Наруто Узумаки- джинчуурики и принц Узумаки

Лис открыл глаза всё в столь же тёмном помещении. Снова сырость под лапами, звон металлических труб и купание воды по стенам. Лис захотел подняться, но тут же лапы разъехались, не дав зверю подняться. Силы в лапах не было от слова совсем. С огромным трудом он смог перевести взгляд на собственное тело, зрелище было не из приятных. Мех потерял свой огненно-рыжий оттенок, став больше похож на сероватое покрывало. Тело до одури исхудало, выпячивая рёбра и кости из-под облезлого меха. Девять, когда-то искренне живых и неспешно плывущих в немом танце хвостов, совсем потеряли былую силу и безвольно лежали в холодной воде, прикованные золотыми цепями. Какое мерзкое ощущение в теле… такая непривычная…слабость. Лапы не слушаются, даже хвост от земли не оторвать. «…Почему…почему так тяжело…Наруто…чакра…тот парень…Где Наруто?... что с ним… где я сам…»- мысли Курамы постоянно путались, ускользали и терялись. Но постепенно, как только он расслабил тело, мысли стали прямее, понятнее. « Маска…он сделал что-то, и Наруто начал терять чакру, я её восполнял…восполнял и… что же дальше то было…» Кураме наконец хватило сил подняться на трясущиеся лапы, с завидным усилием, но он всё же смог опереться на прутья решётки и хоть немного отдышаться. «Наруто…нужно связаться с ним… его…его нет здесь… Где…где он…»- Курама собрал всю оставшуюся чакру, и постарался подняться на уровень выше подсознания. Разум Курамы стал подниматься всё выше и выше, намереваясь покинуть подсознание и попасть на уровень физиологического сознания, дабы почувствовать и узнать состояние Наруто. Но в момент перехода, он словно ударился о ментальный барьер. Разум лиса мгновенно вернулся обратно в тело, от чего он мгновенно отшатнулся от прутьев и словно скала плашмя рухнул на пол, расплескав разлитую там воду. Барьер… или может ментальный блок. Хотя откуда ему чёрт возьми здесь взяться! Что вообще происходит?!! -«Сил совсем нет…Наруто…где ты чёрт возьми… держись там…»- последнее о чём мог думать лис перед отключкой, это единственный по-настоящему близкий ему человек, человек, ставший для биджу семьёй. … В стране железа ныне не спокойно. Она была выбрана местом для проведения важнейшего политического мероприятия элементальных наций- собрание пять Каге. Пять сильнейших лидеров своих деревень соберутся под одной крышей, дабы обсудить вопрос нарастающей угрозы Акацуки. Но вековая вражда между деревнями, не способствовала взаимному доверию лидеров, именно поэтому для такого мероприятия им нужна нейтральная территория, именно ей и стала страна железа, страна без шиноби. Но мало того, сначала всё шло хорошо, каге постепенно приходили в деревню. Первыми прибыла делегация Казекаге из деревни скрытой в камне. Потом пришли и делегации из скрытого облака, а вместе с ними и скрытая в тумане. Вот после них и случилось неладное. Буквально день минул с прибытия трёх делегаций, как пришла делегация из скрытого листа. Хокаге-Цунаде Сенджу в белом одеянии с фирменной шляпой Хокаге, да только вот кое-что в ней отличалось. Цунаде Сенджу, принцесса слизней, саннин и легендарная неудачница, под этими прозвищами она была известна по всему свету, и все точно знали как она выглядит- зелёное хаори, формы не менее легендарные чем она сама, медового цвета глаза и белоснежные волосы, заплетённые в две ленивые косички, а также почти вечный запах саке, что сопровождал её везде. Но сейчас, её было почти не узнать. Зелёное хаори с кандзи «игра» на спине, сменила почти белоснежная накидка, с неизвестным для широкой публики символом клана, вроде как и Сенджу, но какой-то он не такой… блондинистые волосы, из двух ленивых косичек превратились в две тугие, заплетённые и пышные косы кроваво-красного цвета. И никакого запаха алкоголя, даже намёка. Сопровождали её двое шиноби. Один из них был не менее известен- Какаши Хатаке, копирующий ниндзя. Пепельного цвета колючие волосы торчали из-под протектора Конохи, повязка закрывала один из глаз ниндзя, остальную часть лица