Тайны, которые хранит служебное авто

- Ты вводишь меня в такой транс, Юнги, что я даже думать не могу... - Жалуется Чон. - Пожалуйста, хен, не заставляй меня умолять об этом. Я никогда так отчаянно не нуждался в тебе... Хоби сидит на коленях у Юнги, который скрестил руки на груди и смотрит на него так сурово, что ему даже совестно за свое желание. Он не понимает, почему должен чувствовать себя прошкодившим котенком, уговаривая Шугу с ним переспать. Как будто ему одному это надо. Они встречаются уже некоторое время и это не первый их раз, и на самом деле руки Мина дрожат. Желание прикоснуться к Хоби, попробовать его на вкус, почувствовать кожу, обладать им целиком прямо сейчас невыносимо. Но сегодня Чон ведет себя слишком неосмотрительно, и Юнги не может простить ему это. *** Хосок никогда не был скупым на эмоции, однако и самоконтроль у него железный. Когда ты под камерами, контролировать нужно даже мысли, потому что часто они отражаются в глазах или легкой улыбке, и Чон об этом знает. Но сегодня совершает оплошность за оплошностью, которые обойдутся компании в десятки тысяч вон, когда придется выкупать видеозаписи у пользователей. Каждый раз во время концерта его поглощают эмоции, но сейчас их причина не арми и не его любовь к сцене. Юнги. Юнги, от которого у него ноги подкашиваются, сегодня посылает такую мужскую энергию в зал, что заставляет Хоби смотреть на него слишком голодным взглядом, о котором ему, вероятно, придется потом пожалеть. Но, как бы он ни старался, в данный момент никто и ничто не имеет такого сильного значения для него как его хен, в очередной раз отчитывающий свою жгучую партию и ухмыляющийся слишком дерзко. Тело Мина сейчас тоже очень горячее от бешеных танцев. И он всегда хочет, чтобы Чон был рядом с ним, но сегодня, замечая его взгляды, специально не смотрит в ответ. Потому что, если он продолжит думать о том, чтобы прикоснуться к нему, он знает, что в конечном итоге может что-то сделать, что-то на публике. Вот почему он просто кивает и улыбается зрителям вплоть до того, как покидает сцену, и перед ним открывается дверца машины. Однако Хосок совершает очередную неосмотрительность, сев с ним в одно авто. Как только они отъезжают на десять метров, его пальцы осторожно поглаживают бедро старшего. - Я бы хотел, чтобы у меня было все с тобой, Юнги... Не только наедине, но и всякий раз, когда я рядом с тобой. Быть твоим и только твоим, где бы мы ни были... - Его голос горячий, тяжелый. Его желание громкое и ясное. Он хочет его, хочет большего, хочет всего. - Я бы хотел, чтобы нам не приходилось прятать это... Шуга бросает взгляд на водителя и жестом просит его опустить ширму. Тот слушается. - Ты знаешь, как мое тело жаждет тебя? - Чон придвигается ближе. Его бедра касаются бедер Мина, он тяжело дышит, его голос почти срывается. - Как болит мое тело, как моя кожа молит о тебе? Ты нужен мне, Юнги... Из-за тебя мне трудно дышать... Ты нужен мне, ты нужен мне прямо сейчас. Мину трудно держать себя в руках. Голос Хо такой сладкий, и он звучит так сексуально. - Да... Прямо сейчас... Пожалуйста. - Пальцы Хосока продолжают поглаживания. - Сделай это, хен. Я так близко, твой голос, твое лицо - это слишком для меня. Ты мне нужен. Мне это так нужно. С глубоким вздохом Шуга пытается собрать всю свою энергию. Но рот Хоби так близко, что делает это почти невозможным... Хосок - самая горячая штучка на свете, и Шуга хочет его. Он хочет его всегда, но, когда он ведет себя так, сдерживать себя очень трудно. - Прикоснись ко мне, Юнги. Пожалуйста... Мин слышит этот отчаянный шепот, и его сердце бьется так быстро, что мешает думать. Голос Чона такой нежный, и его отчаяние делает его еще горячее. - Позволь мне любить тебя... - Хосок придвигаются к нему ближе, а затем пробегается пальцами по груди, цепляясь за его рубашку. Непозволительный жест. Вопиющее нарушение личного