Фокус в том, чтобы продолжать дышать

Это случилось незадолго до обеда. Кларк была готова идти в кафетерий: под мышкой у нее были книги, ее летнее платье, которое было выше колена, развевалось вокруг нее, пока она шла по коридору. Еще час, потом у нее была тренировка по черлидингу. Был понедельник, неделя только началась, и она не могла дождаться, когда же она закончится. На выходные у нее были планы, большие планы: ее парень, с которым она встречалась пять месяцев, Финн - он же квотербек футбольной команды, он же самый популярный парень в школе - запланировал вечеринку у себя дома, и там собирались быть все, кто имел значение. Это должна была быть первая вечеринка последнего года в средней школе. Незабываемая. Ничего не могло пойти не так. Ничего. За исключением того, что что-то происходило. Сначала она не замечала пристальных взглядов. Потом они стали настойчивыми, а некоторые из них стали избегать ее взгляда, как только она его ловила. Дело было в ее платье? Ее макияж размазался? Она мельком увидела свое отражение в зеркале одного из шкафчиков в коридоре: ее светлые волосы идеальными волнами ниспадали на плечи, а лазурное платье заставляло сиять голубые глаза. Честно говоря, ей это не очень нравилось, но она чувствовала себя обязанной быть в некотором роде провокационной, а джинсов и футболки было просто недостаточно. И она хорошо выглядела в платьях, никто не мог сказать иначе. Группа из трех девушек о чем-то шептались, когда она проходила рядом с ними.. Они уставились на нее, но отвели глаза, как только увидели, что она устремила на них пытливый взгляд. Может, она все неправильно поняла, может, они говорили не о ней, а она просто устала и слишком чувствительна. Она опустила взгляд на свои руки. Никаких следов краски, даже легкой тени черноты под ногтями. Хорошо, это мыло буквально спасло ей жизнь. Затем, снова эти глаза и этот шёпот, которые следовали за ней, пока она не оказалась перед кафетерием. Затем все прекратилось. Что за черт… Она открыла двери, уже выискивая знакомые лица своей группы: Финна и мальчиков или – что еще лучше – Октавию и Рейвен. Возможно, ее лучшие подруги уже были в курсе новых школьных сплетен и могли бы объяснить, что, черт возьми, происходит со всеми этими перешептываниями. И она увидела это. Она увидела их. Подносы разбросаны по полу, вокруг них повсюду еда, и небольшая толпа собралась в круг, как на арене. “Уберите её от меня ”, - кричал Финн.Под глазом уже появился синяк, а вена на шее пульсировала. Его большие руки сжались в кулаки, готовые защищаться. Перед ним девушка. Высокая, в черных джинсах в обтяжку и черном топе, волосы заплетены в сложные косички. Костяшки ее пальцев покраснели. Она тяжело дышала, ее глаза горели гневом. Она побежала, даже не осознавая этого. В долю секунды она оказалась между ними, прижавшись спиной к девушке, положив руки на лицо Финна, чтобы осмотреть повреждения. Он нехарактерно для себя сделал шаг назад, беря ее руки в свои и отводя от своего опухшего глаза, капли крови уже падали на его белую рубашку. Она посмотрела на него слегка ошарашенно, но он не встретился с ней взглядом. Она скорее почувствовала, чем услышала, как девушка снова приблизилась: рука легла ей на плечо, пытаясь оттащить от Финна. “Что, черт возьми, ты делаешь?!”, она развернулась, полная гнева, но была встречена стоическим и незаинтересованным взглядом. “Отойди, Кларк”. Девочка, Лекса из ее класса английской литературы, впервые в жизни обратилась к ней по имени. Она чувствовала себя глупо, думая о такой бесполезной детали, ведь за несколько секунд до этого ее парня ударила та самая девушка. К сожалению для леди-гота, она связалась не с тем человеком. "В чем, черт возьми, твоя проблема, чудачка?", - вместо того чтобы сдвинуться с места, Кларк сделала шаг в сторону Лексы и подтолкнула ее, положив руки ей на плечи. Небольшая толпа издала тихое оханье. Теперь Финна поддерживали другие ребята из его команды. Он приложил одну руку к лицу, пытаясь понять, не нужно ли наложить швы на бровь. Его ладонь окрасилась кровью, и она услышала проклятие, слетевшее с его губ. И тут она увидела ее. Волна вьющихся волос пробивалась сквозь толпу, позади Лексы. Кларк не заметила ее в самом начале, когда пыталась протиснуться между телами и криками. Через секунду она прошла мимо Лексы и на мгновение посмотрела на нее, незаинтересованность была написана на ее красивом лице. Карие глаза и каштановые шелковистые волосы промелькнули мимо нее в одно мгновение, и она осталась позади. Теперь ее руки были на лице Финна.