Невинные тексты про Львёнка и Снежка

И вновь Кастория потеряла себя, забывшись за текстом, что так и лился из-под её пальцев. Ведь она позволяла себе неслыханную, неслыханную дерзость, о которой не расскажешь никаким богам - ни земным, ни небесным. Кастория позволяла себе подглядывать в воображаемую жизнь двух лучших друзей — Фаенона и Мидея, и пятнала этим электронные листы бумаги. То были лишь безобидные рассказы. Одни основывались лишь на её фантазиях: например, её любимый текст был посвящён знакомству главных героев в детстве, и как со временем их связь только крепла, превосходя все трудности. Другие тексты лишь вполне сносно описывали реальность: например, моменты жарких дебатов или взаимопомощи во время особо сложных контрольных… Ох, как бы сильно Кастория хотела оказаться на месте хоть одного из них! Но с собой она была честна: она бы просто переволновалась и подвела не только себя, но и тех, от чьего лица выступает и кому изначально должна была помочь. Поэтому и старалась не лезть лишний раз, но если уж её просили, то долг свой исполняла весьма и весьма прилежно. Той же прилежностью она наделяла и Фаенона с Мидеем. В особенности Мидея: так она отдавала дань уважения его настоящему характеру. Фаенон ему едва ли уступал, но в роли «гласа разума» товарищ смотрелся естественнее. По крайней мере, пока они не оставались наедине, наполняя тишину шутками, подколами и всем тем, что отличает настоящую дружбу от простого знакомства по причине нахождения в одном классе. Кастории такое не светило, даже при том, что когда-то давно, когда она только пришла в класс, Фаенон тепло общался и с ней (да и сейчас, в принципе, тоже). Она сама не особо стремилась к общению… Впрочем, когда её просили помочь с домашкой, что-нибудь объяснить или выполнить мелкое поручение, вроде того, чтобы вымыть доску, она ощущала, что её долг перед обществом выполнен, а значит, можно продолжать сидеть на своём месте за партой и заниматься своими делами. Написанием невинных текстов в том числе, пусть даже самые интересные из них создавались в библиотеке, вдали от слишком любопытных глаз. Те же, что создавались непосредственно в классе в основном были для литературных конкурсов. Учитель Аглая заметила её склонность к творчеству, а потому предложила совместить приятное с полезным. У юной писательницы не было никакого резона отказываться, и на её уроках Кастория ощущала себя главной героиней. Её работы всегда выделяли среди прочих, да и на вопросы касательно произведений она отвечала куда более полно и развёрнуто, чем большинство одноклассников. Правда, даже тогда ей казалось, что Фаенон справился бы с дискуссией лучше, но он отступал, вставляя своё слово лишь тогда, когда спросят его лично. И даже в его редкие ответы Кастории казалось, что он схватывает суть гораздо лучше. Мидей же в основном молчал, а его ответы не отличались многословностью, как и у всех остальных, но его аргументы были едва ли менее удачными, чем у товарища. Разве что Кастория порой ловила его взгляд во время своих скромных выступлений. Мидей никогда не был болтливым (как и Кастория), и, казалось, будто он осуждает её за то, что та слишком распустила язык… Впрочем, это не было поводом прерываться. Она же никак не мешала Мидею зарабатывать свои оценки… По крайней мере, она хотела на это надеяться. Да и что-то подсказывало Кастории, что он вовсе не так сурово относится к ней, как кажется. Но когда он вдруг подошёл перед очередным уроком литературы (как раз в тот момент, когда Кастория писала заметки для будущих идей!), она едва не выронила телефон и резко отложила в сторону, как будто писала то, что обычно публикуется из-под анонимных аккаунтов под рейтингом семнадцать плюс, а сайт перед прочтением любезно спрашивает, точно ли вы уверены, что хотите это прочитать… — Всё в порядке? — обеспокоенный голос Мидея возвратил её в реальность. — А… — отвела взгляд Кастория и поправила прядь. — Да, конечно… Извини… Т-так что ты хотел спросить?.. — Если не будет трудно, я бы хотел попросить, чтобы ты оценила моё сочинение. Кастория кивнула. Вопрос о том, что его мог бы проверить Фаенон, даже не возник, потому что она уже знала ответ — он написал ей, как и многим другим своим друзьям (как и учителям), что будет на соревнованиях, и занятия посещать не сможет. Он тогда ещё спросил у Кастории, придёт ли она. Чтобы не расстраивать его, она ответила «как получится, но я сомневаюсь, прости, пожалуйста». В ответ она получила грустный смайлик… И тоже