Не плачь Афродита, твой Адонис в небесах

неизбежный цикл жизни каждой звёзды, который предотвратить практически невозможно, именуют как эволюция звёзд. Они появляются от слияния водорода и гелия, а умирают, когда гелий в ядре смешивается с железом и углеродом, и ядро взрывается, превращаясь или в нейтронную звезду, или в черную дыру. Некоторым звёздам везёт и в самых трудных условиях вселенной, где, казалось бы, невозможна жизнь, она зарождалась. Неважно, была ли эта жизнь - разумной, межгалактических масштабов, или же это микробы в подлёдных океанах, на спутнике, планете или карлике, эти уточнения уже не имели значения. а не имели они значения с того момента, когда эта жизнь совсем скоро мучительно погибнет, а если нет, то будет скитаться в необитаемом, огромном космосе, умирая уже медленно, несколько даже от нехватки ресурсов, скорее от безумия одиночества, страха, с неумолимой тревогой. неудивительно, что планеты - сироты вновь прибывшие в новую систему, были в самом глубочайшем отчаянии, которое можно представить. чувства у планет? точно, в этой вселенной космос имеет право и на собственную жизнь, сами планеты, спутники и звёзды, не говоря уже о других, разумны. Это одновременно удивляет и совершенно также ужасает. Жить, будучи планетой, зная, что твою жизнь прервёт собственная материнская звезда. А какого самим звёздам? убивать самых близких к вам, не имея никакой власти над этим, пока ваша жизнь не закончится будучи черной дырой или нейтронной звездой. нечто похожее случилось с Солнцем, звездой солнечной системы, он славился среди других своим специфическим юмором и термин "сумасшествие" ему подходило как к никому другому. Бывали и такие случаи, что его собственные планеты и другие космические объекты в системе боялись его из-за этой черты его характера. Но дабы оправдать Солнце, вселенная огромна и он явно не первая и не последняя звезда, которая могла пугать своих планет. По сравнению с некоторыми он был сущим ангелом во плоти. Как бы там ни было, что-что, а от становление красным гигантом даже эта звезда не была застрахована. Кто бы мог подумать, но Солнце со своим особенным характером, который уже смело можно было бы звать безумным, смог сойти с ума сильнее. Но кто может его судить, учитывая то, как он лишился своего лучшего друга, первую планету и единственного, кто хоть из-за некого страха, но все же терпел его столько времени. Конечно, другие планеты тоже терпели его, но только лишь потому-что Солнце было их звездой, а фактор товарищества был мал. Медленно поглощая Меркурий, Солнце каждый земной день пытался шутить в своей манере, пока Меркурий ёжился от боли. Каждый миллиметр поверхности Меркурия невыносимо болел, словно тысяча особенно острых астероидов вонзилось прямо глубоко в ядро, пока то медленно угасая переставало функционировать. Ватные веки не могли больше справиться и Меркурию медленно но верно наступал конец. Это жалкое тело, ранее называемое планетой, уже не могло даже при огромном желании покинуть орбиту и погибнуть в одиночестве будучи планетой одиночкой. Да, пусть Солнце и был тем, кому меньше всего хотелось бы доверять в любых ситуациях, однако Солнце был лучшим другом Меркурия и пару раз даже оправдывал это звание удивительными для него поступками. Меркурий уже не хочет ничего менять в своей смерти и даже не может от смертельного бессилия. Полностью поглотив Меркурий, Солнце выглядел совершенно опустошенным, разве должен быть каждый цикл каждой звёзды настолько болезненными? Солнце помнит, как оно перед последними словами Меркурия выдал очередную, глупую шутку, из-за чего до сей поры жалеет, что не смог попрощаться с ним нормально. Не было и смысла вовсе обсуждать все это, уже все кончено, время вспять не перемотаешь, не сможешь больше никогда вновь родиться, если ты умершая от собственной звёзды планета. Все остальные лишь пытались провести друг с другом как можно больше времени, может и осталось в запасе пару лет и даже больше, но даже так это далеко не пара миллиардов, которые раньше, в самом начале, казались совсем не скорым будущим. В рамках вселенной это правда было слишком мало. Каждый старался подарить своим