Alright

Первое утро в их собственной квартире не было похоже на большинство их совместных дней в особняке. Когда Кайя проснулся, Суна всё ещё спала, обнимая его будто он её опора. Кайя не смог сдержать улыбку, его жена казалась особенно красивой сейчас, когда она больше не была озабочена проблемами сестры и её мужа. Суне шло спокойствие, лёгкая улыбка даже во сне. Кайя хотел бы знать, что ей снилось. Может их семья с детьми, или может там во сне он отвёз её в какое-нибудь путешествие, которым Суна наслаждается. Хотя это было не важно. Было приятно просто обнимать её, невесомо целовать в макушку и знать, что теперь у них точно всё будет хорошо. В их маленькой квартире, в которой уже так скоро будет звучать недовольство Суны из-за каких-нибудь глупостей, а потом ещё немного и квартиру наполнит детский смех. Кайя уж точно не думал, что эта поездка в Турцию подарит ему семью. Нюкхет, конечно, говорила ему, что он познакомится с дедом, дядей, кузеном, но Кайя никогда не питал надежд, всегда зная, что семьёй они ему не станут. Но потом в его жизни появилась Суна Шанлы, которая вскоре стала Сонмез. Он и сам не знал, когда влюбился. Может уже тогда, когда она открыла им дверь. Может тогда, когда она не стеснялась быть собой в Мармарисе, дерзко показывала Фериту и Абидину, как они не правы, и беззаботно танцевала на столе. Может тогда, когда он впервые назвал её морской феей, или тогда, когда она надела то особенно короткое платье на праздник в честь Сейран. Кайя ненавидел тот вечер, потому что он закончился слишком быстро. А он бы так хотел наблюдать за тем, как она снова выпила бы какой-нибудь коктейль в баре и отдалась бы танцу. И он не стал бы думать о правилах приличия, отправился бы к ней на танцпол, бесстыдно прижимаясь в переполненном клубе. Но сейчас всё это было уже в прошлом. Она была его женой, носила на безымянном пальце блестящее в солнечном свете обручальное кольцо и его ребенка под сердцем. И вот эта семья, которую Кайя обрёл в лице жены и их малышки, теперь были главным смыслом его жизни. А он ведь когда-то думал, что просто уничтожит фирму Корханов и вернётся домой, в Лондон. Теперь же домом стала его любимая жена, и совсем не важно, жить ли в Стамбуле или в Лондоне. Хотя он бы очень хотел показать ей свою родину. – Доброе утро, любимый, – она отвлекает его коротким поцелуем куда-то в линию подбородка. – Ты чего уже не спишь? – Я любовался тобой, – это не было ответом на её вопрос, но Суна все равно расплылась в улыбке. – Я обещала тебе вчера, что сегодня мы завтракаем где-нибудь в ресторане. Да и в любом случае у нас нет еды в холодильнике, так что нужно выбраться куда-нибудь. А потом я куплю всю необходимое домой, пока ты будешь на работе. – Аллах, Суна, ты только проснулась, а уже план на день придумала, – смеётся Кайя. – Расслабься хоть немного. Это наше первое самостоятельное утро. И знаешь что, позавтракать мы можем и через час, а пока позволь мне поцеловать мою любимую жену, – он меняет их положение, так что Суна теперь лежит на спине, а он опирается на руки над ней сверху. Она смеётся и смущается одновременно, а он медленно целует её, превращая это утро в по-настоящему доброе.

***

– Кайя, знаешь, я думаю, что мне стоит найти работу, – они уже сделали заказ и теперь разговаривали о всяких мелочах, любуясь видом на Стамбул и друг на друга. – Да, ты работаешь, и у нас хватило денег на то, чтобы снять квартиру. Но нам ведь будут нужны продукты, а потом столько всего для ребенка, и может даже квартира побольше. Не думаю, что Халис повысит тебе зарплату просто из-за того, что ты съехал из дома, скорее понизит, чтобы мы вернулись. – Насчёт денег не переживай. У меня есть накопления из Лондона, я ведь работал там. И зарабатывал больше, чем нам с мамой нужно было на минимальные потребности. – Я бы не назвала количество твоих колец и цепочек минимальными потребностями, – смеётся Суна, заряжая и мужа хорошим настроением. – Но если ты хочешь работать, то я не против Суна. В конце концов, посмотри на всех этих людей там в особняке. Знаешь, откуда их проблемы с изменами и любовницами? Оттуда, что они слишком много времени проводят дома. Только подумай хорошо, чем бы ты хотела заниматься, но чтобы при этом это не была слишком большая нагрузка для тебя. – Кайя, на первых месяцах девушки спокойно работают на любой работе. А насчёт моего желания, я неплохо варю кофе и готовлю, хотя официанткой мне не стать, ещё зацеплюсь за какой-нибудь ковёр и придётся списать всю мою зарплату в счёт стоимости блюда, – она смеётся, вспоминая как не стала женой Ферита. Тогда это вызывало истерику, сейчас она была рада, что ей достался кузен её потенциального первого жениха.– У меня хорошее знание иностранных языков, английского и французского, но не думаю, что кто-то так легко доверится учителю без образования и опыта работы. Но не переживай, я найду что-то. Может какие-нибудь частные переводы или ещё что-то. – Хорошо, и у тебя обязательно получится, раз ты так настроена. А теперь давай, кушай уже свои блинчики, – Суна смеётся, потому что Кайя, который заказал английский завтрак, в итоге забирает у неё один из её сладких панкейков, хотя говорил, что сладкие завтраки – это не для него. – И кто из нас беременный? – шутит девушка, забирая у мужа немного бекона.