опечалилась. Бывало, Кастория и сочинения Фаенона проверяла (и отмечала удачные моменты, которые потом использовала сама, конечно, с собственной переработкой). Но вот с работой Мидея она знакомилась впервые. А значит, нужно постараться как следует, чтобы не ударить в грязь лицом и перед самим Мидеем, и перед его товарищем. И Кастория начала вчитываться, перед этим спросив, можно ли делать пометки карандашом. Разрешение было дано, а потому она сосредоточилась ещё сильнее, ведь теперь ей нужно было регулировать силу нажатия, чтобы потом можно было стереть то, что она начеркает. А отмечать было что… И Кастория, погружённая в исправления, совсем не замечала, как к ним приближается кое-кто ещё. — Хей-хей-хей! — характерный говор выдал Цифер с головой. — А чем это вы тут занимаетесь? — Тем, что не тебя развлекаем, — фыркнул Мидей. — Брысь отсюда, кошка! Кастории не хотелось признавать, что ощутила облегчение. У Циферы был непростой характер, и, как правило, она подходила, только когда ей что-то было нужно, а Кастория никак не находила хорошего предлога, чтобы отказать. Кроме того, у Циферы были… Очень своеобразные отношения с Аглаей. Нельзя допустить, чтобы наставница думала о Кастории плохо из-за того, что она обидит её подопечную, но Мидей не был скован этими ограничениями. — Неужели ваш литературный клуб закрыт для новых членов? — похлопала она глазами. — Ни в коем случае, просто… У тебя нечего проверять, — вздохнула Кастория. — Разве ты не переписываешь целые абзацы из произведений? — Эй, но я как минимум вкидываю и свои собственные мысли! — Кажется, их у тебя не так уж много, раз Аглая который раз говорит, что у тебя слишком много цитирования. Кастория была грешна — она и правда чуть не прыснула, но сдержалась. Кто знает, как Цифер отреагирует, если ей чего не понравится… — Может, хотя бы запятые посмотришь? Освежишь в памяти, как там произведение писалось… Вот тут Кастория могла бы и согласиться, в очередной раз дав понять Цифер, что её можно и нужно продавливать. Но Мидей вступился и тут: — Просто посмотри, откуда списывала. — А может, я не списывать, а пообщаться хочу?.. Вот что ты писала, Касенька, а? — вдруг с необычной игривостью спросила нерадивая ученица, обратив внимание на лежащий в сторонке телефон. — Можно дать почитать? Может, я смогу чего подчерпнуть и для своих сочинений, и не буду лишний раз лезть… Да и пишешь ты красиво, такой талант прятать ни к чему! Кастория вспыхнула как спичка, и тогда Мидею пришлось принять крайние меры. — …мне напомнить, что делают со шкодливыми котами? Намёк был очевиден. На физкультуре Мидей уже подхватывал Цифер… за шкирку. Когда она попыталась стащить журнал нормативов, и нарисовать пятёрки всем желающим (но не себе — у неё с физрой всё было в порядке, и никто в классе, даже мальчишки, даже Фаенон, не могли сравниться с ней ни в скорости, ни в прыти). Скандал удалось замять, потому что Аглая поручилась за неё лично, а Мидей сам вызвался следить за шкодливой кошкой, а Кастория по своим личным причинам вызвалась ему помочь. Правда, тут помогло и то, что учитель Гнеус доверился Аглае, а сам сделал ей достаточно строгий выговор, чтобы она в сторону журнала даже не смотрела. Ну и сопроводил это достаточно суровым наказанием в виде уборки спортзала после уроков на протяжении целого учебного года. И всё благодаря Мидею. Так он и стал единственным, кто может её припугнуть. Вот и теперь, чтобы не искушать судьбу, Цифер фыркнула что-то колкое напоследок, и отошла. — …спасибо тебе, Мидей, — вздохнула Кастория. — Не за что. Прошу прощения, что побеспокоил. Обычно мы с Фаеноном проверяем сочинения друг у друга, но у него скоро соревнования, он готовится, так что всё пропустит, шакал… — …да, он писал, — только и ответила Кастория, переходя на вторую страницу. — Если хочешь, то я тоже зову. Та покраснела. — Спасибо, но я думаю, лучше не стоит. Не хочу помешать вам. Мидей намёка не понял, но оно было и к лучшему. Вскоре Кастория завершила проверку, и вернула тетрадь владельцу. Пометок оказалось не так много, но оно и неудивительного для одного из лучших учеников класса. Ему и правда не жаль будет дать собственную тетрадь на проверку, и когда он об этом попросил (со словами: «Ты помогла мне, так что я помогу тебе»), Кастория согласилась. — Мне даже сказать нечего, — протянул он тетрадь, когда закончил читать. — Аглая хвалит тебя заслуженно. Кастория только смущённо хихикнула в ответ. Вскоре начался урок. А Кастория твёрдо решила вновь уйти в библиотеку под конец дня.

