Мы ещё встретимся

      В здании суда царила напряжённая атмосфера. Адвокаты уставили друг на друга строгие пламенные взгляды. Искры, что летали между ними, задевали всех вокруг. Судья склонил голову немного вперёд и тихо тяжело вздохнул. Дело было непростое. А оба адвоката через чур опытные, известные и уважаемые, чтобы можно было пренебречь одной стороной, выбрав другую. Оставались считанные секунды до оглашения приговора. Каждый это чувствовал. У кого то подрагивали пальцы от перенапряжения, кому то становилось душно, и тогда он начинал нервно ослаблять хватку галстука, кто то судорожно хватался за принесенную бутылку воды и осушал ее, некоторые просто осторожно и испуганно посматривали то на судью то на адвокатов. Женщина адвокат вдруг почувствовала острое возбуждение, что нервным импульсом прошлось по всему телу и чудом оказалось незамеченным, благодаря железной выдержке человека такой профессии, ее губы не выдержали и скривились в надменной ухмылке, глаза с удовлетворением заметили, как заиграли желваки на лице человека напротив, а глаза наполнились ещё большей ненавистью. Не задержав надолго взгляд на своем оппоненте, девушка перевела уверенный взгляд на судью, краем глаза с раздражением замечая, что и мужчина повернул голову в сторону судьи. Теперь 2 пары глаз были прикованы к человеку в черной мантии. Это были два совершенно разных, но в тоже время невероятно похожих взгляда. Взгляда хищника. – Суд выносит решение касаемо иска компании "Karlı", владельцем и непосредственным руководителем которого является Зия Карлы, обращённый к картинной галерее "Gökkuşağı" и ее владелице госпоже Аланур Талун.. – судья вдруг остановился, услышав как кто то почти незаметно кашлянул, он поднял голову вверх, оторвав взгляд от бумаги и удивлённо уставился на женщину, поднимающую элегантно палец вверх и явно желающую что то сказать. Она выжидающе посмотрела на судью, склонив немного голову, и от ее взгляда даже у этого мужчины поползли мурашки. Он незримо кивнул, давая разрешение, но она поняла. Под удивлённые и некоторые раздраженный взгляды женщина ещё больше выпрямила спину, приподняла подбородок и наиуверенейшим спокойным тоном произнесла. – Ваша честь, прошу меня извинить, но хочу заметить, что мою подзащитную зовут Аланур Йылдыз. – женщина очень четко и твердо произнесла фамилию, чем добавила ещё большую строгость образу госпожи Аланур и довольная произведенной реакцией продолжила, – В документах это зафиксировано. – девушка приподняла уголки губ и встала в исходное положение. Судья незамедлительно принялся перебирать документы на своем столе и уже через пару секунд озадаченно кивнул. – Да, верно, прошу прощения. Итак. Суд вынес решение касаемо иска Зия Карлы к госпоже Аланур Йылдыз. – все затаили дыхание, абсолютно каждый взволновано смотрел на судью. Начинало казаться, что напряжение царящее, в этом зале уже перешло все границы и от этого начинает неприятно сводить зубы и кружиться голова. – Иск не удовлетворен. – на одном дыхании произнес судья и тут же послышались тяжёлые разочарованные вздохи. Победившая сторона сидела тихо. Джандан Шерыоглу – адвокат со стороны госпожи Аланур, победно улыбнулась, довольствуясь угрюмой миной на лице господина Фараха Гюзун – адвоката стороны Карлы. – Встречный иск от лица галереи "Gökkuşağı" Аланур Йылдыз.. – Джандан, уже предвкушавшая победу, повернулась полубоком к мужчине напротив, явно демонстрируя свою широчайшую улыбку, которая в профиль казалось действительно достигала ушей. Фарах