Этот мир хочет твоей смерти.

— Всё, лежи. Черт, ну и отделали же тебя. — Ви оставила раненного демонтажника под деревом, закапывая его под снег. Ей было любопытно, кто так смог поступить с Виктором, ведь по его состоянию не было видно, чтобы он просто запнулся и упал, нанеся серьезные увечья дисплею и своему корпусу, что вызвало огромнейшую утечку масла, и после едва ли не смерть дрона. — Тебе повезло что ядро не задето, но я думаю что тебе не стоит куда-либо уходить. Твой единственный источник охлаждения вытек, так что не рекомендую вылезать из снега. Надеюсь, ты меня услышал. — Да… Я всё слышу. — Дрон лежал, стараясь не двигаться и не убирать с себя снег, в котором он укутан. Через какое-то время, системы вновь функционировали в нужном порядке, не без помощи самой Ви. Виктор был все еще шокирован, ведь его жизнь чуть ли не оборвалась. Он хотел жить, но и умирать он не боялся, однако собственную смерть он не представлял такой, чтобы его когда-нибудь искалечили и бросили умирать. После всего случившегося, ему оставалось корить себя за свою невнимательность и необоснованное упорное желание проследовать по следам, которые никуда бы его вероятно не привели бы. Но за место того чтобы просто осесть там, где уже заранее пригрето, Виктор лишь навлек на себя беду, проявив элементарное глупое любопытство. Он не скооперировался с разумом, а лишь поддался инстинктам, за что и был жестоко наказан. От всей этой самокритики, ему захотелось зарыться поглубже в снег и не вылезать, до тех пор, пока он сам не найдет желание вылезти наружу. Утешение вызвало бы лишь еще большую жалость и волю к самобичеванию по отношению к себе. Зачем пытаться оценить ситуацию на будущее, когда он из-за собственной невнимательности оказался в опасности. Зачем пробовать учиться на ошибках, когда обязательно наступит то самое непредвиденное, чего ты не смог ожидать. Здесь не из чего было извлекать выгоду, плюсов здесь нет, нет и желания думать о том, что же делать дальше, и как поступать. Все что Виктор думал о себе, что он выше других, было лишь ничем иначе как наивнейшей глупостью. Все мысли о важности борьбы за выживание были лишь пылью в глаза. Все это лишь слова, не имеющие перспективы. Думал, что обманет жизнь, но не подумал, что обманул в тот же момент и самого себя. Навязал себе эту глупую отвагу, лил себе в уши красивые и храбрые речи, когда на деле он оказался еще тем слабаком и слабохарактерным трусом. Вся жизнь была ложью, а он был сам себе главным лжецом. То, что ему сказало его же отражение было лишь результатом искаженной фантазии, просто предсмертным бредом или сном. Все сказанные им же слова, не имели под собой никакой почвы и представляли собой ничто иное как мимолетные желания. Всё то, в чем он себя уверял, что убийство тех дронов-демонтажников станет лишь ему на пользу, он свято уверял себя в том, что делает только лучше для себя. Вся эта мотивация была только предлогом, чтобы встать и идти. Он встал и пошел, только вот какую тропинку он себе вытоптал? В лес, в котором он встретился с теми, кого испугался, искалечился, но всё равно выжил. — Ладно, я скоро вернусь, и мы заберем тебя. — Ви хотелось расспросить Виктора обо всём, что произошло с ним, однако ей нужно было приглядывать за группой Узи, что та так искренне просила сделать. Вся эта поездка не имела для Ви никакого смысла, она отказывалась отправляться вместе с ними, но дополнительные уговоры со стороны Эна сделали свое дело. Ви нехотя согласилась отправиться в поездку, лишь бы не слышать, как Эн пытается уговорить её. Его пустые речи все равно на неё не действуют, она уже давно привыкла к игнорированию его существования в целом, но небывалая упёртость и настойчивость Эна вынудили её согласится на эту бесполезную поездку. И ведь как позже выяснилось, присутствие Ви оказалось кстати, когда в дороге она услышала взрыв, а после и громкий хруст веток. Она сгорала от любопытства, что может оказаться источником целого взрыва. Оставив Эна с остальными, дрон отправилась одна и после обнаружила поврежденного Виктора, что лежит в луже из собственного масла. Он лежал на снегу и лишь тихо разговаривал сам с собой. Ви вначале казалось, что он все еще в сознании, и попыталась поговорить с ним, но в ответ Виктор лишь продолжал что-то шептать. Дрон подумала, что у