***

Цифер и раньше Бартолоса не особо жаловала, раз давала ему совершенно дурацкие и невесёлые поручения. Безусловно, они были подготовкой для куда более крупных проказ, и их должен был кто-то выполнять, но его бесило, что грязная работа доставалась ему одному. Спасибо, наверное, и на том, что Цифер брала его и на большие дела. Но когда она заставила его сидеть битый час в библиотеке ради того, чтоб дождаться принцессу-домоседку (так Цифер называла свою одноклассницу — довольно скучную и высокомерную даму, если кто спросит), Бартолос был близок к взрыву. Во-первых, библиотеки — это скучно. Во-вторых, его правда пугала местная библиотекарша Калипсо. Она всегда держала глаза закрытыми, но от её взгляда ничего не ускользало. Вот и сейчас, когда наконец послышался голос Кастории, Бартолосу всё равно оставалось невесело. Тем временем она мило беседовала с Калипсо (а та спрашивала, что она будет писать на этот раз), а завершился этот тоскливый разговор тем, что её предупредили о том, что в библиотеке есть ещё один посетитель. После этого послышался звук уходящих шагов, а Бартолос не сдержал стона. Значит, всё это было зря. — Уж прости, дружок, но я слишком хорошо знаю твою семейку, — тем же равнодушно-весёлым тоном сказала Калипсо в ответ. — И, пожалуйста, соблюдай тишину в библиотеке. «Да ноги моей больше тут не будет!», — тут же вышел разгневанный младшеклашка, даже не попрощавшись. Естественно, по возвращению домой, Цифер осталась крайне недовольна такими новостями. — Вот сразу видно, что без меня ты ничего не можешь, — закатила она глаза. — Я тебе что сказала? — Получить доступ к её творчеству… Так я именно это и пытался сделать! — Не расскажешь, как именно, дорогой? — Я собирался подождать, пока эта твоя принцесска не подойдёт, потом подождал бы, пока она не выйдет, затем сел бы за её комп, и отправил всё, что нужно, тебе… Цифер прыснула. — Всему тебя учить нужно! Я надеюсь, ты хотя бы додумался уроки сделать, пока ждал возможности провернуть свой план? — Конечно, нет! Я был погружён в наше общее дело… Цифер в ответ только рассмеялась. — Что ж, не скоро тот день, когда ты меня превзойдёшь. Я всё сделаю за тебя. Если не дурак, посмотришь, как дела делаются. Пришлось смотреть. Оказывается, Цифер связалась по интернету с неким «Серебряным волком» (читер), дала ей свой логин и пароль от местной школьной сети, и попросила, чтоб он вытащила оттуда её сочинения для конкурсов. — Только сочинения? — изумился Бартолос. — Я думал, ты хочешь и её фанфики вытащить… — Эй, ну мы же не хотим совсем разрушить с ней дружбу, — надулась Цифер. — Просто поделимся парочкой её любимых приёмов с народом. Повысим всей школе средний балл по литературе! …никто больше не мог так ловко находить благородные мотивы для проказ. — О, Волк прислала всё, что нужно. «Зоопарк какой-то», — вдруг подумал Бартолос. — …а дальше что? — Вот сразу видно, что ты лишён фантазии. Она скопировала себе тексты, поменяла имена на «Львёнок» и «Снежок» (поменялось оно автоматически, и там нужно было поправлять окончания вручную, но Цифер посчитала, что уже сделала достаточно, пробежав по сочинениям беглым взглядом и выудив из них имена персонажей, которые были там изначально) и загрузила в ближайшую нейросеть под рукой, дабы та выявила сильные стороны этих сочинений и рассказала, какие именно литературные приёмы там использовались. — …гениально. — А то! — рассмеялась Цифер. — Только ты уверена, что она не обидится на тебя? — Да ну! Это же для общего блага. Никто не пострадает. К тому же, я ж не её полные сочинения выкладываю. Об этом никто не догадается, если не знать, что там было. Училке потом скажу, что это совместный проект. — А почему ты именно такие имена выбрала? Цифер закатила глаза. — Чтобы было понятно, кто именно автор оригинала, балда! Это прозвища наших