Город мёртвых душ

POV Eli

      Утренний прохладный ветерок обдувал лицо приятной струйкой, а запах свежей скошенной травы по-своему оживлял. В такую погодку неплохо было бы прогуляться по округе, если бы работа не удерживала. В последнее время становится неспокойно даже проходить по людным местам.       За многие годы трудовой деятельности впервые мне удалось повесить на плечи столько нераскрытых дел. Если бы они ещё и раскрывались, как же. Процесс расследования растягивается на неопределённое время, а зацепки нынче сыщи как иголку в стоге сена.       Особенно небывалая весть промелькнула, когда злодеи участились захаживать и в публичные места при загруженном часе. Совсем недавно произошёл повторный случай с отравлением в оживлённом заведении. Преступники не собираются сидеть на одном месте, да и нам стоять долго непозволительно. В какой-то степени и риск может быть оправданным решением, если продумать план как следует.       В последнее время объём работы только увеличивается, и когда в последний раз мне удавалось отдыхать? Поднеся повторно сигарету ко рту, я с последней затяжкой вдохнул в лёгкие спасительную дозу никотина. Смрад вместе с тяжким выдохом вышел клочком лёгкого дыма, что устремился по направлению ветра ввысь.       В моменте ощутился прилив эйфории и расслабления по телу, а нервозность отходила постепенно на второй план. Лишь этим и приходится довольствоваться, пока на улицах неспокойно. Сигарета благополучно была потушена трением о металлическую крышку и выкинута в урну. Всего пара десятков машинальных шагов, и ноги сами приволокли меня ко входу в уже родную больницу, а руки с небольшим усилием распахнули тяжёлые столетние двери.       Стучания каблуков моих ботинок раздавались протяжным эхом по длинным коридорам. Вместе с тем слышались отдалённо стучания колёсиков каталки по плитке, гул прохожих юношей. Но более привлёк меня звонкий хриплый голос местной вахтёрши, предположительно лет пятидесяти.       — Ох, детектив Илай, какая радость вновь поглядеть на знакомую личину! — пешие цоканья лодочек постепенно приблизились ко мне.       — Миссис Амели, давненько я вас не слышал. Как прошла ваша поездка в большом городе? Как ваше самочувствие?       — Боже мой, суета, да и только. Чрез силу смогла расправить крылья, чего греха таить, шуму поди как на блошином рынке! Но что мы всё обо мне, слыхала нынче вы зачастили похаживать к юнцу-лаборанту. Любопытно стало, а чем это вас он увлёк?       — Мы вместе работаем со многими делами, вам незачем переживать попросту.       — Ох уж эта молодёжь, любит посекретничать. Но, стало быть, я подслушала у медсестричек одну странность, — ощутимо стало приближение женщины, судя по лёгкому предыханию, доходящему до шеи.       — Вы меня заинтриговали, я весь во внимании, — приблизившись, сам я внимательно приготовился услышать последующие сплетни.       — Уже третий слушок ходит тут и там, кто-то посягается на новоприбывших покойников, — полушёпотом доносила мне вести женщина, явно стараясь не разносить панику повсюду. — Который день находят трупы, от коих цапают плоти по ломоть. А буквально вчера стибрили аж целую ногу! Пусть Бог мерзавца поскорее накажет.       — Я возьму ваши слова на заметку, благодарю за такие дивные подробности. Что же, пора и мне поработать, желаю вам всего доброго, миссис.       — И вам не хворать. Господи, а сколько смертей за последнее нынче время… — с глубоким вздохом женщина решилась пройти по коридору вдаль, бормоча себе под нос очередные молитвенные стишки.       Я же направился в обратную сторону, изредка обходя прохожих людей. Странная ситуация настигла больницу, не это ли хороший повод узнать много нового о работниках данного учреждения? Именно в людях кроется большое разнообразие полезной информации, даже если в частности наталкиваться приходится именно на слухи.       Пройдясь по лестнице, мне удалось забрести на второй этаж. Впереди, судя по неторопливым шагам и непринуждённому диалогу, двигались по направлению ко мне двое молодых парней. Тут я решил начать поиск информации с них, подойдя ближе:       — Здравствуйте, прошу прощения за беспокойство, не уделите мне несколько минут вашего времени?       — Это же Илай?.. — сбавив громкость, произнёс первый проходимец другому.       — Да ладно, вы тот самый гениальный детектив??? — более громко уже поинтересовался второй.       