Лучше поздно, чем никогда

Полнолуние выпало на пятницу, прям перед субботним походом в Хогсмид. Римус не стал уговаривать друзей остаться в комнате и выспаться, перед субботой. Во-первых, он знал, что они всё равно настоят на своём. Джеймс Поттер безумно упёртый олень, а Питер вечно хвостом следует за Джеймсом. Что касается Блэка, то тут Римус убеждён, будь Сириус хоть при смерти, он всё равно не позволит Римусу провести полнолуние в одиночку. С этого вытекала вторая причина: Римус скучал по Сириусу. Он до сих пор вспоминал свой трюк с сигаретой. Вот только уже без той бравой смелости. Сделай Римус такое наедине, сорвался бы Сириус? Спустил бы себя с этого душащего их обоих поводка? Эта мысль возвращалась к нему вчера ночью с удвоенной частотой. Вероятно дело было в том, что Римус ночевал в гостиной один, и все его отложенные мысли, решили, что время пришло. Так что, когда он шёл в Визжащую хижину вместе с Помфри, он изнывал по этому чувству сплочённости, когда они бегали в запретном лесу. Римус практически ничего не помнил с полнолуния. Лишь размытые образы сидящей на олене крысы. Плеяды звёзд, и сомкнувшихся в сплошной покров ветвей деревьев, отгораживающие их от всего мира. Но самым любимым воспоминанием с полнолуния стало это чувство внутренней свободы. Он помнил большого чёрного пса, бегущего с ним на перегонки, помнил, как они дурачились в высокой, влажной траве, и безопасность рядом с ним. На следующее утро, Римус пришёл в себя, от глядящих его лицо рук. Джеймс и Питер, как всегда, ушли, оставив Сириусу мантию невидимку. Увидев его Римус почувствовал облегчение. Он безумно волновался, что Сириус уйдёт, оставив рядом с Римусом Джеймса. Римус лежал на полу, накрытый пледом, и стоило ему поморщиться как Сириус тотчас поднёс к его губам стакан воды. — Как ты? — Отставил стакан Сириус. Он выглядел обеспокоенным. Его волосы были убраны в небрежный хвост, а под глазами залегли тени, но даже так он выглядит прекраснее всех ныне живущих людей. Римус не сдержался и решил пользоваться моментом пока они одни. Он осторожно накрыл ладонь Сириуса своей. Блэк испуганно замер, но потом сжал его пальцы и поднеся к своим губам, оставил поцелуй. Были ли губы Сириуса холодными или его кожа горела после полнолуния, Римус так и не понял, послышался стук, и голос Помфри нарушил хрупкую нежность. — Милый я могу войти? — Секунду я не одет. Римус не соврал, его тело было скрыто лишь пледом. Римус подумал, что Сириус видит его голым почти каждый месяц, и впервые смутился от этой мысли. Вскоре Римус оделся, а Сириус притаился под мантией в углу хижины. Осматривая Римуса Помфри просияла. — Выглядишь отлично. Пару часов сна и порядок. — Чувствую себя так же. Римус не соврал. Он вообще не ощущал привычной усталости. Скорее он просто ещё не совсем пришёл в себя, и был немного рассеян. — Милый, я, к сожалению, не могу проводить тебя в больничное крыло. Ночью ко мне попали некоторые студенты, и раз ты себя хорошо чувствуешь может не против остаться в комнате? Римус не верил своему счастью, но стараясь сильно его не выдавать лишь спокойно кивнул. — Да, конечно. Он подумал, что Сириус сейчас довольно улыбнулся, и двинулся за ними с Помфри. Когда Римус с Сириусом оказались в комнате, Джеймс выглядел удивленными, но быстро его радость потухла под пониманием, что кровати у Римаса так и нет. — Ты можешь лечь на мою. — Предложил Поттер. — Я всё равно собираюсь отвести Лили в Хогсмид. — Нет. — Послышался твёрдый голос Сириуса. — Моя кровать больше, и удобнее. Так что пусть ложится на мою. Римус пропустил этот спор сквозь уши, и просто лёг на кровать Сириуса. Родной запах защекотал ноздри, и Римус вздохнул глубже. — Где Хвост? — Игнорируя довольного Сириуса, Римус повернулся к Джеймсу. — Ушёл к Доркас. — Он идёт в Хогсмид вместе с Ко? — Ага. — пряча под кровать мантию невидимку, Джеймс положил на тумбочку Сириусу карту. — Пусть будет у вас. — У нас? — Да, Лунатик, я остаюсь сегодня с тобой. Расплылся в улыбке Блэк, падая на кровать рядом с Римусом. — Видите себя, хорошо, Римус не забудь выпить зелья оставленные Помфри. — В шутку пригрозил пальцем Джеймс оставляя их одних. Однако перед выходом наградил Сириуса серьёзным взглядом. — Думаю два часа сна пойдут нам на пользу. — Обозначил приоритеты Римус, залпом выпивая зелье.

