От Цереры до Отреры

Что бы разум и сердце произвести не захотели, тебе оно, о! сочувственник мой, посвященно да будет. Хотя мнения мои о многих вещах различествуют с твоими, но сердце твоё бьёт моему согласно — и ты мой друг. Александр Радищев © Отужинав с моими друзьями, я лёг в капсулу, находившуюся внутри космолёта. Старый пилот Улисс, будь он проклят, помчал корабль во всю его двигательную мощь, отчего у меня неприятно заурчало в животе, однако в несколько минут я был уже за городом. Расставаться с родным городом всегда печально, особенно когда понимаешь насколько важен он не столько для истории космонавтики сколько для тебя лично. Церера оставила в душе благословенные воспоминания как тёплый край, готовый всегда принять тебя с распростёртыми объятиями. Подумать только, когда то этот мегаполис был простым клочком камня, что болтается где-то между Марсом и Юпитером. Да, камень весьма большой, размером даже сравнимым с луной, однако ж оттого не менее пустынный и по каменному обычный. Это небесное тело в большом поясе астероидов так и могло бы быть простой грудой никеля, циркония, или, из каких там металлов вообще камни состоят? Не важно. Однако, на мороку космосу в судьбу Цереры вмешалось человечество. Люди окружили астероид металлическим шаром, если по научному назвать, то какой нибудь гранитной сферой, что покрывала всю площадь астероида, и проведи по боку этого шара пару прямолинейных ветвей, по 100-150 километров каждая. Эти ветви служили опорой для будущей огромной поверхности в форме колеса, что равномерно огибала шар, выражаясь латентно-геометрическим языком была таким же идеальным кругом, но с большим радиусом. И вот на этой поверхности уже и зародили жизнь. А дальше полилось это и на всю солнечную систему. Полилось так, что мне сейчас необходимо прибыть в наиболее короткие сроки в Отреру на похороны кота. А значит, лежу я в каюте. Звон почтового мейла, наскучив моим ушам, призвал наконец благодетельного P3h62, что роботом домашним в моём доме служить честь имел. Горесть разлуки по коту моему дорогому, Илону, имея, преследуя за мною в смертоподобное мое состояние, представила меня воображению моему уединена. Сел я тот час в космолёт да полетел к Отрере, деваться уж всё равно от скуки да лени некуда сложилось. Благополучно заснул я в дороге смертно. Уши будто в воск закатали, ничего не слышно. А тем временем к орбите Юпитера подъезжали, а там уж и спутники его галилеевские, на которых, подобно как на астероидах в наше время, города строят. Только их на спутниках больше гораздо, и они гораздо сильнее на земные похожи. Чё уж, размер спутников позволяет. По счастью моему случившийся по дороге камешек из незримого первого кольца Юпитера чуть было не пробил стекло в одной из кают, из-за чего я подпрыгнул на кровати как будто увидел самого дьявола под одеялом. Юпитер в наши годы как Сатурн пышные кольца имеет. От границ с поясом астероидов до самой орбиты Сатурна простираются. Капсула моя остановилась. Приподнял я голову. Вижу: на пустом месте стоит дом в три жилья. – Что такое? - спрашивал я у пилота моего Улисса. – Почтовый двор. – Да где мы? – Во втором кольце Юпитера, - и между тем заливал в двигатель топливо. Повсюду стояло молчание. Погруженный в размышлениях, не приметил я, что капсула моя давно уже без давно без топлива внутри простаивала. Привезший меня гражданин извлёк меня из задумчивости – Барин-Батюшка, на Эль! От неожиданного выкрика Извозчика я прикрыл свои глаза.