Непривычно становится осознавать дивный факт, что даже на улице меня могут так просто опознать в лице деятеля правосудия. И в этом городе всё более становится почитателей, отчего пробивает неловкость.       — Ха-ха… Это так, — а что в подобной ситуации можно выдавить из себя, кроме как глупую улыбку? Рука невольно потянулась почесать затылок. — И всё же, мне бы хотелось опросить вас…       — Не могли мы поверить, когда в газетах написали о вашем прибытии в этот маленький городишко. Я ваш поклонник ещё с училища!       — Рад это слышать. И всё же, нравится ли вам здесь работать? Нет ли чувства загруженности в последнее время?       — Мы работаем не покладая рук ради вас! — решительно произнёс первый юноша.       — Именно! — тут же поддерживающе ответил и второй. — Ведь вы защищаете и спасаете людей.       И правда, сейчас эта больница, как и многие другие, очень загружена за последний месяц, отчего медики просто не выдерживают напора и увольняются один за другим. Многие работники больницы, по которым мне удалось пройтись, ужасались от последних слухов с неким каннибалом.       — А если трупы уже перестанут его удовлетворять, что же, он будет кидаться на пациентов, а там и до коллег недалеко?!       Печальное развитие событий получится, но это легко повернуть в свою сторону. Если удастся поймать наглеца с поличным, то и врачебная деятельность пойдёт на лад. Осталось придумать неплохой план, как вычислить преступника и притом не потерять его из виду.       Самым действенным методом, судя по опыту, остаётся опрос людей по поводу взаимоотношения коллег. Но каждый опрошенный мной работник отвечал наравне с другими. Который раз мне приходится задавать один и тот же вопрос каждому встречному.       — Как вы думаете, кто может стоять за кражей частей тел усопших? Может, среди персонала затесалась подозрительная личность?       — Таких ситуаций не возникало, как бы… Коллектив у нас дружный и сплочённый. Какие могут быть ещё тёмные личности?       Со вздохом я вновь осознал, никакой должной информации выявить не удалось. Лишь решился я попрощаться с прохожим и пойти дальше, как парень продолжил:       — Хотя, если подумать, имеется среди коллег один необщительный парень. Мне он кажется очень подозрительным, постоянно закрывается в своём кабинете. А других вовсе игнорирует, пока дело не доходит до выискиваний промахов. Однажды он меня вздумал отчитывать за лёгкую погрешность в разрезе, ну с кем не бывает!       — Удивительно, и кто же этот тихий работник? — тут я обернулся, ощутив лёгкую надежду в продвижении дела.       — Эзоп Карл, конечно. В последнее время я замечал, как он часто берёт сверхурочные и засиживается круглые сутки в отделении патологоанатомии.       — И только поэтому вы так уверены в своих утверждениях?       — У меня есть более веские доказательства так считать. Моя смена чаще всего начинается рано утром. И вот часто после ночной смены Эзопа я застаю усопших в подобном несуразном виде, — с презрением в голосе выразился врач.       — Интересно, ваши наблюдения очень помогут в расследовании.       Как ни странно, из подозреваемых по большей части выделяли самого Эзопа Карла, человека, кто не раз мне помогал с расследованиями. Именно приближённых лиц лучше проверить в первую очередь. Поэтому решил я зайти в самую гущу событий – левое крыло и по совместительству отделение морга. Возможно, там больше ведают о данном слушке.       Проходясь вдоль стенки, я чётко уловил за углом шустрое цоканье женских туфель. По случайности мы умудрились столкнуться, отчего, предположительно, медсестра ойкнула и не удержала в руках бумаги, которые разлетелись по коридору. Девушка первым делом заговорила:       — Ох, прошу меня простить, я поторопилась. Вы не пострадали? — до чего прекрасны врачи, раз в первую очередь они думают именно о пострадавших.       — Спасибо за вашу заботу, всё в порядке. На самом деле я не смотрел, куда шёл, — с лёгкой усмешкой пальцы скользнули по повязке на моих глазах, поправляя. Полуминутная тишина настигла коридор, вскоре послышался смешок со стороны девы.       — Мало в наше время осталось людей с хорошим чувством юмора, — девушка вскоре спустилась собирать бумаги.       — Как говорится, юмор излечивает многие душевные раны, — опустившись на корточки, я провёл рукой по полу и наткнулся на листок. Последующими движениями мне удалось собрать несколько бумаг и подняться.       — Это правда… — вскоре сама дева закончила сборы и забрала из моих рук бумаги. — Благодарю. Нечасто к нам заглядывают детективы. Неужели вы заинтересованы делом каннибала?       — Ох, вы довольно проницательны. На самом деле я собираю показания у местных работников. Вы натыкались на деяния каннибала? Может, вы знаете некоторые подробности?       — К сожалению, осмотр трупов не по моей части. Я работаю в другом крыле, с живыми пациентами.       — Вот как, в таком случае, общаетесь ли вы с работниками морга?       — Бывает, мы контактируем изредка между собой, и исключительно по делу. Значит, вы считаете, среди моих коллег патологоанатомов затесался каннибал?       — Не исключён этот факт, — как бы мои действия ни оказывались другим очевидными, вновь я поразился аналитическими способностями девы. — Что вы можете сказать насчёт Эзопа Карла? Вы пересекаетесь?       — Эзоп? Мы работаем бок о бок уже как три года, если не больше. Хоть и трудно мне высказаться о нём как о личности из-за некоторых его причуд. Но как работник Эзоп очень надёжен и ответственен за свои действия.       — Вот как, спасибо вам за столь ценные сведения. Обещаю, преступника мы схватим.       — Ваши слова заставляют испытать явное облегчение. И всё же не стоит вам излишне перетруждаться. Заботьтесь не только о других…       — Подобные советы я частенько слышу от коллег, но вам не стоит переживать напрасно, — улыбкой я старался придать девушке успокоение, на что она лишь вздохнула и утопала по своим делам.       И всё же я смог добиться прогресса в небольшом опросе. Теперь можно и благополучно пройтись по проложенной тропе. Первым этапом следовало мне зайти к главному и единственному подозреваемому на данный момент, куда я и двинулся, не теряя времени.       Спустя несколько шагов вдоль длинного коридора я благополучно достиг своей первоначальной точки, ради которой и забрёл в больницу. После лёгкого тройного стука следом я отворил дверь и заглянул внутрь кабинета.       — Доброе утро, Эзоп. Могу ли я зайти?       — Илай?... — вместе с неуверенным и отчасти встревоженным голосом разнёсся по кабинету скрип стула и глухой звук поставленного на стол предмета. — В следующий раз предупреждайте о своём неожиданном визите… Проходите, — теперь же голос Эзопа звучал недовольно, но более сдержанно.       Как только я прошёл внутрь и закрыл дверь, в полной мере теперь уловил запах свежезаваренного кофе. Похоже, я смог застать Эзопа за завтраком, чем и потревожил его, а может, проблема кроется куда глубже.       — Прошу прощения, что побеспокоил вас. Случились некоторые непредвиденные обстоятельства, — уже подойдя к столу, рукой я нащупал спинку стула и, отодвинув, присел напротив собеседника.       — Что вас привело сюда утром? — подобные краткие вопросы от Эзопа уже врезаются в привычку.       — Недалеко от больницы я расследовал очередное дело. А по пути решил заскочить к вам за отчётами. Пока вы оформите бумаги, могу ли я задержаться у вас ненадолго?       — Вам ожидать не придётся, бумаги я вчера ещё подготовил, — вскоре послышался на столе шелест листов, похоже, Эзоп перебирал бумаги в стопке.       Который раз я восхищался продуктивностью патологоанатома. Ведь до сих пор он не задерживал работу и не подводил меня. Казалось, любое пришедшее ему в руки дело как по щелчку пальцев выполнялось. Может быть, на его стремление влияет перфекционизм, а может, атихифобия.       Как только шуршание сошло на нет, рукой я ощутил колкое прикосновение, впоследствии протянул руки вперёд и получил в ладони несколько бумаг. Они же спрятались внутрь сумки с моей помощью, вскоре и я повернулся обратно к собеседнику.       — Вы довольно энергичный в своём деле. Но заглянул я к вам не только за отчётом.       — Хм, у меня есть лишние несколько минут. Можете угоститься моей выпечкой, на этот раз, — были подчеркнуты последние слова паузой, то ли от досады, то ли от иронии. — Вам налить чёрный чай с двумя ложками сахара?       — Ох, ваша память превосходна. Я бы не отказался от угощений.       — Вы меня перехваливаете, но спасибо, — со скрипом стула шаги устремились в дальнюю часть комнаты, где располагалась подсобка.       