Синяки и пару бутылок вина

      Морозный ветер завывал, сильно гудя и наполняя отель таинственным шепотом. Хоть и камин неизменно горел, распространяя тепло около себя, во всем здании ощущался невероятный холод, леденящий душу холод. ( И тишина. Давно ли всё вокруг затихло?)       Этим же вопросом и задался юноша, укатанный в несколько одеял и прижимавший маленького ребенка к себе, дабы поддержать ту мизерную искру тепла их собственных тел. Он прекрасно чувствовал, как дрожит всем телом мальчик, как застыли в глазах стёклышки слез,казавшиеся маленькими сосульками на нежных ресницах, тяжёлое дыхание, то ли от холода, то ли от страха неизвестности...       Звуки старомодной музыки, шум светской болтовни, отдававшись фантомным эхом — всё сразу стихло. Или его не было вовсе? Вдруг это он, Сяо, бредит? Находясь долгое время в снежном плену не имея возможности перекинуться хоть словечком ни с единой живой душой удручало, окутывая разум дымкой отчаяния. Да, он не страдал тягой к болтовне, но сейчас не было вообще никого. Совсем никого. И зачем они сюда приехали? ( Нет, зачем ОН их сюда привез?)       Юноша поджал губы, не отрываясь от разглядывания метели за окном. Впервые в жизни он почувствовал себя невероятно одиноко. А в бальном зале снова зашумел оркестр, металлический лязг осведомлял об движении лифта взад-вперед. Отель вновь ожил. Чтож, пришло начало очередного кошмара. Сяо выдохнул. (О Архонты, Венти, где тебя носит?)       Действительно, самого зеленоглазого юношу адепт не видел с прошлого вечера, что сильно напрягало, заставляя думать о самых плохих последствиях. Он там один. Совсем один среди кошмарных проэкций отеля. Янтарь глаз лихорадочно пробежались по комнате в поисках связки ключей, выданных им управляющим отеля. Заметив на тумбочке блеск серебра, он осторожно отодвинул голубоглазого мальчика от себя, встав с насиженного места и кладя ключи в карман кофты. Сяо обернулся, последний раз бросив рассудительный взгляд на Двалина, по его лицу и не было видно, что он напуган, скорее решительно настроен найти свою вторую половинку и привести его в эту комнату. Он распахнув дверь. В голове всё так же играла фальшивая мелодия, шепот за спиной больно колесил, отдавая болью в висках, но это никак не могло остановить адепта, заставить повернуть назад. Он вернёт Венти к ним. Даже если он сам этого не желает. (Скверное дело.) (Он снова занялся скверным делом.)       Ноги адепта на мгновение пошатнулись, отчего он сам едва не полетел по массивной лестнице. Он застыл. Нет, в этом месте не может быть и капли алкоголя, так как же он мог снова взяться за бутылку? Хотя, после нескольких недель проведенных в этом чёртовом отеле, даже самые удивительные явления мира вряд ли удивят Сяо. Он направился вниз, проходя в холл. И тишина. Гробовая тишина. (Какой фокус на этот раз, треклятый отель?)       Осторожно проходя мимо администраторской стойки, юноша старался как можно бесшумней передвигаться. Черт, да чего ты боишься? Здесь только вы втроём и пустой отель! (!!Приди в себя, Сяо!!)        Он действительно почувствовал как в груди бьётся сердце. Буквально, вырывается наружу. Адепт шумно выдохнул. (Нож.) (Тебе нужен нож.) ( Хватай его скорее, пока не стало слишком поздно.)       А Сяо уже был в кухне, всячески оглядываясь себе за спину. Где-то далеко послышался приглушённый стук, будто упало что-то тяжёлое. Он судорожно сделал глоток воздуха пробираясь к полке с ножами. — Венти?— голос звучал неестественно высоко.— Венти, ты здесь?        Тишина. Лишь ветер прогудел за окном. С огромной силой выдвинув шкаф, чуть не слетевший с ржавых петель, Сяо уставился на серебро лезвий. Он пытался призвать себе на помощь рациональную часть своего мозга, заставляя думать, но душевное состояние отказывалось подчинятся. Услышав ещё пару стуков, он схватил большой, разделочный нож проходя из кухни и позабыв закрыть шкаф. — Венти, где ты?       Сейчас он уже чувствовал себя более уверенно, отчего голос начал меньше дрожать. Он заглянул в бальный зал. Пусто, как и ожидалось. Никакой музыки, балов и голосов не было. Никогда не было. Проходя дальше, Сяо выставил нож перед собой, готовый в любой момент воспользоваться им. — Венти!— он отчаянно позвал его в пустоту, грустно глядя на обручальное кольцо на своем пальце.       Янтарные глаза метали искры во все стороны, пытаясь разглядеть очертания любимой фигуры в тусклом свете доисторической люстры. В нос ударил запах высокосортного вина, заставив адепта поморщиться. Спиртое..