одноклассников. Видел бы ты, как она на них смотрит… — А они не захотят вызвать её на разговор? — вдруг забеспокоился Бартолос. — Если их душевное самочувствие могут поколебать невинные сочинения, то нафиг они ей нужны? Ладно бы тут была порнуха какая, а так… Скукотища сплошная. Хотя, — прищурилась Цифер так, что младшенькому стало не по себе. — Кто знает, что она пишет у себя. В тихом пруду и Бартолосы водятся. Пока тот возмущался и спрашивал, что это значит, Цифер распечатала получившееся творчество, и принялась его разукрашивать. Цветом она жирно выделяла имена «Львёнок» и «Снежок» (оранжевым и голубым соответственно), а особо удачные обороты подчёркивала так, как учила Аглая. Правильно ли — неизвестно, но выглядело достаточно красиво, чтобы училка поставила пять. И Цифер, за оформление, и Кастории — за содержание. Приблизившись к исполнению коварного замысла, Цифер с довольным видом отложила творчество в сторону. А ведь если бы не этот Мидей, Кастория могла бы дать своё сочинение, Цифер бы его прочитала и на этом всё и закончилось. Впрочем, не сказать, что она была как-то недовольна. А потом Кассенька обязательно её поблагодарит.

***

В тоже время Кастория, которая шла на первый урок, вовсе не догадывалась, что её ждёт. Разве что она порой ловила хитрый взгляд Цифер, но не могла догадаться, что он мог значить. Да и Цифер сейчас казалась не такой уж большой проблемой. Ведь Мидей начал общаться с ней чаще, и Кастория не совсем понимала, как к этому относиться. Раньше она думала, что никогда не сможет заинтересовать такого сурового парня как Мидей, но он оказался довольно чутким. То сумку с учебниками поможет дотащить (а она тяжёлая…), то в ответ на улыбочки Цифер грозным взглядом посмотрит, тем самым спасая Касторию от неловких и неприятных разговоров... Беспокоило её лишь одно: рано или поздно Фаенон вернётся со своих соревнований, и ей снова придётся отступить, дабы не мешать их дружбе. Кастория иллюзий насчёт своего положения и не питала — ей снова придётся вернуться к роли запасного варианта, и сидеть за партой в одиночестве. И, вполне возможно, когда Фаенон вернётся, она никогда больше не сможет смотреть на их дружбу, как прежде. Огромный источник вдохновения будет утерян. Хотя, наверное, на него с самого начала рассчитывать не стоило. Как бы Мидей смотрел на неё, узнай он, что она про них пишет? Может быть, он оказался бы разочарован и в принципе не подошёл к ней за помощью… Но зачем думать о том, что не произойдёт? Но Кастории задуматься об этом всё-таки пришлось. В кабинете литературы её глаз зацепился за прилепленные к стенду бумажки. Они были оформлены в милом стиле: с серыми котиками, фиолетовыми бабочками и цветочками… А среди них выделялись голубые и оранжевые пометки в тексте… Тут Кастория серьёзно забеспокоилась. Кому какой символ принадлежал, можно было легко догадаться. А потом Кастория начала вчитываться, и её пробрала дрожь. Цитаты были точь-в-точь её, какие она писала сама… И она ещё помнила, по каким произведениям. Только персонажи были совсем другие: за милыми прозвищами скрывались вполне настоящие Фаенон и Мидей… Сомнение вызывало только авторство. Кому вообще в голову могло прийти нечто подобное? На ум приходил лишь один человек, у которого были кошачьи ушки… И сейчас он беседовал с преподавательницей. А когда её позвали, Кастория едва находила в себе силы двигаться. — Кастория, — голос Аглаи был мягким и по-матерински нежным. — Скажи, ты давала согласие на творчество Цифер? — …не могу такого вспомнить, — пробормотала Кастория, ничего не видя перед собой. — Ой, да ла-а-а-а-адно тебе! — приобняла её Цифер за талию в дружеском жесте. — Просто я решила, зачем всем к тебе лезть лишний раз и сверяться с тобой? Когда вон, можно сделать инструкцию, как писать правильно, чтобы ни у кого больше не было