На лице Финна. И на этот раз он не отстранился. Он позволил ей обнять его лицо, суетиться вокруг него с обеспокоенными глазами, что-то шепча ему. Ее руки лежали на лице Финна. "Костия?" - услышала она голос Лексы. Это была скорее мольба, чем зов. Изумление и боль были написаны на ее лице, ее зеленые глаза смотрели мимо Кларк, как будто она была невидимой. “Что ты сделала, Лекса!?” прошипела другая девушка. Костия оттолкнула ее одной рукой, чтобы посмотреть прямо на Лексу. Другая надежно сцеплена с рукой Финна. "Костия... Я слышала, что случилось на том уроке, ты получила замечание, потому что он пытался тебя поцеловать..." Голос Лексы прозвучал сдавленно. Как молитва. Она надеется, что это недоразумение. Она чертова дура. Кларк смотрела на сцену перед собой, в то время как все ее чувства были прикованы к соединенным рукам Костии и Финна. “Я ничего не пытался! Мы целовались, и к нам зашел профессор, ты, слепая тупица”, - голос Финна был полон презрения, его глаз опух. Из него вырвался злобный смешок: "Ты действительно думала, что такая девушка, как она, сможет долго оставаться с такой, как ты?" Лицо Лексы превратилось в маску. Никакого выражения, только зеленые глаза ищущие ее. "Костия?" - повторила она имя. "Это правда, Лекса. Я была с ним последние две недели. Сегодня мы получили замечание, потому что учитель увидел нас, а мы должны были быть на уроке". Костия даже не опустила глаза, просто уставилась на Лексу с выражением злости.Она была зла, потому что та ударила парня, с которым целовалась у нее за спиной. И этот парень оказался парнем Кларк. "Что, черт возьми, это значит, Финн?" - прозвучал ее голос как шепот. Никто не обращал на нее внимания, словно она действительно была невидимой. Она не участвовала в происходящем. Она повернулась, уставившись на него, и ему хватило ума хотя бы выглядеть смущенным. "Принцесса... - попытался он, но тут же остановился, глядя себе под ноги. Она не собиралась плакать. Вот мудак. "Что Финн? Что? Не мог бы ты объяснить, почему эта сука считает, что у нее с тобой какие-то отношения? "Потому что это так!" закричала на нее Костия. У нее хватило смелости накричать на нее. Она все еще стояла между ней и Финном. Кларк не знала, что на нее подействовало: вероятно, это был ее взгляд, полный озорства и намека на насмешку. Она подняла руку, готовая нанести удар. “Стоп”, рука вокруг ее запястья остановила ее замах. Она попыталась высвободиться, но железная хватка Лексы не отпускала, пока ее рука не опустилась, и она не почувствовала ее внушительное присутствие позади себя. "Отпусти меня! Может, тебе и все равно, что тебя обманывают, но мне - нет!" - кричала она, ее голос был выше, чем непрекращающийся шепот и крики небольшой толпы, светившейся несносной радостью от того,что она воочию увидела то, о чем будет говорить вся школа в течение нескольких дней. Ее щеки пылали. Она вырвалась из хватки Лексы с силой, о которой даже не подозревала, и уже готова была обратить свой гнев в ее сторону, как вдруг из толпы раздался голос. "Кларк..." Она уставилась на лицо Октавии. "Кларк, пойдем, учителя идут". Она протянула ей руку, и Кларк взяла ее. Но только после того, как она в последний раз взглянула на сцену. Финн и девушка, Костия. Их руки все еще переплетены, ее глаза открыты, взгляд по-прежнему полон изумления, а не страха перед пощечиной, которой так и не последовало. Перед ними - Лекса. В то время как Финн не отрывал глаз от земли, ни разу не взглянув на нее, Лекса смотрела на Костию. В глазах Лексы была смесь обиды, боли и недоверия. Как будто все это было большой шуткой, и она не узнала, что ее девушка изменяла ей с качком школы. Октавия увела ее подальше от толпы, за пределы кафетерия в ближайший туалет. И Кларк забыла, как дышать. Нет, этого не может быть. Повторяла она про себя. "Кларк... Кларк. Послушай меня, - голос Октавии доносился словно с другой