Парень в черном

      Утренние лучи солнца грели воронежские крыши. Ровно в семь часов утра в квартире теперь уже одиннадцатиклассника Антона Шастуна прозвенел будильник. Хоть он и всю ночь не мог уснуть из-за мыслей про начало школы, но чувствовал себя бодро. Парень быстро оделся в мятую рубашку и пошел на кухню, где он уже мог предугадать картину, которую увидит. Его отец спит пьяный головой на столе. Возле него будет гудеть бардак, а в холодильнике повесилась мышь. — Эта стабильность похожа на смерть, — усмехнулся парень. Понятное дело, от кого у Антона эти вспыльчивые гены. Да и почему он зависим почти от всех вредных веществ. Сделав утреннюю рутину, он быстро выбежал из дома, чтобы не застать отца с похмельем. Перед его почти развалившейся квартирой хрущевкой уже ждали Дима с Нурланом. – Ну тебя где носит? – буянил Поз. – Писал утром, что успеешь вовремя, а мы уже опаздываем на линейку! – Да не бузи, как будто мы там первыми хотели быть. – Антон вытянул сигареты и кинул одну Диме, чтобы тот успокоился. – Нурлан, надеюсь тебе-то насрать на линейку? Сабуров от души рассмеялся: – Если бы не родаки утром, меня бы здесь не было! – констатировал друг, и Антон показал реакцию "фак" Диме. – Да пошли вы. Если уж получаем двойки за поведение, то по предметам я не собираюсь их набирать! – Дима нервно закурил. Шастун же понял, что Позу не смешно. – Поз, извиняй. В следующий раз приду вовремя, а если нет, то куплю тебе пачку «Парламента»! – похлопал Шаст друга по спине, на что тот с улыбкой фыркнул. – Ну если так, то опаздывай сколько душа пожелает! Парни направились медленным шагом в школу, так как если уже опаздывают, то и нет причины спешить. Да и линейка никуда не убежит. – Нас же Лилия Петровна убьет, что мы снова опоздали... – зевая, произнес Нур, как бы говоря в никуда. – Это уже на дневной базе, так что похуй! –усмехнулся Антон. – Не люблю её: все уходят, а она как будто готова войну за эту школу пройти! – Да куда ей уходить на старости лет? Ей четыре года до пенсии. Пережила двадцать лет здесь – переживет и ещё четыре! – выдыхая горький дым, среагировал Поз. Дойдя на уже давно начавшуюся линейку, парни начали искать своих дебилов. – Бля, может к первоклашкам встанем? А то я наш класс не вижу... – предложил Сабуров. – Позвони Макару, у него телефон всегда на самом громком режиме. Услышим, куда идти! – рассмеялся Антон. – Ага, как Дори, блять, искательница будем здесь блудить! – ответил Поз. – Ну или крикнем: 11"А" лучше "Б" класса. И откуда хлопки пойдут, там и наши! – у Шаста идеи не заканчивались. – На нас бросятся 20 бешек и разобьют нам головы об асфальт... – Бля, Поз, тебе ни одна идея не нравится... – Это у тебя просто идеи лоховские... –выдохнул Димка. – Ладно, звоню Макару! –видели бы вы улыбку Антона в этот момент – как ребенок, которому подарили конфету. Прошли три секунды и на весь двор раздался громкий сигнал вызова, который перебил даже речь учительницы химии. Все начали оглядываться, а парни быстро побежали к месту назначения, но Илья успел поднять трубку. – Дима, какого хуя? – послышался громкий шепот по ту сторону, – где вас носит? – Ну если бы ты трубку не брал, мы бы уже у тебя были! – взял из рук друга телефон Антон. – Да мы – самые дальние, у стены стоим... –выдохнул Макар, – могли и сами догадаться! – Мы почти у вас! – Антон положил трубку и направился к своему классу. Речь учительницы продолжилась и все делали вид, как будто этого звонка не было. – Пацаны, вы же понимаете, что мы около бешек должны пройти? – дошло до Нурлана. – Ну, типа, представьте картинку, как мы трое идём возле двадцати бешенных обезьян... – Не впервые такое будет. Я не боюсь им разбить ебала под речь химички. Почувствую себя хоть как художник, который рисует под Бетховена... – с ухмылкой проговорил Антон, а парни поддержали его. И какая ирония – их класс стоял в линии возле 11"Б". Между ними была почти трехметровая пустота. А напряжение чувствовалось издали. Все ученики 11"Б" начали перешёптываться и осматривать трёх парней, которые агрессивно приближались к ним. – Чёт опаздываем, Шастун? – услышал в свой адрес Антон, и начал искать исходник этого голоса. – Воля... – выдохнул тяжело Антон, а кулаки начались чесаться. – Чёт тебе по ебалу захотелось получить? – парни начали медленно подходить. – Не заставляй с первых же минут пачкать руки... – свозь