приятелям больше позитивных эмоций, не желая, чтобы их смерть была встречена в самый разгар конфликта, как бы абсурдно это не звучало. Все видели, как Меркурий страшно и мучительно погибал под лучами Солнца. Смотря на эту картину вдалеке уже можно было отворачиваться от отвращения и страха, но какого было его соседу, какого было Венере? Еще около пяти-четырех миллиардов лет назад, мелковатый, мнимый Меркурий и колючая, агрессивная Венера нашли какое-никакое примирение меж собой, ведь всем уже в солнечной системе было известно, Венера в каком-то смысле самоутверждалась насмехаясь над Меркурием, а тот в свою очередь как мягкая личность, мог воспринять всё на себя и ещё хуже. Они, как и остальные каменистые планеты, за долгое время вместе сблизились до уровня друзей, хотя Венера все ещё могла жёстко высказаться,подшутить над Меркурием, или самое любимое - рассказывать страшные истории в ночь ужасов. и теперь, друг и сосед прямо перед твоими глазами каждый день умирает, а ты и подойти не можешь , наблюдая над мучениями как в первом ряду кино, однако кино это не живая реальность, в реальности все намного , намного страшнее. Венера видела, как с каждым днём у нее было всё меньше и меньше времени осмелиться на прощальные слова другу. Ей было страшно, нет, это не был страх собственной смерти, это был страх наговорить лишнего погибающему Меркурию, был страх сделать состояние Меркурия, Солнца, других кто узнает и даже своё ещё хуже. Смотря со второй орбиты было в добавок и больно, ведь к последнему дню жизни Меркурия Венера так и не решилась. Опустошение с отчаянием слились в одно, пожирая ядро Венеры до нуля словно опарыши в могиле. Ей не хотелось вновь допустить подобное, больше никогда. Даже если до её собственной смерти осталось немного. Что касается землян? как бы земля не старалась, как бы она не хотела чтобы ее старания не прошли даром, все в итоге пошло так, как все и ожидали. Земляне переубивали друг друга ещё миллиард лет назад, атомные бомбы и более сильные оружия градом посыпались на Землю. Никто не смог спастись, а те, кто улетел на космических кораблях, как уже говорилось, скорее всего погибли спустя уже десяти лет. Земля пыталась всеми силами ради землян, терпела ежесекундную боль, какое-то время назад даже почти совершила суицид на почве этого и последующего "эгоистичного" поведения. Земля когда-то пытался гордиться собой и без лишнего эгоизма из-за перехода на крайность ненависти к себе, помогал Земле прийти к этому помимо Луны изначально Меркурий. Давно спасший Землю от смерти Меркурий теперь умер. Конечно же, не один Меркурий спас Землю, даже более , та же Луна внесла больший вклад, а Меркурий же в последствии помог восстановиться планете, имеющей жизнь. Говоря снова о Луне, отведенное время им с Землёй уже почти закончилось, Луна отдалилась от Земли далеко, но все ещё вращалась вокруг него. Этому поспособствовать мог сам Луна, который старался сохранять орбиту ближе к Земле, хотя без лишних стараний это было весьма трудно, ведь крутиться по орбите не составляет никого труда. Всё это время Луна всячески поддерживала свою планету, которая от произошедшего уже потеряла вовсе веру в то, что любая жизнь на ней сможет обрести хороший для нее же конец. Они вместе провели столько времени и столько повидали, что осознание скорой смерти было уже чем-то ожидаемым, хотя вслух никто ничего не говорил, а подсознание все ещё ужасно страшилась умереть. Иронично, что раньше Земля почти совершил суицид, а переубедить его ели как смоглии уже упомянутые Луна и Меркурий. Переживать все это было трудно, в добавок с новостью о смерти Меркурия, скорой Венеры и конечно же Земли. Говоря о Земле, Венере и возможно о Меркурии, нельзя не упомянуть Марс, который является их близким, лучшим другом. Красная планета была последней среди каменистых планет, поэтому он должен был наблюдать за смертями своих друзей. Наверное, это то, от чего Марсу хотелось бы убежать, как бы эгоцентрично это не выглядело для самого Марса. Для него самого было бы все куда легче, если бы он не мучаясь сразу бы врезался в Солнце, чем мучительно ждать, когда другие умрут. Однако он думал, что