Чёрный день. Книга первая

      — Я… не знаю, что произошло… я была… далеко от того места.       Какое странное чувство, будто я уже видела это. Допрос… нет — выяснение обстоятельств. Не смотрю в лица людей.       Говори то, что должна. То, что должна. Что я должна сказать?       — Не лгите. Если вы пытаетесь защитить себя или… — запинается, — кого-то другого, лучшим вариантом это сделать — рассказать правду.       Чем это поможет?       — Как вы оказались в подвале?       Что сейчас лучше? Что сейчас важнее? Для чего всё это нужно?       Ты хочешь его защитить. Но зачем? Это необходимо. Я его даже не знаю! Ты его… Я его не знаю. У этой лжи нет смысла. И незачем хранить правду. Расскажи всё как есть. Расскажи. — Он привёл меня… — Он мёртв? — …да… Он убил его…       Площадь заливает солнечный свет. Но всё выглядит как-то мрачно. Много людей. Много молчаливых, подавленных людей.       «С постановления действующего правительства города Капска и глав служб на Двадцать вторую Школу накладываются особые ограничения и обязанности…» Уже сегодня выставили новое расписание, почти не оставляющее учащимся свободного времени. В итоге под наказание попали даже те, кто спокойно проспал всю ночь, но виновных не обделили дополнительной работой. Каждому нарушителю порядка припомнили все грехи, кому-то снизили отработку за «попадание под влияния», кому-то повысили за… подстрекательство. Кто-то просто стал участником, кого-то обозначили организатором. Но оказалось, что всё это произошло благодаря одному человека…       «Никита Роков обвиняется в…» «…и будет отправлен в лечебно-исправительное учреждение…» Изолятор. «Правилами города предусмотрена высшая мера наказания…» Казнь. «… но мы верим в человечество, и то, что каждый способен измениться и стать лучше». Если бы он это услышал — рассмеялся. Я уверена в этом. Меньше чем за неделю, он собрал и убедил людей устроить эту «вечеринку» — они убегали в город, крали, нарушали расписание, не учились. Но сам он в этом не учувствовал. Он был лидером без лица — лишь некоторые знали, кто им помогает, кто защищает их от охранной системы Школы. А он всецело ею управлял. Меньше чем за неделю он организовал небольшой мятеж, который мог быть вполне удачным, который всё равно поселил в сердцах людей любовь к свободе.       — …в городе убита семья! — слышится крик женщины у первого корпуса. — А вы держите убийцу под своей опекой!       Семья?       Я перевожу взгляд на руку с лентой, под ней шрамы, отчётливо видное слово «Убийца». У Ника такие же шрамы?       Перерыв заканчивается. Пора возвращаться в класс.