планеты, - Кларк, дыши. Финн - мудак, я не могу поверить, что он изменял тебе, да еще с этим ботаником..." Слова, еще слова, и ни одно из них не имело смысла для ее ушей. Затем снаружи послышались другие голоса. “... и та другая девушка, Лекса, ты бы видела ее, когда она ударила Финна”. Кларк и Октавия повернулись к двери, чтобы увидеть, как ее открывают две хихикающие девушки. “Ну, по крайней мере, она отреагировала! Как Кларк могла не заметить этого... Не думаю, что Костия первая, с кем он ей изменяет...", - обе замолчали, как только увидели их. "Э-э... извините", - у первой хватило приличия выглядеть смущенной, а вторая продолжила смеяться, прежде чем закрыть дверь. Она не собиралась плакать. Руки на раковине, глубокий вдох. Кларк посмотрела на белый фарфор, и внезапно все обрело смысл. От необычного отсутствия аппетита у Финна во время обеда и, как следствие, ранних дополнительных тренировок до шуток товарищей по команде о том, что ему нужно заниматься не одним инструментом. Она проигнорировала разглагольствования Октавии о том, что все парни - предательские мудаки, и посмотрела на себя в зеркало. Красные глаза, растрепанные волосы и румяные щеки. Макияж немного размазался. Затем она снова увидела глаза Финна: чертовски виноватые, но без раскаяния. Он даже не посмотрел на нее, ничего не сказал, даже банального оправдания, только жалкую попытку позвать ее, но его остановила та другая сука. Костия заставила его замолчать, и он даже не почувствовал необходимости объясняться с ней. Как будто они были никем, как будто она была никем. И она заплакала. °°° Лекса прилежно сидела в комнате ожидания перед кабинетом директора. Она сидела, идеально расставив ноги, опустив плечи, положив обе руки на бедра. Костяшки ее правой руки покраснели и были ободраны. Она попыталась сжать руку в кулак, и это было чертовски больно. Густус будет взбешен. Ее удивило, как легко было думать о такой обычной вещи. Разделение на части действительно было ее сильной стороной. Она думала о следующей тренировке, о матче в следующем месяце, как будто не сидела перед кабинетом мистера Дженкинса, ожидая наказания. Как будто она сидела там не потому, что впервые в жизни ударила парня за пределами ринга. Как будто она ударила его не потому, что считала, будто он приложил свои грязные руки к Костии. Как будто Костия все еще была ее девушкой. Разве так бывает? Разве так люди должны бросать друг друга? Она задумалась о возможном разговоре с Костией. "О, так ты изменила мне с ним?" - "Да, а ты действительно хочешь знать, почему?". Она увидела, что Костия мило улыбается ей, как всегда, когда Лекса указывала на очевидное. Она снова сжала руки в кулак, не обращая внимания на боль. Костия изменила ей с чертовым квотербеком. С чертовым квотербеком, у которого девушка чирлидерша-блондинка. Она на мгновение задумалась о Кларк: она знала ее имя, как и все в их школе. Они учились в одном классе уже четыре года, но никак не взаимодействовали. Да и незачем было, они были похожи на параллельные прямые без всякой цели взаимодействия. До этого момента. Она вспомнила, как Кларк смотрела на переплетенные руки Костии и Финна, и как в ее голубых глазах плескался гнев. Она помешала ей дать Костии пощечину. Это было как естественное отражение - защищать ее, всегда защищать. И ее мысли вернулись к Костии, к ее улыбке, к ее мягким рукам, играющим с ее руками, к их поцелуям. Когда они перестали быть настоящими? Что заставило ее... "Мисс Вудс", - строгий голос секретарши вернул ее к размышлениям. Она смотрела на нее, словно не зная, что делать. А она и в самом деле не знала: это было первое наказание за четыре года обучения в школе. Старушка выжидающе посмотрела на нее. “Директор Дженкинс готов вас принять”, - и она указала на приоткрытую стеклянную дверь. Она встала, не торопясь. Поблагодарила леди легким кивком и вошла. "Доброе утро, мисс Вудс". Мужчина просматривал папку с документами и поприветствовал ее, даже не подняв глаз. "Доброе утро", - ответила она. Она решила остаться на ногах, чуть позади свободного стула. Руки скрещены перед собой, глаза смотрят прямо.