пространства, за котрое Шуга любого бы положил на лопатки. Но не Хосока. Его хочется укладывать совершенно по-другому. - Ты убиваешь меня. - Вздыхает Мин. - Хен... Как я должен остановиться, если я хочу тебя все больше? Не вини меня, я не могу думать, когда ты так ведешь себя на сцене... Пожалуйста, покажи мне, как сильно ты меня любишь... Юнги нужно что-то сказать ему, пока Хосок не юркнул вниз и не развел его колени. Не то чтобы Юнги был в принципе против этого, но он бы предпочел быть для этого наедине. - Хорошо. - Его голос хриплый. - Но, пожалуйста, пообещай мне одну вещь... - О чем она? - Хосок чуть прикрывает глаза, продолжая смотреть на старшего. Он учащенно дышит. - Пожалуйста... Не дразни меня прямо сейчас. Я думаю, что могу сойти с ума. - Мин старается сохранять спокойствие. - Мне нужно написать ребятам, что мы задержимся... Он теряется в своих словах, он не может поверить, сколько чувств младший все время заставляет его испытывать. Хосок смеется, но ему все еще тяжело. - Дразнить тебя? Нет такой вещи, как поддразнивание, когда дело доходит до любви к тебе, хен... Слегка потянув его за рубашку, пытаясь добиться реакции, он запускает пальцы в его волосы. - Только одно. Пожалуйста... Держи свои пальцы в моих волосах... Не двигай ими. Он напряжен. Он изо всех сил старается игнорировать свое желание, потому что он испытывал его так долго. Он игнорировал эту жажду многие годы, но теперь, когда они с Хоби вместе, и он имеет на него право, это невероятно трудно. Чон снова смеется. - Хорошо, Юнги. Мои пальцы остаются именно здесь. И я собираюсь просто лечь на спину и ничего не делать. Его тело дрожит, он уже невероятно слаб от низкого голоса старшего, но он собирается поступить так, как он велит. Пока он говорит, Шуга представляет тело Хосока, как прикасается к нему, прижимает его к себе. Красота Хоби сводит его с ума. Последний все еще посмеивается. Его тело подрагивает от того, как сильно он чувствует, что Мин хочет его. Его голос как обычно достаточно громкий. - Я могу быть с тобой всегда и где угодно, Юнги. Для меня нет места безопаснее, чем твои объятия, и у меня нет никого, с кем я хотел бы быть больше. Лежа на своем месте, он трется одной ногой о его, его пальцы все еще в его волосах. Он кусает губу, улыбаясь. Ему нравится это. Ему нравится все с Мином. То, как Чон трется об него своими ногами, сводит Юнги с ума. Он сходит с ума от желания ласкать его, прикасаться к нему, чувствовать его. Тот факт, что он рано или поздно почувствует губы и руки Шуги, заставляет младшего чувствовать волнение. - И я весь твой, можешь взять меня... Я твой, только твой, и прямо сейчас я так жажду твоей любви и внимания. - Он трется о его ногу заметнее. - Я не могу дождаться, когда почувствую все... Я хочу большего, Ю, мне нужно больше. Шуга закрывает глаза. Отчаяние Хоби сводит его с ума. Ему нравится, как он двигается, звук его дыхания... Каждая его частичка подобна кусочку головоломки, которую Мин всегда хотел собрать воедино. И теперь он может сделать это. И все это во много раз лучше, чем он когда-либо мог себе представить. *** И вот они на парковке, в авто компании, кое-как дотерпевшие, но Юнги недоволен. Как всегда. Ему жалко стафф, который просматривает все эти записи с камер. Он отпускает водителя и откладывает телефон. И Хоби чувствует себя богом, чем-то таким. Сидя на его коленях и улыбаясь, он наклоняется к его уху: - Может быть, мне нравится смотреть, как ты вот так дрожишь... Ты выглядишь таким милым, когда в отчаянии, и я чувствую, что контролирую тебя. Как будто я заставляю тебя хотеть меня еще больше. Не знаю... Есть ли у меня такая власть над тобой? Шуга учащенно дышит. Его голова запрокинута на сидение, и он приоткрывает глаза, чтобы посмотреть на него. - Тебе нравится видеть меня таким? Тебе нравится дразнить меня? Нравится контролировать? Нравится сводить с