Геймер под прикрытием

      Руна прошмыгнула в комнату хозяйки квартиры и аккуратно закрыла за собой дверь. Теперь у нее есть пара минут всё рассмотреть. Комната была небольшой, прямоугольной. Справа от двери стоял застекленный стеллажик с фигурками и мангой — их было мало, нижняя часть стеллажа представляла собой тумбочку, содержимого Руна не видела, но там находилось сменное постельное бельё. Дальше был навесной шкафчик без дверок, в нем была небольшая коллекция банок из-под энергетиков, но ее Руна не успела увидеть. Напротив этой шедевральной коллекции большая двуспальная кровать без ножек, казалось, на ней уместилось бы четыре взрослых, не меньше. Эта кровать, одной из спальных сторон располагавшаяся параллельно стене с окном, была не единственным достоянием комнаты. Слева от кровати, дальней от окна спальной стороны, был низкий кофейный столик и розетка, дальше небольшое пространство, письменный стол с одним органайзером с ручками и простыми карандашами и нераспакованной упаковкой пяти текстовыделителей. Над столом навесные полки с распечатками, вероятно рефератами и учебными материалами, тетради и учебники, которые выдал университет, но не все преподаватели их используют… пусть пылятся. По левую сторону от двери у той же стены располагался большой компьютерный стол с двумя мониторами — эта зона, не считая шкафа-купе во всю не очень большую соседнюю стену, второе достояние комнаты. Стол был белым, на нем белая клавиатура с бело-розовыми и дымно-розовыми кейкапами, игровая бесшумная черная мышь с подсветкой, мониторы с белым корпусом, беспроводные наушники с кошачьими ушками и подсветкой лого и ушек висят на боковом мониторе, черный микро по левую сторону от клавиатуры, белая вебкамера сверху основного монитора, а блок находится внизу. Внутренности были видны и они подсвечивались, но свет перекрывался перегородкой внизу стола, таким образом блок не мешал ногам. Напротив стола стояло задвинутое игровое бело-розовое кресло. Казалось, игровое пространство было оформлено лишь этими двумя цветами, но черный его перебивал. Не то Сора сама себе пыталась доказать, что она не фанат розового, не то это такой дизайнерский ход противоречий.       Руна не зависла надолго — сразу пошла к компьютеру, замечая, что штучка явно не из дешевых. И мышка, клацанья которой не слышно, и нестандартный дизайн клавиатуры, дорогая вебкамера… да одно кресло чего стоило, даже если взять с рук, а если компьютер с двумя мониторами собран щепетильно… — {Всё-таки она геймер! Я знала, что всё не может быть так просто! } — Руна радовалась своей догадке и воодушевленно нажала на кнопку пуска. Блок тихо зашумел, а монитор быстро прогрузился. Девочка замерла, но на кухне всё ещё кипела работа. Монитор слева отображал только пару открытых вкладок — пустое окошко комментариев и состояние записи. На основном мониторе тут же открылся браузер, — {мэээ, не вижу, } — взгляд упал на нераспечатанную упаковку увлажняющих капель для глаз, но Руна не обратила внимание. Она залезла на кресло, садясь на колени, и случайно оперлась на клавиатуру всей рукой из-за потерянного равновесия в момент, когда стул отъехал от стола. Что-то сменилось на мониторе, — это же Фос! — она увидела знакомую иконку среди других на рабочем столе. Девочке показалось, что она услышала фамилию брата из другой комнаты. Она мигом посмотрела на боковой монитор, где вкладка показывала запись с вебкамеры и модельки в нижнем левом углу — работала она прерывисто, ведь камера не находила лица, а Руну было видно от плечей по пояс из-за того, то она стояла на коленях на кресле, — ойййй…       Миг тишины и не понимания — Каэ прислушивается к звукам, а Руна думает, как она умудрилась включить стрим и пришла к выводу, что всё завязано на горячих клавишах, но назрел другой вопрос — куда нажать чтобы отключить всё и что