зубы процедил Павел. – Так уйди с дороги! Но Воля не ушел, наоборот, к нему подошли два его дружка, а за спиной Антона появились Нурлан с Димой. – Нарываешься, Воля... – Так обойди меня, или это место тобой помечено? – рука Шаста дернулась, но его плечо прижала рука Нурлана. – Тох, успеешь ему еще нос разбить, но сейчас нужно идти! – когда дело шло к драке, Нурлан был один из первых, кто бил, или тем, кто шел разбираться, не боясь получить. Но также он понимал, когда ситуация требует агрессии и ударов, а когда это просто тупые выходки. Сабуров подтолкнул Антона в сторону, чтобы тот наконец-то начал идти. И Шастун это оценил, продолжив путь к своему классу, но запнулся об ногу Воли, которая там точно появилась не случайно. Антон едва не полетел на асфальт, но, удержав равновесие, рывком схватил Пашу за воротник рубашки. – И кто тут, блять, на драку нарывается, Шастун? И снова всё по новой. Позов накинулся на Лазарева, а Нурлан – на Щербакова. Весь "Б" класс начал буянить, но в драку не влезали, чтобы не говорили потом, что как слабаки накинулись на троих парней кучей. – Я тебе эту ногу в глотку засуну! – угрожал Шастун. И Воля был готов ответить тем же, но их прервал звучный мужской голос. – Что здесь происходит? – все перевели свой взгляд на молодого брюнета с атлетичным телом, которое так хорошо подчеркивали узкие штаны и рубашка. И всё же Шасту было не до него. – Тебе-то что? Иди за своим классом и не влезай в чужие разговоры! – отрезал Антон, даже не догадываясь, с кем он разговаривает. – Молодой человек, если Вы называете это разговором, то Вам или к психологу, или к ветеринару! – продолжил брюнет. – Вы из какого класса? – и Антон мог поклясться, что если бы его руки сейчас не были заняты, то этот пафосный брюнет бы уже получил удар. Уж больно он на нервы действовал. – Да ты можешь пойти нахуй?! Не видишь, что на тебя времени сейчас вообще нет? – Антон вернул свой взгляд назад к Паше, который как будто всё это время только этого и ждал. Меткий удар головой в нос Антона пронзил болью всё тело парня. От неожиданности и головокружения Шаст отпустил Волю. Здесь уж не стал никто себя сдерживать. Позов смачно врезал Лазареву, а Нурлан, получив от Щербакова удар в живот, сразу же нанес ответку. Речь учителей снова приостановилась. Младшеклассники наполнили двор криками и плачем, а старшие достали телефоны, чтобы поснимать новое видео для ТикТока. Некоторые ученики начали громко скандировать наименование класса, за который они болеют. Весь 11"А" подтянулся, чтобы помочь своим друзьям. – Воля, сука... – открыв глаза, Антон решительным рывком потянул Пашу вниз на бетон. Если честно, то всё, что было после, прошло как в тумане. Шаст мало что запомнил четко. Сперва его оттащил от Паши какой-то ученик из "Б" класса. Потом этот ученик вместе с Волей вдвоём накинулись на Антона, оставив на нем многочисленные кровоподтёки и ссадины. Но Макар быстро выручил его, и Шастун вернулся в гущу драки. В ушах звенело, но и через звук был слышен директор, который в микрофон кричал, что всех выкинет из школы. Как будто их это остановит... Рубашки давно были все в грязи, а то и порваны. Поэтому Антон ее с утра и не погладил. Он знает, как такие дни заканчиваются. Перед тем, как оставить на лице какого-то ученика синяк, он почувствовал, как кому-то позади себя случайно врезал локтем. «Надеюсь, что не кто-то из моего класса» – подумал про себя Антон, но не стал проверять из-за нехватки времени. А потом... Потом всё потемнело. Может быть драться, позавтракав только лишь сигаретой, было не самым лучшим решением, а может быть побои были сильнее, чем обычно. Помню, в шестом классе, когда нас всех разделили и мы почувствовали себя наконец-то старшими классами, все и пошло по пизде. Без конца учителя любили говорить: «А "Б" класс лучше вас в биологии, в истории, в физкультуре» и тому подобное. Мы же были лучше в математике, физике и химии, но хотелось быть лучше во всём. Как и им. Сперва чувствовалась легкая ненависть между нами, с возрастом появлялись крики, угрозы, а потом и драки.       Дело ещё в том, что в этой школе было уже и в то время много учеников, которые любили себя побаловать разными веществами. Поэтому все здесь курили, пили, а то и похуже, и это начиная уже с шестого, седьмого класса. Поэтому мы часто встречались с бешками на разных вечеринках, где по-пьяни или под наркотой мы больше не сдерживали себя. И все поняли, что нам не допускается быть вместе. Следовательно, на вечеринки начали звать только один из классов. Школа разделилась на тех, кто больше любит нас, и на тех, кто – их. Также учителя любили тот класс, кто лучше в их предмете.       