Падение Икара - Возращение.

— Знаешь, что самое странное в этой всей ситуации? — начала Солус, смотря на свой новый внешний вид теперь. — Ну? — вопросительно посмотрел на собеседницу Майкл. — Я не люблю пауков.       От этих слов, парень невольно усмехается. Конечно, выбора не было и пришлось довольствоваться тем, что есть. Тем более мало кому было жаль Эйрахниду — слишком много проблем она принесла этим ребятам, чтобы хотя бы попытаться остановить его действия. Лишь только Оптимус высказался на счёт того, что это слишком жестоко. Впрочем, тот понимал, что иначе никак, по этому и не стал препятствовать столь негуманной операции. Остальные же просто стояли, молчали и наблюдали. Да и плюс, это хотя бы имело смысл, ибо на Землю прибыл один из высшей лиги. Созидатель таких разных вещей, как оружия, броня, инструменты, да и вообще много чего ещё. В конце концов, большая часть артефактов Иакона были сотворены этой дамой.       Солус смотрит на свой внешний вид и, невольно, всё ещё считает, что это всё не настоящее. Сложно поверить в то, что какой-то случайный, заблудившийся парень, даст ей возможность… Такую бональную возможность, как просто жить. Не просто существовать, как энергия, а именно жить. Жить так, как делала это раньше. До того, как её бывший друг и товарищь убил её ради вооружения… Мегатронус.       От этого имени энергон в ней невольно застывает. Сошёл ли тот с ума тогда или это и была его идея изначально? Если так, то всё те роскозни об их дружбе — не более чем фальш? Просто слова, ради получения того, что тот так хотел и жаждал. Реквием Бластер.       Смотря на себя в зеркале, она невольно замирает. Некоторая колкое ощущение появилось в её искре. Это странно. В конце концов, её статус не позволяет ей думать даже о таких простых вещах. Но, в конце концов, она девушка, так ведь? Первая и единственная из Праймов, которая стала девушкой. За всё эти световые циклы она просто продолжала молча наблюдать за этим миром маленьких существ — людей. Как они развиваются, живут, воюют. На мгновение она поймала себя на мысли тогда, что они не далеки от трансформеров. И люди, и они, воевали друг с другом за непонятные идеи и причины. Но каждый оправдывал смерть другого «великой целью», словно это уже стало нормой… Нормой убивать себе подобных. — Майкл, скажи мне, как человек видевший войну. Какая она у вас? — спрашивает Прайм, на мгновение переведя взгляд своих окуляров на собиседника.       Парень, услышав вопрос, перевёл на неё взгляд и подошёл чутка к ней. Война — вещь определённо не приятная. Да и на самом деле, та война, где он был, одна из самых бесполезных на его памяти. За что они воевали — он тогда не понимал. За нефть, за идеи Штатов или что-то абстрактное? Но от того было ещё хуже.       На этой войне многие, в число которых входил и сам Майкл, потеряли своих друзей. Да и не только друзей, а ещё своих близких, и даже любимых ими людей. Война — самое страшное время. Это первое, что могло прейти блондину в голову, посмотрев куда-то в потолок. — Война… — протянул парень и взял не долгую паузы, что бы сформировать мысль. — Это то время, после которого никто не может оправиться полностью.

Flashback.

Ирак. Один из опорных пунктов Штатов в городе.

