Зима... пахнет вкусно.

Пухлые хлопья снега медленно опускались на землю, освещаемые ярким пусть и уже не тёплым солнцем. Этим, казалось бы, обычным днем оно выглянуло совершенно неожиданно, чтобы порадовать всех своим недолгим присутвием. Зима в этом году была действительно снежной. Марин бы даже сказал чересчур. Он стоял перед входом в модную кофейню и всё не решался зайти. Мороз колол кончики его пальцев, даже перчатки не помогали, поэтому омеге пришлось убрать руки в карманы. Он наблюдал за проспектом из-под своих слегка запотевших очков с лёгким интересом, поэтому совсем не заметил человека, подошедшего к нему сзади и поправившего его шарф. Вздрогнув от прикосновения, Марин резко обернулся, настолько резко, что его ботинки проскользили по снежной каше, и он почти упал в чужие руки. — Хэ-э-эй, полегче, — послышался тихий смешок сверху, — Я конечно знаю, что я сногшибательный, но… Ауч! — Ты напугал меня! — Марин со всей силы ударил его кулаком по плечу. Пуховая набивка куртки смягчила удар, но не настолько, насколько бы это хотелось Аркаше. Когда его крепко поставили на ноги, Аркаша получил ещё один удар в плечо, — А мне нельзя волноваться. — Прости, — он тепло улыбнулся и притянул Марина в свои объятия, мягко погладив по голове, — Я постарался приехать как можно быстрее, но все эти пробки из-за снега. Долго меня ждал? Почему ты вообще на улице? — Не особо, я не замёрз, — улыбнулся Аркаше омега, когда они отстранились друг от друга, и по одному его взгляду понял, что тот ему не поверил. А что касается причины… Марин задумчиво пожевал губу, прежде чем решил произнести это в слух, — Зима… пахнет вкусно. Брови Аркаши удивлённо взлетели вверх, а следом его лицо нахмурилось, словно он пытался решить какую-то сложную задачку. Марин на несколько секунд пожалел о том, что сказал это в слух. Это было глупо. Он был… — И чем пахнет зима? — поинтересовался Аркаша. Его взгляд был серьёзен. — Не знаю, — Марин стушевался и попытался это скрыть за улыбкой, — Зима пахнет морозом, снежинками. Это сложно… И глупо. — Не глупо, — Аркаша покачал головой и взял его руку, — Зайдём внутрь? — Нет, я просто пригласил тебя постоять у кофейни, — Марин рассмеялся, сжав его руку. Омега был первым, кто пересёк порог небольшой, но уютной кофейни. Над его головой ласково прозвенело несколько колокольчиков. Из-за того, что сейчас было ещё рабочее время, людей было не так много, но свободных столов всё равно было мало. Девушка, стоящая за кассой, мило поприветсвовала их. Марин ответил ей лёгким кивком. Он устал сегодня разговаривать с незнакомыми людьми. Аркаша помог ему размотать чересчур яркий красный шарф и снять чёрное пальто. Он повесил их на вешалку для одежды, которая находилась совсем рядом со столиком у окна который заприметил Марин. Аркаша как раз вешал свою одежду, как заметил запотевшие очки Марина, тот быстро снял их, но это всё равно было смешно. На нём был чёрный вязаный свитер, который не совсем скрывал уже оформивший животик омеги. Его легко можно было заметить, если знать об этом. Аркаша шутливо шлёпнул Марина по бедру, чтобы тот продвинулся вместо того, чтобы сесть напротив. — Итак, — начал говорить Аркаша, расматривая тонкие пальцы, что крутили сложенные очки. Так и хотелось забрать их из чужих рук, и переплести свои руки вместе с его, — Что сказала врач? — Всё хорошо, — кивнул Марин больше своим мыслям, чем Аркаше, — Вроде бы. Во всяком случае, она говорит, что с развитием по срокам всё хорошо и что с родами не будет проблем, учитывая, что я… Без метки. С разорваной связью. Брошенный. Марину не нужно было договаривать, чтобы Аркаша всё понял. Аркаша мысленно скривился, но на его лице всё ещё осталась ласковая улыбка. Говорить об этом им обоим было тяжело. Даже спустя какое-то время. И если Аркашу это не касалось напрямую, то вот Марина... — Это же хорошо, — Аркаша всё же хотел взять его за руку, когда увидел, что