раненного сломались модули восприятия и предприняла попытку к экстренному ремонту, путем введения восстанавливающих составов в корпус демонтажника. Процесс давал удовлетворительные результаты. После начала введения, Виктор продолжал с кем-то разговаривать, даже не чувствуя прикосновений Ви. Кажется, будто он подвержен неким сбоям и визуальным ошибкам, ведущих к неправильному восприятию. Все диоды на голове мигали красным, лишь подтверждая теорию о том, что у него из-за перегрева могло испортиться восприятие. Когда дрон прошептал «Я не хочу уходить» Ви впала в легкое замешательство, демонтажнику послышалось иное, и она приняла это как за желание дрона уже перестать поддерживать в себе жизнь. Впадая в нарастающую панику Ви бросила все силы и поставила приоритет на исправление ремонтных модулей Виктора, чтобы совместно с ним пытаться оживить демонтажника. Ви чувствовала, как внутренности дрона начинали греться. С этого момента время исчислялось едва ли не в секундах, так как в любой момент дрон мог попросту перегреться, отключить все системы а после и ядро, или вовсе вспыхнуть, воспламенив разлитый вокруг охладительный горючий материал, забрав на тот свет обоих дронов. Когда в один момент туловище приподнялось, испорченный помехами глубокий вдох дал наконец сигнал о том, что реанимация удалась, и Виктор будет жить. — Постой. — Виктор продолжал лежать под снегом, подзывая удаляющуюся Ви. Ему не хотелось изливать душу перед ней, он лишь желал узнать, как она мотивирует себя жить дальше. Дрон желал узнать точку зрения другого демонтажника, что из себя представляет борьба за выживание в её понимании. Что значит встретиться в столкновении с себе подобным, и что если он не один? Как вести борьбу за место на этом проклятом клочке земли, даже когда от тебя остается лишь пустая оболочка, что вот-вот сгорит, оставляя после себя прах из сожаления и разочарования. Как оценивать свои действия после фатального поражения? — Ви, ответь мне. Что бы ты сделала, если тебе принялся кто-либо угрожать? И ведь угроза превышает все твои силы и… — — Попробуй хоть раз отключить мозг. Твоя голова занята явно не тем, чем в первую очередь так необходимо. Начни думать уже после того, когда дело уже сделано. — Ви перебила мысль Виктора, что было по её уставшему взгляду понятно, что он свои измышления может продолжать вплоть до бесконечности, лишь бы растянуть время, пускай никто из них никуда и не спешит. — Слишком много отвлекаешься, и вот результат. Вот тебе еще важный совет: Зациклись на чём ни будь одном. — Такой короткий диалог дал Виктору достаточно пищи для размышлений. Просто отключить мозг? Разумеется, это просто. Ну конечно, все было так очевидно и до смешного просто. Решение всех бед было так близко, нужно было лишь… зациклиться. — И всё? — Виктор вначале пустил пару смешков и ухмылок, но после смешки переросли в смех, и вовсе не от веселья, а от осознания что дрон был так далёк, что не мог найти простые решения простым вещам. Простой хохот перерастал уже в истерический смех. — Значит подвоха не было! Какая же это все… хрень. — Ви не понимала, что означает его поведение, и неужели он воспринял этот совет как шутку? Да, Виктор воспринял это как очень несмешную и оскорбительную шутку, от которой ему стало не просто обидно, а дурно, что вызывало в нем такой всплеск эмоций. Ви решила всё же оставить дрона наедине с самим с собой, полагая что он сможет всё же прийти в себя. Дрон повернулась и отдалялась от Виктора под его смех, знаменующий полное разочарование собой. Она не могла больше видеть его таким, и дело не в жалости. Ей было в некоторой степени противно видеть дрона, что сейчас лежит побитый и смеётся над собой из беспомощности. Он рассказывал ей в прошлом о последствиях, при принятии неправильных решений, а сейчас не может утешить себя. Демонтажник теперь сломлен, он не видит смысла вновь вставать и сражаться дальше, весь смысл борьбы с другими демонтажниками сошёл на нет. Стоит ему только убить их, они приземлятся на эту планету вновь и будут искать Виктора. Теперь скорее их основная задача будет искать дрона-предателя и стараться как можно быстро избавится от него. — Посмотри на себя. Посмотри, что с тобой стало. Недавно ты с такой страстью разорвал дрона на куски, рассказывал, как ты убил троих, смирился с