Наруто Узумаки- джинчуурики и принц Узумаки

(Тайм скип 10 лет…) По улицам Конохи идёт красноволосый мальчик, его имя Наруто Узумаки и это имя знают и ненавидят абсолютно все жители Конохи, ну кроме хокаге почему-то защищающего демонёнка. Наруто решил купить маску что-бы напугать мальчиков смеющихся над ним. Он шёл по рыночной площади и оглядывался на каждый прилавок. И вот, он увидел нужную лавку, и подойдя к стенду с масками, стал разглядывать маски, выискивая ту самую. Внезапно, продавец, седой мужчина лет 50-60, до этого мирно читающий газету, подскочил и стал кричать на мальчика, размахивая свёрнутой в рулон газетой. -Убирайся от моей лавки демоническое отродье! Мне не нужны проблемы! Маска понравилась?! Да забирай, и вали отсюда, пока цел!-Кричал разгневанный старик на Наруто. И никто не заступился за него, даже не попытался. Все они, ненавидят его...но почему?! Что он такого сделал!? -Вы ещё узнаете обо мне! Я стану Хокаге! -кричало красноволосое чудо убегая как можно дальше. В след ему лишь падали маленькие капельки детских слёз, всего несколько, но сколько в них горечи...сколько боли. Прибежав на заброшенный полигон Наруто упал под большим клёном и продолжал тихо плакать, почти беззвучно. Так было всегда...тихий плач...в полном одиночестве. Внезапно, он услышал самое страшное что бывало в его жизни. Пьяные крики и песни. Но ведь он на полигоне, значит… Шиноби. В панике он начал оглядываться по сторонам, куда спрятаться? Куда убежать? А есть ли вообще смысл бежать? -О-о-о-о смотрите ка, кого к нам принесло, может наконец избавим деревню от демона?! -говорил с ехидством, доставая покоцанный кунай, мужчина в жилетом чюнина. -Нет... не надо... пожалуйста-а-а-а.-Кричал Наруто, молил, переходя на крик боли, когда в боку расцвела острая боль от куная, а после и в плече. И тут, он внезапно почувствовал тепло в области живота. Оно быстро растекалось по всему телу, как вдруг, его тело обожгло адским огнём. Всё тело пылало, словно кто-то водил раскалённым прутом по сухожилиям, перекусывал их. Боль не стихала несколько мгновений, лишь тупо пульсировала, иногда взрываясь огненными цветами где-то внутри. Неожиданно, боль стихла, резко, и в последний раз моргнув, Наруто погрузился во тьму. ... -Множественные ранения, колотые, резанные и рваные раны. Многие раны по всему телу от времени шрамировались, некоторые из шрамировавшихся ран, имеют нестандартную форму, что может свидетельствовать о том, что при нанесении раны, часть плоти была удалена. Ещё 2 свежих колотых ранения от неопределённого оружия. Раны нестандартно быстро заживают, уже сейчас на них начинает образовываться рубцовая ткань, хотя ранения нанесены сегодня. Также разрыв СЦЧ (системы цыркуляции чакры). Что может быть результатом, нестандартно мощного выброса чакры, причина неизвестна.- бубнила про себя, толи безэмоциональным, толи безразличным голосом медсестра центрального госпиталя Конохи. Тут Наруто бывал очень часто, после каждого избиения, каждого отравления. А если наступало 10 октября, так точно оказывался на больничной койке. Ведь 10 октября, это великий праздник освобождения Конохи от великого и ужасного Кьюби, и соответственно, траур по убитым им. В этот день, очень многие напиваются и решают отмстить демону. В итоге: уколы, порезы и ожоги, постоянно уродовали маленькое тело Наруто, странно, но вся быстро заживало, буквально к утру раны становились шрамами. И так изо дня в день, из года в год. Утро в одинокой квартире, завтрак в одиночестве чем попало, академия и насмешки в ней, прогулка по деревне и ненавистные взгляды в ней, а вечером... ну, либо в «Ичираку», если деньги есть, либо снова дома в одиночестве. Пособия едва хватает на все расходы, а цены в магазинах ему завышают в трое, если не выгоняют.