Давняя история📜

Вернувшись в своё обычное состояние, Зена почувствовала такую ярость, какую уже давно не испытывала. Ей было тяжело принять только что увиденное за истину, которая так нелепо ускользнула от её глаз в нужное время. Воительница подбежала к Габриэль, что-то прошептала подруге на ухо и быстро углубилась в ветвистые заросли, постепенно скрываясь за деревьями. Одно Королева воинов знала наверняка — этот разговор должен был пройти наедине. Этой беседе не надлежало коснуться посторонних ушей, поэтому Зена старалась забрести как можно дальше от того места, где находилась её привычная компания. — Я знаю, что ты следишь за мной, — ровно произнесла Зена, не теряя спокойствия, — покажись, Арес! — Давай же, давай! Но пространство продолжало оставаться пустым. Бог войны не спешил почтить Королеву воинов, свою любимицу, своим присутствием. Арес играл с ней в молчанку, прекрасно зная, что не сможет скрываться от Зены вечно, но пока ему доставляло неимоверное удовольствие — испытывать её исчерпывающее терпение, он буквально наслаждался своим более привилегированным положением в сложившейся ситуации. — Ты — трус! — продолжала настаивать на личной встрече Зена. — Обвести вокруг пальца несмышлëную девчонку, навешать ей лапши на уши, прикрываясь мной и моими принципами — это ты Мастер, а как решить этот провал с достойным тебя противником, тут Бог войны не желает вступать в переговоры? Наконец, время тишины закончилось, и Арес подал явные признаки своего присутствия — он превесело рассмеялся, добавив в свой обычный смех нотки чего-то ужасающего. Так Зена получила подтверждение, что находится в лесу не одна. — Послушай, дорогая моя, я не опускаюсь до переговоров о какой-то глупой девчонке, а вот если речь пойдёт о её великолепной сестре — пожалуй, я подумаю о возможном диалоге! Тут Арес, наконец-то, перестал играть в игры и явил себя Зене как ни в чём не бывало, изображая со своей стороны полную готовность к сотрудничеству. — Как же ты мерзок! — с отвращением проговорила Королева воинов, плюнув собеседнику под ноги. — Я всю жизнь винила Дельфи за то, в чём с самого начала был замешан ты; я одного не могу понять, как я раньше этого не поняла? — О, Зена, — с придыханием воскликнул Арес, — это было просто. — Только слепой не видел, как твоя сестра заглядывает тебе в рот, как она слепо восхищается тобой и твоими достижениями — это видели все, но только не ты. Ты не желала ничего замечать, а я — просто оказал небольшую услугу твоей семье… Я помог Дельфи осознать, чего она на самом деле хочет! — Нет, ты сбил её с верного пути, прекрасно зная, что она не справится с наложенной на неё миссией и провалит её! Такова твоя помощь? — не переставая возмущаться, Зена непроизвольно заговорила тише, как делала всегда, когда приходила к пониманию, что она беспомощна перед неизменными обстоятельствами. — Я хотел раскрыть твой воинский потенциал, хотел, чтобы ты, потеряв своего святого Алана, испытала наивысший уровень агрессии, разочаровавшись при этом в Дельфи; тогда, немного погоревав, ты бы примкнула ко мне и стала той, кем должна быть — ты бы могла стать самой собой, самым сильным человеком в мире! — За всё время нашего знакомства, ты так и не уловил важнейшей сути, Арес: я ни к кому не примыкаю, у меня всегда была своя голова на плечах, и ни ты, ни кто-то другой — мне не указ. Я могла воспользоваться теми знаниями, что ты давал, но быть с тобой в вечном тандеме мне и в голову не приходило — у меня с рождения иной путь, и ты к нему не относишься! — Ах, Зена, если бы ты знала, как ты прекрасна, когда злишься: из тебя так и рвётся пылающее пламя, такое дикое, такое превосходное… Ты могла стать вершилой человеческих судеб, но предпочла путь простолюдинки… И это с твоими-то талантами! Абсурд и только! Зена слушала сладкие речи, внимательно наблюдая за тем, как Арес извивается перед её задумчивым лицом. Она уже была готова рассмеяться ему в лицо, но решила пока повременить с расставлением точек. Бог войны напрасно распинался перед Королевой воинов, стараясь осыпать любимую женщину всяческими комплиментами. Каждая его попытка вернуть Зену себе становилась ещё более провальной, чем предыдущая. И чем больше Арес пытался убедить Зену в своих чувствах к ней, тем больше воительница понимала, что делает