поступил бы он так - то сделал бы только хуже. Однажды он потерял уже близких ему, можно сказать, друзей. Фобос и Деймос. Два спутника Марса, самые маленькие в солнечной системе погибли ещё давно. Учёные ещё миллиарды лет назад говорили «В будущем Марс потеряет свои спутники. Фобос постепенно приближается к Марсу и в итоге врежется в планету или разрушится на части. Деймос же наоборот отдаляется от Марса и в конечном итоге покинет его орбиту», самому Марсу об этом рассказал астрочел, но вот, это случилось. Фобос упал и слился с Марсом, а Деймос слетел с прежней орбиты в открытый космос. Этот момент навсегда запомнился Марсу, его спутники были ему как младшие братья, терять кого-то близкого стресс который испытал Марс. На данный момент самыми близкими для него планетами были две, но к одной из них он испытывал особые чувства, чувства, которые зародились ещё со времён революции спутников. как бы противоречиво не ощущались те события, сейчас хотелось вернуться в то время. Говоря о том времени, спутниковая революция закончилась не очень хорошо для обоих сторон, ведь как уже говорил Луна,« не важны стороны, важно то, что правильно » . И он был совершенно прав, спутники и планеты могли решить всё мирно, будь это простой забастовкой. В итоге, конечно, они и пришли к этому, после проигрыша спутников в этой жестокой революции. Возвращаясь, нельзя не вспомнить о том, как началась спутниковая революция. Европа организовала план и заставила ему следовать всех, включая Ганимеда. Европа искусно умеет манипулировать другими, это ей было на руку дабы переманить на свою сторону тысячу спутников. Однако прибыв на орбиту Марса, где как раз была и Венера, они не повелись на сладкие речи Европы и Ганимеда. Ганимед, как бы он не казался с первого взгляда, был всегда тем, чьи чувства и самолюбие легко задеть, он не может нормально реагировать на отказ о его правоте и превосходстве, а любые саркастические высказывания в его сторону он принимал с агрессией в ответ. Именно поэтому тем же Ганимедом было легко манипулировать даже неосознанно. Именно он почти не начал вести себя агрессивно раньше, чем нужно было, после того, как его назвали писклей, но Европа спасла ситуацию переложив всё внимание на себя. Как бы там ни было, Марс и Венера все равно отказали им в операции мести Земле. Их нужно было устранить. Тысяча, нет, десятки тысяч острых астероидов вонзались в поверхность, которые кидали луны, что уже и не были уверены в правильности всего произошедшего. *** —Кх..хе... Хэй, В-Венера.. мы, мы должны сейчас.. пойти и рассказать всем об этом, о плане этих двоих! мы должны сейчас пойти к Земле и-! — уставший и обессиленный Марс, из последних сил хотел сейчас же разобраться со всем, что они узнали, он попытался закончить предложение связанное с этим, но его прервали. —Угхх.. Ты идиот, Марс?! Мы.. мы даже не можем с места сдвинуться!.. они покрыли краторами в-всю нашу поверхность, я.. агх, наделал же делов Земля..— Продолжила горячая планета, также обессиленная после боя, где проиграла, а после была атакована больше десятками Лун. Они вместе с Марсом парили в поясе астероидов, не в силах пошевелиться. —..., Венера, а ты.. ... что произойдет если мы сейчас умрем? Как Земля сможет справиться с этими спутниками.., а как же семья астрочела на поверхности Земли, как он бы отреагировал..— Самые худшие сценарии пробирались в ядро Марсу, было страшно от осознания мощи сотни спутников и как они могут легко убить все восемь миллиардов людей на Земле, что уже говорить о животных, которые даже улететь вместе с некоторыми выжившими людьми не смогут. —Ты хотя бы думать умеешь?!..—огрызнулся Венера, услышав словно предсмертные слова Марса.—Ты.., даже не думай, что мы сейчас умрем, дурак. Мы нужны Земле и мы сможем ей помочь, как бы там ни было.. да и помнишь? чтобы убить планет вроде нас таким способом, лунам нужно было бы задеть наши ядра! а они, в отличии от твоего разума, целы.. Так что-кхе.. не смей наговаривать на это всё!