***

– Абидин, Пелин, какая неожиданная встреча. – Это скорее тебя необычно увидеть в таком месте, – со смехом замечает Пелин. – Суна, ты всё никак не вырастешь из детского возраста? – Или уже мечтаешь о детях, которых у тебя с Кайей никогда не будет, – Суна инстинктивно опускает руку на живот, защищая своего ребенка от этого злого человека. – Почему это никогда не будет? – ей бы развернуться и уйти, но любопытство берет верх. – У вас ведь фиктивный брак, все об этом знают, – уверенно делится Пелин. – А ваш ребёнок где? – она пытается перевести тему, потому что обсуждать фиктивность её брака совершенно точно не хочется. – И да, Абидин, поздравляю с отцовством. – За нашим ребенком присматривает Пырыл. У нас, в отличие от тебя, есть любящая семья, которая готова поддержать. – Как же вы подходите друг другу, – Суну задевают слова Пелин, но она не подаёт виду. – Так любите задевать людей. – Знаешь, у нас есть хоть что-то общее. Не то что у тебя с Кайей. Наслаждайся, пока можешь. Скоро он устанет от тебя и уйдет, вокруг ведь так много свободных и красивых девушек, не таких деревенщин как ты. – Вы спрашивали, что я тут делаю. Мы с Кайей хотели подарить что-нибудь вашему ребенку, так сказать по старой дружбе. Но, знаете, я передумала. Хорошего вам дня, – она сбегает, пока не услышала каких-нибудь ещё более ранящих слов в свой адрес.