теперь будет? Руна резво слезает с кресла, чуть не падая, как дверь в комнату распахивается под крик Каэ: «Что ты делаешь?!». Неожиданно слышать от Соры что-то надрывающее связки — девочка поспешила оправдаться: — Оно само, я только подошла! И вообще это Эйта подговорил меня! — но Каэ косилась то на Руну, то полку с банками. Она замялась на секунду, думая, не видела ли девочка ее коллекцию — не хочется показывать ребенку такую гадость. Но отмерев, Каэ подходит к компьютеру, заметив экран. Девушка останавливает и скрывает стрим, не отвечая на оправдания гостьи. Сердце взволнованно потяжелело и Каэ, замерев над столом, прикрыла глаза, бесшумно пытаясь перевести дыхание, успокаивая себя мыслью, что Руна ребенок, всякое могло случиться, но подобное не останется незамеченным аудиторией. — Ты не ушиблась? — Каэ повернулась как ни в чём ни бывало, даже лицо не выдавало волнения, но заправление пряди за ухо и внезапно тихий, почти шепотом, вопрос ее выдавали. Руна посмотрела на руку, которой ушиблась, но отрицательно помотала головой — ничего, — пойдём поужинаем, скоро Сасаки придёт.       Руна вышла из комнаты первой, чтобы не подливать масла в огонь, но извиняться за самовольность и произошедшее она не собиралась. Каэ же не пыталась выяснить причину поступка, это было для нее второстепенно, но прямо спросить видела ли Сасаки младшая ее коллекцию бяки-каки она не могла. Другой волнующей мыслью было «что успел записать стрим», но прямо сейчас она не станет проверять, как взрослая, она должна подавать пример, а значит быть непоколебимой, пока на нее смотрят. Руна молчала, Каэ тоже, лишь телевизор создавал шум. В какой-то момент, незадолго до звонка в дверь, Каэ заговорила: — Больше так не делай, ты могла просто попросить.       Эйта не заметил ничего необычного, даже неловкости в воздухе не было. Каэ как всегда спокойна, Руна активно встретила брата, в чём-то по-сестрински его упрекая, а после говоря, что она уже поужинала, но всё-равно не поделится пончиками. Каэ подпирала стену, сложив руки на груди, и смотрела, как Руна обувается. — Не успела надоесть, — Каэ отрицательно буркнула, покачивая головой, — ну и хорошо. Пока-пока, с меня шоколадка завтра! — Руна тоже попрощалась и за ними закрыли дверь.       Стоило им уйти, как Каэ в панике рванула в комнату, включая компьютер. Вскоре на экране показалось заветное окошко с менеджером видео. Каэ включает видео и понимает, что звук не записывался. На экране дергалась моделька, которая не могла распознать лица, а на весь экран было изображение с вебки, на ней же было видно Руну по шею и то, как она пыталась отойти от компьютера, не показывая лица, при том чуть не упав со стула. Далее в кадре появляется Каэ, нагнувшаяся к столу. Она была в майке, но наклон не запалил прелестей под ней, однако заметно окрашивание — по нему можно узнать Сору. Девушка обескураженно оперлась локтем о стол и уткнулась лицом в ладонь… {И что теперь делать? В окружении у меня мало геймеров, но меня сразу узнают… перекраситься? — взгляд завис на остановленном кадре с Каэ, — мне не хотелось, чтобы кто-то знал, тогда не будет бесполезных разговоров по поводу блога и игр… подписан ли Сасаки? — девушка взяла телефона и зашла в блог, проверяя подписчиков. В числе контактов числился Эйта и, кто знает, может и Ямада — его номера у нее не было, — это конец. Ненавижу интернет — все что было в нем однажды, останется там навсегда. Он не то, что меня сразу узнает, он сразу распознает Руну, — девушка принялась постукивать по лбу кулаком, смягчая и без того легкий стук согнутыми указательным и большим пальцами, — пожалуйста, пусть он никогда не увидит записи и Руна ничего не скажет… он же теперь не отлипнет — будет звать в Фос… хотя я и без того уже там. Начнет приглашать в гильдию? Не хочу, предпочитаю соло… действительно ли Сасаки подговорил Руну исследовать мою комнату? Либо он хороший актер, либо он правда ни при чём}, — нажимая «удалить», Каэ прокрутилась на кресле на сто восемьдесят градусов и откинулась на спинку. Еще раз взвыв, закрывая лицо ладонями, вышла из комнаты, решая остудиться душем.       