      Они находились в городе, который на тот момент захватила группа вместе с Майклом, Майклом Андерсоном. Это ещё было до того, как он потерял свой отряд и… кое-кого ещё. Блондин сидел у костра, который сварганил один из командиров отделения, что шли с ним же. Парень молча помешивал какую-то кашу в чане, думая о чём-то своём. Умеренный треск дерева в огне дополнял особую идиллию в этот момент. Момент секундного спокойствия, когда не было слышно взрывов, выстрелов и прочего. Просто спокойствие, которого не хватало уже давненько. — Майкл, слышал твоя группа вместе с Сержантом Келсом захватила этот город. Как так вышло? — спросил подошедший офицер к тому.       Майкл поднял голову на спросившего. Он знал этого парня. Первый Лейтенант Уайт Ливос. Боевой офицер, который в отличии от остальных не просиживает свою толстую задницы в штабе, а помогают солдатам, идя с ними в авангарде. Мужик лет 40 точно, лысый, с тонкой щетиной и шрамом на шее от осколка мины. Сильный мужик, после госпиталя и сразу в бой. Майкл уважал его. В конце концов, он и вдохновлял блондина на действия. — Да как-то получилось, — спокойно ответил парень едва пробуя еду на вкус. Ещё не сварилась, продолжил мешать дальше. — Хорошо у тебя получилось. Ты представлен к награде, — кивнул ему Уайт, садясь на стоявший рядом стул, не много пододвигая его к огню. — Так точно, первый лейтенант, — кивает он, на что офицер лишь отмахивается. Не то время, чтобы по званию обращаться, думает тот, откручивая колпачок фляги с водой. — Слышал, у тебя здесь друг погиб? Золотой был парень, — говорит Уайт, обращая внимание Майкла на себя, от чего блондин и кивает. Потом его взгляд удаляется в сторону, прямо на стоящие рядом грузовики. — Война сынок. Война знаешь, как на войне. Ничего не поделаешь. Отправишься в отпуск, отвлечешься от всего этого. — У меня просьба, первый лейтенант. Разрешите? — начал Майкл посмотрев на него. На что ему молча кивнули. — Когда будут отправлять гробы с солдатами из Нью-Йорка, можно я гроб с Шоном повезу сам и передам лично его родителям?       Майкл чувствовал груз вины, за то что уговорил своей друга пойти тогда с ним на призыв. — Чего так? — Нас призывали вместе. И это… Это я его сюда в Ирак сманил. — Казнишься теперь?       Лейтенант смотрел на Майкла проницательным взглядом. Блондин после этого увёл голову куда-то в бок. Через мгновение он молча кивнул. — Все мы кого-то подстёгиваем дружить, жениться, строить, защищать. А может не рыпаться просто? Плюнуть на всё и смотреть как мирную страну превращают в сортир? Ты хочешь в такой стране потом если что отдыхать? Детей возить? — спрашивает Майкла лейтенант. — Не хотелось бы этого. — Вот и мне не хотелось бы. По этому я здесь. Так что не казнись и не спускай всех собак на себя. Ты здесь не один такой, нас двое, как минимум, — проговорил Уайт и протянул тому ладонь. В ответ на что тот ему подал руку.

End Flashback.

— Но война есть такое время, когда ты можешь найти по настоящему крепких друзей. Которые всегда будут с тобой. Пока ты или они не умрут. Независимо от того, что преподносит тебе война. Старайся найти хоть один положительный момент в ней. Даже если кажется, что всё пропало, — проговорил блондин, хотя сам не шибко верил в свои слова.       Эта война отняла у него слишком много, и возвращать не планировала. Забрала его душу, друзей, любовь. Всё, что делает человека — человеком. Даже став роботом, в его искре всё равно нет покоя. Но, в любом случае, сейчас всё начинает меняться. Жизнь медленно начинает восстанавливаться и зализывать глубокие раны в душе бывшего военного. Как говорят иногда, время лечит. Но ещё больше лечат те, кто помогают тебе перевязать эти раны, находясь рядом с тобой.       С этой мыслью, парень едва улыбается, а потом в какой-то момент потянул руку и погладил девушку по голове. Один из его любимых приёмов поддержки. С его почившей это работало. Даже когда всё казалось плачевным, этот лёгкий жест помогал в душевных тяжбах. И даже Прайм, удивлённая этим резким порывом парня, невольно этому улыбается, кивая в ответ. — Пойдём, у нас ещё много дел. — сказал парень подхода к двери.

Продолжение следует…