Ласточка

      Луз была лучиком света в сером и неприветливом мире. На фоне весьма безрадостного существования близкая подруга выступала той самой птицей счастья, ради которой стоило продолжать жить. Просыпаться по утрам. Умываться. Надевать унылую форму. Завтракать. И идти в глупую школу, приносящую больше неловкого подросткового опыта, чем радостных моментов юности.       Эмити ласково называла её ласточкой.       Как увидит, сразу: “Привет, моя ласточка!”       Луз звонкая, энергичная, такая жизнерадостная и живая, словно настоящая ласточка. Будь её воля, Эмити поймала бы неугомонную Луз в клетку, чтобы сберечь. Сберечь от мира демонов и тварей, что все время норовят уколоть столь прекрасную и дорогую. Вот только Луз не птица, Луз – человек. Человек с яростным вихрем в груди. Она сильнее прутьев призрачной клетки и всех недоброжелателей, пытавшихся тот вихрь обуздать.       И её вовсе не нужно прятать от мира. Луз сама маленький мир. Она способна дать отпор неприятелям и, если понадобится, бросить вызов самой судьбе. Бороться, превозмогать и жить во что бы то не стало. Жить, чтобы такие как Эмити вдохновлялись. Находили в ней то сумасшедшее и необыкновенное, чем сами были обделены.       Она поистине восхищала. И честно говоря, Эмити никогда бы не решилась на попытку её словить. Луз не птица, Луз — человек. Удержать её невозможно. В этом заключалась тоска, заполняющая сердце юной ведьмы, одновременно с немыслимой теплотой. Подобные переживания заглушали другое, робкое и нежное, чувство, которое Эмити пока не в силах была понять.