***

Спустя пару часов Римус проснулся в объятиях Блэка. Судя по дыханию, тот не спал, и просто обнимал Римуса за талию. Чужая голова устроилась в изгибе его шеи, а горячее дыхание опаляло до чувственных мурашек. Римус вздрогнул стоило пальцам Сириуса столкнутся с голой кожей на торсе. — Привет. — хрипло подал голос Римус. — Привет. Почувствовав, как вздрогнул Римус, Сириус пробрался руками ему под футболку, и приняв молчание за согласие экспериментально огладил кожу. Совсем скоро Римус забыл, как дышать, тонкие, длинные пальцы Сириуса уверенно водили по его животу ленивые круги, изводяще поднимаясь то выше к груди, то опускаясь опасно низко к паху. Спустя ещё пару минут манящих ласк Римус не выдержал и развернулся в объятиях, оказавшись лицом к лицу с Блэком. В этой плотной темноте Римус видел Сириуса слишком хорошо. Возможно дело в волчьих способностях, однако создавалось впечатление, что Сириус мог видеть его не хуже. А может дело было в том, как хорошо Римус знал каждую чёрточку на этом скульптурном лице. До того, как Римус успел понять, что ему нужно сделать, Сириус с уже знакомой преданностью в глазах решился. — Если бы я мог, я бы стал луной и исчез навсегда. — Склоняясь к уху Римуса прошептал он. — Я бы этого не хотел. — Руки Сириуса остановились, и до того, как тот подумает, что его отвергают, Римус сказал. — Предугадывая твой вопрос, помимо природных причин, есть ещё одна — Римус прикрыл глаза, на выдохе произнося самое сокровенное желание своего сердца. — Я не хочу, чтобы ты исчезал. Если бы ты был луной, моя боль была бы благословением, Сириус. Тяжело дыша Римус кончиками пальцев, провёл по острой скуле Сириуса, и тот в ответ крепче сжал свои пальцы на его талии. Резкий, судорожный вздох прозвучал в звенящей от возбуждения тишине стартовым выстрелом. Их губы встретились с необъяснимым напором. Словно это была решающая битва. Сминая и кусая, они не собирались останавливаться, лишь наращивали темп, углубляя наполненный безумием поцелуй. Римус ощущал как во рту горчит гордость. Это удушающее чувство упертости и самодостаточности пропитало их обоих, и с каждым новым движением губ растворялась под напором желания, и тоски друг по другу. Сириус очень скоро навис над ним, впечатывая в матрас. Он языком провёл по нижней губе Римуса, и видимо тоже отдался этому помешательству. Его ладони по-свойски сжимали тело Римуса. Гладя и впиваясь, они лишали здравого смысла и рассудка. Попытки держаться друг от друга подальше, с треском разлетелись на мелкие кусочки, склеить которые не получилось бы даже у искусного мастера китайского фарфора. Дороги назад не было. Да и была ли она раньше? Возведённая Сириусом стена рухнула, и все ограничения показались до жути смехотворными. Даже если они прикуют себя по рукам и ногам, желать друг друга они не перестанут. Было лишь делом времени, когда эта жестокая игра в дистанцию будет проиграна, и Римус никогда так ещё не радовался проигрышу Блэка. Когда тело задёргалось под каскадом настойчивых ласк, а в голове не осталось мыслей Римус жадно стал целовать такую желанную шею. Каждое прикосновение к чужой коже отдалось фантомным ощущением на своей собственной, и это не укладывалось в рамки сознания. В этот момент пропало всё, кроме родных рук и губ, к которым Римус тянулся как мотылёк к огню. Он уже давно понял, Сириус для него и правда луна. Он заставляет Римуса терять рассудок. — Когда ты курил в кабинете — Задыхаясь сглотнул Блэк. — Я был готов послать все к чёрту прям там. — Я знаю. — Выгнулся Римус, когда Сириус сжал его ягодицы. Сердце заходило в нервной агонии. Римус ощущал как Сириус заражается его лихорадкой. Как нагревается обычно холодная кожа под его руками, а дыхание сбивается все больше. Ощущение грубых, но таких необходимых прикосновений оседали на коже Римуса ожогами. Они были везде, на шее, и на лице, под футболкой и на бёдрах. Сжимали и гладили, не желая останавливать эту пытку хоть на секунду. Когда Римус проник языком в рот Сириуса, тот прижался ближе, изнывая от желания. Они слишком истосковались, слишком долго бежали друг от друга, и когда одежда стала отлетать в сторону, торопливые стоны смешались с неловкими, жадными поцелуями. Римус проложил влажную дорожку поцелуев до ключицы Сириуса, и воспользовавшись моментом оказался на бёдрах Блэка. Он ощущал их обоюдное желание, и чуть качнувшись вперёд заставил Сириуса глухо застонать, опрокидывая голову. Какими бы глубокими, и долгими не были их поцелуи, охватившая их жажда только набирала обороты, заставляя кровь кипеть. Римус ощущал себя так, словно в голове взорвался фейерверк, находясь в полусознательном состоянии он позволил Блэку вновь захватить контроль. Стоило пальцам Сириуса сомкнуться вокруг возбуждённой плоти, Римус поджал онемевшие от наслаждения пальцы на ногах. Рука стала пытливо медленно двигаться, доводя Римуса до исступления. Подавшись бёдрами навстречу Римус прикусил кожу на плече Сириуса требуя ускорить темп. Тот тихо охнул, и в ответ замедлил движения ещё больше, сделав их почти не ощущаемыми, но такими нужными. Вскоре сам изнывая от жгучего желания, Сириус сжал их члены вместе, и ускорил темп. Довольный стон в ответ, послышался для Сириуса музыкой, и он пожалел, что так долго не давал выхода своим чувствам. Римус лежащий под ним, вздрогнул и, покрепче ухватился за плечо Сириуса. Уголки его глаза покраснели, а взгляд расфокусировался. Губы чуть приоткрывались в такт движений Сириуса. Совсем скоро участившиеся стоны слились со стонами самого Блэка, и это подвело их к краю. Выгнувшись Римус первый, получил такую долгожданную разрядку, а вслед за ним, задергалось изящное тело Сириуса. Упав на грудь Римуса, Сириус прошёлся языком вдоль шрамов, и прикрыл глаза. — Я рад, что успел. — Признался Сириус. Римус всё ещё задыхаясь от удовольствия, посмотрел на расслабленного Сириуса. — Успел? — Да, рад что успел не стать твоим не надо.