Маленький господин Чуя

      Возвращались в особняк они молча. Чуя продолжал иногда всхлипывать и шмыгать носом, но больше не плакал. Акутагава сосредоточенно вёл машину, а Дазай грустно смотрел в окно, размышляя. Осаму никак не мог понять, что так расстроило Чую при упоминании матери и его дальнейшие слова о её смерти.       Вскоре за очередным поворотом показался дворец Накахара.       Рюноске остановил машину перед парадным входом и высадил пассажиров.       Чуя с Дазаем поднялись на крыльцо. Осаму открыл перед рыжиком дверь, пропуская его первым. — Где вы были? — раздался вопрос с порога.       Перед мальчишками стояла женщина, недовольно скрестившая руки на груди. Кумико Накахара — жена господина Хикару Накахары.       На вид ей было около двадцати шести лет. На ней было обтягивающее платье чуть ниже колен зелёного цвета. Светлые волосы были слегка завиты и красиво лежали на плечах. — В парке, — ответил Дазай, также скрестив руки на груди. — Неважно, — махнула рукой Кумико, переводя взгляд на Чую. — Звонила твоя тётя. Сказала, что они скоро приедут с мужем и этой девчонкой Элис. — Понял. Спасибо, — рыжик кивнул и поспешил вверх по лестнице к своим покоям. Осаму последовал за ним. — Знаешь, когда мне было грустно, мой старший брат Одасаку оставлял все свои дела и строил домик из пледа и подушек, в котором мы делились переживаниями, — заговорил Дазай, разворачивая два кресла, стоявшие у стены, спинками друг к другу, но оставляя между ними место. — Мы брали с собой вкусняшки и планшет, чтобы смотреть мультики. — А где сейчас живет твой брат? — поинтересовался Чуя. — Он съехал от нас с родителями, как только ему исполнилось восемнадцать. Ода часто ругался с отцом из-за его пьянок. Папа, — Осаму поморщился, — не работал, из-за чего влез в огромные долги. Именно поэтому я пошёл работать, — Дазай пожал плечами. — Почему твоя мама от него просто не ушла? — удивился рыжик, помогая накрыть кресла одеялом. — Не знаю, — покачал головой Дазай. — Она очень мягкая. Не может ему даже слова поперёк сказать.       Мальчишки постелили на пол ещё одно одеяло, чтобы было мягче сидеть. Чуя принёс подушки и попросил одну из служанок принести две кружки чая, плитку молочного шоколада и печенье.       Когда домик был готов, рыжик с Осаму забрались внутрь и включили на телевизоре какой-то мультфильм. — Что случилось с твоей мамой? — тихо спросил Дазай. — Это случилось три месяца назад, глубокой ночью. Мне не спалось, когда я услышал сильный грохот и выстрелы. Слуги начали в панике бегать по дому, не зная, что делать. Я тихонько выскользнул из комнаты и поплёлся по коридору. Было темно. Звук шёл из отцовского кабинета. Папа стоял рядом с опрокинутым письменным столом, отбивая пули катанами. За его спиной пряталась мама… — Осаму заметил, что по щекам Чуи потекли слёзы, а руки задрожали. Не раздумывая, Дазай прижал ребёнка к себе и стал поглаживать по спине и голове. Рыжик уткнулся парню лбом в плечо. — Напротив родителей стояли люди с оружием; насколько я знаю, некоторые из них были одарёнными. С моим появлением всё стало только хуже, — всхлипнул Чуя. — Они угрожали отцу и хотели взять меня в заложники, но тогда их атаки отразил подоспевший Акутагава. Отец не разрешил Рюноске убить их, хотел договориться… — Дазай молча слушал, понимая, к чему всё идёт, и крепче обнимая ребёнка. — Терпение бандитов лопнуло. До этого они делали предупреждающие выстрелы под ноги и в потолок, но потом открыли огонь по родителям. Отец призвал свою способность. Ты знаешь, какая она? — поднял голову Чуя, встречаясь своими голубыми заплаканными глазками с его взглядом. Осаму помотал головой. — Катаны, — выдохнул рыжик, вздрогнув. — Пространство вокруг него засияло, а над головой материализовались стальные мечи, позволяющие папе рубить не только предметы и людей, но и пространство. Меня задел один из них, — признался рыжик, отлипая от Дазая и поворачиваясь к нему спиной. Чуя дрожащими пальцами подцепил край футболки, поднимая её выше. Осаму ужаснулся. Во всю спину, чуть ниже шеи и до пояса, тянулся шрам. Рыжик опустил футболку, снова поворачиваясь к Дазаю лицом. — Рюноске тоже вступил в бой и обезглавил бо́льшую часть нападавших. Когда меня ранили, мама вышла из-за отцовской спины, хотела вывести меня из комнаты подальше от сражения, но её подстрелили. Я навсегда запомнил её слабую улыбку и шёпот. Она сказала мне: «Спасайся», — Чуя принялся вытирать ладошками мокрые глаза и щёки. — И тогда моя способность сошла с ума. Я поднял выживших в воздух, а затем проломил ими пол, скидывая на этаж ниже. Среди них был одарённый, управляющий огнём. Он направлял на меня пламя, но я сбежал. Просто спустился по стене дома в сад и спрятался в кустах. Мама скончалась. Отец грустил, но позже встретил Кумико. Они поженились. Кумико хорошая, но терпеть не может тётю Коё. Тётушка подпортила ей свадьбу, сказала, что та и близко не стояла с моей матерью. Они же родные сёстры. Были. А Элис сама по себе любого выведет, — рыжик начал успокаиваться.       Служанка очень удивилась, обнаружив в детской небольшой бардак. Обычно по вечерам маленький господин усиленно учил уроки, но никогда не играл и не наводил беспорядок. Ещё сильнее её удивила каштановая макушка, что показалась вслед за рыжей из-за кресла — это был Дазай. — Ваш чай, шоколад и печенье, господин Чуя, — пролепетала девушка, согнув колени и не поднимая взгляда. — Спасибо. Поставь на табурет, — кивнул рыжик в сторону мебели у домика. — Давай посмотрим какой-нибудь фильм? — предложил Осаму, отпивая чай. Девушка ещё раз поклонилась и поспешила удалиться. — У тебя есть любимое кино? — Нет, — замотал головой Чуя. — У меня обычно нет на это времени, но сегодня хочу отдохнуть. Выбери на своё усмотрение. — Хорошо, — кивнул Дазай, беря в руки пульт.       В итоге Чуя не досмотрел фильм, уснув на половине и привалившись щекой к плечу Осаму.