Это Была Ошибка

Дверь с грохотом открылась. И с громким ударом об прямо противоположную стену, отлетела назад. Но её остановила рука, не позволяя вновь закрыться. - Я ведь так и знал, что так и будет! - Да не кипишуй ты так. Видишь? Со мной все в порядке. С руганью, и хорошо, что без драк, двое вывалились из здания. Блондин немного пошатывался, хотя шел уверенно. Ему то не привыкать столько пить. А вот рыжик за ним шел лучше, но был достаточно зол, чтобы идти не очень ровно. Он не пил, хотя от стойкого запаха алкоголя и чужих феромонов в помещение можно было и так опьянеть. И выйдя наконец на улицу, на свежий воздух, оба облегченно вздохнули. Кавински вышел немного вперед, чтобы не толпиться у входа и пока до него не долетел удар его друга, быстро посеменил к своей машине. Но ненадолго остановившись, он начал рыться в карманах. Найдя искомое, наблюдатель кинул ключи Радану. Тот только с вопросом посмотрел на связку в своих руках. - Давай за руль. Не думаю, что в городе нас поймут, если машину буду вести я. – И не дожидаясь одобрения или протеста, сел на пассажирское сиденье спереди. Радан только устало выдохнул на это, и так зная повадки парня, и пока Винс не начал бухтеть про то, что тот долго, быстро обошёл машину, садясь на водительское место. Ключ зажигания повернут, мотор задорно рычит, оба не пристегнуты. Разве им это надо? Строитель уже не раз сидел за рулем этой машины, поэтому легко с ней мог управиться. Аккуратно вывернув с парковочного места, они выехали на безлюдную дорогу. За окном ночь, фонарные столбы горят, но им не сравниться с яркими вывесками, что так и пестрили перед глазами. Только вот Радану надо было следить за дорогой, а Винсу не особо было интересно всматриваться во всё это буйство красок, поэтому он просто безразлично смотрел в окно пустым взглядом. Вот дернул черт наблюдателя, что тот решил рвануть в столь далекое место от своего дома. А все просто для того, чтобы немного, так сказать, отдохнуть от будничной рутины. В среду. Хорошо, что хоть сообщил об этом своему другу (Читать, как любовнику) и тот как только смог, приехал за ним, пока этот уставший от работы человек не наклюкался в дрых, от чего его тогда надо было бы выносить вчетвером и ногами вперед. Но что сделано, того не изменить и теперь, под начинающийся дождь, им надо добраться за пятнадцать минут до дома, пока не начался комендантский час. И не важно, что дорога займет около тридцати, если нарушать правила и нагло лезть вперед, давя по газам. И не будь всех этих факторов, Радан бы молчал, но все было на его стороне, поэтому он отчитывал горе пьяницу, даже не смотря на него. А ведь одного взгляда на наблюдателя хватило бы, чтобы понять, что тот его даже не слышит. Он поджал под себя ноги, не брезгуя поставить грязные башмаки на сиденье и трясущимися руками расстегнул свою куртку. Его дыхание постепенно начало становиться все тяжелее и тяжелее и блондин облокотился горячим лбом на прохладное стекло машины. - Радан. - Ну что еще?! - Кажется, мне что-то подмешали. У меня течка. – Язык уже не слушался Кавински, поэтому слова получились не очень разборчивые, хотя его и поняли и так. Радан слишком резко затормозил на светофоре, от чего сзади послышалось громкий гудок. Но ему сейчас было не до этого. Бросив удивленный взгляд на наблюдателя, он сразу понял, как тому в тот момент хреново и выругавшись себе под нос, нырнул в бардачок. И к своему сожалению, не найдя искомого, строитель матюкнулся громче, приложив руку ко лбу Винсу, ощущая, что тот весь горит и подавители нужны ему прямо сейчас и не минутой позже. И в тот же момент почувствовал расползающейся по всему салону сладковатый запах апельсинного ликера, осознавая то, что попал и он, ведь за окном проливной дождь и открывать его не стоит. - Черт, потерпи немного, скоро приедем к тебе домой. – Радан как только мог газанул, когда загорелся зеленый, молясь в голове Але и Терре, чтоб ему самому не сорвало тормоза до приезда. А ведь этому прекрасному запаху было очень сложно протестовать и все инстинкты альфы так и рвались наружу, тянулись к беспечной омеге рядом. Но строитель пока-что держался как только мог, до вздутых вен сжимая руль. На очередном светофоре он вновь посмотрел на парня, зажимая нос рукой и пытаясь как можно меньше и реже дышать. – Ну что, как ты? Дотерпишь? - Радан – Больше Кавински сказать ничего не мог, переходя практически на скулеж. Он съехал по сиденью ниже, стаскивая с себя куртку. Весь мокрый, горячий, наблюдатель мог только молить о пощаде или о чем-то большем. Стояк больно упирался в ширинку брюк, но дрожавшие до ужаса