перекрывала бандана. Руки как всегда в карманах, при каждой удобной возможно он с головой погружался в странного вида книженцию. А вот третий шиноби вызывал явные подозрения. Странного вида мужчина, лет так 20, с кроваво-красными волосами в белом одеянии, с таким же как у Цунаде знаменем на спине. Но вот что странно, если Какаши шёл явно позади Хокаге, демонстрируя её превосходство в статусе и силе, то этот парень, шёл толи на ровне, толи даже опережая Хокаге. И всё время, что они шли, Цунаде словно следовала за этим парнем, как будто лидер колонны не она а…он. Да и не были они похожи на просто лидера и его подчинённых, скорее как хорошие друзья, или даже…семья. Микро выражения, смешки и движения…всё это как-то странно. Несмотря на удивление, вопросов никто не задавал. Делегация Конохи прибыла в страну железа, и остаётся лишь дождаться деревню песка, и можно начинать собрание пяти каге. … К вечеру, события в стране железа повернулись непредвиденно. Цунаде, вместе с Какаши и одним из клонов Наруто спокойно отдыхали в номере, дожидаясь начала обеда. Цунаде, как и подобает, сидела рядом с мужем, держа его тёплую руку в своих переплетённых, тонких пальцах, медленно её поглаживая, вырисовывая только ей понятные узоры, пока Наруто вёл спор с Какаши на тему толи литературы, толи чего-то касающегося её. Цунаде же, хватало этого тихого момента единения... Как же давно они не проводила настолько спокойный, тихий вечер в кругу семьи. Да, она бы наверное назвала это семьёй, не полной, пока, но всё же. Цунаде медленно провалилась в ровный и тихий сон, всегда так, только рядом с Наруто она может заснуть спокойно и быть уверенной что спать она будет крепко и без этих жутких картин, что преследовали её десятки лет. Но внезапно, тёплая, успокаивающая рука обратилось в облачко белого дыма, как и всё тело клона Наруто, с громким хлопком. -Что?! Что произошло?!- прокричала вскочившая на ноги Цунаде. - Не знаю, но явно что-то не хорошее.- ответил Какаши вглядываясь в метку на запястье, что начала медленно тускнеть. - Что случилось с Наруто!? Он в порядке? Скажи мне!- паника нахлынула на Цунаде, как цунами, захлестнула стометровой волной, накрыв с головой. - Я не знаю!- не сдержался уже Какаши, тоже перейдя на обеспокоенный крик, попытавшись удержать Цунаде, когда та кинулась к двери. - Пусти! Я пойду к нему!- кричала она, вырывая руку. - Хокаге-сама, вам нельзя покидать деревню! Со дня на день будет совет каге! Вы не можете уйти!- крик был ответом на крик. Цунаде не могла сдержать плачь. Головой она понимает, что как Хокаге она не имеет право покинуть деревню, но как женщина…как жена… - Какаши…я не могу его бросить… я должна идти к нему!- - Я пойду к нему, найду и вытащу, обещаю!- - Какаши…там враг, против которого даже Наруто не смог справиться, он сильнее Пейна, сильнее кого-либо из тех кого встречали мы…- отчаянно проговорила Цунаде. - Как бы сильно я не была уверенна в твоей силе, боюсь, здесь её не хватит…- Какаши промолчал. Как бы ему не хотелось возразить, но возразить было действительно нечего, она права. - Если он…она или какое-то оно…убило… Наруто… То как его жена, я должна разделить его судьбу, это дело нас с Наруто, ты не обязан отдавать за это жизнь.- смиренно сказала Цунаде, кладя руку на плечо плачущего ниндзя. Она много раз видела как шиноби плачут, не смотря на стереотипы, они плачут даже больше обычных людей. Да что там, она и сама наплакала ни одно море слёз по умершим и просто потерянным, но таких горьких, безысходных и искренних слёз она не видела ни разу. Никакой истерики, лишь тихая потеря контроля над эмоциями, и непрерывный поток слёз из единственно видного глаза. - Но…но как же совет…пять каге…- - Ты станешь новым Хокаге. По крайней мере на время. Если же я не вернусь, значит Коноха останется в твоих руках. Ты любишь эту деревню, я это знаю и все это знают, защити её, словом и делом. Этого хочу я, этого…хотел бы он. Никому в Конохе он не доверял, как тебе, только в твои руки он отдал бы защиту деревни.