нервно отвёл от нее взгляд, сердце тревожно забилось и он опасливо сглотнул, ожидая приговора не только судьи, но и своего собственного. Ведь Зия Карлы никогда в жизни не оставит его на работе, зная что он проиграл такое важное дело. – Удовлетворен частично. –Джандан распахнула свои карие глаза и почувствовала моментальную колющую боль в районе сердца, а через пару секунд в районе живота. Господин Гюзун заинтересованно уставился на судью, чувствуя как сердце выпрыгивает из груди. На его лице моментально отразилась улыбка, так же моментально как на лице госпожи Шерыоглу появилось разочарование. Слушатели пораженно вглядывались в лицо судьи. Кто то был в восторге, сдержанно сковывая уголки губ, кто то волнительно кусал губы. В воздухе застыл душащий запах ожидания. – Суд обязывает владельца компании "Karlı" Зию Карлы выплатить моральную компенсацию и покрыть полностью все убытки касаемо испорченного товара госпожи Аланур, а также провести строительно-восстановительные работы в галерее за свой счёт в течении двух последующих с сегодняшнего дня месяцев. Окончательная сумма выплаты с учётом трат на строительство составляет 4 миллиона лир. Госпожа Аланур в праве разорвать контракт, заключённый между компанией Karlı и Gökkuşağı, по истечению двух месяцев восстановительных работ. До этого времени она не может расторгнуть договор. – Джандан окончательно прикрыла глаза, прислоняя руку ко лбу, пальчиками пытаясь утихомирить резко нарастающую головную боль, мысленно она уже представила что ее ждёт и объем гнева госпожи Аланур. – Что же касается первого иска Зии Карлы, суд принимает решение о примирении сторон. Интервью госпожи Аланур Йылдыз, где она высказала свое мнение насчет пожара в своей галерее и вины за это компании Карлы, а также упоминала случай проявления халатности при транспортировке ее картин, удалено не будет. – Фарах неудовлетверенно вздохнул, закатив глаза, и краем уха зацепил разочарованные вздохи и возмущения со стороны своих присяжных. – Суд просит тишины. – люди рассеянно замолчали, приковывая вновь свои внимательные взгляды к судье, – Спасибо. – По законам Турции высказывание своей позиции, не являющейся пропагандой, опровержением действующим политическим режимам власти, протестом религии, а также не несущей какого либо вреда для общества, разрешена. – Фарах вновь раздражённо отвёл взгляд от судьи, цокнув. Заметил, как засияло лицо госпожи адвоката и злобно сжал кулаки, благо из за стола этого никто не мог бы заметить. – Но госпожа Аланур должна принести публичное извинение господину Карлы и отказаться от своих притензий к компании Karlı, списав пожар на несчастный случай. Случай с халатностью упомянут не будет. – последняя надежда Джандан была стёрта с ее лица, ее будто окатили ледяной водой. Она застыла в странной позе, вытягивая шею, максимально выпрямляя осанку, ждала что приговор будет более утешительным.. Но этого не произошло. Она медленно осунулась и импульсивно зажмурила глаза, как могла сдерживала слезы. Это было не просто дело, не просто работа. Она не спасла подругу от унижения да ещё и угробила свою карьеру. Разве Аланур простит хоть кому то свое унижение? Девушке захотелось исчезнуть на месте, но не в коем случае не выйти отсюда . Стоять побежденной было унизительно, но выйти из зала суда и получить звонок от Аланур ещё хуже. Через пару мучительных секунд она все же нашла в себе долю самообладания и открыла глаза, гордо приподняв подбородок. По обыкновению столкнулась с насмешливым взглядом