Помимо прочего девушка беспокоилась, что актив пошатнется и ее будут судить по внешности — люди всегда найдут к чему прицепиться. Самые «умные» будут строить теории, как она выглядит, может попытаются вычислить. Кто-то сочтет, что этот слив был намеренным — уверена Сора. Она начала думать о худшем.       Учебный день прошел нервно, но никто ничего не сказал, но девушка была вся в штыках даже на работе и это не осталось незамеченным Эйтой — убедила, что всё нормально. На следующий день всё было спокойнее, хотя в ленте попалась пара постов о стриме. Как девушка и ожидала, в комментариях были дебаты и, как оказалось, у многих есть знакомые с подобным окрашиванием. Это заставило девушку вздохнуть с облегчением, ведь ей не придется перекрашиваться раньше, чем того потребует состояние волос. Это избавило ее от лишних вопросов.       На дворе суббота и эти несколько дней никак не пошатнули нервы Каэ, она даже начала думать, что всем всё равно и суетятся только в интернете, либо этот узкий круг, где она популярна, может, чуть меньше, чем Ямада, уж очень узкий. Либо она нравится только старым хикканам, которым нет дела до диванных экспертиз. На повестке дня у Каэ с Эйтой парные работы по одной из дисциплин, поэтому они отправились домой к парню, поскольку ноутбук Каэ был при ней, а у одинокой девушки так часто засиживаться не прилично — у Эйты дома зато Руна есть! Также это являлось прекрасной возможностью встретиться с Ямадой, по рассказам Сасаки — он репетитор Руны. Не то, чтобы Каэ горела желанием встретиться с кохаем, который также учится в этом городе, но всё-таки была не против. Прихватив по пути вкусняшки, одногруппники зашли в дом семьи Сасаки, в пустоту говоря, что они дома или извиняясь за беспокойство. Каэ сразу заприметила мужскую обувь на пороге, сердце сразу затрепетало и пропустила удар. Рада ли она видеть старых знакомых или боится, что Ямада в курсе произошедшего? Девушка шла следом за Эйтой и направлялись они в сторону комнаты Руны, откуда раздавались голоса. Каэ стало неуютно — тона их голосов были странными. Дверь открылась прямо перед Эйтой и он выпалил глупую, но совершенно честную шутку про автоматические двери. Каэ оставалась неподалеку и поймала взгляд кохая. Он приветственно кивнул и девушка кивнула в ответ, не прерывая зрительный контакт. Что-то читалось в его взгляде, такое заинтересованно и взволнованное, а вроде безразличное и понимающее. Сасаки почувствовал обстановку поинтересовался произошедшим, увидев взволнованную сестру позади. Присутствующие постепенно перешли в гостинную. Руна сидела на диване, обнимая игрушку, отвернувшись ото всех, Акито и Эйта решали, что делать, сделав кому-то звонок и явно приукрасив события. Каэ распознала чьи-то слезливые крики в телефоне. Неловко улыбнувшись, он наконец посмотрел на гостью, которая не спускала глаз с девочки, задумавшись. — Каэчка, прости за это, кажется перед семинаром нужно решить небольшие проблемки, — он сложил руки в мольбе. Ему было крайне неловко за то, что в это была втянута Каэ. — Всё в порядке, ничего страшного, — она слегка поклонилась. Даже она не могла полностью скрыть беспокойство, — могу я с вами поехать? — прикинув вместительность машины Такезо, он кивнул. {Какой вывод я могу сделать? Руна много где набедокурила и, наверное, если всё так серьезно, то всплыви ее выходка у меня дома, всё будет еще хуже… Полагаю она еще не рассказала об этом. Наверное это… к лучшему? — в настоящий момент Сора искренне волновало состояние девочки, чем то, что будет, если рухнет ее собственный образ, — Руна, конечно, учудила… написать какому-то фанатику и отправить на встречу с Акане… бедная девушка… а если это кто-то ненормальный? Всё ли с ней в порядке? Стоит ли сразу звонить в полицию?.. Акане ждала Руну всю неделю, чтобы она вот так…} — кто о чем.       