а потом мы слушали.. кого?

им было всегда лучше вдвоем. он ее понимал с полуслова, а она его понимала и без слов, женщины-такие хрупкие, ранимые, становятся еще слабее в руках любимого, и Наташа-не исключение. ей нравилось как Вова, аккуратно заправив прядь ее блондинистых волос за ухо, целовал ее в щеку. а ему нравилось, когда Наташа, вставая на носочки, пыталась дотянуться до усатого Вовки. нравилось темными, глубокими ночами слушать пластинку, или же игру Суворова на гитаре, смотря в его потрепанные жизнью, сложные, но одновременно такие простые глаза. а Вове нравилось крутить на пальце Наташкины кудри, после чего получать щелбан или же смешок, но девушка ему нравилась любой, злой, грустной-главное, она есть, она рядом, вот она, слушает..кого? а, Моцарта! Иногда Суворов был злой, агрессивный, но свою блондинку он так любил, что сдерживался как мог, а если же все таки что-то и вылетало-упорно просил прощения. а Наташа? она не могла устоять перед этим дамским угодником, обиженно надувая губки, но все же прощая. ей нравилось как он искренне пытается добиться ее расположения, как хочет хотя бы просто поцеловать-но понимает, что не все сразу, пока что только в щечку. а девушка, с улыбкой вздыхая, сама просится получить желанный чмок. иногда они ругались, бывало, сильно, но так же быстро мирились. Вова всегда прибегал первым, даже если был не виноват, дорожил блондинкой. а она? она дорожила еще больше, с нетерпением дожидаясь, когда же придет ее кавалер, с букетом цветов или же скромными конфетками, но она точно знала-придет, вернется родной. Суворов всегда провожал Наташку как из общежития, так и обратно, заглядывал в больницу, отговариваясь от пацанов, якобы "по делам" пошел, а сам вприпрыжку направлялся к любимой. ... Наташа очень испугалась, когда увидела ободранного Марата с чуть ли не оторванным ухом, но как бы грубо это не звучало, больше ее волновал Суворов старший. оно и понятно, подлатать адидаса младшего да и пусть идет на все четыре стороны, а вот Вова-это навсегда. Ну, девушка надеялась что навсегда, и Володя ее уверял, говоря: "да Наташ, заживем в Абхазии, а там уже решится! и домик на берегу построим, и будем слушать по вечерам этого твоего..как.." Моцарта, Вов, Моцарта