Зима в сугробах любви

Два долгих года. Два года сомнений и скитаний, боли и потерянного времени. Артемий выходит из больницы другим человеком. Ему семнадцать, но он ощущает себя стариком. Первое время после лечения он практически не помнит. Боится смотреть на всех мужчин и даже девушек, верит, что сможет прожить эту жизнь в одиночестве. Ему везде мерещатся врачи, а упоминание больниц вызывает истерику. Он практически сразу возвращается к лезвию и режет себя просто потому, что старые шрамы слишком хорошо зажили, что его не устроило. К тому же, после такого, как он называл это самоанализом, врачи пугали меньше, а жизнь казалась привычней. Отец устроил его в старшую школу в Москве, где он отучился всего пару месяцев в одиннадцатом классе. У Владимира Вольфовича получилось подделать документы об окончании Артом десятого класса, однако в учебе это не помогло. Арт прогуливал уроки, одноклассники его сторонились и даже не здоровались, учителя, узнав о лечении в психиатрической лечебнице, старались лишний раз не вызывать его к доске и только распускали слухи, что не так с тихим Кавериным. Отец перевел сына на домашнее обучение, где Артемий сам мог спокойно готовиться к предстоящим экзаменам. Он ни с кем не общался, жил с родителями в московской квартире и практически не выходил из дома. Подросшая Полина едва ли узнала брата. Она занималась с ним, будто теперь он стал ребенком: кормила его, предлагала посмотреть какой-то фильм и разговаривала с ним, ни в коем случае не упоминая его лечение. Арт винит себя, что, наверное, в то время на Полине сильный отпечаток оставило его поведение. Он до сих пор жалеет о том, что сестра ни о чем не знала и не знает по сей день, что она терзала себя сомнениями в причинах отклонения брата и думала, что он болеет по-настоящему. Отец с сыном практически не общался. Когда Арт лежал в больнице, он его не навещал. Как рассказала мама, он разговаривал только с лечащим врачом, своим старым другом и наставлял его, что сын должен вылечиться. Заметная холодность возникла и между Артемием и мамой. Они никогда особо не были близки, но эти два года сильно отразились на их отношениях. Мама резко превратилась в незнакомого человека, с которым пришлось заново выстраивать отношения. А на это сил у Арта не было. Однажды Арт едва ли не умер. Ходил по тонкому льду. Его изощренные издевательства над самим собой превратились в пытки, и он, будучи на эмоциях, в состоянии неконтролируемых чувств, проткнул лезвием себе живот, вспорол чистую кожу. Кровь хлестнула фонтаном, забрызгав пол его комнаты, одежду, руки, ноги, лицо. Все было в крови. Дома никого не было, Полина в школе, мама в магазине. Однако Арту повезло: мама вернулась раньше и обнаружила полуживого сына. Она кричала и плакала, вызвала «скорую» и металась по квартире, не зная, что делать. А Арт только схватил ее за руку, из последних сил спросил: «Не искал ли меня Рома?» – и потерял сознание. В больнице врачам сказали, что готовил, и нож выскользнул из рук (лезвие, конечно, было заранее убрано и не найдено докторами). Врачи не пытались найти корень проблемы, излечили рану Арта и отпустили домой. Но Арт понял, что значит находиться на грани жизни и смерти, когда твоя горячая кровь бьет фонтаном наружу, и приближающийся конец становится отчетливо виден. «Не искал», – ответила нервно мама, когда они вернулись домой. Арт скривился, словно его ударили, но ничего не сказал, промолчал. Что ж, так и должно было быть. Рома вряд ли знал, насколько его положили, где конкретно в Москве находится Арт, а старый телефон у Каверина, естественно, забрали, уничтожив нить возможной связи с Ромой. В таких скитаниях и мучениях, не лучше, чем в больнице, прошел 2008 год. Все, за что цеплялся Арт, это учеба и реабилитация после лечения. Правда, определенных успехов достичь ему удалось: он перестал окончательно принимать таблетки для притупления чувств, резался крайне редко, когда понимал, что не выдерживает напор эмоций, начал выходить из дома, гулять и даже общаться с мамой и Полиной, как в старые добрые времена. Арту удалось окончить школу и сдать экзамены. На бюджет, конечно, не поступил, много знаний и времени было потеряно, но на платное обучение его пробил отец в гуманитарный университет в Москве на специальность юриста по гражданским вопросам. Арт, начавший жизнь с чистого листа, был этому рад. Пусть это не та специальность, о которой он мечтал, но учеба давала ему повод жить и стремиться к чему-то, потому что цель жизни он, безусловно, не поставил. В то время Арт часто вспоминал, что Рома хотел стать художником и связать свою жизнь с творчеством. Он должен был окончить школу еще раньше и по плану учиться сейчас в университете, но что стало