- ровно и твёрдо говорила Цунаде, демонстрируя полную веру и правоту своих слов. - Но…но…- дар речи совсем покинул его. Какаши не стал больше говорить, слов всё равно не находилось, да и не помогут они здесь. Он лишь помог Цунаде собраться, помолился с ней за удачу в её деле, и остался в пустом номере, погрузившись с головой в свитки и сводки. За одну ночь, ему нужно узнать всё о внутренней кухне Конохи, да ещё и объяснить всем остальным, почему Хокаге сменился за одну ночь. … Стоило Цунаде выйти за границы деревни, как тут же с быстрого шага она перешла на семенящий и стремительный бег, периодически прыгая на деревья и передвигаясь уже по ним. Дыхание сбивалось, с каждым шагом грудная клетка сжимала лёгкие всё сильнее, голова туманилась, гудела, мысли путались и перемешивались в одну непонятную кучу. -« Наруто…где ты? Жив ли, если жив то цел ли? Господи, где же ты дорогой…»- Ноги путались, неровен час был упасть, но она не падала. Она подавала ещё больше чакры в ноги, от чего с каждым её шагом под каблуками трещала кора. Она лишь ускорялась, быстрее, быстрее, быстрее… Вот и родные леса. До территории страны огня она добралась быстро, но дорога до страны дождя всё ещё не близкая. Ей нельзя останавливаться…как бы не болели ноги, как бы грудь не жгло огнём, как бы не хотелось хоть раз вдохнуть полной грудью, времени нет, ни единой секунды. -«Я отдала всю чакру в ноги, даже метки бьякуго уже не хватает, нужно быстрее, ещё быстрее!»- думала Цунаде, пока её до этого туго завязанные волосы не стали постепенно расплетаться, образуя пять висячих в воздухе пучков волос. Медленно, словно хвосты биджу, они парили в воздухе, игнорируя ветер и гравитацию. Тело Цунаде стало вдруг набираться невероятной силой, пот стал выходить почти дымной испариной образуя некую завесу над телом, глаза стали словно светиться ярко-жёлтым светом. Чувство было, словно на спине выросли крылья. Но стоило Цунаде взглянуть себе за спину, вместо крыльев она увидела пять золотых цепей, что медленно, как и волосы, парили в воздухе, словно ожидая команды. Стоило Цунаде лишь подумать, как одна из цепей сорвалась и воткнулась в кору ближайшего дерева, ещё секунда, и Цунаде словно резким захватом притянуло прямо к цепи. Мысль пришла позже того, как Цунаде уже летела между деревьями на золотых цепях. Цепь, цепь, прыжок, цепь, прыжок, цепь, цепь. Несколько секунд, всего несколько прыжков, так казалось Цунаде, когда страна огня осталась за спиной. Мозг включился снова лишь когда деревья почти перестали попадаться на пути. Цунаде приземлилась на слегка влажную землю, почва хлюпнула под тяжестью туфель, и девушка продолжила свой забег, осталось самое сложное, проникнуть в деревню. (В чьём-то сознании…) -« Почему…почему так холодно… тело ломит, руки словно свинцовые, позвоночник словно завернули в узел…господи…как же болит голова…хочется блевать…кишки, словно они извиваются в животе, как черви. Почему так темно…я слеп? Или может я никогда не видел? Или может так было всегда, не я слеп, а мир… пуст. Кто я… Я…я…так хочу спать…»- ( В одном из домов в деревне дождя…) Конан вошла в ближайший пустующий дом. В деревне дождя таких много, хотя бунт против Ханзо прошёл достаточно давно, но деревня до сих пор носит шрамы его правления. Домик был ветхий, полностью деревянный, одноэтажный, не дом, а скорее сарай. Девушка как можно быстрее прошла через прихожую, не особо обращая внимания на обстановку и направилась к груде тряпок и досок, с натягом, но это можно было назвать кроватью. На неё она положила трясущееся тело мальчика, руки её были скользкими от его холодного пота, сам парень был похож на утопленника, весь мокрый, бледный и постоянно дрожащий. За всё то время, что она несла его, он не приходил в сознание, не говорил, даже не издавал звуков, казалось, что даже дышать он перестал, но грудь его ритмично поднималась и опускалась, что говорило об обратном. Девушка, как смогла протёрла холодный пот со лба мальчика, и постаралась укрыть его всей возможной тканью, что можно было найти в доме, даже