Фараха и лишь ещё воинственнее посмотрела на него. – Господин Зия также должен прилюдно извинится и отозвать свои претензии от госпожи Аланур. Если стороны не выполнят условия суда и не придут к мирному соглашению то выплатят штраф в размере 500 тысяч лир. Повторное заседание по случаю непримирения сторон состоится 26 апреля этого года. Суд окончен. Прошу всех встать. – господин Гюзун быстро сменил довольное выражения лица на растерянное. Все с шумом повставали со своих мест, начались разговоры. Образовавшийся гам не давал обдумать произошедшее, и мужчина потерянно смотрел вперед себя, боковым зрением замечая как люди начали расходится. В горле образовался ком, не дающий высказать даже слова протеста, в сердце образовалось ноющая пустота. Мужчина обречённо повернул голову и встретился с улыбчивым взглядом своей конкурентки. Ее глаза были красноваты, и от нее уже не веяло той напыщенной нерушимой уверенностью, но она в отличии от него держалась стойко. Напоследок довольно и даже злорадно хмыкнула и скрылась из его поля зрения. Сегодня они оба выиграли и оба проиграли.       Уже будучи на свежем воздухе Джандан глубоко вздохнула и устремила глаза в небо. Зима почти заканчивалась. 27 февраля. Но именно в этот момент, один из самых проклятых в ее жизни, снег повалили хлопьями. И она с усмешкой отметила, что даже в декабре не бывало такого пушистого снега. Зазвонил телефон и девушка прерывисто вздохнув посмотрела на дисплей. Аланур. Как же сейчас не хотелось разговаривать. Со спины она устышала чье то присутствие. Обернувшись вновь встретилась взглядом с ним. Он с опустошенными глазами, явно паршивым настроем и унылым голосом уже разговаривал со своим клиентом. Даже ввиду немаленького расстояния было слышно чей то мужской темборный голос, кричащий из трубки. Девушка грустно ухмыльнулась и приняла звонок от Аланур, которая сразу начала заваливать вопросами. – Джандан! Я думала ты уже сквозь землю провалилась! Почему не берешь трубки? Как заседание? – с надеждой спросила Аланур, явно потеплевшая в голосе, видимо она надеялась на положительный результат. Девушке от этого стало ещё более горько. – Аланур, я не смогла.. – сиплым голосом на тон ниже обычного произнесла девушка и госпожа на том конце провода явно потеряла дар речи. – Как это не смогла? Что это значит? – едва заикавшимся удивлённым голосом начала Аланур, Джандан стыдливо прикрыла глаза прекрасно зная, что через секунду начнется. Ведь она действительно знала свою подругу. – ДЖАНДАН! – прикрикнул Аланур, требуя объяснений, хотя на самом деле итак все было предельно ясно, но верить в это отчаянно не хотелось. Девушка подпрыгнула на месте и приступила к самой неприятной части этого диалога – условие суда. – Это ещё не всё.. – Джандан отчётливо услышала как болезненно хмыкнула Аланур, а затем тяжело и прерывисто вдохнула воздух . Адвокат принялась рассказывать о применении сторон. И по воле судьбы этот разговор совпал с таким же разговором с клиентом ее конкурента. Не прошло и секунды после окончания их слов, как в обе трубки неистово громко, оглушительно и истерично закричали: – ЧТО?! – адвокаты нервно отняли трубку от уха, поморшившись, они слышали не только крик своего клиента но и противоположного, наверное вся улица слушала это "что?!", они сочувственно посмотрели друг на друга и пришли молча к выводу, что их клиенты весьма похожи, по крайнем мере по количеству децибел их крика так точно. Не задержавшись здесь более, каждый пошел к своей машине, терпеливо выслушивая громкую и порой переходящую границы ругань.       