вместо очков Марин держит какую-то сложенную бумажку. Когда он только успел её достать? —… Это? — Пол будущего ребёнка. Я просил не говорить мне, но я хочу, чтобы ты знал об этом. Или, чтобы ты узнал первым. — Ты не хочешь гендер-пати или что-то типа этого? — и этот вопрос был невероятно глупым, но Аркаша, видимо, всегда любил задавать такие вопросы. По-другому его тупость было объяснить достаточно сложно. Думать, прежде чем говорить. — Я не знаю? — интонация Марина казалась вопросительной, — Есть ли в этом смысл? Если там всё равно не будет никого, кроме нас двоих. Так что не думаю, что это как-то важно. — Это пол твоего ребёнка, конечно это важно, — Аркаша цыкнул, — Я имел ввиду, что нам не обязательно закатывать пышную вечеринку на сто плюс человек и… О, я придумал. Марин сощурил глаза, внимательно посмотрев на него. — Ты голоден? — На самом деле не особо, меня всё ещё подташнивает. — Тогда облепиховый чай с корицей? — Угу, — кивнул Марин в согласии, но всё ещё не понимал, к чему тот ведёт. Аркаша осторожно забрал бумажку из его руки и направился к кассе. Они часто были именно в этой кофейне, поэтому сомневаться в выборе Марина долго не пришлось. Однако Аркаша не совсем был уверен, что ему помогут с его идеей. — Добрый день, — он улыбнулся девушке, — У меня к Вам будет очень необычная просьба. — Добрый день, — бариста кивнула, — Вам остаётся только спросить, а мне понять, смогу ли я Вам помочь или нет. — Да. Отлично. Эм, — Аркаша не придумал ничего лучшего, чем просто отдать ей конвертик. — Что это? — она удивлённо посмотрела на бумажку в своей руке. — Пол малыша. Мы оба слишком трусы, чтобы заглянуть туда, поэтому, с моей стороны это эгоистично, но я хотел, чтобы вы открыли её и принесли бы нам какой-то десерт в цвет, но так, чтобы мы об этом не узнали сразу. Боже, — он выдохнул потерев лицо руками, — Это слишком сложно. Я оставлю щедрые чаевые, если это понадобится. — О, — губы баристы удивлённо округлились, — Это вовсе не обязательно. Но это… Это такая ответственность. Мне теперь тоже страшно открывать её, — она рассмеялась, но быстро взяла себя в руки, — Вашему мужу очень повезло с Вами. — Мы не замужем, — как-то сухо произнёс Аркаша, и он не хотел бы, чтобы это прозвучало так, как прозвучало. Однако он сказал правду. Они действительно не замужем. На Марине даже нет его запаха. — Я, — девушка запнулась, — Простите, вы просто так мило вели себя и я подумала… — Всё хорошо, — Аркаша заверил её, — Это не Ваша вина. Вам не о чем переживать. — Да. Да. Так. Пол, — бариста снова вернула своё внимание к бумажке. Они прикрыла глаза и глубоко вздохнула, прежде чем развернуть её. Для неё это не было чем-то важным, но это было важно для двоих молодых мужчин, поэтому она переживала. Ей позволили стать частью небольшого чуда. Увидев пол ребёнка, девушка невольно улыбнулась, её глаза заблестели. — С этим мы разобрались, — произнесла бариста, — Что насчёт основного заказа? Аркаша быстро сделал заказ и вернулся к Марину. Тот уже протёр очки и вернул их себе на нос, разглядывая город за окном. Аркаше было сложно удержаться от того, чтобы не приобнять омегу. Одна из его рук по мимо воли опустилась на небольшой животик Марина, поглаживая его. Он всегда притягивал его внимание. Марин повернулся к нему с задумчивым видом. — Что-то не так? — решил спросить Аркаша. — Всё хорошо…? — Марин пожал плечами и нахмурился, — Я просто не понимаю. — Что не понимаешь? — Зачем ты со мной возишься? Аркаше показалось, что он ослышался. Что это произнёс кто-то другой, а не его Марин. — Повтори, — попросил Аркаша со всей серьёзностью заглянув Марину в глаза. Тот от его взгляда, кажется, съёжился и отвёл глаза в сторону, — Мар, я абсолютно серьёзно, пожалуйста, повтори то, что ты сказал. — Ну просто, — рот Марина скривился, по нему явно было видно, что эта тема ему не удобна, но и не говорить о ней он не мог, — Беременный брошенный омега с