руки не давали расстегнуть молнию, так ненавистную сейчас. И оставалось Винсу только тяжело дышать, задыхаясь от запаха рядом. А тот был не простой, терпкий и забивал все ноздри, даже при выдохе оставаясь в голове и на языке. - Блять, щас! – Радан резко вывернул руль, газуя и тютелька в тютельку залетая в переулок. Заехав во тьму, так, чтобы невооруженным взглядом их нельзя было заметить, он бросил встревоженный взгляд на парня рядом с собой. Того трясло, словно стиральную машинку на отжиме, а мокрые от пота волосы прилипли на лоб, создавая совсем печальную картину. И недолго думая, рыжик ловко перелез на заднее сидение, легонько хлопая себя по ногам. – Иди сюда, я помогу. Кавински услышал его с запозданием, но смысл слов понял сразу. Неуклюже переползая назад, он сразу же завалился на колени парня, чувствуя стояк, что теперь терся об его ногу. Наблюдатель протяжно простонал, запрокидывая голову и наконец чувствуя по телу столь желанные сейчас прикосновения. Радан водил везде, куда мог только дотянуться, прижимая к себе и легонько проводя зубами по услужливо подставленному участку кожи. Оставляя на шее легкие поцелуи и укусы, которых завтра уже не будет, он сжал руки на талии омеги перед собой с такой силой, что отметины останутся уж точно. Винс вновь тягуче взвыл, закусывая нижнюю губу и чувствуя, как ему сейчас необходимо больше, а пара с ним играется. Но недолго Кавински мучился. Радан заставил его немного приподняться, а все для того, чтобы стянуть с него все сразу хотя бы до колен. Винс заалел еще сильнее, хотя казалось, куда уже больше? И пока он не очухался, строитель посадил его обратно себе на колени, прижимая ближе. Заведя руку за спину наблюдателя, Радан аккуратно прикоснулся к мягкому колечку мышц, что обильно истекало природной смазкой. Не первый раз, поэтому он не брезговал обилию жидкости, вводя внутрь сразу два пальца. В ответ ему громко заскулили, стискивая в руках чужие плечи и попытками сползти назад, чтобы принять в себя больше. - Гад, ты специально издеваешься? – Прошипел на ухо строителя Винс. Он порывался съязвить еще что-нибудь, но его быстро заткнули, резко разведя пальцы в разные сторон на манер ножниц. Блондин не успел пискнуть, когда в таком раскрытом состоянии фаланги начали двигаться, разминая и так податливые стенки. - Я не издеваюсь, а просто переживаю за тебя. – С легкой улыбкой ответили ему, чмокая куда-то за ухом. Только туда дотянуться и смогли. И без лишних слов Радан ввел третий палец, заставляя Винса уже скулить, а не так томно стонать. Ему хотелось большего, а этот альфач решил над ним поиздеваться, проводя ненужную для него растяжку. Он любил грубо и быстро, а не эти розовые сопли. Но именно поэтому строитель так ему подходил, словно магнит, что любим спокойно и без боли. Хотя, со временем и у него могли слететь все петли и уже тогда он мог полностью удовлетворить свою пару, именно вдалбливая того в кровать или в любую поверхность, на которой сможет взять парня. – Где презерватив? Винс ему ничего не ответил. Он только махнул головой куда-то себе за спину, продолжая пытаться насадиться на пальцы больше. Но Радану было достаточно и этого, поэтому строитель протянул свободную руку в кармашек сиденья, в начале ударившись об бутылек смазки, что сейчас был не нужен и только потом выудил оттуда несколько презервативов, скрепленные в одну длинную линию. И не найдя лучшего решения, он оторвал зубами один квадратик, откидывая остальные рядом с собой. Они явно им еще пригодятся. Вытащив из податливого тела пальцы под возмущенный стон, Радан откинулся назад, наконец борясь с застежкой на своих штанах. Ему сейчас было как-то плевать на то, что вся правая рука залита смазкой, а из рта торчит квадратик контрацептива. И все-таки справившись с молнией, он облегченно выдохнул, доставая свой стоящий колом член на волю. Над ухом гулко сглотнули слюну, как будто в первый раз видя массивное достоинство парня. Но он не обратил на этого внимания, открывая все теми же зубами упаковку и легко растягивая резинку по своему возбуждению. Глаза Винса за стеклами очков блеснули желанием и заметив это, Радан поцеловал его в губы. И пока наблюдатель жмурился от ласк, стянул ненужные для них стекляшки, оставляя теперь парня перед собой полностью голым (по мнению самого Кавинского). В ответ Винс только продолжил хмуриться, но стоило Радану немного протолкнуться внутрь, как пассив распахнул свои янтарные глаза, громко стоня чуть ли не на весь район. Только вот у наблюдателя были отличные планы от строителя. Пока рыжик потянулся за новым поцелуем, Кавински с громким стоном, практически