правильный выбор, отказывая ему в слиянии их судеб. — Ты всё сказал или нам нужно какое-то время, чтобы перейти к десерту программы? — неким образом съязвила Зена, стараясь побыстрее закончить эту бессмысленную вакханалию с любовными признаниями. — Надеюсь, десерт будет горячим, как и ты, моя бесстрашная воительница, — придавался собственным фантазиям Бог войны, представляя Зену коронным блюдом на своём божественном столе, — впрочем, я уверен, что ты вполне меня устроишь в любом из вариантов. — В твоём случае, Арес, десерту надлежит быть холодным, настолько, что ты не сможешь к нему даже прикоснуться. Арес не понимал, к чему ведёт Зена, хоть он и старался изо всех сил. Настал подходящий момент для решительных действий, и Зена, не дожидаясь больше ничего, с давно отработанным боевым кличем бросилась на Ареса. Арес ожидал чего-то такого, поэтому не слишком удивился яростному напору Королевы воинов, и вступил с ней в равную схватку. … Зена наносила точные удары один за другим, оставляя на лице Ареса кровавые следы. Она не жалела сил, дралась так, будто бы это был последний бой в её жизни: вскоре Зене надоело просто бить Ареса, и она крепким ударом отшвырнула его к высокому дереву. Казалось, Бог войны поддаётся Зене, позволяя одерживать сомнительную победу, которая в любую секунду могла перейти в его божественные руки. — Неужели, тебе совсем не жаль меня, — пробормотал Арес, расплывшись в широкой улыбке, напоминающей оскорбление, — как ты можешь не замечать, что рядом с тобой во мне пробуждается моя человеческая часть — вон, присмотрись, даже кровь идёт после твоих ударов, а Боги не теряют кровь! — Хватит, Арес, мы оба знаем, что твои раны — лишь иллюзия, которой ты пытаешься меня провести, но я не такая наивная дурочка, не твоя последовательница, чтобы поддаться на твои провальные уловки! Арес не знал, что сказать, как дальше реагировать, а впрочем, вся эта разоблачительная сцена ему даже нравилась. Он смотрел за Зеной и понимал, что дальше будет вынужден поменять правила игры, а для этого ему необходимо было дисквалифицировать влюблённого в неё мужчину и выпустить на боевую арену другую, не менее интересную фигуру — Бога войны. Поднявшись на ноги, Арес едва улыбнулся и окинул Зену интригующим взглядом, давая понять, что безобидные игрушки закончились. Теперь воительницу ожидал настоящий, изнуряющий во всех смыслах бой, поскольку Арес был не намерен проявлять хоть какое-то снисхождение и уступать Зене свою победу. … По пронзительному, больше озлобленному взгляду, Зена поняла, что Арес задействует всю свою божественную мощь, чтобы уничтожить её за нескончаемые насмешки над ним, но её это нисколько не пугало. Она знала, на что подписалась — и с обворожительной улыбкой приняла брошенный ей вызов. Давние соперники снова сцепились в битве за индивидуальные ценности, но на этот раз безобидными катаниями по земле не обошлось. Оба противника буквально вгрызались друг другу в глотки, задействуя при этом свои самые сильные стороны. — На этот раз, Зена, тебе не победить меня, — понапрасну распылялся Арес, внушая противнице неизбежный проигрыш, — я покончу с твоим человеческим обличием и верну себе ту, кто поставит на колени весь мир, даже если мне придётся тебя убить! — Ты столько раз пытался убить меня, Арес, но каждый раз дрейфовал, а всё потому, что я — твоя слабость, и ты знаешь об этом, — издевательски напевала Зена, намереваясь довести Бога войны до крайней точки кипения, — ты не сможешь привести свой план в действие, поскольку слаб. — Ты никогда не ценила мои чувства к тебе, для тебя они были чем-то вроде навесной крыши, под которой в неудобный момент всегда можно было переждать бурю… Удобно, не правда ли? А я хотел большего. Я сделал тебя своей избранницей, а ты наплевала на всё это. — Брось, Арес, истерика тебе не к лицу! — язвительно прошипела Зена, нанося удары по врагу. — Когда-нибудь ты договоришься! Глаза Ареса вспыхнули нечеловеческим гневом, излучая огненные языки, демонстрирующие жажду крови. План был достигнут. Арес почти дошёл до нужной ей кондиции, оставалось лишь немного подтолкнуть божество к саморазрушению. Зена подпрыгнула в воздухе и своевременно оказалась за спиной у врага, но Арес не позволил Королеве воинов навредить себе, поскольку обладал другого рода силой — божественной. И настала пора воспользоваться ею, донеся до противницы свою божескую суть. С торжественным видом Бог войны выпустил из рук несколько огненных снарядов, но Зене удалось увернуться от проявленной силы. Она отпрыгнула в сторону и покатилась по земле, правильно сгруппировавшись. Времени у Зены на обдумывание следующего шага почти не было, и Арес этим воспользовался. Обладая некими способностями, Бог войны прибег к хитрому, но проверенному приёму, и предстал перед уязвлëнной соперницей в новом облике. Терерь он выглядел иначе в глазах той, которая не любила его. Увидев перед собой знакомое лицо, Зена пришла в тихий ужас, не поддающийся контролю. … Перед ней стоял Алан, стоял прямо напротив неё в той же одежде, в которой погиб, спасая Дельфи от бандита Ортеса. Юноша выглядел так притягательно, что устоять было практически нереально. На это требовались силы, которых у Зены становилось от последних потрясений всё меньше. Она подошла поближе, чтобы открыто полюбоваться на родное лицо, и, страшась развеять эту иллюзию, едва коснулась лица Ареса рукой, который понимал, что вся эта непередаваемая нежность предназначалась для другого мужчины. Зена стояла так близко к нему, внимательно всматриваясь в каждую чёрточку, будто старалась повторно запомнить черты любимого, чтобы больше никогда их не забыть — и Ареса это напрягало. Тогда он пошёл на ещё более коварную пытку. Бог войны, находясь в облике Алана, заговорил с Зеной знакомым ей голосом, изрекая достаточно неприятные слова. — Какая же ты жалкая, Зена, — звучал голос Алана, разносящийся громким эхом повсюду, — мне тошно видеть тебя такой беспомощной и влюблённой в слабака вроде меня. — Ошибаешься, Арес, — завопила Зена, поморщившись от моральной боли, — Алан — не слабак, и никогда им не был! — Он отдал свою жизнь, чтобы спасти нашу деревню и мою сестру, он умер не напрасно, отдавая себе отчёт, что защитил всех тех, кто имел для него ценность! Но такому недоумку, как ты, такой жертвы никогда не понять, и я тебя в этом не виню — таков твой предел, Арес! Таков твой предел! Услышав, с каким почëтом Зена вспоминает погибшего Алана, Арес пришёл в чувство, отличающееся от полного восторга ровно в обратное количество раз. Он сильно разгневался и зарядил человеческий кулак лучезарной силой Бога, которую направил против Королевы воинов. Почти не отдавая себе отчёт, Арес схватил Зену за измученное, но такое красивое лицо, и в образе того же Алана заехал ладонью воительнице по щеке, будто бы она была виновата в том, что отдала своё сердце не тому человеку. — И это всё, на что ты способен? — кричала Зена. — Я думала, ты меня поцелуешь… Зена заигрывала с ним без зазрения совести, прекрасно понимая, кто скрывается за маской её умершего возлюбленного. Арес и сам не понимал, какой реакции он ждал от неё когда видоизменялся в Алана, но точно не такой безразличной. Не выдержав её не самых остроумных шуток, Арес кинулся на Зену, но уже в своём облике. Отклонившись от выпада противника, Зена, хохоча, нанесла ему чëткий удар в область груди, и продолжила атаковать ненавистного ей Бога. Захохотав ещё громче, она перебросила могущественного Ареса сначала через плечо, а потом и вовсе принялась подкидывать его тело вверх, пытаясь слегка позабавиться перед тем, как закончить происходящее безумие. По правде говоря, Зене ужасно надоело тратить своё время впустую на воинственного Бога, который преследовал абсолютно пустую цель, не имеющую ничего общего с проживаемой ей реальностью. Пока Зена и Арес выясняли свои сложные отношения, они и не заметили, как их компания заметно расширилась. Первыми на боевую арену прибыли Автолик с Габриэль, а чуть позднее объявилась и Афродита, стремящаяся разнять этих двух глупцов, устроивших потасовку века. Аресу аналогичным образом надоела вся эта дешёвая постановка в бои без правил, и он воспарил в воздухе, воссоздав репутацию настоящего Бога войны. Он плавно облетел воительницу сзади и нанёс ей ключевой удар ногой в спину. Сперва Зена рухнула на колени, а спустя мгновение и вовсе упала без сил, придавив землю всем своим почти безжизненным телом. Довольный собой Арес вовсю ликовал, выглядев при этом так, будто он одолел целый легион, а Зена, находясь фактически без сознания, бросила стеклянный взгляд на стоящих неподалёку