— Венера округлил глаза, когда начал изливать все, что было на душе на тот момент. Ему не нравилось подавленное состояние друга. Марс уже спасал его от подавленного состояния, теперь очередь Венеры. Земля и вправду поступила ужасно, когда использовала Венеру, дабы насолить Марсу, мол, « у меня есть друг и получше », а после в соревновании на лучшего друга испытания подстраивал так, чтобы победил Марс, ведь на самом деле, Венера на момент ссоры Земли и Марса для имеющего жизнь была лишь временной заменой лучшего друга. Конечно, Венера и Земля и до этого дружили, но не так близко, чтобы Венера была другом номер один для Земли, как бы это прискорбно и неправильно не звучало. Когда же было время ДО соревнования, Венера рассказывала Земле о том, что на ней раньше были условия для жизни, на что Земля лишь саркастично посмеялся, что для Венеры почувствовалось насмешкой над буквальным триггером горячей планеты. Если немного анализировать, Венера и до этого случайно проговаривал про свою зависть к Земле из-за его жизни. Поэтому этот триггер не взялся с пустого воздуха. Конечно, Марсу это не нравилось, поведение Земли на тот момент оставляло желать лучшего. Венера на этом соревновании на лучшего друга старался вне себя, дабы стать лучшим другом Земли. Каково было Венере тогда, когда она поняла, что чтобы быть для кого то близким другом, необязательно терпеть все неприятные моменты. Это понимание пришло с близкой дружбой с Марсом, который даже на соревновании пару раз поддерживал Венеру. Но даже так, Земля был их другом, а учитывая то, что в настоящем времени он давно исправился, то было бы глупо винить его сейчас. —Ты..- я думаю ты прав, спасибо, Венера. Надеюсь, к моменту когда мы сможем помочь Земле с ним будет.. всё впорядке ..— Марс поблагодарил Венеру за воодушевляющие слова, уже немного невольно теряя сознание, как и выше упомянутый. —Тсс.. можно обойтись и без слащавых речей..-— огрызнулся Венера, все ещё немного раздраженный от недавно произошедшего, так ещё и к этому прибавился писк в "голове."—Я.. я тоже надеюсь на это.— после небольшого, неловкого молчания продолжил и в то же время закончил свое предложение Венера. *** Конечно, в итоге они спасли Землю от полного уничтожения жизни на ней, но и не без помощи других. Сейчас же их никто не спасет, теперь уже наверняка. Солнце вот-вот доберется до Венеры, от этого сложно думать не только ей, а также и её друзьям, в особенности Марсу. Он снова потеряет близкую ему планету, снова будет винить себя в этом веками и снова его разум погрязнет в пучине отчаинья, ведь он любил Венеру. Он любил её острый, пронзающий до ядра и сквозь характер, который при дорогих ей личностях сменялся на более терпеливый и весёлый. Ему нравилось, как она забавно бесилась, казалось бы, на бытовые вещи. Когда же Венера заботилась о Марсе, защищая его перед кем-либо в ответ на безобидные шутки, читая с раздражением нотации про безрассудство Марса и Земли, даря тому самые красивые астероиды найденные в так ненавистном у Марса поясе астероидов, то Марс чуть ли не падал в обморок от симпатии к планете, названной в честь прекрасной Афродиты. В древнем Риме, как известно, боги Венеры и Марса были вместе, может быть и у планеты Марса выйдет? Вопреки выше сказанному, слушая мельком как Юпитер рассказывал своим спутникам о фактах древнего Рима, некоторые из них были омерзительны и лучше бы никогда не случались, поэтому мечты Марса сразу же разбивались об эти не очень воодушевляющие воспоминания. Говоря о воспоминаниях, некоторые все таки запали ему в ядро и глубже, как например когда Земля показал Марсу и Венере рок-выступления записанные на видео, Марс настолько вдохновился, что попросил Венеру помочь ему накраситься прям как те люди выступающие на сцене. Чуть помявшись Венера согласился , позже Марс до какого-то момента чуть ли не ежедневно просил Венеру накрасить его. Это не продлилось слишком долго, но это впечаталось обоим в память как нечто приятное. Венера для Марса была всем, во всей необъятной, холодной, пугающей вселенной он находил утешение лишь в одной, такой родной и одновременно далёкой личности, в Венере. И сейчас, смотря на Венеру, он не может отвести взгляд. Отсюда, с четвертой, или уже вернее сказать третьей? орбиты было видно Венеру, что не желая смотреть на Солнце , смотрела куда-то вниз, даже отсюда Марс видел выступающий на лбу Венеры пот, то ли от жары, то ли от волнения и тревоги. Он всегда с момента влюбленности грезил о признании, как Венера его принимает, как они вместе проживают долгую, совместную жизнь. И вот, она совсем скоро погибнет, также мучительно как и Меркурий, также уйдет из его жизни как Фобос и Деймос, также не сможет больше открыть свои глаза и столкнуться взглядами с Марсом. Он не может этого допустить, не может не признаться прямо здесь и сейчас, иначе всё будет потеряно. Погрязший в своих мучительных мыслях, Марс не заметил отсутствие Венеры на её орбите. —Марс, слушай.