Иногда делать вещи, который он любит
18 июня 2024 г., 11:43
Олег мог наблюдать за Димой часами.
Как он грациозно катался на льду.
Как острое лезвие от его коньков оставляло за собой белый след.
Как до ужаса тонкая белая рубашка развивалась на скорости от лёгкого ветерка.
Внутри каждый раз сердце сжималось так сильно, когда Дима, плавно разгоняясь, отталкивался ото льда, чтобы в следующую секунду оторваться от него и сделать волнительный прыжок.
В такие моменты дыхание собственного не слышишь.
Только удары громкие в груди.
Тук…
Тук…
Тук.
И коньки Димы в следующую секунду, как перышко, касаются мягко лезвием толстого льда, издавая характерный хруст маленького снежка под ногами, что образовывался под ним. Руки обладают такой же грацией. Они нежно очерчивают эмоции, испытуемые на пустом стадионе. Ноги обладают такой силой. Они, кажется, вовсе не устают, делая несколько раз подряд одни и те же прыжки. Олег, к сожалению, плохо разбирается в фигурном катании и терминах, поэтому не знает, как они называются. Знает только, что Дима очень хорош в этом. Музыка играет с небольшой колонки на трибуне, но кажется, что она и не нужна. Можно было просто наблюдать за тем, как Дима красиво катается на льду, и влюбляться. Влюбляться вновь, и вновь, и вновь —Дима, руки! — стальным голосом говорит девушка тренер и демонстративно поднимает руки в правильном положении и тянет их к высокому потолку, — Куда они у тебя пропадают? И Дима вздыхает громко, и тормозит резко. На его лице разочарование вселенское. —Давай по новой! — тренер в ладоши хлопает чуть ли не на весь пустой стадион, — И когда аксель будешь делать, не торопись главное. Олег, будь добр. И Олег только сейчас включается в происходящее. Он кивает коротко, берёт свой телефон и ставит на паузу играющую без конца мелодию. На начало ставит и снова взгляд приковывает обратно — на Диму. Дима старается так. В нём идеально всё. Он выглядит так красиво и так завораживающе. Каждый раз, когда Олег приходит посмотреть на любимого, он обещает себе каждый раз, что на самом выступлении будет аплодировать громче и ярче всех, что подарит самый пышный букет из его любимых белых роз, и что только он сможет вызвать самую искреннюю улыбку на его лице. Он очень хочет увидеть его до безобразия красивейшую улыбку, но, по всей видимости, по внимательным наблюдениям Олега, настроение у Димы сегодня весь вечер не будет, а завтра утром он снова договориться об очередной тренировке и уйдет пораньше, ведь очевидно, что собой он недоволен. Видеть Диму грустным — самое худшее, что может происходить. Не хотелось лицезреть его грустные и опущенные глазки и утомленный взгляд. Шепс сделал бы многое, чтобы он был счастлив, чтобы хотя бы просто улыбнулся уголками губ. Только пока что он может сидеть смирно и смотреть, как у Матвеева внутри целый пожар вспыхивает. Он видит это. Видит, как он злится, расстраивается после таких откатов. Видит, как ножкой незаметно пинает лезвием конька лед, стараясь ярость выпустить. Видит, как губами шевелит едва, точно ругаясь. Телефон тренера звонит громко. Олегу даже кажется, что громче музыки на колонке, которую он вырубает сразу, словно по команде. Женщина телефон берет, просит подождать пару минут и выходит из поля зрения, скрываясь за массивными дверями. Оба парня понимают, что «пару минут» — это надолго. Снова ругаться с кем-то начнёт сейчас. И это слышно будет даже отсюда. Олег ужасается в следующую секунду, ведь когда он поворачивается, чтобы взглянуть на Диму, он замечает, что его мальчик хмурится, уже даже не скрывая свои обиды на себя же. Одинокий стоит посередине огромного стадиона, скрестив руки на груди и сверля глазами дырку в полу. Раздумывает, ругается сам на себя. Что остаётся Олегу? Правильно. Парень быстро достаёт свою сумку из-под скамейки с коньками и шустро, как никогда раньше, меняет их со своими кроссовками. Встаёт, хватая под руку кофту теплую, и неспешными шагами идёт к входу на каток. Открывает маленькую дверцу и осторожно, держась за бортик, встаёт на лёд. Олег не то чтобы умеет хорошо кататься. Вспоминая то, как он неуклюже падал при Диме на их первом свидании, которое проводилось в закрытом катке, создавалось впечатление, что после этого Дима не согласится пойти с ним больше никогда в подобные места. Но нет. Соглашался и с превеликим