The other side of the moon.

Утром я проснулась совершенно разбитой. Волосы на голове спутались в огромные колтуны, нестертый вчера макияж теперь расплывался вокруг глаз чёрными кругами, а на телефоне значилось 8 пропущенных от Аурики. Я уныло поплелась в ванную, чтобы хоть как-то привести себя в порядок. Настроения идти в универ совершенно не было, но я не привыкла пропускать пары без уважительной причины, а навряд ли неудачное общение с Серафимом можно было считать таковой. Кое-как собрав себя в кучу, я направилась в университет, предвкушая целую гору вопросов от подруги, которой, к слову, до сих пор не ответила. «Ты куда пропала вчера? - практически сходу налетела на меня Аурика, - ничего не сказала, на звонки не отвечала». «У меня голова разболелась», - пробубнила я, желая побыстрее прекратить этот разговор. «Можно было хотя бы предупредить», - не унималась подруга. «Я тебя не нашла», - соврала я, пожимая плечами. Это немного смягчило раздражённый тон Аурики, ведь она, и правда, вчера весь вечер бегала по своим общественным делам. И неважно, что я даже не пыталась ее найти, но отмазка выглядела убедительно. «Ладно, - уже практически спокойно произнесла подруга, - лучше скажи, ты поговорила с Серафимом»? Я так надеялась, что речи об этом не зайдёт. Меньше всего мне хотелось возвращаться ко вчерашней ситуации. И пусть моей вины в ней не было, я все равно ощущала произошедшее каким-то своим личным фейлом. «Поговорила, - нехотя ответила я, - он сам ко мне подошел». «Да лаааадно, - Аурика удивленно округлила глаза, - и че, и че»? «Да ниче, - пробурчала я, - мы только разговорились, как пришел Тушенцов и все испортил». Его фамилию я произнесла с особой ненавистью. Выплюнула, как змея яд в вену врагу. «В смысле испортил?» - удивление подруги росло в геометрической прогрессии. «Подошел и начал шутить свои тупые шуточки, - я старалась снова не впасть в бешенство, - сказал, что я - его девушка». Аурика выглядела обескуражено. Она немного помолчала, а потом спросила: «А ты не думаешь, что он к тебе неровно дышит»? «Ещё чего, - фыркнула я, - да ему просто нравится надо мной издеваться. Мстит мне за то, что я в детстве не хотела с ним дружить». «Ну не знаю, - задумчиво произнесла подруга, - не думаю, что Русик настолько инфантильный дурачок». «Русик», - я раздраженно закатила глаза. Как вообще можно было называть это исчадие ада Русиком. Самым подходящим для него именем было «козлина». «А дальше что?» - Аурика с нетерпением смотрела на меня. «Ничего, - с досадой произнесла я, - Серафим ушёл, а я от злости облила Тушенцова пивом». «Мдаааа, - протянула подруга, - прямо шекспировские страсти. И что думаешь делать»? «Не знаю, - я задумчиво почесала затылок, - наверное, напишу Сидорину, объясню ситуацию. А там будь, что будет». «А с Русланом?» - Аурика вопросительно подняла бровь. «А что с ним? - я снова почувствовала раздражение, - у меня единственное желание - отпилить ему яйца тупым лобзиком. Не думаю, что оно куда-то пропадёт». Подруга лишь хмыкнула, но ничего не ответила. Она махнула мне рукой и направилась в деканат, а я поплелась в аудиторию, благодаря Бога за то, что пара будет не у всего потока, а только у нашей группы, и мне не придётся встречаться с Серафимом, а уж тем более с Тушенцовым. Но я ошибалась. У входа в кабинет, переминаясь с ноги на ногу, стоял Сидорин. Первым моим желанием было развернуться и убежать. Мне было стыдно смотреть парню в глаза после вчерашней нелепейшей ситуации, но он меня уже заметил. «Элина, - Серафим помахал мне рукой, - привет». «Привет», - я смущенно опустила голову. «Как прошёл вечер?» - улыбаясь, поинтересовался Сидорин. «Уехала домой, - повторила я «официальную» версию, - голова разболелась». «Слушай, у меня тут концерт будет в баре в субботу, - начал парень, - если все ещё хочешь послушать мою музыку, то приходи». Я подняла на него глаза, не веря своим ушам. Всю ночь я переживала, что Серафим больше ко мне и близко не подойдёт, а сейчас он звал меня на своё выступление. «Конечно, - слишком рьяно выпалила я, - я приду». «Отлично, - радостно произнёс Сидорин, - можешь взять своего парня или кого-то из друзей. Я здесь недавно, и буду рад новым знакомствам». «Кстати, Серафим…», - мне не терпелось сказать самое важное. «Можно просто Сим, - улыбнулся он, - извини, что перебил». «Кстати, Сим, - снова начала я, - Тушенцов не мой парень, это все его дурацкие шутки. Просто наши мамы давно дружат, и мы с ним знакомы с детства». «Аааа, понятно, - протянул Сидорин, - ну ладно, мне пора, увидимся в субботу». Он снова помахал мне рукой и скрылся в толпе студентов. Я стояла и смотрела парню вслед, глупо улыбаясь от радости. Хотелось просто взять и обнять весь мир. «С тобой что?» - спросила подошедшая ко мне Аурика. Она сразу заметила мое странное состояние. Обычно я была хмурой и мрачной, а сейчас светилась, как электрическая лампочка. Я быстро поведала ей о произошедшем. Про Серафима и про приглашение на концерт. «Ты же пойдёшь со мной?» - я умоляюще посмотрела на подругу. Сейчас мне как никогда нужна была ее поддержка. «Конечно, с удовольствием», - улыбаясь, кивнула Аурика. Я с радостным визгом бросилась ей на шею. Так хреново начавшийся день плавно становился одним из лучших. «Простите, - неожиданно раздался знакомый хриплый голос, - Элка, можно тебя»? Я театрально закатила глаза, но сейчас даже появление Тушенцова не могло испортить моего прекрасного настроения. «Чего тебе?» - я медленно повернулась к нему. «Поговорить», - Руслан выглядел несколько растеряно, что на него было совсем не похоже. «Говори», - произнесла я, когда мы отошли чуть в сторону. «Я хотел извиниться за вчера, - голос парня звучал вполне искренне, - правда, глупо получилось». «Ещё с утра я хотела убить тебя, - ответила я, даже вполне дружелюбно, - а теперь мне все равно, так что живи». Я похлопала Тушенцова по плечу. «Ну так что мир?» - улыбаясь, переспросил он. «Агаааа», - протянула я, разворачиваясь и направляясь обратно к подруге. Сейчас все мои мысли были заняты предстоящей субботой и походом к Серафиму на концерт. Все складывалось идеально, и, казалось, никто не мог этому помешать. А не мог ли?