ума? Чон продолжает посмеиваться, прикусывая губу, желая увидеть его реакцию. Но он сам учащенно дышит, аккуратно двигаясь на Юнги. - Нравится ли мне это? Стал бы я тебе это говорить, если бы это было неправдой? Да, это то, чего я хочу прямо сейчас - свести тебя с ума из-за меня. Да, я хочу, чтобы ты нуждался во мне. Нуждался в каждой частичке меня. Я хочу, чтобы ты был отчаянным... Прямо сейчас... Мин делает глубокие вдохи. Он никогда не чувствовал себя таким слабым перед кем-либо. Он хочет быть осторожным. Он доверяет стаффу, но предпочитает лишний раз не давать повода чем-то воспользоваться. Поэтому он надеялся, что ему удастся убедить Хосока добраться до комнаты. Но Хоби смеется, трется об него, кусает за плечо, щекочет своими волосами, облизывая ухо. - Заставь меня почувствовать себя любимым. Заставь меня почувствовать себя желанным. Почувствовать себя так, словно я принадлежу тебе... Я буду принадлежать тебе... Моя душа... Мое сердце... Мое тело... Это все твое, Юнги. Отдай мне свою нужду, и ты получишь все это. Чем больше Хосок говорит и прикасается к нему, тем больше Юнги хочет его. Чоновы губы на его плече, его тело, двигающееся поверх его, его шепот сводят Мина с ума. Он снова делает глубокий вдох, пытаясь сохранить самообладание. - Ты убьешь меня такими поддразниваниями... Он все еще способен думать о камерах на парковке и о своей надежде приучить Хоби быть осторожнее. - Если бы я хотел быть нежным с тобой, я бы так и сделал, но вместо этого я хочу заставить тебя почувствовать, что ты больше не можешь этого выносить. Я хочу, чтобы тебе захотелось взять меня... Так же сильно, как я хочу тебя. - Хоби касается его груди, очерчивая на ней круги, наслаждаясь дрожью его тела. - Скажи мне, что ты хочешь. Каждое прикосновение ощущается Юнги как пуля. Он чувствует, как изящные пальцы Хо обводят его грудь, как его губы касаются его уха. Это приятно, это похоже на дом, это похоже на Хосока, но это так же сильно похоже на то, что он сходит с ума... - О Боже... Что мне теперь делать? Тяжело дыша, Чон смотрит на него. - Это то, чего я хочу. Я хочу, чтобы ты почувствовал, что потеряешь это, если не возьмешь меня прямо сейчас. - Он проводит пальцами по его прессу. - Люби меня, контролируй меня, я умоляю тебя... Это именно то, чего я хочу. Удовлетвори свою потребность... Свою похоть... Свой голод... Свою жажду меня... Я хочу видеть, что ты хочешь меня, как мужчина хочет женщину... Эти слова подобны яду для минова тела. Голос Хоби - его слабость. Все, что он делает, сводит Шугу с ума, но когда он демонстрирует, что нуждается в старшем... - Я теряю самообладание... Его глаза закрыты. Он аккуратно обнимает Хосока за талию. Чон водит руками по его телу, прикасается к нему, тяжело дыша. - Тогда возьми меня. Я знаю, ты хочешь... Я весь дрожу. - Хосок целует его в шею. - Возьми меня. Покажи мне свой голод. - Мне нравится, как ты звучишь... - Юнги осторожно поглаживает его бедро. - Мне нравится, что ты чувствуешь... Я люблю в тебе все. - Не сдерживайся... Я твой. Только твой. И единственное, что я хочу делать - быть твоим. Возьми меня. Прямо здесь. Возьми меня так, чтобы у меня не было никаких других мыслей, никаких других чувств, никаких других ощущений. Прими меня таким, каким я чувствую себя рядом с тобой. Хосок лишает его рассудка, и это так хорошо. Его тяжелое дыхание, то, как он прикасается к Мину, то, что в этот момент он принадлежит ему. Похоть Хоби, его голод - это забирает юнгиеву душу. - Заставь меня почувствовать, что никто другой никогда не сможет прикоснуться ко мне, Юнги. И это служит конечной точкой. Шуга берет его за руку и прижимает его тело к дверце автомобиля, не заботясь ни о чем другом, кроме него. - Я заявляю на тебя права! - Рычит Мин. - Мое тело требует тебя: твое сердце, твой разум, твою душу. Ты принадлежишь мне! Никто тебя не тронет! Только мой! И ни у