— Прежде чем как Марс бы подумал, что Венеры уже нет в живых, она явилась сама на его орбиту, напугав Марса от неожиданности, от чего тот отпрыгнул чуть назад я прежде чем как Венера окончила бы предложение. —В-Венера? я.. кх..— Марс собирался с мыслями, уже хотел признаться, в такой то момент. Однако его прервали, вновь. —Заткнись, не время для оправданий—Венера явно волновалась, капельки пота стали ещё более видимыми. —Оправданий? А..а.. точно..— Непонимание сменилось на осознание, уже около две недели, как Марс избегал любого контакта с Венерой. Ему было страшно, страшно разговаривать с тем, с кем ему предстоит попрощаться совсем скоро и дабы мучаться меньше, красная планета неосознанно избегал контакта с горячей. —Ты правда поступил как идиот, видишь как я умираю и вместо того, чтобы хотя-бы что-то мне сказать решил скрываться от меня?!— с наездом произнесла Венера. Он бы мог вмазать ему рядом летающим астероидом, однако всё, что ему сейчас хотелось, это обнять напротив стоящего Марса. —...—Марсу не было что и сказать, ведь всё, что говорил Венера было правдой. Но стоп, хотя-бы что-то сказать? он узнал о.. о чувствах Марса?! каким образом, или же это лишь глупые надежды на взаимность заиграли и заметили в словах Венеры то, чего не было?—О чем ты, ты же не-..—не успевает договорить Марс, как замечает выступившие у Венеры слёзы, которые из-за температуры Венеры испарялись сразу же, как появлялись. нахмуренные брови и слёзы Венеры заставили заволноваться Марса ещё сильнее, за Венеру, за его чувства. Марс рывком приближается к Венере, сразу же, как замечает ее слезы. —Венера! ты..— Он бы хотел сейчас стереть ее слезы, обнять так крепко, дабы не допустить ещё больше слез Венеры, хотя зная то, как редко она плакала, особенно как сейчас.. было страшно. — !.. — заметив выступившие слезы, Венера сам быстрыми движениями стёр последние не испарившиеся капли. — Ты мне нравишься, ладно??! и я знаю, я вижу что ты, идиот, тоже любишь меня, но вместо того, чтобы поступить разумно, ты делаешь всё хуже Земли.— Венере было тяжело говорить, ком сдавил горло, ком из пучины стыда и отчаинья. Было стыдно говорить столь интимные для Венеры вещи, вещи, о которых никто не должен был знать, даже сам Венера. Любовь к кому то до смерти, нелепо со стороны Венеры, по крайней мере ей так кажется. —.. Хэй, Венера.. помнишь, как когда-то, во времена революции спутников, когда мы были на грани ты утешала меня? а ведь.. ведь мы тогда чуть ли не предсмертные слова произносили. Теперь же они нужны сейчас..— Марс пытался выдавить из себя хотя бы что-то, но всё, что он смог сказать, казалось таким глупым. Вновь смотря в глаза Венере, он помявшись произносит наконец-то свое признание. —Ты права, я правда люблю тебя. Я не могу оправдать свое глупое поведение, кроме отчаяния, что поглотило каждого из нас, однако я был слабее и сломался очевидно первым.— Голос Марса в моменте задрожал. —Ты.. Даже не смей так думать!— Венера больше не могла обвинять Марса, было видно, он делал неразумные действия не из своей глупости, его моральное состояние оставляло желать лучшего.— Ты пережил смерти своих спутников, как ты можешь вообще говорить что ты слаб?! ты сделал многое для меня, для Земли и остальных, ты не можешь вот так говорить про себя!— Венера отрицала выше сказанное Марсом, ей не хотелось слышать то, как ее считай самая близкая планета так говорит о себе. — ...гх.. Спасибо, Венера.