Когда хозяин кабинета отошёл ненадолго, я принялся ощупывать содержимое стола со скуки. На середине располагалась тарелка с предполагаемым угощением, отдающее блаженной ноткой ванили и корицы. По сторонам покоились стопки бумаг и сетчатая чашка с различной канцелярией. Подалее к месту Эзопа рука ухватила тёплый стеклянный стакан. После лёгкого ощупывания формы предмета пришло ко мне осознание – это мензурка, наполненная половиной кофе вместе с трубочкой. Неужели Эзоп использует мерную склянку в качестве кружки?       Я не сдержал смешок, но стакан оставил в покое, как только послышались приближающиеся шаги. После с произвольным стуком предполагаемая чашка чая оказалась на столе около меня, а Эзоп с тем же скрипом уселся на своё место. Последующее молчание сопровождалось нечастыми хлюпаньями. Я решился, наконец, попробовать угощение, которым оказалось нежное овсяное печенье. О вкусе и молчать стало невыносимо.       — Это печенье вы саморучно приготовили? Просто тает во рту!       — Да, это я приготовил. Нынче выпечка в заведениях некачественная и денег своих не стоит.       — Действительно, но одно мне ясно наверняка: именно по вкусу можно узнать, сколько труда было вложено в изделие.       — Вы многое подмечаете, несмотря на отсутствие вашего зрения. Интересно, как вы преступления раскрываете, если даже не можете узнать преступника в лицо?       — Как бы странно это ни выглядело, но я не один борюсь за справедливость. Мне помогают коллеги по большей части выявлять нарушителей закона. Возможно, вам трудно понять мои слова, так как вы не особо контактируете со своими сотрудниками.       После моих слов Эзоп явно выдержал небольшую паузу, видимо, чтобы переварить всё сказанное. А уже с лёгким вздохом он начал:       — В этом кроется простая причина – сотрудники чаще всего пренебрегают своими обязанностями.       — Пренебрегают? Как именно? — я заинтересованно вслушался, пока отпивал из чашки бодрящий чай.       — А именно, что не выполняют свои задачи в срок, отлынивают от работы и пускают все дела на самотёк, — взъелся Эзоп, выказывая в каждом слове по дольке недовольства. — Такое ощущение, будто это у них отклонение, а не!... Забудьте…       — Похоже, вы многого натерпелись за столько лет работы здесь.       — Да, по крайней мере, я стараюсь держаться за здоровье, в отличие от вас.       — За сегодня вы уже второй человек, кто подмечает данный момент. Не беспокойтесь, я беру изредка перерывы между делами.       — Я не думаю, что это можно назвать перерывом, скорее перекуром. Дым от вашей сигареты летел прямо в мой кабинет, — вновь частичка возмущения в голосе Эзопа промелькнула.       — Правда?.. — неловкость взяла верх, отчего рука поневоле потянулась к затылку.       — Правда, мистер Илай. Попрошу вас впредь следить за собой и не курить на территории больницы.       — Прошу прощения, больше такого не повторится… — улыбка сама натянулась на лице, из-за чего, по-видимому, со стороны я стал выглядеть ещё глупее в данной ситуации.       И вновь я начинаю прояснять в голове, который раз уже пытаюсь бросить курить. Может ли это являться пустой тратой времени, а может, было приложено мной недостаточно усилий. Продолжительное молчание настигло кабинет, так как не находилось новой темы для разговора. Тогда сам Эзоп внезапно решил продлить диалог:       — Что насчёт вашего дела? Вы сказали, что зашли ко мне не только за отчётами.       — Да, точно… Одна весть о неком каннибале взбудоражила мой интерес. Поэтому я хотел спросить: вы что-нибудь знаете об этом?       — Слышал, но не вдавался в подробности. Работники слишком преувеличивают факты.       — Значит, вы и глазами своими заставали трупы после махинаций вредителя?       — Было дело, вчерашним утром во время проверки отчёта я ещё раз осмотрел тело, чтобы не упустить деталей. Но в итоге обнаружил новые увечья, из-за чего пришлось переписывать показания, — послышался усталый протяжённый вздох.       — Я могу взглянуть на того усопшего?       — Как вам угодно, но я могу выделить времени вам не так много.       — Прекрасно, ваш профессиональный взгляд очень будет кстати, — постарался я приободрить Эзопа лёгкой улыбкой, но лишь получил безмолвие. Похоже, Эзопа постигло смущение, не найдя ответа на мои слова.       