сожалением, а теперь что? Тебе вновь стало их жалко? — Ви вернулась к дрону, чтобы наконец напомнить ему, кем он был совсем недавно, хладнокровным и безразличным. Она взяла его за воротник, подняла и толкнула к дереву. Дрон сместил фокус со своих страданий, на обозленную Ви, что так сильно надоело выслушивать его причитания. — Ты размазня Виктор! Если те, о ком ты рассказывал вернулись, чтобы припомнить тебе старое, то они совершили небольшую ошибку, которую я могу за них исправить. Относись к вещам проще и выбор перед тобой станет тоже весьма простой, либо ты встаёшь и идёшь дальше, либо ложись и готовься сдохнуть. Всё здесь до ужаса легко, а ты до сих пор пытаешься найти подвох! Ты убил их один раз, и боишься сделать это еще раз? Боишься запачкаться? — Ты не понимаешь, они… — Дрон схватился за руку Ви, что так крепко прижимала его тело к дереву. — Сидеть сложа руки, это не решение всех проблем! Не надо пытаться что-то придумывать. Мы — демонтажники, мы чистильщики. Мы избавляемся от простых рабочих-самовольников, который не представляют никакой угрозы. Твои цели опаснее, и мы оба знаем, на что способны зараженные. — Через какой-то момент Ви смягчилась и ослабляла хватку, отпуская Виктора. — Ты такой же, как и мы, просто наши задачи немного другие. — Да… Ты все правильно сказала. — Дрон будто бы забыл, на что жаловался совсем недавно. Вся эта встряска отвлекла Виктора от мрачных мыслей. Ему не нужно придумывать какой-то иной подход к цели. Все дроны почти одинаковые, вот только способ от них избавится один. И это только с использованием инструментов, предоставленные компанией, против самих инструментов компании. Виктор опустил голову, смотря на свои запачканные маслом когти. — Я смог убить их однажды, и я сделаю это столько раз, сколько понадобится. Хоть они такие же, как и мы, но смерти они мне желают одинаково. — Виктор сделал паузу, медленно сползая вниз. Дрон вновь принимал положение лёжа и в спешке присыпал себя снегом. — Мне что-то нехорошо. Кажется, я перегрелся. — Через поврежденный дисплей дрона было видно, что глаза его начали угасать, а голос становился все тише и больше подавлялся шумами и помехами. В углу мерцающего дисплея отображалось ярко-красное предупреждение «УРОВЕНЬ ПЕРЕГРЕВА: КРИТИЧЕСКИЙ!» — Ты куда-то собиралась. Иди… дальше я сам. — Ты уверен, что справишься? Говорю же, состояние у тебя всё хуже и хуже. — Ви наклонилась над дроном, желая оказать ему поддержку, в ответ чего он лишь вяло отмахнулся. -Не нужно. Я переведу все свои системы в спящий режим, так я должен уменьшить нагрузку и сбросить температуру. Прошу… Забери меня отсюда… Мне не хотелось бы застрять здесь. — Получив в качестве подтверждения лёгкий кивок, Ви отправилась к группе Узи. Ей нужно было предупредить Эна о присутствии опасности в виде других демонтажников, что настроены к ним не очень дружелюбно и также поторопить Узи, чтобы она заканчивала свои поиски. Спровадив Ви, дрон постепенно переводил в спящий режим свои системы, медленно, но верно погружаясь в кому. После всего что Виктор вытворил, ему стало в некоторой степени стыдно за свои действия, и даже за проявленную трусость. Дрон верил, что это была всего лишь истерика, вызванная полученными ранами и неожиданным воскрешением, и от этого можно легко избавиться, нужно дать лишь времени и терпению взять своё. В итоге, когда результат будет достигнут, наступит раскаяние. Будь на то возможность, Виктор предпочёл бы никогда не просыпаться и умереть со спокойствием, вот только для него это был еще не конец, и кажется, все только впереди. Ви удалось настроить дрона на нужную волну, вдохнуть в него тягу к жизни, напомнить ему, для чего он здесь, показать ему что он не один, и будущий бой обязательно будет на равных. Вернувшись в лагерь, Ви застала Эна с группой рабочих за стрельбой из лука. Дрон поражал мишень в яблочко, с каждым выстрелом вызывая восхищение у его зрителей. Стрелы с каждым попаданием в цель, входили друг в друга, разлетаясь в щепки. Остальные мишени, предназначенные для других дронов, не оставляли после себя таких невероятных результатов, как у демонтажника-вожатого. Все попадания были с большой кучностью, где-то стрелы улетели в молоко, какие-то вообще летели мимо мишени и утыкались в близстоящие деревья. Единственным настоящим метким