воем, насадился до конца, так и замерев от переполненности внутри. Радан только рыкнул на него, вместо поцелуя кусая того куда-то в плечо, сильно оттягивая край футболки. Винс на это никак не отвечает, но понимает, что если будет двигаться сидя прямо, то непременно когда-нибудь удариться об потолок машины, поэтому, без лишних мыслей, он навалился на грудь актива, кладя свою голову ему на плечо и начиная размеренно двигаться на стоящем колом члене, не забывая при этом похабно и нагло стонать рядом с чужим ухом. Только вот не долго Кавински веселился. Радан быстро пресёк всю его самодеятельность, грубо хватая за талию и не давая двигаться самому. Винс на это недовольно зашипел, пытаясь насадиться обратно, но строитель на эти жалкие попытки только улыбается, резко одним толчком входя по самый узел. Хорошо, что хоть не с ним. Наблюдатель пискнул, но передышки ему не дали, начиная грубо толкаться, все сильнее и сильнее наращивая темп. Теперь Винс не мог вымолвить и слова, постоянно перебивая себя же стонами или вскриками. Добило его то, что сбившись с темпа, Радан начал надрачивать и наблюдателю, тем самым намекая, что близится финал. Но не как не конец. - Стой, замри! – Радан сам не понял, как заставил себя отвлечься от столь желанного сейчас тела, украдкой взглянув через плече омеги и заметив, что мимо прохода, где они припарковались, едет патрульная машина. И даже не успев понять этот факт, он за секунду замер, заставляя Винса тихо шипеть от резкой остановке всего веселья. Но не успел наблюдатель еще что-то съязвить в ответ, как он, видимо, осознал смысл чужих слов, медленно опустившись на член из-за еле державших его ног и начал мелко дрожать. – Все, они ушли. Им ужасно повезло, что полицейский не додумался посветить фонариком в проход, ведь если бы тот это сделал, то точно бы увидел машину, а потом и двух «трахающихся кроликов» на заднем сидение, которых как раз было хорошо видно в лобовом стекле, которое единственно не было тонировано. А теперь, когда патрульная машина уехала куда-то дальше, можно продолжать свои игрища, что и сделал Радан. Он вернулся к тому, что начал делать раньше, а точнее, водить рукой по достоинства пассии, со своим личным упоением наблюдая за тем, как Винс безвозвратно продолжает краснеть. Но только спустя пару секунд он смог осознать то, что член в руке хоть и не вялый, что исправляла течкой, но точно был излишни мокрый. И опустив взгляд между двух разгорячённых тел, строитель сразу все понял, прыснув от смеха. - Я даже не могу поверить, что ты кончил только от мысли о том, что нас могу спалить. – Радан с улыбкой посмотрел в лицо напротив, пока тот плевался ядом. - Блять, заткнись и забудь. - А ты попробуй заткни. Рыжик конечно же ожидал того, что Винс заткнет его поцелуем, но не как не мог знать заранее, что тот слишком резко дернется вперед, заставляя их зубы столкнуться до стука и продолжить их немое противостояние прям так, с привкусом крови от разбитой губы и под возобновляющиеся толчки прямо в точку G. Радану ничего не стоило кончить сразу же, как он вошёл в податливое тело, но зная то, что течный Винс не отпустит его так легко, был готов кончать и кончать для своего парня. Первый раз его накрыл оргазм как раз после пары толчков в их кровавом поцелуе. Загнав внутрь и узел, который начал постепенно увеличиваться, они ненадолго застыли, зная, что любое постороннее движение будет приносить обоим если не боль, то точно дискомфорт. Поэтому Винс обмяк в чужих объятиях, пытаясь восстановить сбившееся дыхание. Обманчивое спокойствие. Строитель то знает, что как только узел спадет, Винс только и даст сменить презерватив, вновь навалившись сверху и продолжая начатое, пока омега внутри него наконец не успокоится или пока сам Кавински не отрубится от усталости. Так практически и произошло. После того, как ноги у наблюдателя затекли в их прошлой позе, а вот течка немного отступила, давая хоть немного трезвости ума, они переместились в коленно-локтевую, в которой Винс без какого-либо стыда отпятил пятую точку, складывая свою голову на сложенные руки. Теперь машину шатало как в шторм, но им обоим было на это как-то наплевать. Мало что ли течных пар в переулках любятся? И продолжали они так еще ой как долго. Радан без какой-либо задней мысли завязывал презервативы на узелок, откидывая их куда-то на пол. Это будет проблема его завтрашнего. Только вот в тот момент, когда Кавински наконец отрубился от усталости, просто упав носом в сиденье, Радан вышел из податливого тела и с ужасом осознал. Презерватив был порван, а из омеги вытекала тоненькая струйка семени.