Когда нибудь...

В какой то момент существования рассматривая череп бога, бога, безжалостно растоптавшего и втоптавшего в грязь его мечты, обрекшего его на полное страданий вечное существование живым мертвецом, демоном, пустой оболочкой которая почему-то еще может мыслить... Хэ Сюань задумался о ветре, нет не обычном ветре, что гоняет облака на небе, устраивает ураганы и бури.Он подумал не об этом, а о ветре, что всегда был весел и радовался жизни, о ветре, который был хоть и надоедлив, но с ним ледяное тело и сердце мертвеца, теплели, живот тянуло от приятного чувства и сам Хэ становился ярче, живее на сколько это возможно будучи мертвецом. А он похоронил это тепло в глубине души, живя лишь местью и ненавистью, что пожирали его душу(?) изнутри. Хотя... Какая душа, он уже давно умер, то что у людей называется "сердцем" сгнило еще раньше. Сразу как умерла она, та, кого он всей душой любил, его невеста... И младшая сестренка, и мама, но больше всего Хэ скорбил о своей любви, уснувшей вечным сном. А ведь они похожи, она и ветер, подумывал Хэ Сюань с усмешкой на устах. Черновод часто задумывался об этом, но мысли быстро уходили прочь. Это глупость, бред, полнейшая чушь. Ветер – его враг, из-за него умерла невеста Хэ Сюаня, его сестра и мама. Так он считал... Именно "считал", после осуществления мести, по идее хозяин черных вод должен был почувствовать радость, в конце, концов хоть легкое удовлетворение, но из чувств были только равнодушие и жалость(?). Бред, он не мог чувствовать жалость к человеку обредшему его на страдания, нет нет нет. Попытка отбросить чувства успехом не увенчалась и иногда демон ловил себя на мысли, что хочет извинится... Какая нелепица, величайшая глупость, извинятся должны перед ним! За уничтожение, семьи, счастья, будущего и его человечности в конце-то концов! Но с каждым разом подходя к могиле когда-то близких ему людей, Хэ всё больше ощущал равнодушие, ему уже всё равно, он привык, смирился. Хотя когда только их захоронил, обещал, что чувства никогда не остынут, он будет помнить их вечно, и каждый день приходить к могиле. Хах, обещание он так и не сдержал... Воспоминания об этих людях смешиваются с другими, превращая их в кашу, уже и не отличить что и когда было. А могила... А что могила? Постепенно покрывается пылью, Черновод приходит туда в лучшем случае – раз в месяц. Зато, вместо ежедневных походов к захоронению его бывших родных, он стал ходить в деревню где теперь обитает младший Ши, он становится всё старше, когда-то сломанные рука и нога по прежнему выглядят неестественно. Но он не теряет оптимизма, добр к людям, всем помогает... Жалкое зрелище. Он всё не находит силы подойти к Цинсюаню, выйти из тени. Это стыд? Хотя о каких чувствах может идти речь? А вдруг всё таки... *Что же ты со мной делаешь...* Эта мысль возникает у Черновода в голове, каждый раз когда он опять приходит в эту деревню и видит его там. Для Хэ прошла как будто пара минут, а в людском мире, уже 50 лет. Подумать только, как быстро у людей течет время, года, десятки лет проходят, а он не ощущает даже. Да, он демон, бессмертное и сильное существо. А люди слабы, их тела не подходят для вечной жизни. Ему больно. Больно каждый день приходить в эту деревню и видеть Ши, что уже совсем старик... Не долго он еще протянет. Нет, нет, нет, НЕТ! Черновод не хочет верить что один раз он придёт и вместо улыбающегося ветерка, увидит холодный труп, но подойти всё еще страшно. В один из таких теплых майских дней Хэ решился... Он выходит из тени дома и встает рядом с ветром, вблизи он еще хуже выглядит... Страшно думать что будет через лет 10, если он сталько проживет. - Ши Цинсюань. - голос еле заметно дрогнул. Ветер узнавая голос в панике слегка поворачивает голову, по нему видно. Он ничего не забыл... - Г.господин Хэ? Ч.что п.привело вас сюда? - голос уже не такой, он хрипит и не выговаривает некоторых букв, возраст взял своё. - Ты, идешь со мной. - протягивает руку Черновод, Цинсюань боится его, и не смеет перечить. Аккуратно взяв за руку младшего, Хэ решает телепортироватся, так быстрее. И вот, через долю секунды они уже в том самом зале... Где всё и произошло. Ши ничего не забыл, при виде этой комнаты колени подкашиваются и сам он не падает только благодаря хозяину этого места. - Г.господин Хэ... - начинает Цинсюань, но его резко перебивают: - Стой молча. - говорит, как отрезает Черновод. Тут случается максимально неожиданная для младшего вещь. Он чувствует потоки ци в своём теле. Потоки темной ци. Ци непревзойденного демона, телу становится легче, он ощущает что спина распрямилась, борода куда-то пропала. Его руку наконец отпускают и как из ниоткуда перед ним появляется зеркало. И смотря туда Ши не верит глазам. Он снова молод. И одежда та же как во времена когда он еще был богом. С шоком и проступающими слезинками на глазах парень смотрит на того, кто всё это устроил. - Не благодари, теперь ты живешь со мной, твоё тело я буду подпитывать ци когда надо. - Цинсюань с такого слегка впадает в ступор. - Спасибо, Мин-сюн - по старой привычке произносит ветер и уже хочет обнять Четвертое бедствие, как резко вспоминает всё произошедшее и где он сейчас. - И.извините - убирая руки и потупившись в пол тихо мямлит он. Вдруг его шею и спину обвивают невероятно ледяные, но такие родные руки: - Называй меня как хочешь и не стесняйся ничего - говорящий слегка смущён и на его мертвенно бледной коже проступает румянец. Второй в свою очередь уже светится от счастья и буквально повисает на шее у старшего. - Спасибо! Да, вот он вроде и счастливый конец, но они ещё не знают сколько будут идти к доверительным и спокойным отношениям. Ведь Хэ иногда посреди ночи приходит в себя стоя над кроватью младшего Ши, с ножом или ещё каким орудием убийства, прошлые обиды всё еще дают о себе знать... Резкие приступы флешбеков переодически накрывают демона с головой, не оставляя ни шанса здравому смыслу. Когда нибудь они всё таки сойдут на "нет". Да и у Ши всё не так радужно, он максимально старается избегать зала убийства его брата, в этой комнате которая как казалось Цинсюаню, пропитана зловещей аурой смерти может начаться приступ паники. От страха избавится нелегко, поэтому иногда он всё еще шугается Черновода. Но через пару сотен лет, они поборят свои проблемы, страхи и приступы, все былые обиды канут в лету и забудутся как страшные сны.