Каэ снова поймала взгляд Ямады. Они оба «спокойны», поэтому выдерживали взгляды, пока кто-то из них не заговорит. Казалось, если кто-то сыграет с ними в гляделки на смех, то они всегда выйдут победителями. Но сейчас проигравшей стала Каэ, которая снова смотрела на Руну, которая решила до последнего не поворачиваться к ним. Не понимала она такой ненависти. Мотивы ребенка в принципе понятны, но чтобы так глобально… Сразу подумалось, а не пыталась ли и ей она насолить? Правда ли Сасаки подговорил ее? Каэ изначально не верила в эти заговоры, но нынешняя ситуация проливала больше света на историю. На душе сделалось погано, но Каэ была готова простить Руну, она всё-таки ребенок, которого она знает не первый день. Да и ей общаться и учиться с Эйтой, а не Руной.       Ямада хотел что-то сказать, но раздался звонок в дверь и после того, как в помещение влетел мужичок, весь в слезах, что-то крича, Эйта предположил, что он уж очень приукрасил. Камото Такезо представили как доброго друга собравшейся компании, за исключением Каэ, и участника гильдии. Когда все отправились в машину, той, кто окликнул Руну была Сора. Тихо позвав её, когда все уже шли к выходу, Сора пошла следом за девочкой, которая не проронила ни слова. Она села между братом и сестрой на заднем сиденье, чувствуя эту давящую атмосферу в полной мере. {Как поступить? Они смотрят в окна, чувствую себя меж двух огней… сейчас бы и Руну утешить, ребенок всё-таки, главное достучаться и объяснить, что нельзя так поступать, но знаю, что остро отреагирует, и Сасаки не стоит трогать… семейные разборки… наверное хорошо, что я одна… или я слишком жалею Руну, потому что у меня никогда не было младших… Ааааа! Какая каша в голове!!! } — только она решилась что-то сделать, как ее порыв прервали. — Извинись перед Акане-чан, хорошо? — Эйта всё не поворачивался. — Не буду, — отрезала она. Упёртая.       Эйта хотел было повернуться после резкого ответа сестры, но вернул взгляд обратно в окно. Каэ хотелось плакать, как давила ситуация и ей хотелось слиться с креслом. Она явно здесь лишняя. Стоило просто перенести выполнение семинарского задания и идти домой. Эйта мог что-то сказать сестре, но постороннее лицо мешает… — Руна-чан, думаю, не в твоих силах сохранять компанию в изначальном ее составе… — решила вставить свои пять копеек Каэ. — Все говорят только об Акане, а меня даже не спросили, хочу ли я видеть ее в нашей гильдии! — Каэ промолчала. Она в жизни не виделась с Акане и знает только со слов Сасаки. — Я говорил тебе! — наклоняясь вперед, чтобы увидеть сестру через вжавшуюся в сиденье подругу, раздраженный голос Эйты вызвал у Соры мурашки. Редкая интонация в его речи, — это так старомодно — не принимать новичков в компанию… И всё-таки она так хотела встретиться с тобой… — и он замолчал снова откинулся на сиденье, уставившись в окно.       На переднем сиденье все также причитал Такезо, а Акито напоминал следить за дорогой, не участвуя в воспитании девочки.       По прибытии Эйта предложил разделиться, но этого не понадобилось — Акане была прямо по курсу, если верить Ямаде. «Акане — та светловолосая девушка?» — подумала Каэ, смотря в ту сторону, куда все устремились. Первым рванул Камото-сан, зовя Акане, не раз напутав последний слог. Следом шли Эйта, от которого так и веяло пассивной агрессией, и Ямада. Руна осталась позади, а Каэ так и подавно. Она была не сильно далеко от девочки, но чувствовала, что не должна в это лезть, лучше подождет, когда всё закончится. Она села на заборчик неподалёку и наблюдала за ситуацией. {Такое странное чувство. Кажется, что