Аланур вскочила с дивана, яростно бросая телефон, будто бы тот резко обжёг ее пальцы. От количества далеко не положительной информации начинала кружится голова, женщина ритмично постучала по краю лба, отгоняя головную боль, что последние месяцы стала частым ее компаньоном. Женщина сложила руки на бока и вдумчиво начала всматриваться в одну точку. Отчаянье накрывало с головой, дыхание учащалось, сердце ощутимой болью билось о ребра, мысли перебивали друг друга, отчего Аланур периодически казалось, что она действительно клонится в сторону от переживаний. Женщина немного покачнулась и почувствовала как в глазах потемнело. Аланур плюхнулись обратно на диван, явно принимая свое поражение перед здоровьем. Обречённо склонила голову, свесив руки, и ее мысли снова заполнили представления о том, как ей придется извиняться.. От одного этого слова женщину затошнило. Она гневно крикнула что есть мочи. – Офф, Джандан, офф! Я тебе ещё устрою сладкую жизнь, ты во всей красе увидишь, кто такая Аланур Йылдыз! Как эта девчонка могла проиграть настолько пустяковое дело! – Аланур вновь яростно рыкнула, на этот раз привлекая внимание служанки. – Госпожа Аланур, у вас что то случилось? – поинтересовалась Кэтти своим привычным тоненьким писклявым голосом, что в данный момент сильно разозлил Аланур, которая тут же встала на месте и устремила свой грозный взгляд на нее. – Что то случилось? – спородировала она девушку, разведя импульсивно руками, и истерично усмехнулась, – КОНЕЧНО СЛУЧИЛОСЬ! – служанка подпрыгнула на месте от громкости крика женщины. Губы Аланур сжались в противную ниточку, что означало только одно – грядет новый ураган. Кэтти прекрасно знала это выражение лица и не могла сказать что оно ее не пугает даже спустя столько лет службы. Девушка неуверенно помялась на месте и решила ретироваться. Аланур даже не заметила ее ухода. – НЕТ! Никто не заставит меня извиняться! Да кто такой этот Карлы?! – женщина рьяно ринулась ко входу на ходу забирая белое пальто. В своем порыве она даже не заметила на своем пути тумбочки и так некстати стоящую на ней вазу. Задев ее бедром, до слуха женщины долетело как с грохотом разбился японский фарфор. Быстро рассеянно обернувшись, она увидела уже лишь осколки некогда дорогостоящей вазы, досадно хмыкнув, она пришла к выводу что уже ничего не испортит сегодняшний день. Продолжила свой путь дальше, краем глаза успевая заметить как Кэтти кидается к месту происшествия и с неприятным скрежетом собирает осколки с пола. Аланур быстро выскочила из дома, скривившись на секунду от мерзкого звука, желая уменьшить количество раздражителей на сегодня. Их итак было достаточно. Женщина быстро заскочила в машину с твердым намерением что будет вести ее сама, завела немного дрожащими от злости и возбуждения пальцами и под скрип колес рванула с территории дома.       Аланур полностью сконцентрировалась на дороге, настолько внимательно, что глаза начали слезиться. Остановившись на светофоре грузно выдохнула, облокотилась на руль и позволила на секунду прикрыть глаза. Ее грудь тяжело вздымалась и даже с закрытыми глазами, лишая себя возможности прожигать этот мир своими глубокими океаническими глазами, что смотрят всегда слишком в душу и через чур уныло, она казалась самой опечаленной женщиной на свете. Внезапно госпожа распахнула глаза вспомнив что от своей же злости забыла спросить у Джандан адрес компании Карлы. Импульсивно сорвавшись из дома она совсем упустила