кого не хватит наглости забрать тебя у меня... Потому что ты мой, только мой! Смеясь, Хосок шепчет ему, дразня: - Я надеюсь, ты говоришь это не только для того, чтобы еще больше свести меня с ума. Но, если это так, это работает. Юнги ворчит. - Я говорю это не только для того, чтобы свести тебя с ума... Но потому что это правда. Ты принадлежишь мне, ты принадлежишь моим прикосновениям. Никто не почувствует тебя так, как я... Никто не попробует тебя так, как я... Его дыхание учащенное, сердце бешено колотится, с Хоби он потерял всякое представление о времени. В тот момент, когда он с ним, мир как будто останавливается. Для него не существует ничего, кроме Хосока. Чон для него само совершенство. Хосок кусает губы. Затем прижимает свое тело к его. Он не торопится, желая насладиться каждым моментом. - Я отдаю себя тебе, Юнги. Я принадлежу тебе телом, разумом и душой. И знать, что Хоби, его Хоби, действительно думает так... Момент, когда он сказал это первый раз, был лучшим в жизни Юнги. И прямо сейчас он не знает ничего, кроме их любви. Он хочет утонуть в этом. - Отдай это мне, Юнги. - Чон тяжело дышит. Шуга сам жаждет увидеть нужду Хоби, услышать его голос. Он хочет видеть его в удовольствии, хочет слышать, как он стонет. - Сдайся. Уступи мне. Покажи мне, каким горячим и возбуждающим я тебя делаю, и я покажу тебе, насколько сумасшедший, отчаянный и зависимый я от тебя. И Юнги, наконец, уступает. Он переворачивает Хосока под себя и нежно скользит ладонями по карамельным бедрам, заставляя его стонать. - Дай мне попробовать твое тело, дай мне почувствовать твою кожу... Прикоснуться к тебе и заставить почувствовать, что ты растворяешься во мне... Тяжело дыша, Хоби закрывает глаза и облизывает губы. - Ты сводишь меня с ума... Мин усмехается. - Свожу тебя с ума? - Он нежно касается большим пальцем рта Чона. Хоби на ощупь такой мягкий, такой теплый и сладкий... - У тебя очень чувствительное тело... - Да, ты сводишь меня с ума... От одного твоего взгляда я начинаю дрожать. Твои прикосновения делают меня слабым. Но мне это нравится. - Он специально открывает глаза, чтобы сказать последнюю строчку, чтобы Мин видел в них его честность. - Я хочу видеть, как ты трясешься от удовольствия, Хосок... - Хочу, чтобы ты был внутри меня... - Хоби выдерживает его взгляд. - Проси еще. - Мин смотрит на него, жадно поглощая каждое его движение. Его тон меняется по мере того, как он говорит. - Пожалуйста, прикоснись ко мне. Я умоляю тебя... - Мне нравится твой слабый голос... Хосок тяжело дышит. Его рот говорит то, что Юнги хочет, чтобы он сказал. - Я хочу, чтобы твой язык был у меня между ног... Внутри меня. - Скажи это еще раз. - Старший проводит пальцами вниз по его шее и груди, затем обратно к губам и подбородку. Хосок абсолютно сдается в его власть, выгибаясь в его руках. - Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, твой язык. Я хочу... - Хоби тяжело дышит. - Твой... язык. Пожалуйста, я хочу, чтобы твой язык был внутри меня. - Внутри тебя? - Юнги смотрит на Хосока голодными глазами. - М-ммм... - Глаза Хоби прикрыты. Он чувствует, как пальцы старшего гладят его бедро. - Да... да... - Хочу видеть, как твои ноги открываются для меня, Сок-а. - Приказывает Мин. Хосок смотрит в его глаза и видит отражение своей любви в них. Любовь, которую он испытывает к своему хену, отражается в его глазах, придавая Хоби уверенности двигаться так, как ему нравится. Он раздвигает колени, позволяя Юнги наблюдать за ним. Он проводит рукой у себя между ног. Мин прикусывает нижнюю губу, его сердце колотится как сумасшедшее, когда он наблюдает за Хосоком. - Я в отчаянии, Хоба... Мин обхватывает его талию своими большими ладонями, прикасается к сладкой коже и целует его. - Я... я хочу боготворить тебя, детка... Твое тело божественно. Я собираюсь трогать, целовать, ласкать и облизывать каждый дюйм твоего совершенного