удовольствием. Больше не для того, чтобы самому покататься, как никак в его жизни коньков и так достаточно, а для того, как бы ему самому не было стыдно, провести время с Олегом, который милейшим образом выглядел на льду. Олег, шаркая коньками, осторожно подъезжает к Диме, а он даже взгляда не поднимает. Шепс напротив встаёт и аккуратно накидывает на его острые плечи кофту. —Мне вовсе не холодно, — бубнит парень, неуверенными движениями стягивая с себя кофту. Олег вздыхает тяжело. Ему очень хочется помочь преодолеть это состояние. Он знает о чем речь. Когда проклинаешь себя каждую секунду за то, что ты делаешь банальные ошибки, что кажется, что ты не достоин всего этого даже наполовину. А это только потому, что он слишком критично относится к совершённым ошибкам. У брюнета грудная клетка то поднимается, то опускается. Слышится рванное и тяжелое дыхание. Они здесь находятся уже более двух часов, и за это время Дима почти не отдыхал. Олег выжидающе смотрит, забирая кофту. Повесив её на свой локоть, он укладывает руки на чужой талии, притягивая к себе со всей нежностью и теплотой. —Я просто не понимаю. Почему, несмотря на то, что я так стараюсь, пашу как вне себя, а в итоге, — Дима руками разводит, мелко делая акцент на причину своего грязного выступления. Руки. —Дим, это нормально, — спокойно произносит Шепс, но не успевает продолжить, как его перебивают. —Нет, ненормально. Эти все ошибки мелочны, а от того и глупые, — Дима срывается, отстраняется от парня, взмахивая ручками возмущённо. Он сложно воспринимает поддержку, а ещё не хочет просто принимать оправдания в свою сторону. Он их зачастую избегает. Иногда это идёт в пользу, а иногда… А иногда, как сейчас — Я иногда подумываю бросить это всё и снова засесть за старую работу, — чуть тише добавляет он, как нечто неизбежное. Руки скрещивает и прижимает к области живота. —Чего удумал? Дим, не спеши. Посмотри на меня, пожалуйста, — хмурясь, говорит Олег, кладя ладони на локти юноши. В глаза старается заглянуть, но Матвеев их упрямо опускает, не желая устанавливать зрительный контакт, — Ошибки у каждого есть, были и будут. То, что ты как-то не так держишь руки — не самое страшное. Страшное будет, если ты их вовсе опустишь, когда такого достиг. Ты себя вообще видел на льду? Это такое удовольствие — наблюдать за тобой. Видеть, как ты погружён в это, — Олег от локтей ведёт до пальцев татуированных и отъезжает назад, ведя за собой медленно Диму, — Не нужно так говорить. Я буду рядом. Поддерживать тебя, родной, чтобы не случилось. И Дима сдаётся. Оказывается через секунду в объятьях любимого человека. Прижимается вправду что как ласковый кот, утыкаясь красным и холодным носиком в теплую шею. Трётся легонько и вздыхает шумно. Внутри всё успокаивается благодаря лёгким поглаживаниям по спине. Дима очень сильно любит Олега. Больше жизни, скорее всего. Он ни раз говорил это, подробно расписывая свои чувства к нему, как влюбленный подросток, а Олег слушает каждый раз с таким интересом, будто этот текст он наизусть будет рассказывать в следующем своём стихе. В груди тепло становится, когда Дима шепчет простое «Люблю тебя». Кажется, что от таких, на первый взгляд, простых слов день автоматически становится самым лучшим. Олег назад откатывает, ведя за собой Диму, кидая несчастную кофту на лёд. Руки на талии чужой размещаются, а Дима свои руки кладет на плечи. Олег кататься не умеет особо, но он просто катается по всему огромному стадиону, ведя за собой своего парня. Как умеет. Этот момент так ощущается… Они смотрят друг на друга влюблёнными глазами, будто изучая давно изученное. Оторваться друг от друга не могут, любуясь чужой красотой. Олег осторожно берет за руки парня, со всей аккуратностью крутит вокруг его оси. Дима впервые за всё проведенное время здесь расслабляется. Наконец-то. Они оба чувствуют себя более чем комфортно. Они рядом друг с другом. Проживают ещё один день вместе, вдвоём, наслаждаясь каждым мгновением. Останавливаясь на том же месте, где валялась та самая кофта, Олег, не сдерживая желаний, нежно касается губ партнера, увлекая в нежный поцелуй, в котором выражается вся поддержка на этот момент. Он обязательно обеспечит сегодня комфортный вечер для Димы, чтобы он хорошо отдохнул и на утро проснулся с хорошим настроением. Потому что до безумия любит и будет любить.