чужим ребёнком. Я ведь даже дать тебе ничего не могу. — Ты даёшь мне даже больше, о чём я только мог мечтать, — приблизившись к нему, на выдохе произнёс Аркаша, — Если ты переживаешь о ребенке, то не стоит. Ты его папа. А я тот, кто первый услышал его сердцебиение. И если ты позволишь, я увижу, как он рождается, делает свои первые шаги и ошибки, как набивает шишки. Глаза Марина заволокло слезами, он тускло улыбнулся. Аркаша переплёл их руки и притянул к себе, чтобы поцеловать каждую костяшку по отдельности и тыльной сторону ладони, чтобы успокоить его. Аркаша знал его историю. На самом деле он знал её от и до, потому что частично и сам был её участником. Она была банальная до неприличия, но от этого, наверное, ещё больнее ударила по ним обоим. Улыбчивого омегу с ласковыми ореховыми глазами в их компанию привёл Егор. Омегу звали Марин, и он прекрасно разбирался в веб-дизайне, что им было очень кстати. А ещё на момент их знакомства он уже какое-то время встречался с Егором. Поэтому Аркаша относился к нему как к парню своего друга, не более. Они все относились дружелюбно. Иногда некоторые плохие вещи просто случаются, не так ли? Беременность была неожиданна для них обоих. Ещё более неожиданным для них стало абсолютно разное виденье решения ситуации. Егор настаивал на аборте. А Марин знал о своём здоровье всё, поэтому знал, что никаких детей у него после этой беременности не будет. Они сильно поругались на глазах у всей компании. Чуть позже Егор обвинил его в том, что омега просто хочет его денег. Это было достаточно грубо с его стороны. Аркаша этого не выдержал. Он не представлял, как можно не любить этого омегу, потому что, кажется, он влюбился в него по уши ещё в их первую встречу. — Я хотел бы, чтобы ты стал моим мужем, — тихо, но твёрдо произнёс Аркаша, внимательно наблюдая за его реакцией. Он хотел это сделать не так и не сейчас, но, кажется, что другого времени просто не представится. Что его омега может просто исчезнуть из его рук. — Ты…? Что хочешь? — удивлённо переспросил Марин. — Да-да, — Аркаша тихо рассмеялся, хотя ему сейчас было совсем не до смеха, — Это самое. — Ты сумасшедший, — прошептал Марин, — я даже о временной метке боялся попросить, а ты… — И метка будет, если захочешь, постоянная, — уверенно кивнул Аркаша. Марин что-то прошептал одними губами. Его глаза наполнились слезами. Он не любил плакать, но сейчас абсолютно ничего не мог поделать с собой. Это всё гормоны… — Повторишь? — ласково просил Аркаша, подвинувшись ближе и погладив его по руке. — Я хочу, — прошептал Марин. — Я рад, — Аркаша улыбнулся, — Рад, что в тебе всё ещё остались силы хотеть хоть что-то. — Ваш заказ, — к ним подошла девушка и последовательно поставила со своего подноса сначала облепиховый чай, потом американо, а уже после блюдце накрытое бумажной шапочкой, сложенной из оригами. Увидев их удивленный взгляд, она виновато улыбнулась, — Нам нечем было прикрыть, поэтому пришлось импровизировать. — В любом случае, спасибо Вам большое, —кивнул Марин с благодарной улыбкой, — Вы и так много для нас сделали. — Пожалуйста. И я поздравляю Вас. Она ушла, оставив их одних. Марин взял Аркашу за руку, почувствовав, что его сердце готово пробить тело грудины и вылететь. Его руки тряслись, но получив утвердительный кивок от Аркаши, Марин несмело поднял шапочку из бумаги и прикрыл глаза. Аркаша нетерпеливо выдохнул в его затылок. — Прекрати уже прятаться, открой глаза, — с лёгким смешком произнёс Аркаша. Марин приоткрыл один глаз. Его дыхание прервалось. Это было простое пирожное из песочного теста, политого голубой глазурью. Мальчик. Это был мальчик. Он в неверии повернулся к Аркаше, но наткнулся только на горящий тёплый взгляд и счастливую улыбку. — Мальчик, — шёпотом произнёс Марин, словно побоялся его спугнуть. — Наш мальчик, — Аркаша усмехнулся и чмокнул его в кончик носа, а после в лоб и наконец-то в губы. Их счастливый мальчик.