Не нужно ходить вокруг да около или извиняться, в обозримом будущем это будет задержание, или что похуже. "Александра Вудс. Выпускной год. Лучшая в классе, гонки и книжный клуб в качестве дополнительных занятий". - монотонным тоном прочитал он, - Вы помогаете в общественном детском саду... что вы с ними делаете?", - он впервые посмотрел на нее, бумаги по-прежнему лежали перед ним. Вопрос застал ее врасплох. "Я помогаю им с домашними заданиями. Иногда читаю им сказки". Какое, черт возьми, это имеет отношение к удару? "Сэр, я знаю, что то, что я сделала в кафетерии, противоречит школьным правилам..." "Надеюсь, вы знаете об этом, мисс Вудс. - Он слегка повысил голос, - Я пытаюсь понять, почему такая ученица, как вы, ударила такого парня, как мистер Коллинз, в кафетерии!" "Директор..." "Послушайте меня, мисс Вудс. Вы хотите поступить в колледж?" Она кивнула. "Куда?" Голос мистера Дженкинса был похож на лай. "Колумбия". Она посмотрела на него, пытаясь скрыть вызов в глазах. Посмотри в свое гребаное досье и попробуй напомнить мне, что мой единственный шанс быть принятой - это отличная школьная программа и стипендия. "Колумбия", - повторил он, задумавшись. "Что ж, мисс Вудс, я действительно желаю вам успеха. Я искренне считаю, что вы этого заслуживаете, и даже не буду спрашивать, чем мистер Коллинз заслужил этот удар. Видит Бог, от этого парня одни неприятности. Но вы не такая, мисс Вудс. Вы не такая", - он посмотрел на нее, высунувшись из-за стола. "Вы заслуживаете того, чтобы покинуть это место и забыть о существовании таких парней, как Финн Коллинз, но для этого вам придется забыть обо всем, что привело вас на этот путь". У таких людей, как мы, есть только один шанс в жизни, Лекс. Она услышала голос Ани в своей голове. Она посмотрела на директора и кивнула. Руки по-прежнему были сжаты в кулаки. Директор рассеянно посмотрел на ее красные костяшки. "Приложите лед к руке. Я назначу Вам наказание до конца этой недели. Я отнесусь к этому с пониманием, потому что это ваш первый проступок, у Вас отличные оценки, и снаружи уже есть один профессор, готовый вступиться за Вас ”. Она снова кивнула, подождала еще секунду, не хочет ли он что-то добавить, затем повернулась к двери. "А мисс Вудс...", - она снова повернулась к двери, - "Примите это как ваше первое и последнее замечание”. Она вышла из комнаты, медленно закрыв за собой дверь, и ушла.Пока она выходила из здания школы, все было приглушено, она слышала только собственное судорожное дыхание. Свежий воздух. Ей нужен был свежий воздух. Она взяла свой телефон: на дисплее старенького iPhone 4 она прочитала время. Три часа дня, новых сообщений нет. Она открыла приложение Whatsapp и увидела последнее сообщение с прошлой ночи. Костия <3: Ты моя xoxox Это было как заноза в ее сердце. Это было последнее сообщение от нее, как будто все было нормально и их отношения еще не закончились. Она увидела надпись "онлайн" под её именем. Никаких других сообщений от нее не было. Даже после того, как она смотрела на нее, пока Лексу тащили в кабинет директора. Затем все вернулось к ней. Безумный бег в кафетерий после того, как она подслушала разговор девочек в туалете о том, что Коллинза "поймали на том, что он трогал девочку Костию". Потому что ее Костия никогда бы не стала добровольно прикасаться к Коллинзу. Горькая улыбка на ее губах. Как она могла быть такой глупой. Как она могла быть такой чертовски слепой? Потом удар. Чувство облегчения от того, что она выплеснула свой гнев на глупое лицо Коллинза. Она снова увидела любопытные глаза директора, внимательно изучающие ее дело. Личное дело человека, у которого был всего один шанс в жизни. Индра. Ее мама. Женщина, которая удочерила ее, которая дала ей все. Кто дал ей этот единственный шанс, который мог быть поставлен под угрозу одним ударом по лицу тупого качка, родившегося с серебряной ложкой во рту. Один удар, брошенный ради девушки. Девушки, которую она любила. Слова Титуса в приюте, до того как Индра забрала ее к себе, громко звучали в ее голове. Любовь - это слабость. И ради одной слабости она поставила под угрозу все, за что боролась всю свою юную жизнь. Но глаза Костии, ее сладкий голос, когда она говорила, что любит ее... и ее пустой взгляд после того, как она ударила Финна. Она закрыла глаза и почувствовала, как все ее детские мысли улетучиваются.