с парнем, оставалось загадкой. Отец, тем временем, растил свой бизнес, становился богаче и известнее в местных кругах, выстроил целую фирму и (исчезнувшие окончательно бандиты с девяностых годов прошлого столетия больше не могли мешать его работе) расширял ее, честно или нечестно, но увеличивал доходы и количество проектов. С сыном практически не общался, однако свято верил, что его смогли вылечить. Он оплачивал его учебу и с 2009 года брал его с собой на работу. Уверял, что запишет в наследство только тогда, когда Арт женится, и тот соглашался, понимая, что сейчас еще можно ссылаться на молодой возраст. Девушки Арта так и не начали привлекать. Да, отцу он был вынужден твердить, что здоров, однако ни одна девушка так и не привлекла его за это время. Зато теперь Арт отчетливо понимал: он ненавидит своего отца за то, что тот сделал с ним в прошлом. Несмотря на неприятные чувства к родному отцу, работать с ним Арту нравилось. Он возвышал сына перед другими сотрудниками, обучал его и уверял, что, хоть компанией управлять сложно, Арт справится (а верил Владимир в сына крайне редко). В 2010 году Владимир Вольфович погибает, в следствие чего фирма передается вдове, которая неспособна управлять ею. Смерть отца можно долго описывать, как потеря родственника, дорогого человека, но Арт испытывал такую острую ненависть к нему в те годы, что даже обрадовался. Конечно, эти чувства не принесли ничего хорошего, и с годами, опытом и мудростью Арт, безусловно, усмирил свой пыл и ненависть к отцу, однако, никогда не сожалел о его смерти. Артемий быстро занимает пост директора, когда понимает, что мама разрушит построенную отцом империю, и оканчивает университет уже в заочной форме обучения. И в это время Арт наконец-то понимает, что он свободен. В 2013 году Артемий оканчивает университет и полностью погружается в работу управления предприятием отца. Он много работает, редко ночует дома (он начинает снимать свою квартиру еще при учебе в университете), часто видится лишь с сестрой и пытается наладить отношения с мамой. Ни о какой личной жизни не идет речь, однако Арт наконец-то находит друзей, знакомится с мужчинами и женщинами с фирмы, с которыми общается не только деловито, но и по-дружески. Новая жизнь возносит его на небеса и заставляет поверить, что счастье впереди, что он справится. Психологическое состояние лучшее, чем за все предыдущее время, Арт практически не режется, хоть руки и чешутся постоянно навредить себе. Таблетки он бросил. Теперь пытается научиться контролировать свои эмоции. Именно в 2013 Арт делает крохотный шаг к возвращению в Давыдово, но немедленно пресекает собственную же попытку. Он покупает билет на электричку до Давыдово и, нервно сминая билет, едет к маме, которая живет неподалеку от вокзала. Она давно звала сына на чай, потому что он редко посещает родительницу из-за занятости. Полина отменяет встречу с подругой и тоже остается дома, раз приезжает брат. Мама весело общается с сыном, она искренняя, любит своего ребенка, думая, что самое страшное они уже пережили, и сын здоров. Он открывает маме свою душу и признается, что все еще чувствует себя стариком, ему кажется, что его сердце рвется на части от жизни, будто он делает что-то не так. Однако мама, сначала испугавшись, немедленно отмахивается и уверяет сына, что все еще будет, ему надо влюбиться в какую-нибудь красивую девочку, может быть, еще студентку, которая беззаботно своей любовью вернет его к жизни. Она была уверена, что все так и случится, что Арт женится, заведет семью, воспитает детишек. Арт натянуто улыбнулся и согласился с ней, мол, такое обязательно будет, только в будущем, сейчас Арт слишком молод для этого. В тот день он не поехал в Давыдово. Он разорвал билет на электричку, и больше никогда его голову не посещала мысль вернуться в поселок. Раз его не искали, значит не сильно-то и скучали. Зачем ему ехать туда? У всех давно своя жизнь, может быть, многие из его друзей давно покинули поселок. Арт решил, что покупка билета – это эмоциональный поступок ребенка, который все еще является частью Арта и никак не может вступить во взрослую жизнь. Пора прекратить драму вокруг себя, нужно строить жизнь здесь и сейчас, а не вспоминать, что было в прошлом. Бывало, Артемий задумывался о том, встречался бы он сейчас с Ромой, если бы они тогда не расстались. Однако он быстро прерывал эти раздумья, запрещая себе вспоминать его. Постепенно рана затянется и останется шрам, Арт был уверен. А шрамы лишь украшают людей. Однако уже в следующем году возникает новая проблема. Арт запретил себе вредить, резать себя и принимать успокоительные, отчего его тревожность повысилась до неузнаваемости. Он волновался обо всем, чувствовал