из мыслей то куда именно и зачем именно едет. В ее голове словно пластинка все это время представала одна и та же картина. Как Джандан неуверенно перемнется с ноги на ногу и что то промямлит, как она испуганно и одновременно яростно бросит на нее взгляд, как сердце уходит в пятки, когда к ней подойдет этот ненавистный ей господин Карлы со своей свитой, с самонадеянной пренебрежительной улыбкой и с напущенной вежливостью представится, а затем набежит толпа журналистов, требующих у нее этих чертовых извинений, она с привычной статью в голосе и с гордо поднятой головой скажет свою речь, а потом ещё месяц будет проклянать тот день, запрещая Кэтти и родным даже говорить об этом. Аланур нервно помотала головой, отгоняя ненужные мысли. Женщина только хотела нащупать левой рукой телефон, который по обыкновению валялся на соседнем кресле, как раздался резкий неприятный характерный сигнал машины, женщина молниеносно устремила свой взгляд на светофор и и сверкнув глазами вжала педаль газа. По пути женщина нервно и отчаянно вспоминала все подробности их с Джандан дела и когда девушка могла обмолвиться хоть словом об адресе компании. flashback – Серьезно? – попивая кофе из кружки, женщина подняла свои глаза на подругу, с неким пренебрежением. – Да, представляешь, – сверкая глазами, усмехалась девушка, – Не понимаю как можно открыть компанию на такой улице. – Этот господин Карлы не имеет никакого вкуса.. – женщина фыркнула, отложив кружку кофе и открыла ленту соц сетей, все таки Аланур не была женщиной, способной долго выносить сплетничество, – Я более того уверена, что этот мужчина имеет скудную фантазию. Как он мог назвать компанию своей же фамилией, – Аланур в своей манере усмехнулась, надменно смотря перед собой и вдруг нахмурилась, – И фамилия какая то странная.. – А что в ней странного? Совершенно обычная фамилия. Да у половины Турции такая. – Да.. – Аланур помотала головой, стирая неуместные мысли, – Повтори ка ещё раз как называется улица? – уже более заинтересованно произнесла женщина. – ba-şa-rı-sız – по слогам сказала девушка, наклонившись ближе к ней. Аланур строго обвела ее взглядом и сдержанно усмехнулась, вновь вернувшись к экрану телефона. Аланур всегда очень четко очерчивала свои границы и никому не позволяла заходить за них, она не выносила близости, лишних слов и эмоций, предпочитая общаться с людьми подобными ей самой, такими же сдержанными и холодными. Джандан неуверенно села обратно, как всегда ощутив неприятный ком внутри, появляющийся всегда при встрече с Аланур. – Какая же ерунда, – женщина с громким звуком кинула телефон на стол, неудовлетворенно вздохнув, – Терпеть не могу этих новых бизнесменов, каждый готов показаться сущим орлом или ястребом, а на самом деле не сильнее синицы, – Джандан не ответила, поджав губы и приободряюще несмело улыбнувшись. Такую она Аланур и знала все 5 лет, что они работали бок о бок. Женщина зима. Отстранения и ледяная, черствая и строгая. Статная, гордая птица, готовая разорвать каждого кто бросит хоть камушек под колеса ее славы. end of fleshback       Обрушившееся воспоминание двинуло дело с мертвой точки. Дождавшись зелёного цвета, Аланур вжала педаль газа так, что машина со скрежетом умчалась, оставляя небольшую полосу пыли после себя. Женщина уверенно направлялась к одному из самых старых районов Турции, мысленно обдумывая свою речь и уже предвещая свой ошеломительный успех, который впрочем сопутствовал ей всегда, ещё не зная с чем ей придется столкнуться по приезду.

