Желание, скрытое ото всех глубоко в душе, но такое желаемое...

Был рождественский день. Гермиона сидела в гостиной Гриффиндора, читая учебник по Трансфигурации. Профессор Макгонагалл решила задать на каникулы изучить пару параграфов и написать по ним конспекты. Конечно, Гермиона давно всё сделала, и немного поразмыслив, она решила попросить у Макгонагалл очередной доклад, ведь кроме учёбы, ей нечего было делать. А к Рождеству гостиная была готова: повсюду развешаны гирлянды и мишура, камин украшен еловыми веточками и новогодними носками, а на окнах были наклеены снежинки. Общий свет в комнате не горел, так как гирлянды радужно освещали всё вокруг. В центре гостиной стояла небольшая ёлка, чуть выше самой Гермионы, наряженная в разные шарики и игрушки. Встав с подоконника, Гермиона двинулась к выходу из гостиной. Она шла по тёмному коридору, который должен был вскоре привести её к кабинету декана Гриффиндора. Гермиона планировала провести этот праздничный вечер на Астрономической башне — спокойно и уединённо, ведь большинство учеников Гриффиндора уехали на каникулы, и в том числе были Рон и Гарри. Конечно, они не один раз уговаривали подругу поехать с ними, в Нору, где они бы вместе с семейством Уизли весело отметили праздник, но Гермиона не захотела, отмазавшись тем, что у неё было много дел и поручений для старост. Почему-то её не покидало таинственное чувство, что Рождество она должна отметить именно здесь, в Хогвартсе, который с каждым годом становился ей роднее и роднее. А ещё, в ночь на Рождество Гермиона решила попробовать одно заклинание. Она вычитала его в одной из книг с раздела «Астрономия и всё, что с ней связано» когда-то давно и за неделю до праздника вспомнила про него. Суть заклинания заключалась в том, что за шесть часов до полуночи нужно произнести «Бардекус Вотум» и тогда желание, о котором ты подумаешь в полночь, сбудется, и при этом нужно будет смотреть на звёзды. Когда она прочитала о нём, заклинание её позабавило. Гермиона подумала загадать то, что ей вздумается в момент загадывания. Да, это было странно и необдуманно, но чем ещё можно заниматься в пору Рождества, кроме того как веселиться. Выпутавшись из своих мыслей, Гермиона взглянула на наручные часы, что показывали ровно шесть часов вечера, и секундная стрелка почти заканчивала свой путь. Не задумавшись, она достала свою палочку и, взмахнув ею, сдержанно произнесла: — Бардекус Вотум! — она снова глянула на часы, где тоненькая стрелочка уже начинала новый круг. Гермиона облегчённо выдохнула и направилась по неосвещённому коридору дальше. Но вот перед глазами появились какие-то незнакомые раньше стены и картины. Всё же Гермиона решила не стала паниковать, ведь несмотря на то, что в Хогвартсе было чуть ли нескончаемое количество коридоров и разных проходов, большинство из них всегда выводило в какое-нибудь людное место. Тут она услышала шаги из-за угла. — Люмос! — прошептала она, и тут же на кончике её палочки загорелся огонёк. Гермиона смело светила в сторону двигавшегося на неё объекта. И когда он оказался примерно в трёх метрах от Гермионы, она шепнула в темноту: — Кто здесь? — Грейнджер? — Гермиона увидела белобрысую голову и ледяные серые глаза. Этого хватило, для того чтобы понять, кто это. Драко Малфой стоял собственной персоной перед слегка напуганной Гермионой. Он немного прищурился, из-за того что Гермиона держала палочку прямо перед его лицом.