***

После поездки в торговый центр Суна весь день не могла вернуться к нормальному настроению. Сначала выбили из колеи слова Абидина о том, что их брак фиктивный. И Суна знала, что это глупость. Прекрасно знала, что от фиктивного брака детей не бывает. Но мысль противно заела в голове, раздражая и так нестабильное настроение девушки. Ведь если все думают, что их брак фиктивный, значит со стороны не выглядит так, будто она любит Кайю. А может и он это чувствует. Может даже Пелин права и Кайя скоро уйдёт от неё. Так ведь всегда происходит в её жизни, она просто не может быть счастлива слишком долго. – Любимая, я дома, – голос мужа выводит её из раздумий. Это их первый вечер в новой квартире, и Суна пытается улыбнуться, когда идёт встречать Кайю, чтобы не испортить их маленькое новоселье. – Привет, как ты? – она целует его в щеку, но Кайя успевает обнять раньше, чем Суна делает шаг назад. – День был ужасно длинным без тебя. Но я рад быть дома, с моими девочками. А ты как? Как прошел день? – Я приготовила ужин, будешь? – он замечает, что Суна не ответила на его вопрос, но не давит на жену. – Конечно буду, – он целует её прежде чем отпустить и наконец раздеться. Суна сбегает на кухню, пока Кайя моет руки и переодевается. Он озадачен её поведением. На первый взгляд Суна ведёт себя как и всегда, обняла, не противилась его поцелуям, но он будто чувствует холодность от неё. И он хочет списать всё на гормоны, потому что проще винить их во всех странных настроениях беременной жены, но он так не может. Он не был бы Кайей Сонмезом, если бы не обращал внимание на малейшие детали, когда дело касается его любимых женщин. – Суна, – он обнимает её со спины, опуская руки на живот девушки, где растет их маленько чудо. – Ты не ответила. Как ты сама? Как прошел день? – Всё в порядке, – она продолжает помешивать какой-то свой очередной кулинарный эксперимент, и закусывает губу, чтобы не расплакаться.В голове так неожиданно снова возникают слова мужа о жалости. – Я же вижу, что нет, – он старается говорить мягко, не хочет на неё давить. – Что Сейран позвонила и наговорила тебе что-то о том, как мы не могли её бросить? Ферит сегодня обсуждал со мной, с чего это мы сбежали. Или родители уже узнали о нашем отъезде и Казым был здесь, я ведь просил тебя звонить в таких случаях. – Остановись, – Суна кладёт ладошку на губы мужа, и он не может отказать себе в желании сотворить маленькую шалость, так что целует внутреннюю сторону её ладони. – Моя семья здесь не при чем. И твоя тоже. – Тогда что? Наша малышка влияет на твои гормоны и тебя сегодня всё раздражает? – Было бы легко списать всё на это, правда? – смеётся Суна. – Правда. Но легко – это не то, что мне нужно, любимая. Давай по порядку. Ты пошла в торговый центр после нашего завтрака. И что там случилось? Платье, которое тебе понравилось не село так, как ты хотела. – Не говори глупости, я ведь не совсем дура, чтобы из-за такого расстраиваться. И до платьев я даже не дошла. Я зашла в магазин игрушек и встретила там Пелин и Абидина. Судя по всему он действительно отец её ребенка. – И тебя расстроило, что твой бывший выбрал Пелин, а не тебя. Или что он успел заделать ей ребенка, пока вроде как был твоим возлюбленным. – Мне плевать на Абидина, Кайя. Его жизнь – это его жизнь, он никто для меня и меня не волнует его семья. Просто они сказали кое-что, и я знаю, что это глупость, но я не могу перестать думать об этом. И мне кажется, что я уже накрутила себя слишком сильно, но все равно не могу остановиться. Ладно, не важно, садись кушать, пожалуйста. Она ставит тарелку для мужа на стол и садится напротив, забрав с собой свой давно остывший чай. – Суна, – он забирает её руку в свои, мягко касаясь внешней стороны ладони. – Что они тебе сказали? Я не хочу, чтобы ты накручивала себя без повода. Тебе не идёт эта морщинка между бровями. – Значит Пелин была права, я уже тебе не нравлюсь. Кажется, даже быстрее, чем она могла предположить. – Суна, – его голос становится строже, и Суна понимает, что он уж точно не намерен позволить ей размышлять обо всём этом в одиночестве. – Сначала Абидин смеялся, что мне нечего делать в таком магазине, потому что с моим фиктивным браком мне нечего мечтать о детях. Потом Пелин сказала, что в отличие от меня у них есть семья, которая может помочь им с ребёнком. И в завершении всего, она считает, что очень скоро я тебе буду не нужна. И я понимаю, что это глупость, особенно про тебя. Ты никогда не давал мне повода засомневаться в твоих чувствах, в твоей любви, но я все равно не могу перестать думать об этом. Особенно о моей семье, Сейран недолюбливает тебя, не думаю, что она обрадуется нашему ребенку. Отцу с мамой я и сама ребенка не доверю, а то после первых слез папа начнёт его бить, а мама так и будет стоять рядом. Да и твоя мама наш брак не жалует. Не удивлюсь, если родится девочка, она назовёт меня бесполезной и в очередной раз скажет разводиться. И я знаю, что ты меня любишь, но почему-то после этого разговора сегодня не могу перестать думать о том, что будет со мной и с нашим ребенком, если ты уйдёшь. Действительно, зачем я тебе такая. У меня ведь нет модельной внешности или хотя бы выдающихся способностей в постели, да и образования нет, так что я просто пустышка. – Суна, любимая, этого не будет. Иди сюда, – он встаёт со своего места и притягивает девушку в объятия. – Во-первых, для меня ты самая красивая модель. И даже через несколько месяцев, когда твою фигуру будет сложно назвать модельной, я буду любить тебя не меньше, ведь ты исполняешь мою огромную мечту быть отцом. Во-вторых, ни одна девушка не заводила меня в постели так, как это делаешь ты, – она смеётся и смущённо опускает взгляд от таких его слов, но Кайя мягко поднимает её голову, чтобы их глаза снова встретились. – Чего стоит хотя бы то, как ты не позволила нашему браку в первую ночь оставаться фиктивным, – он наклоняется, убирая волосы, и продолжает тихо шепотом на ушко, – так сильно хотела меня, Суна Сонмез. – И в третьих, – он снова совершенно серьёзен, – что касается образования, если ты захочешь, мы найдем место, где ты смогла бы учиться заочно. Не переживай, я буду один сидеть с дочкой, когда тебе надо будет на сессию. – Извини, – шепчет Суна, обнимая мужа ещё крепче. – Я не имела права даже на секунду задуматься о том, что ты можешь меня оставить. Это просто нечестно по отношению к тебе. – Всё в порядке, любимая. А теперь, давай уже наконец покушаем. И тебе тоже надо, а то что это ты только мне положила, – смеётся Кайя, уже спеша наложить ужин и жене. Она задерживает на нём взгляд, пока он не возвращается за стол, и теперь уже совершенно точно знает, что всё у них получится, даже если весь мир будет против.