стрелком все еще оставался вожатый, что благодаря своим боевым протоколам, разрушал стрелы и мишень. Когда Эн решил поинтересоваться, куда так надолго пропала Ви, дрон решила не рассказывать сразу ему о раненном Викторе и других дронах-убийцах, чтобы ненароком не посеять панику среди юных рабочих. Ви выразила что поездка была для нее скучной, поэтому решила просто проветриться и побыть одной. Эн поверил её с первого взгляда неумелой отговорке, но благо что дрон решил не поднимать эту тему дальше. Вожатый предложил уже Ви пострелять из лука, на что та отказалась, ссылаясь на то что ей и доказывать нет необходимости, насколько она меткая, однако дрон не сдавался, и все же желал, чтобы Ви сделала желанный ему выстрел. Эн решил поспорить с ней, кто сделает самое прицельно чёткое попадание в мишень издалека поедет в автобусе, а проигравший будет добираться обратно на своих двоих. Глупая ставка, но Ви всё же согласилась на предложение дрона, чтобы просто ради веселья понаблюдать, как изнеможённый Эн выходит из леса полностью покрытый ветками и снегом. Выхватив лук у ближайшего рабочего, Ви принялась отходить настолько далеко, насколько позволяет местность и стараться выцеливать самую дальнюю мишень в её поле зрения. Настроив все прицельные приспособления и доверившись оценке местности, дрон высчитала скорость и направление ветра, траекторию падения стрелы при максимальном натяжении тетивы, учитывая вес стрелы и шанс успеха, хотя даже без последнего Ви верила, что оглушительный успех ей гарантирован. Стоило ей натянуть тетиву и заготовить стрелу для пуска, на линии огня оказалась Узи, но было уже поздно. От непредвиденного присутствия дрона, демонтажник неожиданно для себя пустила стрелу, и та отправилась в полёт, прямо в сторону рабочей, стоящей напротив мишени. Вожатый заметив рабочую на линии огня, бросился в её сторону, испуганно выкрикнув вслед Узи уходить прочь от мишени. Эну всё же не удалось попытаться спасти Узи, ему лишь предстала картина, как и несколько дней назад, в котором она смогла остановить град пуль. Узи рефлекторно закрыла лицо руками, от испуга издав небольшой писк. Она вновь смогла остановить снаряд. Убрав руки, дрону открылся взор, как перед её лицом, буквально в нескольких сантиметрах зависла в воздухе стрела, вовсе неожиданно выпущенная Ви издалека. Заметив, что чудом послужили её способности, дрон вовсе не собиралась радоваться спасению. Пытаясь выпустить стрелу из яркой фиолетовой эмблемы, дрон по-видимому потеряла контроль над силами, после стрела начала подрагивать. Набирая обороты, снаряд начал все сильнее резонировать, пока в один момент он не превратился в красную жидкость и не разлился по снегу, под ногами Узи. Наблюдая за реакцией остальных дронов в группе, особенно на вожатого, что с ужасом смотрел на происходящее, Рабочая хотела броситься в бега, чтобы не пугать демонтажника и не видеть его напуганный своими непредвиденными выходками взгляд больше, но от испуга и его пристального взора её ноги были словно связаны, она не могла сдвинуться с места. Никто не мог, включая самого Эна. — …Она же ребёнок, такая же, как и мы, Ви! — Единственный здесь ребёнок, это ты. Привязался к ней, а теперь боишься прибегнуть к крайней мере, чтобы спасти её. — Демонтажник словно всеразрушающая сила проталкивала себе путь, через преграждающего путь напротив демонтажника-вожатого, в сторону убегающей Узи, что в конце сбросила с себя оковы тревоги Эна. Ви обнажила клинки, показывая что мирного компромисса не будет, продолжала двигаться вперед, даже не обращая внимание на попытки другого дрона остановить её. В какой-то момент, Эну надоело это бесполезное сопротивление, выпустив когти, он ударил тыльной стороной длинных лезвий, оттолкнув Ви, тем самым наконец позволив ей обратить на него внимание. — Спасти?! Да ты таким образом лишь убьешь её! — Мы охотимся на эту хрень, чтобы она от нас отстала! В ответ на такое дерзкое заявление в сторону одержимой Узи, Эн грубо передал планшет, ударив вещью в грудь Ви. — Ты не поступишь так, как ты обычно со всеми и делаешь. — Недолго придерживая планшет, произнес Эн. Он был оскорблён тем, что о его крайне близкой подруге такое решила сказать Ви, с коей они были знакомы весьма давно. Закончив мысль, дрон отпустил планшет и повернувшись, отправился искать