малейший холод людей и ощущал мир вокруг себя совсем по-другому. Арт начал пить. В 2014 году началась уже его алкогольная зависимость. Еще совсем молодой Арт подвергся алкоголю, выпивал на работе и дома, бывало, напивался до такой степени, что наутро абсолютно ничего не помнил. Уходил в запой на несколько дней, пропадал для друзей и родственников на недели, даже месяцы… Уже выросшая Полина, которой к тому времени стукнуло уже шестнадцать лет, часто приезжала к брату и приводило его в чувство после попойки. Он то начинал пить, то бросал, то впадал в неистовое желание работать, то его окутывала лень, то он возвращался к таблеткам, то вновь бросал, то резал себя, то выкидывал все лезвия, то спал по несколько дней, то бессонница одолевала его. Он не жил, а существовал, карабкался из зыбучей ямы тревожности и проблем с нервами. Арт ненавидел себя беспомощного, в хлам пьяного, однако, продолжал пить или терзать себя другими способами. Он понимал, что эти зависимости связаны с тревожностью и боязнью мира вокруг себя, поэтому обратился к платному неврологу в одну из лучших столичных больниц. Так Артемий познакомился с Александром в начале 2015 года. Александру на тот момент недавно минуло тридцать лет, у него была жена и двое маленьких сыновей. Он выглядел, как примерный семьянин, общался деликатно и интеллигентно, выглядел всегда строго и собрано. Его светлые волосы он укладывал гелем назад, голубые глаза были большими и глубокими, в них будто хотелось тонуть. Белый халат всегда сливался с его бледной кожей. Он походил на вампира, а не на врача. Однажды они встретились с Александром в торговом центре случайно, тот шел с женой, которая вела за руку маленького мальчика, а сам невролог толкал синюю коляску с новорожденным. Арт вдруг захотел подбежать к нему и поздороваться, но Александр, заглянув ему в глаза, церемонно прошел мимо, беседуя с женой. Он сделал вид, что они незнакомы. Несмотря на эту неприятную ситуацию, Арт записался к нему на прием на следующий же день. Он вдруг захотел увидеться с ним, но никакой обиды или злобы на врача не было: Арт давно уже пережил этот юношеский максимализм с обидами. Арт не знал точно, требовалась ли ему консультация, или он просто хотел увидеть улыбку строгого врача, но Арт зачастил с приемами. Ему не нужна была помощь так часто, но лечение правда помогало. Успокоительные, выписанные Александром, действовали на нервы. В один из дней Александр на очередной консультации с Артемием, нервно сжал губы и походив по кабинету пару кругов, спросив парня об его ориентации. Артемий всегда обходил тему личной жизни, съезжал, когда врач пытался заговорить об этом и о возможных травмах, поэтому у доктора оставалось только спросить в лоб. Сначала Арт испугался, что Александр, как и его отец, захочет упечь его в психушку, вылечить из него эту дурь и обвинить во всех проблемах Арта именно ориентацию. Однако Александр сделал неожиданный каминг-аут перед своим клиентом, высказался, что на самом деле отдает предпочтение парням, а женился по настоятельной просьбе отца. Тогда и Арт признался, мол, на самом деле гей, поэтому ничего не говорил о личной жизни. Александр, который с тех пор превратился в Сашу, пригласил Арта посидеть в ресторане и пообщаться в неформальной обстановке. Они переспали. Арт сам не понял, как это произошло, но он не просто хотел его, он жаждал. Страсть закипела с такой силой. Впрочем, это было взаимно, Александр оказался не прочь поехать к молодому бизнесмену на квартиру. Арт был уверен, после этого они разойдутся, как в море корабли, потому что они оба получили свое, однако Саша предложил встречаться почаще, видеться и заявил, что Арт в его вкусе. Артемий очень сильно привязался к Саше. Это сложно было назвать любовью, однако Арт жаждал проводить с ним время, требовал от него внимания. Они несколько раз за прошедшие годы порывались расстаться, но вновь сходились, проводил ночь вместе и возобновляли отношения, словно так и должно быть. Александр обещал развестись столько раз, что Арт уже и не вспомнит точного количества. Но так и не развелся. Это больше всего раздражало Арта, потому что он взрослел и желал нормальных отношений даже там, где их построить было трудно. Он всегда помнил слова Ромы, что нужно пытаться выстроить здоровые отношения несмотря ни на что. Однако Саша только говорил, что разведется. Сам же слишком боялся гнева родителей, потерять сыновей, осуждения общества. К тому же, он требовал, чтобы Арт был ему верен, хотя тот никогда и не встречался ни с кем другим. Арт понял, что такие отношения точно нельзя назвать здоровыми, однако в этих эмоциональных качелях он находил эмоции и адреналин, которые возвращали его к жизни и заменяли алкоголь.