она? Что если просто похожа? Что если всё перепутали? Что если он сейчас откроет и увидит под простыней незнакомку? Что если преступник ошибся и убил не ту?       Эти мысли жужжат пчелиным роем у него в голове, пока он, не в силах заставить себя приподнять простынь, бросает взгляд на руку, выглядывающую из-под белого полотна. Рядом с телом лежит лиловая сумка, которую Артур покупал сам на её день рождения — совпадение? Да, это просто совпадение. Кольцо, похожее на их обручальное, тоже просто такое же на руке жертвы. И маникюр синий, он просто в тренде и его делают все.       Сердце в бешенном ритме почти вырывается из груди, оно стучит в висках и закладывает уши. Голос подошедшего Михаила слышится, как через толщу воды: где-то далеко и глухо. Артур намётанным взглядом изучает покрывало, местами пропитанное кровью, останавливается на промежутках в стыке конечностей — собирали тело по частям. Пахнет гарью и кровью, ведь преступник известен своей любовью к пыткам. Он целится в выразительные части лица: глаза и рот, его жертвы должны сопротивляться и кричать, чтобы доставить ему удовольствие. Если они этого не делают, он злится, теряет контроль и становится кровожаднее: это было видно по характеру ран на жертвах.       Эта жертва, видимо, не доставила преступнику должного удовольствия. В голове Артура всплывают картинки со следственной доски: фотографии криминалистов с других мест происшествия. Выжженные глаза, отсечённые конечности, вырезанные по сантиметру мышечные ткани: перед Артуром застыла гора из тринадцати тел, самые ужасные черты которых сошлись в одном, что перед ним.       Артур не может поднять простынь. Он смотрит на завитки своего имени, а картинка перед глазами расплывается от влаги. Запястье осталось нетронутым, словно его необходимо было выделить среди кровавого безобразия. Чтобы Артур увидел.       — Артур, давай не будем поднимать, там… — голос Михаила пробился сквозь толщу звуков, — там не то, что ты хочешь запомнить. Опознавать не надо. В лаборатории и так скажут… то, что мы не хотим услышать.       Всё внутри противится этой реальности. Но среди прочих мыслей есть одна, молчаливая и полупрозрачная. Она отражает в себе клочок бумаги, который доставили Артуру в офис несколько дней назад: «ты знаешь что-то обо мне, а я знаю кое-что о тебе».       В руках Михаила в пакете для вещдоков очередной кусок бумаги:       «Глаза, которые стоило забрать на память».       