Помню, как в девятом классе физрук заставил нас бегать по нормативам в два раза больше дистанцию, чем сказал 9"Б": «Вам нужнее!» - объяснил он. Ну так пусть и идёт нахуй. Из-за этого у меня была тройка в конце года и я там начал появляться меньше и меньше, а то и вообще несколько месяцев не появлялся. Так и хотелось сказать ему: – Эй, ты в порядке? Стоп, я не это хотел сказать. – Ты меня слышишь? Что за голос, такой приятный. Я в раю? – Антон Шастун! И Антона как будто с того света вытянули. Он быстро вскочил, поскольку сердце почти провалилось в глубокую дыру. Сперва он видел яркий свет, из-за чего зажмурил глаза, но со временем картинка становилась ярче.       Всё вокруг ещё кружилось, но он смог распознать, что находится в медпункте. – Ты в порядке? – и снова этот голос, как будто знакомый уже. Повернув голову, он увидел перед собой того пафосного брюнета. Его рубашка была вся помята и в грязи, а губы разбиты. Антон не понимал, почему именно он интересуется его самочувствием, да и кто это вообще – он тоже не знал. – Это же ты! Вижу, тебе тоже досталось. А вот не надо было вмешиваться в чужие разговоры! Я вообще-то пропустил удар из-за тебя! – до Шаста вдруг дошло, что если бы не этот парень, удара в нос бы не было. – Ты можешь хотя бы на минуту успокоиться? Или ты бешенством заражен? – потирая переносицу, ответил брюнет. – Я – Арсений Сергеевич Попов. Твой новый классный руководитель, по совместительству – физрук... – и Антон мог поклясться, что не был бы против впасть сейчас в кому. – И, кстати, губу разбил мне ты своим локтем! И что должен был ответит Антон? Что должен ответить человек, который послал своего классного руководителя нахуй, разбил ему губу, да и просто всё время грубил? – Ну типа... Это... – Антон не умел извиняться. Он вырос там, где признание своей вины означало заведомый проигрыш. – Так не нужно было влезать под горячую руку! Я там вообще-то что-то решал. Да и Вы могли раньше сказать, кто такой! Это звучало совсем не как извинения. Арсений смотрел ошеломлённым взглядом, забыв даже моргать. Антон же понял, что проебался ещё больше, но извиняться он не будет! – Чтоб завтра первым же пришел на мой урок! С каждым уроком, на котором я тебя не увижу, будет на один круг для бега больше! – Попов злым и быстрым шагом ушёл из медпункта, оставив ученика одного. – Ну ты и ебанько, Антон... – прошептал Шаст сам себе, и улёгся назад на кушетку, ударившись головой о подголовник. Все раны начали о себе давать знать. Тело уже давно так не ломило, как сейчас. Через пару минут забежал Дима: – Бля, чувак, я думал ты уже это, ну, умер... – даа, Поз, конечно знал, как подбодрить. – Ты как? Слышал про нашего нового учителя? – Ага, я его ещё раз нахуй успел послать... – Ну так ты же не знал, что он учитель! –старался успокоить друга Поз, хоть и знал, что это кризисная ситуация. – Да нет же! Я его послал, когда узнал, что он – наш учитель! – хотел закричать Антон от своей тупости и безвыходности, но из-за обессиленности от полученных побоев не смог. А Дима как будто не понял сказанное, он набирал глотки воздуха, чтобы что-то сказать, но постоянно останавливался. – Антон... Ты... Ты сделал что?! – наконец-то выдавил он. – Ладно, забудь. Я сам это решу, а сейчас я хочу покурить... – Антон начал медленно подниматься, а Дима помогал. Поз был тоже побитым, но более живым, чем Шаст. – Как я вообще вырубился? Ничего не помню... – Тебе Абрамов врезал по голове со спины. Если бы не Арсений Сергеевич, то тебя бы там может и вправду прибили... – чувствовал ли себя Шастун, как последняя скотина? Может быть... – Макар говорил, чтобы мы к нему подтягивались, когда ты проснёшься. В Фифу поиграем, да и коньяк у него есть. – Макар жил почти всё время один. Его родители постоянно в командировках, чему, как бы это плохо ни звучало, парни были рады, так как у него всегда можно переночевать, побухать, да и просто отдохнуть. – Ооо, наконец-то хоть какая-то хорошая новость за день... Превознемогая боль, парни направились к своему другу, ведь после хорошей драки нужен и хороший отдых.