тела... Хосок тяжело дышит от желания, его пальцы впиваются в плечи Юнги. - О боже... Я умоляю тебя... - Хосок... Что ты хочешь... Что тебе нужно?.. Я хочу дать тебе все... Дыхание Юнги тяжелое. Он гладит его между ног. Хоби раздвигает их шире. - Ты мой... Ты был моим с того самого момента, как я впервые увидел тебя... Я хочу тебя сейчас... Чон теряет самообладание. Он громко вскрикивает. Его лицо раскраснелось, руки крепко сжимают кресло, губы слегка приоткрыты. Дурацкое авто. Приспичило же Хосоку прямо здесь... Юнги опускается на корточки, проклиная все на свете, потому что у него завтра будет болеть все. Но он не может не сделать это... Хосок скулит так жалобно, что у него нет сил. - Мне нужно быть внутри тебя... Он сдирает с Чона его дурацкие штаны, обхватывает его стройные ноги под коленями и закидывает их себе на плечи. И жадно прижимается ртом к паху Хосока. Мин принимает его полностью. Хоби дрожит, его грудь дико вздымается. Его тело бьется в конвульсиях, зубы впиваются в губу, глаза закрыты, спина выгибается, ногти впиваются в дорогую обивку. Юнги стонет от удовольствия. Облизывает его с ухмылкой на губах. Хосок задыхается. - О боже, Юнги... О, боже... Младший хрипит, когда он внезапно отстраняется. - Что? - Прерывистое дыхание. - Пожалуйста... Не останавливайся... Мин усмехается, поднимаясь обратно. - Я еще не закончил, принцесса. - Его голос хриплый. У Хоби перехватывает дыхание, губы приоткрываются, тело дрожит. Юнги посылает по его коже ток, когда достаточно долго гладит его и растягивает своими чудесными пальцами. - Пожалуйста... - Просит Чон в полубреду. Он стонет, его тело содрогается. Он прижимается к Мину, хватает за волосы. Ему нужно ближе, глубже. Хоби чувствует себя в безопасности, когда Юнги с ним, когда он обнимает его и прижимает к своей груди, шепча много любящих и нежных слов. И Мин слушается. Он тоже не в силах больше ждать. Он входит дико медленно. Хосока разрывает от желания. - Боже... - Юнги произносит это почти неслышно, оказываясь внутри. Тело Хоби дрожит. Его бедра подаются вперед в ответ на движения Шуги. Его ресницы, дрожа, закрываются, когда он целует его в шею. Он просит дрожащим голосом: - Заставь меня умолять... Заставь стонать твое имя... Мне хорошо с тобой, Юнги... А тебе? Знаю ли я, как доставить удовольствие тебе? - Holy, my baby... Дразни меня... Соблазняй меня, как ты всегда это делаешь... Ты идеально знаешь, как доставить мне удовольствие, потому что это ты. Я до краев наполнен тобой... Хосок в ответ стонет. - Мне нравится, когда ты издаешь такие звуки... Чон хрипит, глубоко чувствуя Юнги. - Я близко... - Пожалуйста... - Шуга смотрит на него. - Я хочу услышать это снова... У тебя такой приятный голос... - Я... - Изящные руки Хоби так правильно смотрятся на его широких плечах. Чон тяжело дышит, не в силах открыть глаза. - У тебя такой приятный голос, когда ты стонешь подо мной... Это то, о чем он мечтал - целовать Хосока вот так. Он оставляет поцелуи на губах, шее, плечах и вниз по шее, пуская мурашки по коже. Это все, о чем он просил, и все, чего он когда-либо хотел. - Я не могу дышать, Юнги... - Отзывается Чон. Я всегда был твоим... Я был создан, чтобы быть твоим... - Мои губы, мое тело, мое сердце - все это твое... Так что, пожалуйста, возьми их, Юнги. Я теряю контроль. Я теряю себя. Возьми меня, Юнги... Возьми меня сейчас. Мин снова целует его в шею, покусывая. Он похож на голодного волка, его тело горячее и тяжелое. Его поцелуи страстные и глубокие. Голос Хоби - единственное, что он слышит. Чон запускает пальцы в его волосы, притягивает ближе. Кожа соприкасается с кожей. - Я хочу тебя, Юнги... Каждый дюйм меня хочет тебя. Сейчас ничто не имеет значения, кроме них, ничто другое не важно для него - только Юнги. Хосок стонет, целиком отдаваясь его темному и чувственному поцелую. Мин такой большой, такой сильный... Его