друзей и заприметила позади них ещё одну приближающуюся к ним фигуру. Это была Дельфина. В руках у неё виднелось некое приспособление округлой формы, отдалённо напоминающее главное оружие Зены — Шакрам. Потратив последние силы на вполне напрашивающееся соображение, Зена бесконтрольно отключилась. Оценив ситуацию, Дельфина запустила Шакрам в воздух, восторженно наблюдая за полётом металлического диска. Метательное кольцо полетело с молниеносной скоростью в сторону ликующего Ареса и, сделав не полный круг, врезалось точно в заданную цель, обрушившись на темноволосого победителя обломленным суком. По всей видимости дерево было старым, и запущенный шакрам только помог огромной ветке отвалиться от ствола вовремя, но гордящаяся собой Дельфи не утруждала себя подобными расчётами, ей просто хотелось верить в собственную маленькую победу. — Да, братец, не повезло же тебе, — обратилась к побеждëнному Афродита, склонившись над ним, — а я говорила, что такая женщина, как Зена, не твоего поля воин. — Даже хорошо, что Дельфи обезвредила тебя так, не дав мне вмешаться, а то уж было я хотела пустить в ход свои чары, но, слава Зевсу, не пришлось. Габриэль кинулась к Зене, но та лежала неподвижным, мёртвым грузом, и не откликалась ни на какие просьбы. Казалось, что воительница умерла. — Вы все рано радуетесь, — подал грозный голос Арес из-под увесистой ветки, которая его придавила к земле, — я быстро выберусь и закончу начатое. — Или я — не Арес! — Не закончишь, братик, — подхватила заведомо провальную мысль Афродита, — пока ты не оставишь свои глупые затеи навредить Зене и её друзьям, из-под этого сломанного дерева ты не выберешься на волю. — Что ты сделала, Дита? — рассержено спросил Арес. — Что это ты себе позволяешь? — Да ничего сверхестественного, братишка, я просто немного поколдовала над ним, решив, что под весом этой деревяшки ты станешь немного сговорчивее. Оставь свою дурацкую затею — вернуть Зену в свой боевой строй, и я тебя быстренько расколдую. Эта воительница не для тебя. — Ну и пожалуйста, — возмущённо завопил Арес, угрюмо таращась на сухую землю, — а с тобой, Дита, мы поговорим на Олимпе, серьёзно поговорим. С этими словами Арес испарился в прозрачном дыме, оставив после себя догорать придавившую его ветку, которой просто не посчастливилось остаться на своём месте. — Чудненько! — радостным возгласом пролепетала Богиня любви и огляделась по сторонам. Трое знакомых склонились над неподвижным телом и растерянно пытались помочь Зене вернуться в сознание. Однако ничего не помогало. Королева воинов оставалась в по-прежнему застывшем состоянии. — Афродита, ты можешь ей помочь? — в отчаянии спросила подругу Габриэль, припоминая некоторые случаи, когда Богиня любви исцеляла простой народ, имея на то такую божественную возможность. — Ради тебя, Габи, я попробую. … Автолик и Дельфина, как и переживающая Габриэль, надеялись на чудо, которое должна была сотворить Афродита. И богиня приступила к ожидающему от неё исцелению. Она попросила всех расступиться и медленно спустилась на свои белоснежные, бархатные колени, чтобы сблизиться с объектом лечения. Её женственные руки излучили желтоватый свет и коснулись спинной части Зены. От её прикосновений исходило такое приятное тепло, что безжизненное тело Зены стало покрываться бесчисленными мурашками, возвращая воительнице её прежнюю силу. Поняв, что замысел Габриэль удался, все спутники Зены дружно навалились на неё сверху, пытаясь передать свою нескончаемую радость за её чудесное возвращение. — Постойте, дайте хоть отдышаться, — в шутку взмолилась Зена, слегка улыбаясь навалившемся на неё товарищам, — или вы хотите, чтобы я снова потеряла сознание? — Ну уж нет! — запротестовала Габриэль. — Если ты ещё раз так поступишь, я не стану больше тебя спасать, валяйся себе дальше! Дельфи с неким недоумением посмотрела на стоящего рядом Автолика, тот в свою очередь на прекрасную Афродиту, и только Зена оценила недооцененный юмор лучшей подруги, поняв истинный смысл сказанного. — Ладно, постараюсь больше не отключаться, а ты уж не серчай… — сквозь смех, проговорила она, заставив Габриэль смутиться от всеобщего к ней внимания. Так поединок, чуть не ставший для Королевы воинов смертельным исходом, завершился полным крахом врага и лёгкой шуткой в придачу.