своим чёрным плащом. Дрожь всё не унималась, но стала менее активной, хоть что-то радует. Конан наконец выдохнула, выйдя на улицу она взглянула в одну из луж и словно в зеркале стала осматривать порез на шее. Глубокий, но ничего не задето, кровь свернулась и засохла тонкой струйкой на фарфорово-белой коже. Взяв тряпку, Конан осторожно вытерла засохшую кровь, и наложила лист бумаги на рану. Девушка вернулась в дом, но лишь сейчас, идя через прихожую, она заметила несколько старых деревянных табличек, поросшие мхом, потрескавшиеся от сырости, три маленьких, и одна большая. Одинокая слеза прокатилась по щеке девушки, но она не позволила чувствам взять верх, сейчас есть дела по важнее, чем старые чувства. ( Снова в сознании кого-то…) Свет…такой резкий и яркий. Глаза словно жгли праведным огнём. Если он когда-то и думал что всегда был слепым, сейчас он разуверился в этом навсегда, ибо лучше бы он был слепым, нежели терпеть эту чувство. Не боль, а нечто совершенно непонятное. Но это длилось не долго, пара мгновений и свет рассеялся, он огляделся, совершенно пустое пространство, ослепительно белое, но пустое и непонятное. Непонятно, он стоит или парит, где верх, а где низ. Стоило ему попытаться сделать шаг, то он не сдвинулся и на миллиметр, так и стоял на месте. - Ты оказался здесь раньше чем должен был- оглушительный голос раздался в голове. Он поднял голову, и увидел его. Демон, иначе не скажешь, пурпурная кожа, совершенно белое одеяние и красные чётки на руке. Образ дополняло танто, что демон держал в зубах. - Шинигамми. Давно не видел вас.- -Лучше бы и дальше не видел. Ты совершил ошибку, и потому ты оказался здесь.- - Я умер?- - Думаю да.- - Значит, это конец?- - Думаю нет.- - Как это? Я ведь умер, значит всё кончено.- - Обычно, так и было бы. Но ты не обычный человек, пророчество не говорит о твоей смерти, мы же, просто следуем ему. Это мой чертог, и ты первый, кому я дам возможность уйти. Как это сделать, решай сам.- сказав это, бог исчез ничего больше не сказав. Вопрос встал остро. Как отсюда уйти? Он не может идти, бежать и ещё что. Но ведь, это чертог бога смерти, смерти не физической а…духовной. Значит ключ где-то внутри, внутри него. Как он здесь оказался? От чего он погиб, что его убило?   Страхи, надежды, неуверенность, всё это смешалось внутри него в зыбучую сыпь и вышвырнуло за грань контроля над собственным сознанием. Единственный шанс вернуться, это не просто осознать это, принять или смириться. Нужно просто понять, что что-то точно случится. Что случиться? Господи, как же ему хотелось бы знать, но даже боги, даже пророчество не даёт единого ответа, два радикально различных исхода, и каждый с доброй тысячей вытекающих из них событий и последствий. Как это предугадать? Как остановить? Он не знал, и не узнает, пока не настанет этот момент перелома, распутье на длинной, длинной дороге. К чёрту всё, пора сходить с обочины, и идти дальше. Пока ноги мои целы, я буду идти. Не будет ног, пойду на руках, не будет рук буду ползти цепляясь подбородком об землю, если снова умру, то я вернусь, не знаю как, но вернусь. Сердце стало биться с утроенной силой, тело снова стало наполняться теплом и чувством, вернулась боль, во всём теле, постепенно нарастая и становясь невыносимой. Сердце стало рваться на части, кусок за куском, в грудной клетке сердце распалось на десятки частей. Такое чувство, будто какую-то часть он оставил в том месте, какую, он не знает, но кожа его потеряла тот загорелый цвет, став бледнее, и глаза, никогда больше они не будут столь же беспечно голубыми, как океан. Возможно, оно и к лучшему, в этом мире, таким глазам не выжить, лишь когда вся боль и страдания пропадут из него, лишь тогда, они снова засияют. Снова ослепительно белый свет стал застилать глаза его, и вот, когда не было уже видно ничего, в последний момент прежде чем снова упасть в темноту, в его ушах прозвучала последняя, громкая фраза. - Душа за душу, жизнь за часть живого. Таков закон.- Он никогда не поймёт богов, на то он и смертный.