Вариант "А"

Пары никогда особо не интересовали его. Зачем слушать, если после учёбы можно будет быстренько списать всё у добродушного друга? Для чего стараться, если Эзреаль всё разложит по полочкам? Вот и Каин считал также, пиная хуи на экономике уже который раз. — Чё мы пишем? — Полу-шёпотом спросил инструменталист, чуть прижимаясь к широкой парте. Стоит отдать должное — именно парты здесь всегда были достойными. Каин уже успел заценить, засыпая на никому не нужной философии или, того хуже, истории. — На доске посмотри, — Также тихо ответил Эз, чуть раздражаясь от идиотского вопроса. С заднего ряда было видно хорошо, даже отлично. А ведь вариант был предложен именно распиздяем, поэтому тот сидел так гордо и расслабленно, будто ожидал похвалы со стороны сидящего рядом «отличника». — Где тетрадь твоя? И в правду, где? Каин взглянул на то место, где она должна лежать и усмехнулся. Взял ли он вообще с собой хоть что-то, кроме ручки? Да, банку энергетика и пачку чипсов, всё по стандарту. Энергетик выпьет сам, а чипсами поделится с соседом, в обмен на старательно написанный им конспект. Удивительно было не то, что он платил другу едой за буквы, которые тот мог написать и сам за несчастные полтора часа, а то, что Эзреалю это до сих пор не надоело. Почему он вообще общался с Каином? Этот человек абсолютно не тот, с кем хотел бы общаться Эз, но тот, с кем его свела судьба. Каин весёлый до безумия, смелый до момента, пока не придётся взять на себя ответственность и абсолютно неадекватный. Его внезапные скачки настроения и странные идеи всегда поражали воображение парнишки, несмотря на то, как долго они уже общаются. К нему невозможно привыкнуть, можно лишь попытаться адаптироваться под его поведение. Именно поэтому такая экзотичная дружба пришлась ему по вкусу. Каин облокотился на руку, поглядывая за действиями вокалиста. Больше заняться было нечем, поэтому он довольствовался тем, чем только мог. Он готов признать то, что наблюдать за тем, как парнишка проводит пары — довольно интересное занятие. Он прикусывал губу всегда, когда не успевал за профессором, а когда слушал — теребил ручку в руках. Смотреть за тем, как ловкие тонкие пальцы перебирают пластиковый корпус было одновременно утомительно и занимательно. Каин в это время уходил в свои мысли, прикрывая глаза, где Рааст постоянно твердил ему что-то, но он старательно игнорировал. У доски началось движение. Послышался глухой стук мела о доску, отчего захотелось спать ещё сильнее. А ведь держался он на добром слове, всё быстрее улетая в небытие. «Смотри» И он открыл глаза. Перед ним сидел всё тот же Эзреаль, но более расслабленный. Не отвлекаясь от незатыкающегося препода, он приставил конец ручки к губам. Пальцы протолкнули её дальше, отчего губы едва заметно вытянулись в трубочку. Язык влажно утыкался в самый конец, смочив его слюной. Он выводил в корпусе понятные только ему узоры, а несчастная ручка ходила из стороны в сторону, не слушаясь своего хозяина. Когда короткая пытка закончилась, парнишка продолжил писать, как ни в чём небывало. А доказательством сего действия выступала слюна, блестевшая на светящем из окон солнце. Привычка брать в рот различные предметы была у многих — это было неудивительно. Но брать их в рот так эротично — вот что по-настоящему удивительно. Одна нога тут же была закинута на другую, а сам корпус развернулся чуть левее, лишь бы только сосед не заметил ничего странного. Рааст нашёптывал что-то пошлое и эротичное, заставлял думать обо всём, кроме экономики и собственной трезвости ума. Каин прикусил язык и снова закрыл глаза, но теперь не чтобы пропустить остаток пары, а чтобы не словить спонтанный стояк. Кто бы мог подумать. — Помочь? — Вопрос прозвучал совсем близко, почти в паре сантиметрах от его уха, что заставило пробежать мурашкам по телу. Чужая рука легла на его бедро и скользнула чуть вверх, что подтвердило всю серьёзность намерений парнишки. Каин успел лишь удивлённо распахнуть глаза, в то время как Эзреаль уже медленно и тихо лез под поверхность стола. Ему даже захотелось залесть туда вместе с ним, но кому-то, вроде, нужна была помощь? Руки тут же накрыли его пах, где постепенно нарастало возбуждение. Сдержать позывы было уже невозможно, да и не нужно, раз сосед так любезно решил ему помочь прямо посреди пары. Ремень штанов тут же был ослаблен, а молния тихо зажужжала, отчего Каин воровато оглянулся по сторонам. Всем насрать? Всем абсолютно насрать. Кажется, никто вокруг даже не услышал подозрительных звуков, что не могло не радовать опьяневший от поступившего эндорфина мозг. Эзреаль не медлил не секунды, не позволял подумать или засомневаться в довольно рискованной затее. Человек-действие. Пока инструменталист равнялся цветом с брошенной на столе красной ручкой, Эз вёл себя так, будто занимается подобным каждый день. Казалось, будто он всё ещё слушал профессора, ходящего из стороны в сторону. Прилежный ученик справился с препятствиями и с лёгкостью обнажил уже стоящий