Узи, что так испуганно убегала прочь, испугавшись свои новообретенные способности, которые привели в ужас окружение других дронов, в том числе обеспокоив Эна. Потеряв контроль над собственными способностями, она неосознанно смогла превратить стрелу в противно выглядящую органику, что представляла собой некое мерзостное существо с тремя щупальцами и одним большим пожелтевшим глазом, покрытое неким красным веществом, остаточным материалом после метаморфозы. Теперь Ви осталась одна вместе с юными рабочими, в её планах не было нянчиться с ними и вовсе заботиться о их безопасности, при их тенденции частой гибели. Ей хотелось вернуться обратно, снова побыть наедине и собраться с мыслями. Эта ночь была насыщена уже всякими событиями, большего она и не требовала, кроме как наконец вернуться обратно и забыться, вновь выпустив наружу дух зверя и охотника, коим она была раньше, до того, как всё не пошло по другому пути, благодаря сближению Эна и Узи. Данное ей другому демонтажнику обещание, про крайнюю необходимость она не желала нарушать, опасаясь неминуемого осуждения со стороны всех, кого она знает. Кто знает, что бы из себя представляли последствия её первобытного и одержимого характера. Однако одно известно точно, ничего хорошего. Окружающие её вещи, творящиеся вокруг явления, отношения с другими дронами, она желала бы всё сохранить в прежнем виде, стараясь не сломать прежний механизм, и не прикасаться к этому не при каких обстоятельствах. — Все, валите к автобусу. — Отдав короткий приказ, дрон топталась на месте, обдумывая все последствия совершенного. Она не винила себя в том, что Узи убежала в лес, а у Эна испортилось доверие к Ви. Она ни о чём уже не сожалела, потому что верила, что вся эта печаль лишь мимолётна, и тратить на это время было бы глупостью, с течением времени всё наладится. Она ничего за собой не чувствовала. Не чувствовала, что сделала где-то плохое решение, ступила не туда, куда следует, сделала то, чего не просят. Закончив с рассуждениями, демонтажник широким спешным шагом помчалась забирать Виктора на автобус. Дрон надеялась, чтобы тот не умер, однако добравшись до назначенного места, Ви не обнаружила раненного демонтажника. Не понимая, куда мог деться Виктор, дрон растерянно стала раскапывать снег, ожидая что его замело. Раскопав достаточно глубоко и достигнув ледяной корки, демонтажник не обнаружила дрона, отчего вопросов становилось всё больше. Как он смог уйти и куда? В его состоянии он мог бы максимум сделать буквально пару шагов, упасть изнеможённым и умереть от перегрева. Беспокойная ходьба Ви вокруг дерева была прервана воплями издалека. Дрон от неожиданности оцепенела на месте и пыталась прислушаться, откуда исходит источник криков и определить, кому он принадлежит. Вариантов было относительно мало, либо это были рабочие, что ослушались дрона-вожатого, либо это была Узи или наконец сам Виктор. Незамедлительно направившись к источнику звуков помощи, Ви проверила целостность клинков, приготовившись к возможному столкновению. Пробираясь всё ближе и ближе, шум и крики становились всё громче. В конце пути источником ориентира послужил дрон-рабочий из группы Узи. Он сидел под деревом, прижав к своему телу какую-то книгу, словно веря, что это его последнее средство выживания. Приближение Ви сильно напугало дрона, отчего тот взвизгнул и в трусливой спешке попятился назад, всматриваясь в приближающийся силуэт вожатой. — Идиот, я же говорила возвращаться к автобусу. И какого… — Громкий хруст веток и рычание над головами дронов, вновь вернули обоих в привычное положение. Крикнув на рабочего, чтобы тот как можно скорее уходил ко всем остальным, демонтажник подняла голову. Медленно, словно дикая голодная лесная кошка, оскалив зубы спускалась Узи. На дисплей Ви упало пару капель масла со рта одержимой. Узи совсем не была похожа на того дрона, что в панике убежала в лес некоторое время назад. Теперь она обладает парой больших крыльев, что отличались от демонтажников тем, что крылья Узи были из неких костей с хрящами и обтянутые кожей, где местами присутствовали дыры в кожаном полотне. Её дисплей отображал пиктограмму с тремя направленными в разную сторону стрелками, а естественная грубость сменилась на животный голод и жажду разорвать первого встречного на куски. — …Ох нихрена...