укусы в шею сводят Хоби с ума. Его бледная тонкая кожа скрывает такую мощь и силу, которую Чон не в силах игнорировать... - Еще... - Шепчет он, отчаянно нуждаясь в хене целиком. - Проси еще. Хосок задыхается. - Еще. Пожалуйста, Юнги... Пожалуйста... Шуга поглаживает его бедро, заставляя издавать более громкий стон. - Стони еще. И Хосок стонет. Его тело дрожит, руки отчаянно тянуться к рукам старшего. Его прикосновения сводят Чона с ума. - Боже... Юнги... Дыхание Мина тяжелое. Он не удерживается и облизывает сахарные ключицы Хоби. Его кожа посылает фейерверки по миновым нервам. Чон хочет, чтобы Шуга прикасался к нему, хочет таять, растворяться в его присутствии, в его прикосновениях. Потребность в нем берет верх, все в нем тянется к старшему. Его бедра приподнимаются, тело молит о контакте. Юнги полностью захвачен моментом, губами Хосока и ощущением тепла и счастья этого момента. Эта связь не похожа ни на что, что он когда-либо чувствовал, такая реальная, чистая и сильная. Он не просто целует кого-то, он вкладывает свою любовь в этот поцелуй. Хосок тает от прикосновения рук Юнги к своему телу. Его глаза закрыты, и все, о чем он может думать - это быть здесь, с Юнги, чувствовать его губы, его сильные руки, его сладкое дыхание и чувство связи между ними. Каждое его прикосновение ощущается потрясающе, кожа младшего словно горит от каждого поцелуя, от каждого прикосновения. Он едва может дышать, его сердце бьется так быстро, что он чувствует себя ребенком в кондитерской, и все в мире кажется правильным именно в этот момент. Он полностью отдает себя и свое тело Юнги и их любви. - Ты мой... Он откидывает голову назад, предоставляя Мину полный доступ к своей шее, плечам, ключицам и груди. И у него перехватывает дыхание, когда он чувствует его прикосновение. Шуга улыбается ему. Ощущение обладания Хоби во всех отношениях, ощущение его прикосновения к своему телу, к своей коже - это слишком прекрасно. - И ты мой, на веки вечные... - Это всегда о нас, это всегда будет о нас... Губы Юнги перемещаются к шее младшего, а руки опускаются ниже, пока не достигают его ягодиц. Поцелуи медленные и нежные, и, кажется, они затрагивают душу Хосока. Он не может говорить. Ему просто нужен Юнги. Он хочет Юнги... везде. Мин целует его шею снова и снова. Его пальцы и губы не спеша касаются Хоби. - Да... Голос Юнги низкий и почти дикий, его тело дрожит от этого сильного ощущения похоти и контроля. Он крепче сжимает тело младшего, притягивая его ближе, даже когда чувствует, как Чон выгибается и шире разводит ноги. Хосок очень привлекателен, очень. - Это должен быть ты, Хосок... Это можешь быть только ты... Это все, чего он хотел... Юнги прикасается к его коже, и это так, как будто он пробудил каждый нерв и дюйм тела Хоби, чтобы тот почувствовал удовольствие. Чон чувствует покалывание на коже там, где Мин касается его тела, и с его губ срываются тихие стоны. Он теряется в его глазах. Он, кажется, опьянен любовью, желая все большего и большего от Шуги. - Ты самый красивый мужчина, которого я когда-либо видел... - Произносит старший. Он чувствует себя королем. Словно двигаться между бедер такого прекрасного существа, как Хосок - высшее благо, доступное только ему одному... - Моя любовь, мое солнце... Мой мир построен вокруг твоего сердцебиения и твоей улыбки... Ему нравится прикасаться к Хосоку, чувствовать каждый дюйм его кожи, пробовать на вкус его сладкие губы. Только Хосок, снова Хосок, Хосок, Хосок. Чон стонет, задыхается от прикосновений Юнги. Это чувство переполняет его, жар внутри него нарастает все больше и больше, и становится слишком тяжело. Его тело дрожит, а разум медленно теряет контроль. Он больше не уверен в том, что делает его тело, и не может это остановить. Оно хочет быть с Юнги, оно хочет его всего. Это электрическое ощущение, заставляющее его содрогаться от удовольствия. - Я