— Теперь уже на глазах Марса выступили слезинки, однако они были от счастья, одно лишь присутствие Венеры давало мотивацию Марсу не отчаиваться. Неловкая, местами печальная улыбка расплылась на лице. — Не улыбайся так.. я чувствую себя неловко.— Венера огрызнулся отведя взгляд в сторону, даже сейчас он грубит, но это нравится Марсу. —Как скажешь, чувак— Жаргон Марса сохранился с ним до самой смерти и в этой ситуации хоть он и резал слух Венере, обычно она рада слышать его от Марса. —Чувак..? серьезно? если ты не забыл, мы только недавно признались друг другу, дурак.—Лицо Венеры приблизилось к лицу Марса, от неожиданности Марс попятился назад, округлив глаза. —В-венера?.. что ты..— Его заткнули робким, осторожным поцелуем, который задевал лишь губы об губы и не дотрагивался поверхности. Чувства хлынули новой волною, унеся за собой остальные проблемы, даже самые-самые глобальные, как например то, что на своей орбите Венера уже скоро должна погибнуть. Марс закрывает глаза и неловко продолжает поцелуй, он хочет прикоснуться к Венере, стать одним целым с ней, больше никогда не разделяться. Жизнь проходит быстро, не оставляя и надежды на долгую счастливую жизнь этим двоим, так почему бы не прожить ее остаток так, чтобы она больше не могла разделить никого. Не успев и что-то сказать, Венера начинает медленно приближаться к Марсу ещё ближе. —В-Венера?..— неуверенно, сквозь небольшой промежуток времени после окончания поцелуя произнес Марс. Дыхание стало таким тяжёлым и невыносимым, он не мог больше так терпеть. — Если.. если хочешь, мы можем столкнуться.. — Робко, с все ещё нахмуренным видом и отводя взгляд произносит Венера, ожидая ответа Марса, ведь когда они столкнуться - это будут уже не они, новая личность из твоего же праха, словно Феникс. Щёки Венеры нагрелись чуть выше температуры на ее поверхности. А ведь когда-то они с Марсом говорили Земле « Космо-Догонялки глупая идея, таким образом создастся новая планета », а теперь они сами чуть-чуть и умрут, соединившись друг с другом во всех возможных смыслах. —Ты.. ты правда предлагаешь мне это?— немного ошарашенный от того, что это сказала Венера, Марс шепотом спросил у той. Венера выглядела так привлекательно, когда находилась над ним всего в паре метров. Глаза не могли налюбоваться, а разум затуманился. —Если ты против, я не настаиваю.—Закрыв глаза и уже более уверенно ответил Венера, кажется, он пытается забыть в какой ситуации он находится. Его щеки становятся ещё более красными, а капли пота снова появились новым градом. —Нет, я.. я правда бы хотел слиться с тобой в одно тело в конце жизни, просто.. почему ты это предлагаешь?— заинтересовано спрашивает Марс, все ещё не отводя взгляд и замечая все изменения в эмоциях Венеры напротив. —А что мне ещё делать? погибать под лучами Солнца также как пис..— Венера открывает глаза и останавливает свою речь, прежде чем как закончить предложение. —как Меркурий. — Венера не стал называть Меркурий писклей, возможно, это связано с тем, о чем каждому в солнечной системе известно. — Я хочу погибнуть рядом с тобой, это было бы.. лучшей смертью для меня, я знаю, что это звучит ужасно тупо, но!—Венера пытается оправдываться в своей манере, ведь для нее было бы эгоистично давить на Марса таким образом, что он бы умер только ради неё. —Не волнуйся, я.. я тоже хотел бы погибнуть рядом с тобой и только с тобой.— Последние слова заставили Венеру округлить глаза и приоткрыть рот, но она быстро собралась и скрыла свое удивление смешанное с безграничной любовью к Марсу и страхом перед смертью. Марс же улыбался Венере так невинно, будто это совсем ничего ужасного или масштабного не значит, будто это не буквальная смерть их двоих. Но он попросту не хотел пугать Венеру, а также он был счастлив находиться рядом с Венерой. Они оба ещё сделали пару глубоких вдохов, последние беседы не могли остановиться на чем-то конкретном и наконец, они сталкиваются друг с другом. Их ядра пульсируют, соединяясь друг с другом. Их разум больше ничего не посещает, кроме друг друга. Они растворяются друг в друге, тонут среди множества болезненных осколков. Боль была жгучей, не щадящей, но она совсем скоро не волновала никого из них, тогда, когда они оба уже слились друг с другом. Образовали новую планету.