всё-таки он взялся за старое. Сяо прикусил губу.       Запах доносился из бара, отчего юноша ворвался туда, пнув ногой дверь. Не страх — разочарование сейчас играло на лице Яксы. И он заметил фигуру. ( Это он? Конечно это он! Какие сомнения?)       Подбежав к барной стойке, он застал синеволосого юношу спящим в полусидячем положении и опрокинутый бокал из которого тонкой струйкой стекала горькая алая жидкость. Венти был мертветски пьян. Обеспокоенно адепт принялся трясти юношу, положив нож на стойку. Хоть по его лицу и не было видно как он волнуется, сердце стучало с дикой скоростью, будто гоночная машина едет на перегонки с кем-то. Он закусил губу до крови даже не заметив своего состояния. Руки сжались на предплечьи барда, пытаясь привести его в чувство. — Ты слышишь меня? Очнись..        Но ответа так и не последовало. На лице Барбатоса расплывалась улыбка, казавшаяся для Сяо сейчас чем-то мерзким, ярко-красный, лихорадочный румянец покрывал лицо, (и запах вина...зловонный запах вина.)       Адепт подавил в себе чувства злости, решив взять Венти на руки и просто донести его до номера. Там он хорошенько отоспится и позже случится серьзный разговор, в котором Сяо...Но едва он поднял юношу, как тело зашевелилось, неестественно изгибаясь и хватая Яксу за запястье. Сяо удивленно поднял глаза на оппонента, встретившись с ним взглядами. Зеленые, яркие глаза помутнели, отливая сейчас скорее болотной тиной, нежели луговой зеленью.       Он сжал запястье сильнее, медленно касаясь свободной рукой шеи адепта, больно душа. Неизвестно было, по какой причине Сяо почти не сопротивлялся, чувствуя как сознание постепенно покидает его. Одной рукой он пытался найти нож у стойки, чтобы хотя бы тупой стороной ударить Барбатоса, отчего он мог бы вырваться из этой жуткой ситуации. Адепт принялся судорожно глотать воздух в надежде отцепить от себя душителя. Но попытки были тщетны. Любимое, дорогое лицо перед глазами Сяо плыло, расслаиваясь в кучи мелких звездочек и взрываясь будто хлопки шаров. — Отпусти...отпусти меня…!— еле выдавил из себя он.— Что на тебя….нашло..?       Юноша почувствовал как взгляд начал чернеть по краям, а из носа хлынкла строя крови, и из последних усилий дернул ногой, задев ногу барда, но сбив его упал и сам. Это конец. Он его удушит. Сяо широко раскрыл глаза умоляюще уставившись на лицо сверху. Казалось, что само горло ужасно распухло и посинело. Но Якса крикнул. Крикнул со всех сил, хотя сам крик получился хриплым и очень тихим. — Очнись…! Ты однажды спас меня от смерти…...чтобы убить...теперь..?        Венти вздрогнул, даже что-то поменялось в его лице. Кажется он слышит. Хватка ослабла дав адепту возможность для вздохов. Зеленоглазый юноша, сидя на своей жертве, оторвал наконец руки от чужого горла, кладя на собственные щеки, глаза прояснинись, а лицо исказила гримаса ужаса. — Что это я такое творю?! О, Архонты, Сяо!       Он нагнулся, рассматривая синяки на шее адепта, губы задрожали, а глаза покрыла пелена слез. Послышались тихие всхлипы, отчего сам якса провел над собой усилие, дабы положить свою руку на спину барда притягивая к себе. Они стукнулись лбами, вызвал у обоих несильную и мимолетную боль, которая почти не была замечена. Руки Венти держали щеки Сяо, совсем нежно, чтоб не повредить его лицо. Соленные, крупные капли слез падали на лицо адепта, разбиваясь на тысячу маленьких слезинок. — Прости меня! Умоляю, прости меня! Я сглупил...сглупил и ты платишь за мою ошиюку...о, Архонты, я так подло поступил…        Юноша провел большим пальцем по следу крови сам измазавшись в ней, он зажмурил глаза продолжая тихо плакать. Адепт лишь смотрел на лицо сверху, вдыхая кислород. (Мы разбиты.) (Так разбиты.)       Он привстал на локтях, целуя плачущего в заплаканные глаза, на что тот раскрыл их, удивленно глядя в янтарные. Венти вздрогнул. (Мне любовь твоя нужна.) — Всё нормально.—хрипло сказал якса.— Я знаю, что это сделал не ты...не вини себя. — Но..эти следы… —Тобой владело это место. Я мешаю им заполучить тебя. Вот они и решили устранить меня...таким способом. (Притяни же,) (Чуть-чуть ближе.)        Обняв Венти и прижимая к себе он чувствовал это тепло. Здесь. Близко. Тот, в свою очередь, уткнулся адепту в плечо постепенно успокаиваясь. Оба молчали, понимая друг друга без слов. (Если выберешь меня.)       Они еще долго просидели в таком положении слушая дыхание друг друга. Две потерянные души снова нашли друг друга.