***

      В компании Карлы все сегодня шло не так. Хозяин компании нервно ослаблял свой галстук словно удавку на его шее, с небольшой дрожью хватаясь за стоящий на столе стакан воды и жадно его выпивая. Проиграть в таком деле было ужасно невыгодно и скверно, но ещё хуже было проиграть женщине. Господин Зия не выносил влиятельных женщин, особенно если эти особы крутились в сфере бизнеса около него. Одной из таких была госпожа Талун. Ее фамилия была на языке и слуху каждого из знакомых Карлы и не только знакомых. Каждый раз в какой нибудь программе на турецком телевидении появлялось ее имя. И тогда мужчина недовольно закатывал глаза и тут же переключал канал. Он даже не удосуживался посмотреть как она выглядит, сначала не имел желания, а затем и вовсе начал сторонится ее. Эта женщина очаровывала каждого кто ей встречался и все восхваления о ней господину Зие приходилось слышать по 2 раза на дню, то от деловых партнёров то от знакомых, и часто женатых, примерному семьянину этого было не понять. Но самым раздражающим в этой персоне было не столь ее влияние, умения очаровывать и не исчезать из мыслей, а имя. Аланур. Это имя болью в сердце, горькой сухостью в глазах и сбивчимым дыханием отражалось каждый раз в облике Зии. Так звали его первую любовь. Самую большую отраду и самую болезненную ошибку. Да именно ошибку, ведь даже спустя столько лет он жалел что она вообще встретилась на его пути, что он как настоящий сумасшедший влюбился в нее со всей присущей мужчине страстью, что до сих пор изредка отзывалась покалыванием по всему телу мужчины. Она бросила его. Со всей жестокостью и равнодушием каким только обладала. По правда говоря он не замечал этого. Его Аланур, которая навсегда застряла в памяти не знала ни ненависти, ни злобы, ни жестокости. Да она была вспыльчива и очень импульсивна, вспыхивала как спичка, и очень часто она просто уходила, закрывалась в своей комнате, обижаясь до тех пор, пока он сам не приходил с корзиной яблок, единственным что мог себе позволить, и не просил прощения. И она всегда прощала. Своим огнем и пугала и притягивала ещё больше. Такая девушка как она точно бы не смогла бросить так бесчеловечно. Но выходит он ее совсем не знал. Мужчина сжал кулак при очередном воспоминании о ней. Как бы не старался а простить ее так и не смог. Хранил ее подарки, часто перечитывал подаренную ею книгу, чуть ли не каждый свободный вечер, смотрел на ничтожно маленькое количество оставшихся ее фотографий и все равно каждый раз в конце кривился, зажмуривая глаза, ощущая как кровь приливает к вискам и начинает болеть голова, и убирал все это в далёким ящик, обещая себе что больше никогда не притронется к этому. Зия встал со своего офисного кресла и судорожно прошёлся по кабинету. Мысли спутались. Ему как порядочному мужчине не хотелось уходить от ответственности, слишком было жаль действительно испорченный товар госпожи Аланур и слишком сильно он уважал себя, чтобы поступить иначе. Однако эта женщина заставляла передергиваться господина при одном упоминании. В какой то степени Зия был даже рад что бизнес именно этой женщины пострадал, однако теперь о ней наоборот стали говорить ещё больше. В каждой жёлтой газетенке или программе звучало имя Зии Карлы, главного злодея на данный момент. И как же это бесило его. Он не чувствовал ни своей вины ни вины своих сотрудников. Ведь галерея сгорела из за халатности сотрудников госпожи Аланур, которая из за своей же собственной упрямости слышать другой версии кроме своей просто не желала. Мужчина остановился и сильно задумался. Сумма о которой говорила госпожа была немыслима. Ее выплата означала полное отсутствие прибыли его компании. А он просто не мог допустить чтобы какая то зазнавшаяся высокомерная дама как Аланур Талун разрушила все то, что он с таким трудом и трепетом выстраивал долгие годы. Его размышления прервал стук в дверь. Мужчина резко обернулся и увидел скромно улыбающуюся помощницу Эдже с небольшим подносом с кофе. – Эдже? Дочка, проходи, не стой на проходе, – он сделал пригласительный жест, чуть посторонясь, и по отцовски улыбнулся. Эдже всегда была для него чем то родным, в ней он видел