член, после чего дважды провёл рукой по всей его длине. Каин шумно выдохнул и спрятал голову в локтях, ощущая, как Эзреаль медленно и осторожно касается его члена языком, будто на пробу. Едва уличимо обводил головку, оставляя на ней следы вязкой слюны. Давил языком на выступающие венки, особо не спеша. Парень и не хочет его торопить, прекрасно чувствуя каждое касание со стороны соседа под столом. Руки непроизвольно сжимались в кулаки, когда Эзреаль начал обхватывать набухшую головку губами и проталкивать член всё глубже в рот. Каин тяжело дышал, но старался делать это как можно тише, лишь бы не спалиться. Хотелось скулить сквозь зубы, схватить Эза за волосы и насадить его на член до основания. Приказать смотреть только в глаза и забрать пульт управления, но сейчас, кажется, он немного не в выгодном положении. Вокалист старательно двигал головой, втягивал щёки, создавая вакуум. Делал максимально приятно, заходя всё дальше и дальше. У Каина же полностью съезжала крыша от сногсшибательных ощущений. Головка часто ударялась о глотку Эзреаля, что заставляло его жмуриться до звёздочек. — Таким образом, для решения этой задачи мы выводим два возможных решения, плюсы и минусы которых мы с вами уже успели разобрать, — Эзреаль слушает, а Каин — нет. Каину было слишком приятно, чтобы слушать хоть что-то или кого-то, в то время как Эзреалю слегка наскучило. Нет, ну зато слушать эти прерывистые вдохи и выдохи со стороны такого задиристого и, обычно, весьма сдержанного Каина довольно необычно и приятно, спору нет. Парнишка заглотил особенно глубоко, выбивая из растёкшегося по столу Каина тихий стон. Одна рука нырнула под парту, после чего схватила Эзреаля за волосы и не позволила отстраниться. Чертовски приятно для того, чтобы это заканчивалось. Внутри Эза было слишком тепло и влажно. Просто непозволительно жарко. Сам ученик запустил под майку Каина тёплые руки, огладив разгорячённую кожу. По спине прошёлся табун мурашек, поэтому парень слегка изогнулся. — Мне кажется, или вы заняты чем-то не тем, — резкий возглас препода заставил застыть их обоих. Эзреаль чуть не подавился членом, а Каин едва ли не простонал в голос от суетливых движений снизу. Прекрасная картина. — Шида, вы присутствовали на моих занятиях всего пару раз за весь семестр. Не хотите ли ответить на вопрос? Не раздумывая, тот кивнул головой. Рефлекс анти-двойка всегда работал как швейцарские часы, даже в такой нелепой ситуации. Эзреаль нервно поглядывал на Каина, чувствуя, как сердце в груди делает тройные пируеты, чуть ли не выскакивая из груди. Он же не ответит на дебильный вопрос. Каин никогда ничего не слушает. Парнишка был готов поклясться в то, что он даже не пытался вслушиваться, особенно сейчас. — Итак, Каин, какой из вариантов будет иметь более выгодные условия? — Эзреаль еле дышит, а преподаватель не ждёт. Говну на помойке понятно, что он придрался не к шикарному минету, но страх всё равно стоял в жилах. Мысленно он пытался перебрать всё об этих чёртовых вариантах. — Ну.. Вариант... — Каин смотрел на доску, но всё тщетно. Никаких ответов и подсказок там явно не было, но попытаться стоило. В это время вокалист понял, что нужно действовать. Он укусил головку члена передними зубами, заставив Каина чуть ли не вздрогнуть на стуле от внезапной боли и протянуть букву «а». — Да, действительно, ответ «А» имеет меньше уязвимостей. — После этого тишина исчезла, и педагог продолжил свой монолог. Каин уронил лицо в парту, пытаясь отдышаться. Возбуждение никуда не делось, только возросло в двойном размере, от этого казалось, будто кровь приливала к головке бесконечно. Сам Эзреаль подал признаки жизни совсем скоро, положив потные руки на бёдра инструменталиста. Снова начался круг наслаждения. Не успев толком отойти от стрессовой ситуации, Каина снова начали ублажать. Интересно, Эзреаль всегда был таким напористым и бесстрашным? На памяти не было ничего похожего на горловой минет во время экономики. Но как же это приятно, чёрт возьми. Желание опрокинуть парту, стул, взять Эза полностью и отдаться похоти сполна нарастало всё больше. Но всё что он мог — пытаться не заскулить от невозможности застонать. — Эз, я больше не могу... — Его судорожный шёпот остался проигнонирован. Более того, вокалист стал брать глубже и интенсивнее, не давая и шанса на вдох или выдох. На последних толчках Каин сжался, втягивая воздух через зубы. Кажется, Эзреаль почувствовал напряжение с его стороны, но отстраняться не стал принципиально, принимая всё семя внутрь себя. Не так приятно, но довольно эротично, как ему показалось. Во всяком случае, Каин должен быть трижды ему благодарен. Инструменталист тут же обмяк, чувствуя, как голова стала тяжелее всего тела. Он откинулся на спинку стула, прикрыв глаза. Спустя пару минут на свой стул вернулся Эзреаль. Слегка потрёпанный, но всё ещё он. И как после такой интимной близости он может продолжать слушать преподавателя? Удивительный человек. — Должен будешь. — А. Ага.. Иди нахуй со своей помощью…