Это сердце дало очередную трещину

      Минхо касается его, но ничего не чувствует. Кожа под руками мягкая, нежная, но это не вызывает покалывание на кончиках пальцев. Сердце бьётся чаще, но это рефлекс. Это реакция тела Минхо на что-то красивое, грациозное.       Хёнджин великолепен. Его бы на выставку, ведь такое великолепие лепил сам Бог. Изяществом пропитан каждый изгиб его тела, каждое движение, каждое касание.       Он даже стонет изумительно. Его голос ласкает слух и мёдом разливается по барабанным перепонкам.       Идеальный.       Минхо целует его аккуратно, словно боясь повредить идеальное творение, и трогает так, будто перед ним икона — касаясь и не касаясь одновременно — лишь прикладывая ладонь, но держа на расстоянии.       Минхо всегда к нему так относился — с осторожностью. Они знакомы со старшей школы и делят быт уже с десяток лет. Недавно была годовщина. Сначала ему казалось, что Хёнджин притворяется. Нельзя же быть столь невероятным, неземным.       Можно.       Хёнджин не притворяется. Он правда такой. Утончённый. Идеальность прослеживается в каждом взмахе его ресниц. Повсюду. С ним всё идеально.       Минхо ласково целует его в шею, подавляя желание впиться в неё клыками, и виляет бёдрами, толкаясь медленно и аккуратно, что всё равно заставляет Хвана запрокинуть голову назад и заскулить.       Минхо честно думал, что это лишь флирт, когда подкатывал к Хёнджину на выпускном. Кто бы дал отбитому придурку школы? Каково было удивление, стоило услышать признание в самый ответственный момент.       Минхо струсил. Не смог сказать, чего ради все было. Предложил встречаться. Он считал, что Хёнджин сломается вместе со своей идеальностью. Считал, что всё треснет по швам спустя неделю отношений и он найдёт причину, чтобы бросить Хвана. Только вот нет причин. Никогда не было. Ни до, ни после.       Он правда идеальный.       Красивый, умный, интересный. Минхо думал разойтись на почве разных вкусов, но Хёнджин стал ходить с ним на бокс и смотреть аниме по вечерам. Слов возмущения не проронил ни разу, хотя было очевидно, что ему не нравится.       Хёнджин вообще никогда не возмущался. Сколько Минхо его знает, тот слова против не сказал, какие бы сумасшедшие вещи не предлагались. Такой всегда хороший и чуткий. С ним даже ссориться не из-за чего.       И не то чтобы Минхо скучно, хотя...       Он, если честно, ощущает себя последней сукой. Давно. Все десять лет.       Нет, Минхо не делает ничего плохого и судимого. Он давно понял, что Хёнджину нужно соответствовать. Да, это не просто, но он делает. Из гуманных соображений? Нет. По совести. Он никогда и не думал, что та у него есть. Однако...       Минхо хочет действовать грубее, резче, не заботясь, но смотрит с отчаянием в затуманенные глаза Хёнджина и делает так, как надо.       Хёнджин, кстати, никогда не заставлял. Даже не просил. Минхо сам делает. И чашку за собой моет сразу и целует только нежно, потому что так надо.       Минхо честно старается любить его. Как можно не любить Хёнджина? Наверное, всё-таки можно, если Минхо не любит. Никогда не любил.       Как бы Хван ни хотел, ни старался, ни отдавал всего себя, Минхо просто его не любит.       Давно понял. На первом курсе института. Буквально спустя пару месяцев с начала их отношений.       Минхо чувствует свою вину, хотя его ли она? Он лишь подружился с одногруппником. Как-то резко, неожиданно. В самый первый день. Просто заговорил ни о чём на курилке.       И всё.       Минхо просто было хорошо.       Джисон простой. Не идеальный ни разу. Он глупо смеётся, шутит невпопад, ума у него, как у ракушки, а ещё щёки огромные и ноги косолапые. Только вот Минхо нравится всё это. Нравится смеяться с очередной дурости, сказанной Джисоном, нравится его юмор, нравится его глупость. В этом его очарование. И щёки его... Минхо бы душу продал, коснуться бы их однажды.       Только вот душа его и гроша не стоит. У него был шанс. Не раз. Как много они пили, как много говорили друг другу, но Минхо, даже будучи в хламину, так и не решился. Не потому что Джисон был против, а потому что Хёнджин ждал дома. Один. Смотрел свои любимые глупые видео с низкосортным юмором и ждал.       Минхо не позволил себе. Не смог.       И сейчас, нежно касаясь Хёнджина, будто он хрустальный, очень жалеет. Не о том, что не получилось, а о том, что сам когда-то подошёл.       Это как-то слишком...       Минхо стыдно, что он представляет на месте спокойного великолепного Хвана такого взбалмошного кипишного Джисона. Представляет, как касался бы его мягких щёк, как смеялся бы с ним с дебильных шуток, целуя в живот, как Джисон широко бы улыбался, намереваясь захватить власть. Он такой. Он стал бы.       Минхо представляет того, кого представлять не должен. Это ломает изнутри, разбивает на куски и измельчает в крошку. Это больно.       Так неправильно...       Минхо доводит Хёнджина до точки наслаждения, толкаясь быстрее и лаская чужой член ладонью, пока язык выводит узоры на тонкой шее, и сбегает в душ, захватив телефон, пока Хван не понял, что сам он не кончил.       Минхо выкидывает использованный презерватив в урну и залезает в ванную, но не включает воду. Просто сидит и рассматривает кафельную стенку. Он чувствует, как горячие слёзы катятся по щекам, но нет никаких сил остановить этот поток. Гаджет, зажатый в руке, вибрирует, привлекая внимание.       «У меня есть пиво и желание зарубиться в приставку. Придёшь?» — пишет Джисон.       Минхо всхлипывает, смахивая сообщение, но не успевает заблокировать экран. Следом приходит следующее.       «Знаю, что ты не приходишь по вечерам. Но вдруг, да? Надежда умирает последней. Я буду ждать».       Минхо с силой бросает телефон в стену, заставляя стекло треснуть ровно так же, как и его сердце, и прижимает колени к груди, пряча голову.       — Хо-я, всё в порядке? — стук в дверь заставляет желудок сжаться в комок, а ласковый голос Хёнджина — закусить от боли губу.       — Я скоро, — кричит Ли в ответ.

💔💔💔

      Выплакав все возможные слёзы и умывшись, Минхо выползает из ванной, чтобы лечь в одну постель с Хёнджином.       — Что за звук был? — уточняет он.       — М? — не понимает Ли, укладываясь в кровати удобнее.       — Будто что-то разбилось, — объясняет Хёнджин.       «Это сердце моё дало очередную трещину», — хочет ответить Минхо, тем не менее прикусывает язык.       — Телефон выскользнул. Всё нормально. Завтра в ремонт сдам.       — Снова? — удивляется Хван.       — Представляешь?       — М, хорошо, — кивает Хёнджин и тянется за поцелуем, тут же получая ответ. — Так что, «Благословение небожителей» или «Киллер с ножницами»?       — Киллер.       Минхо не хочет ничего смотреть. Он и не смотрит. Просто нужно что-то выбрать. Так надо. А после почти сразу засыпает.       Засыпает, чтобы вернуться в свой день сурка и прожить его сначала: Завтрак, работа, шутки с Джисоном, милые перепалки, тёплые разговоры, дом, рутина, идеальный Хёнджин, касания, истерика, аниме, сон.       Минхо так живёт. Ему не привыкать.       Хотя привыкнуть к этому невозможно.