я должна быть там, но в то же время они не просто гильдия, они компания друзей, а я… хм… уйти не получится, остается дождаться разрешения ситуации — интересно узнать итог, — до девушки доносился разговор, поэтому она понимала, что происходит. Она и не знала, что чувствовать. Побить мужчину за то, что он зашел в женский туалет, или респектнуть за попытку помощи, — красивая… и милая… она производит приятное первое впечатление, неужели Руна с ее переходным возрастом видит всё не так? }       Акане обернулась и Руне захотелось убежать, но встретилась взглядами с Каэ. — Руна-чан! — окликнула её Акане, ударяясь ногой о стул и оседая на землю.       Каэ рефлекторно поднялась с заборчика, словно сама хотела подойти и помочь, но осталась на месте, смотря, как Руна побежала к ней… Сора сдерживала улыбку, но не получалось. Руне не было всё равно. — Пойдем. Надо поговорить, — сказал Эйта. Девочка начала вертеть головой оглядывая других взрослых, ища в них поддержку. — Я не буду помогать. Тебе стоит понять — то, что ты сделала, было очень опасно, — даже Ямада. Он был довольно холоден. Каэ наконец решила присоединиться, не могла она видеть Руну, такую напуганную, словно олененок. Каэ слишком трепетна к ней. Но и в этот раз не вышло.       Акане внезапно схватилась за живот, говоря, как он болит и просила сходить в аптеку. Она невнятно объяснила, какие ей таблетки нужны и женская интуиция подсказала в чем дело. Парни, может, и не понимают в этом, но «самые лучшие таблетки» — не категория, сразу ведь понятно — Акане сама не знает что именно ей нужно, этим и позволила девушке раскусить себя. Но ее поступок ей понятен. Парни тут же метнулись в указанную сторону. «Они прекрасные друзья. Так переживают за нее. Даже если это банально из-за опасности ситуации — они повели себя довольно участливо. А у этих самые настоящие женские разборки…» — Сора посмеялась со своих мыслей, уставившись на вывески, краем уха слушая то, что смогло до нее долететь. Они и ругались, и плакали… В глазах Каэ эта Акане выглядела достойно. Она совершенно разделяла ее позицию и понимала, почему она понравилась Сасаки. Мужская часть компании вскоре вернулась. — Каэчка, почему ты там? Иди к нам! — позвал её Эйта. Девушка не ожидала, что про нее вспомнят до того, как они будут расходиться. — Ах, точно, со всей этой суматохой я забыл о еще одном компаньоне! — виновато прощебетал Камото-сан и тоже позвал девушку.       Акане обернулась и наконец их с Сорой взгляды встретились. Каэ легко поклонилась и представилось — для Акане впервые, а для Такезо-сана еще раз, ведь знакомство было очень беспокойным. Заплаканные глазки Руны вновь расширились. Она вспомнила, что и перед Каэ она тоже виновата. Несмотря на неправильные взгляды и грубости, которые она говорила, Каэ никогда не ругалась на нее, а терпеливо доносила свои мысли, объясняя, почему она должна поступить именно так. Даже после того, что она сделала, Каэ не отругала ее и не рассказала брату. Не стала избегать, пыталась поддержать даже в такой ситуации, а также была той, кого по факту знала со своего детства, хоть времена и меняются. И в таком случае, отстраняясь от Каэ она не соответствует своей же позиции сохранять изначальную кампанию — Каэ была в ней в числе первых вместе с братом, хоть и не самой активной её частью. Встав со стула, девочка подошла к Каэ и, сжав в ручках платье, попросила прощения. Улыбнувшись, Каэ одной рукой обняла Руну, а второй гладила по голове. — «Прости»? — повторил Эйта. Голос полон негодования, — чего я еще не знаю? — никто в компании не знал, что происходит. — Ты всё еще не извинилась за случай со стримом? — спросил Ямада. Девочка затихла, казалось, цеплялась за каждую секунду объятий Соры. А сердце самой Соры пропустило удар. Он знал. Эйта смотрел на Сору, ожидая объяснений. Слишком много пояснений.