1.5

      Меланхолию ушедших лет Артур утопил в ещё одном стакане пива. Начался музыкальный вечер с открытым микрофоном. Это вновь навевает воспоминания.       Лиза и Дина никогда не умели петь, но голосили в каждом караоке-ресторане, как в последний раз. Лиза безбожно не попадала в ноты, не слышала, хорошо ли поёт, но Артур непременно показывал ей большие пальцы, чтобы она продолжала наслаждаться сценой.       Воспоминания показались шершавыми и старыми, словно киноплёнка на них уже стёрлась. Артур пытается вспомнить, какой была любимая песня Лизы в дуэте и не находит этого в голове. Он видит Лизу на сцене, видит, как открывается её рот, помнит примерную мелодию, но не слышит слов. На секунду его охватывает паника.       Нельзя забывать. Он здесь, в этом мире, потому что ему нужно помнить, куда привели его решения, чего он лишил себя и других. Он должен помнить. Артефакт должен быть наказанием, чтобы Артур жил вечность и воспоминаниями о том, как уничтожил свою родственную душу и потерял надежду обрести её заново.       Под мягкий гитарный бой Артур выныривает из отрывков памяти. Голос, который он слышит впервые, берёт его под руку и ведёт в мир чужих мыслей.       Строчки находят место в груди, найдя отклик в воспоминаниях Артура. Ему кажется, что под эту нежную музыку он видит образ Лизы перед собой за столом. В его жизни не было настолько реальной фантазии, как та, что он видит перед собой.       К нему приходит осознание, что жизнь закрутилась вокруг одного дня и одного человека. От этой мысли не веет горем, она не давит Артура к земле, а вдруг оказывается озарением. Широко открытыми глазами он смотрит на образ перед собой.       Лиза всегда была такой: всё её тело — это мягкость черт и форм. В искренней улыбке её лицо округлялось и появлялся счастливый прищур. Такой Артур запомнил её в последнюю встречу, когда они ходили в пекарню за день «до». Он видел её в множестве снов с непреодолимым желанием обнять, но никогда не мог коснуться — она не давала. Она всегда повторяла последнее, что было сказано:       «Мне пора идти».       Голос такой отчетливый, что по спине пробегают мурашки. В нарастании музыки тревога внутри Артура растёт по аккордам. Лизы больше нет, а всё, вокруг чего крутится его жизнь — это иллюзия.       Проще продолжать винить себя, чем простить. Проще застрять в фантазии прошлого, чем принять, что всё закончилось. Проще стоять на месте и искать оправдания, чем попробовать сделать шаг.       «Всё закончено, и это всё не по-настоящему», — слова, которые заставляют Артура повернуться к маленькой сцене. Первая песня стихает и после нескольких секунд тишины, девушка начинает перебирать струны в тихой нежной мелодии.       Каждое её слово оставляет отпечаток внутри. Певица иногда смотрит на гитарный гриф, иногда в зал, но чаще её глаза устремлены куда-то в пустоту, которая только для неё имеет значение. В небольшой паузе между нотами она убирает мешающую прядь волос с плеч и хмурится на несколько секунд, грозно посмотрев на волосы. Артур чувствует, как уголки его губ дрогнули.       Он не узнаёт своё сердце — разве может оно так биться? В животе скручивается тревога от нахлынувшего волнения, когда он встречается с певицей взглядом. Он успевает рассмотреть её небрежно подведённые глаза и отметить резкие черты лица, прежде чем она снова переводит взгляд на свои пальцы.       Она совершенно другая. Мягкость есть только в её голосе, а движения резкие и оборванные. Она не светится, не излучает тепло, она горит изнутри, и этот огонь сияет в её взгляде под софитами. Она не источает нежность в своей безразмерной футболке, она не похожа на «леди», с которой Артур пришёл на свидание. Она дерзкая в своём макияже и одежде, её голос уверенный и пронзительный, завораживающий больше, чем весь её образ.       Чтобы увидеть её, Артуру нужно было сначала услышать. Теперь он не может отвести взгляд и находит привлекательным обесцвеченные вьющиеся волосы, панк-образ и тонкую линию плеч.       Его обжигает стыдом, и он поворачивается к стулу напротив, словно пойманный на измене, но за столом пусто. Мысли пустеют. В зале оседает последняя строчка, завибрировавшая у Артура в груди.       «Если тебя нет со мной, то хотя бы, у меня всё ещё есть я».       — Давайте поаплодируем, — говорит администратор, провожая девушку под овации, — с нами была Алиса Удача. Следующим…       Артур не слушает. Он чувствует, как чешется его запястье, как знакомое чувство обнимает его за плечи и растёт внутри, поднимаясь к горлу волнением. Он наблюдает, как Алиса собирает свою гитару и переговаривается с другими музыкантами. Её улыбка широкая, открытая, а смех тихий и с хрипотцой.       Ему не нужно смотреть на запястье, чтобы знать, чьё имя на нём появилось.       Когда она закидывает за спину чехол и движется к двери, Артур вскакивает. Либо сейчас, либо никогда.       — Привет, — выпаливает он, преградив ей путь. — Эм… отличные песни.       Она удивлённо поднимает брови и вежливо улыбается.       — Спасибо. Я старалась. Пока это просто каверы.       Артур сыплется, как песок, совершенно не зная, как начать с ней разговор. Он молчит, открывая рот и тут же захлопывая, словно рыба. Только к нему приходит мысль, и она тут же кажется бредовой. Артур отвергает их одну за другой, теряет секунды, пока Алиса смотрит на него в ожидании.       — Что-то ещё? — не выдерживает она, с любопытством пытаясь поймать взгляд Артура.       «Дайте сил», — проносится в голове Артура, и он не знает, молит об этом Вселенную или покойную бывшую жену.       — Я бы хотел угостить вас… — начинает Артур, потерявшись, как к Алисе обратиться, — вы хотите выпить? Простите, если это грубо, я хотел с вами познакомиться.       — Ой, можно на «ты», чувствую себя тёткой, — она отмахивается от приторной вежливости, и в её глазах появляется озорство. — Давай познакомимся. Я не тороплюсь.       Артур выдыхает с облегчением и улыбается от стресса. Каждая его встреча с родственной душой будет проходить так, словно он на смотринах?       — Артур, — кивает она, а она протягивает ему руку на старинный манер.       — Алиса.       Растерявшись на секунду, Артур берёт кончики её мозолистых пальцев и подносит к губам. Его награда за правильное действие — её довольная улыбка. Алиса манерно отбрасывает волосы назад и тащит его к ближайшему столу. Она оставляет чехол и убегает в сторону уборной.       — Я на пять секунд буквально!       Артур складывает руки на столе, взгляд падает на артефакт. Импульсивные решения никогда не были для Артура сильной стороной, он всё обдумывает с ювелирной точностью. Возможно, сегодня такой день, возможно, прошло слишком много времени, и он устал быть заложником.       Возможно, Алиса донесла в своих песнях до него то, что давно пора было сделать.       Артур снимает кольцо и ставит его ребром на столе. Он ставит на кольцо металлическую солонку и сомнения не успевают расцвести в мыслях, как Артур наваливается на стол всем весом.       С тихим стуком солонка сталкивается со столешницей, кольцо между ними ломается на несколько частей. Оно испускает слабый свет, прежде чем иризация в камне гаснет, и он чернеет окончательно. Артур не чувствует ничего: ни высосанного бессмертия, ни потери сил, ни головокружения от слабости. Он чувствует себя… человеком. Самым обычным и смертным. У которого одна жизнь и нет времени на сомнения, которому проще сделать и жалеть, чем не сделать.       Артуру всегда казалось, что в жизни и бессмертии никогда нет второго шанса. Его решения оборачивались разными последствиями. Его решения лишали жизни и дарили надежду, его выбор… наверное, всегда был верным, просто последствия были разными.       Однажды Артур выбрал жить, чтобы сегодня снова почувствовать жизнь на вкус. Осознать это оказалось так просто… придётся поработать над тем, чтобы принять.       Когда Алиса вернулась, он посмотрел на её запястье и графическим шрифтом прочёл своё имя. Прийти сюда не было ошибкой. Одно его свидание закончилось неудачей, чтобы на следующем он встретил судьбу.       Неожиданно, администратор включил звук на телевизоре над баром.

«Срочные новости! Ужасающее убийство произошло в местном парке. В среду вечером очевидец нашел изувеченное тело молодой женщины. Личность жертвы не установлена, полиция не комментирует произошедшее.

Но пользователи интернета уже установили схожесть почерка с Выжигателем, который буйствовал больше ста сорока лет назад. Выжигатель так и не был найден, большинство следователей, кто вёл это дело, уже вышли в отставку. Пока следователи не могут дать нам никакой информации, однако губернатор призывает общественность соблюдать бдительность и осторожность. К следующим новостям…»