и свою Аланур, совсем каплю, сейчас эта девушка сгодилась бы ей в дочери, но запомнил он ее именно такой. Когда Зия позволял сердцу брать вверх над разумом он предавался мечтам, представляя, как такая же девушка как Эдже была бы их с Аланур дочерью, с пронзительными глазами и добрым сердцем. – Господин Зия, я принесла вам кофе. Сегодня вы совсем уж не в духе. Как прошел суд? – на это Зия лишь грустно вздохнул и как можно увереннее постарался произнести пока молодая девушка волнительно смотрела на него. – К сожалению мы проиграли. Теперь я обязан выплатить компенсацию а также направить рабочих чтобы они отстроили галерею госпожи. – Эдже громко выдохнула и сочувственно посмотрела, коснувшись его плеча. – Все по благо будет. Вот увидите эта женщина тоже познает свою кару. Я знаю вы не виноваты, а она лишь очередная фурия которой нет дела до чести и достоинства. – Зия ошарашенно поднял глаза на девушку. – Дочка, что за слова ты говоришь? – Господин Зия, я справедлива ко всем, Аллах всех виновных покарает, но я не могу спокойно смотреть на таких людей, как та женщина. Сколько же в ней желчи.. злобы.. Знаете я видела ее однажды по телевизору и признаюсь по моей коже даже мурашки побежали, настолько пронзительно она смотрела.. – девушка вздрогнула и поморщилась, Зия лишь улыбнулся на ее реплику. – Признаться я тоже не люблю таких людей.. – наклонившись, шепнул он ей и они вместе засмеялись. Но смех не продлился долго. С первого этажа послышался непонятный гам и чей то женский крик. Зия с Эдже переглянулись и быстро ринулись на выход из кабинета. – Госпожа Аланур, пожалуйста, послушайте... – Мехмет умоляюще смотрел на буйную женщину, пытаясь сдержать гнев той, чуть ли не хватая ее за предплечья. – Немедленно отведите меня к господину Карлы! – женщина не унималась, несмотря на достаточно большую толпу, собравшуюся в холе и явно мешающую пройти этой фурие, она отчаянно пыталась пройти вперёд. Вокруг все гудели, упрашивая женщину остановиться, но она не слушала. Внезапно шум начал утихать, а люди впереди нее учтиво расступаться, она удивлённо оглядела людей и, ухмыльнувшись, подумала, что творит с людьми подчинение, сейчас они готовые сдержать сам ураган, выставить буйную женщину за дверь, мнутся на месте и стыдливо опускают глаза. Перед ней появился мужчина, она медленно оглядывала его с ног до головы. На нем был весьма солидный костюм серого цвета, ботинки черного цвета словно с ветрины, начищенные до блеска, от которого Аланур даже передёрнуло. Она медленно приходилась по нему взглядом, отмечая что мужчина, открывший фирму на улице "неудачная", к сожалению выглядит весьма не дурно, очень не дурно. Она посмотрела на его лицо, прямо в глаза и на секунду ей показалось что она падает, проваливается с треском в бездну и ничего больше не слышит, в голове гудит, она немного приоткрывает сухие губы, глаза болят, сердце кровоточаще бьётся о ребра, она забывает как дышать. Но на ее лице ничего, лёгкое удивление и неподдельная стать. Она стоит с ровной спиной, на ее пальцах сияют кольца с драгоценными камнями, дорогая брендовая одежда, а на лице бесконечная уверенность, о которой с таким принебрежением говорила Эдже. Зия обомлел. Причина всех его страданий, бессонных ночей, единственный лучик света, оказавшийся сущим ядом, ведущим прямиком в ад, сейчас предстала перед ним. А она изменилась. Из ее глаз сыпется искрами спесь, длинные шелковистые волосы, аромат которых он так любил вдыхать в юности и помнил до сих пор, сменило строгое прямое каре, она теперь не носила коротеньких вещей, так будоражущих сознание, на ней было благородное светлое длинное пальто и высокие сапоги на каблуке. Зия прерывисто вздохнул, глаза заслезились. Аланур пристально на него посмотрела и вдруг ее взгляд стал презрительным, с отвращением. – Зия Карлы? – она посмотрела на молодого мужчину, который пару минут ранее старался удержать ее, указав глазами в сторону Зии, тот рассеянно кивнул. Аланур отвела взгляд, тихо вздохнула, моргнув, и развернувшись, молча ушла под всеобщее недоумение. – Что это было, отец? Ты ее знаешь? – Нет. – ответил сухо Зия и ретировался обратно в свой кабинет.