твой... Я твой... - Да... Только я, Хосок. Только я. Ты принадлежишь мне. Ты принадлежишь мне. Ты мой. Мой, мой, мой... Мин рычит. И Чон дрожит, когда голос Шуги проникает глубоко внутрь. Он чувствует себя наркоманом, зависимым от него. Ему нравится чувство капитуляции и потери контроля над своим телом. Он не может принадлежать никому другому, он не хочет принадлежать никому другому. Потому что Юнги его возлюбленный - не только сексуальный партнер. - Больше... Шуга выглядит таким собственническим и голодным, но в то же время таким полным любви и привязанности. В его прикосновениях есть вся нежность и любовь мира, смешанные с дикостью зверя. Хосок сгорает от этого. От того, что Юнги делает его своим. Он чувствует все сразу. Его губы нуждаются в поцелуе, и Мин накрывает их своими, не в силах противиться его желаниям. Рот Хоби сводит его с ума. - Сильнее... Сильнее... Юнги двигается сильнее и быстрее, отдавая Хосоку все, что у него есть. Желание внутри Чона растет, умоляя высвободиться. Дыхание становится более неровным. Он хочет чувствовать больше, больше, больше... И он позволяет своему голосу сорваться. - Юнги! Хосока сотрясает мелкая дрожь от желания и удовольствия, обладания и любви. И для Мина это все тоже слишком. Ты знаешь, каково это - умирать, держа тебя в руках?.. Ты - спасение в моих объятиях... Шуга откидывает голову назад, закрывая глаза. Он хрипит. Его волосы мокрые, и он кажется Хосоку самым сексуальным мужчиной на земле. - Твои губы... Твои сладкие губы... - Юнги кончает, видя раздвинутые бедра Хосока под своими веками, его запрокинутую голову и сведенные брови от удовольствия. «Я никогда не любил до этого...», проносится в голове Чона, когда он смотрит на него, пока его собственное тяжелое дыхание стабилизируется. - Вау... это было... Вау... Лицо Юнги раскраснелось, как будто он бежал марафон. Он тяжело дышит, но улыбается, взглянув на него. - Действительно, ничего себе, Хосок. На мгновение Хоби замолкает, но затем придвигается к Мину, хитро улыбаясь. - Тебе понравилось? Чон шепчет последние слова, его рот находится близко к уху Юнги. Шуга щипает его за бедро. - Что ж, действительно, никогда раньше не был свидетелем такого вида... Старший смотрит на него и улыбается своей фирменной десновой улыбкой. Хосок тихо посмеивается, у него все еще немного кружится голова. - Я правда... Я все еще дрожу... - Я тоже... - Кашляет Мин. - Думаю, я вышел за все лимиты, которые у меня были. Чон смотрит на него удивленно, а затем разражается смехом. - Ты такой дедушка, хен! Шуга не обижается. Он возвращается в сидячее положение, откидывает голову на сидение и оглядывает авто. - Полагаю, нам нужно тут все убрать... Хоби моргает, возвращаясь в реальность и оглядывается, как будто только что осознавая, где они находятся. Шуга не может подавить усмешку, наблюдая выражение ужаса, появляющееся на лице донсена. - Какой беспорядок! Это же автомобиль компании, хен! - Может, в следующий раз ты задумаешься об этом несколько раньше? Хоби снова моргает, а затем хищно улыбается. Так, что Юнги чуть не схватывает сердечный приступ. - Может, в следующий раз мы не будем тянуть до автомобиля? - Блять. Выражение ужаса теперь красуется на лице Мина. Потому что по взгляду Хоби понимает, что секс в гримерке - только вопрос времени. Но он однозначно не этот исход имел в виду. - Боишься, хен? - Давит улыбку Хоби. - Если ты забудешь закрыть замок, и кто-нибудь войдет, я убью тебя. Чон улыбается. - Ты убиваешь меня каждый раз, прикасаясь своими большими ладонями к моей коже... - Блять. Юнги понимает, что нужно убираться из этого авто прямо сейчас, иначе они выйдут отсюда еще очень нескоро. - Ты сводишь меня с ума, Хосок. Ты плохой, ты очень плохой мальчик. - Нет, хен. Я самый лучший мальчик для тебя. - Улыбается Хоби. И он совершенно прав. - Одевайся уже. - Кидает он младшему его штаны. Хосок смеется.