С окончанием чаепития мы отправились прямиком в зал, где и находился интересующий меня труп. На удивление, от кабинета Эзопа и до зала мы прошли лишь пять шагов от силы. А сама комната, где мы очутились, таила в себе приятные воспоминания о нашей первой встрече. Но ностальгировать долго не пришлось, Эзоп прикатил на середину зала каталку и принялся снимать полотно. Я же решил начать «осмотр» тела, пользуясь глазами Эзопа.       — Какую часть трупа вырезали на этот раз? — понадобилось лишь лёгкое прикосновение, чтобы прояснить, насколько холодны прутья лежанки.       — Левую боковину, эта часть у человека довольно мясистая.       — Что вы скажете по поводу надреза? Достаточно ли он аккуратен?       — Хм, я предполагаю, здесь особо не старались над аккуратностью. Скорее всего, работник спешил, поэтому взял первый попавшийся инструмент – скальпель.       — Как вы думаете, кто именно мог бы провернуть подобное деяние? Может, работник с годовалым стажем или, может, стажёр?       — Навряд ли, слишком профессионально для стажёра, скорее это полноценный работник, но с небольшим стажем.       — Интересно замечание. Имеются ли ещё какие-нибудь изменения на теле помимо отсутствия куска мяса?       Вновь настигшее молчание сулило о детальном рассмотрении тела, лишь прикосновения перчаток по коже были едва уловимы. Вскоре послышался лёгкий вздох со стороны Эзопа, а после и долгожданные итоги осмотра:       — Нет, больше мне нечего сказать, — лёгкий шелковистый шелест закидывания полотна постепенно осел на усопшем. — Время вышло, мне пора работать.       — Хорошо, значит, на этом пока мы остановимся с расследованием. Спасибо большое за сотрудничество, ваши наблюдения очень помогли, — вновь улыбкой я показал свою благодарность.       — Я ничего не сделал, — шаги постепенно отходили в другой конец комнаты.       — Ну как же, вы помогли мне ещё на шаг продвинуться к решению загадки, — зал заполонили скрежеты снятия и натягивания перчаток. — Правда, улики довольно скудные и ведут лишь к одному варианту…       Я задержал паузу, параллельно прислушиваясь к настигшей тиши. Похоже, Эзоп закончил менять средства защиты, и приближающийся топот устремился в мою сторону.       — Какому? — капля заинтересованности выскочила в кратком вопросе патологоанатома.       — Судя по имеющимся фактам, предполагаемый людоед довольно неплохо орудует инструментами, проворачивая свои деяния в основном ночью. Хоть и репутация его не особо высокая, зато он может похвастаться скрытностью. И, самое интересное, я заметил, что именно ваш кабинет расположен достаточно близко к этому залу. Не правда ли удобно получается?       — К чему вы клоните? — некогда спокойный тон понизился от прилива недовольства. Эзоп явно улавливает ход моих мыслей, но продолжает словами заходить из стороны. Параллельно издавались скрипы колёсиков, ведущие вглубь комнаты.       — Я веду к тому, что все улики складываются в одной точке. Каннибалом являетесь именно вы, Эзоп Карл.       Каталка внезапно прогремела перед тем, как остановиться, видимо, из-за неаккуратности её ведущего. Следом напряжённая тишина охватила пространство, отчего ощутились на лбу капельки пота.       — У вас нет прямых доказательств заявлять о том, что именно я каннибал, — шаги устремились ко мне и остановились на приличном расстоянии. Эзоп явно завёлся, судя по интонации. — Если вы найдёте, например, кусок мяса в моём кабинете, то заявление ваше станет более обоснованным.       Ситуация, ожидаемо, всё сильнее накалялась, даже дверь от резкого порыва сквозняка хлопнула. Подумалось бы, что это сквозняк, если бы не поспешно уходящие за дверью шаги. Я лишь усмехнулся и ответил на протест подозреваемого:       — В любом случае, я постараюсь докопаться до истины, это мой долг. Вы ведь доверяете моим словам?       — …Нет, как человеку я не доверяю вам. А как детективу… Это ваша работа, постарайтесь вычислить настоящего преступника, — капля сомнения присутствовала в его голосе.       Вот, где и кроется самая настоящая проблема у Эзопа – полное недоверие. Поэтому мало с кем он контактирует, если не по делу. Хотя не исключён тот факт, что я мог вызвать именно к себе неверие Эзопа из-за высказанного факта прямо в лоб. Но какой бы вариант ни был, подозреваемый – есть подозреваемый.       Расследование обещает быть интересным, а пока на сегодня я решил закончить с поиском информации и вернуться в полицейский участок.