глупых вопросов! — Но почему… Почему ты выбрала… Именно такие имена?.. — Считай, творческое видение. Да и разве дружба нашего Львёнка и Снежка не достойна того, чтобы воспеть её в парочке-другой сочинений? Касторию не держали ноги. — А что… Что они сами подумают?.. — А вот это уже их проблемы! — Кастория, я понимаю твою реакцию, — сказала Аглая. — На сегодняшнем уроке можешь быть свободна. Тебе я пятёрку проставлю и так, в качестве оценки за этот… Проект. Мидей и Фаенон об этом не узнают, — она стрельнула глазами в Цифер, и та бегом побежала убирать эти листочки. Казалось, она вернулась на место буквально через мгновение, и невозможно было сказать, что их в принципе куда-то прилепляли — настолько аккуратно их сняли. — Хорошо… Хорошо… — вздохнула Кастория. — Я тогда лучше… В библиотеке посижу… И она вышла из кабинета, не попрощавшись. На лестнице между этажами она услышала, как поднимается Мидей и так перепугалась, что прошла по коридору на совсем другом этаж, чтобы попасть в другое крыло, куда он точно заворачивать не станет. Пусть в итоге Кастория и оказалась у библиотеки гораздо позже, чем хотела, но пройденный путь помог ей слегка унять неспокойное сердце. Тут она точно будет в безопасности. — Ты рано сегодня, — подметила прозорливая Калипсо после приветствий. — Скажите, Цифер и её младшего тут нет? — с мольбой спросила напуганная Кастория. — Не заходили. И, думаю, не зайдут. Они тебя совсем достали, да? Участливость в её голосе напомнила, что она не одинока в своём несчастии, и она далеко не первая, и не последняя, кого выбрали жертвой этих розыгрышей. — Можешь рассказать, что они натворили на этот раз. Меры я приму. — Понимаете… В этот раз оно скорее… даже безобидно? — Будь оно так, тебе не пришлось бы приходить сюда в такой ранний час и пропускать уроки. — …я бы тоже послушал, если можно, — раздался голос, который Кастория совсем не ожидала услышать. — М-мидей?! — она сама испугалась взволнованности в своём голосе. С другой стороны, а как тут было не взволноваться? — Этот молодой человек прибежал со всех ног, когда узнал, что ты направляешься сюда, — ухмыльнулась Калипсо. — Т-ты, наверное, весь вспотел… П-прости, пожалуйста, — опустила она глаза в пол. — Не переживай, от лёгкой пробежки я не вспотею. — Чем толпиться на входе, лучше бы в зал прошли, — сказала Калипсо. — Но о тишине не забывайте. Мидей и Кастория последовали её совету и расположились в глубине читательского зала. Некогда уютная комната, в которой она всегда находила покой, теперь совсем не могла его дать. Сейчас она ощущала себя провинившейся школьницей, которую не помешало бы взять за шкирку, и дать самый строгий выговор… Хотя разум понимал, что ничего плохого не случилось, сердце это не убеждало. Хотя бы потому, что Мидей мог увидеть (и, скорее всего, увидел) намёк на её истинную натуру. А потом, как и подобает товарищу, он предупредит Фаенона о её постыдных увлечениях… И её репутации настанет конец. И, наверное, так ей и надо. — Я думаю, в том, что случилось, нет твоей вины, — сказал Мидей. — А вот с Цифер поговорить надо. — Только… Только, наверное, лучше с ней полегче, — вздохнула Кастория. — С чего бы? Такое поведние надо пресекать на месте. Да и мы с Аглаей ей первое внушение уже сделали. — Первое? — Ну да, — усмехнулся Мидей. — Дальше у неё будут индивидуальные уроки по написанию сочинений. Как раз по тому, что она и принесла. — Какое… Суровое наказание, — пробормотала она. — Только ты пароль должна поменять. Чтобы всякие кошки не лезли, куда не следует. Пожалуй, это было самой маленькой проблемой. Куда больше проблемой было признаться в своём постыдном увлечении. Но это стоило сделать, чтобы не обманывать его, и он понял, с кем связался. Поколебавшись ещё, Кастория приняла решение. — На самом деле… — начала она, и голос её дрожал. — Цифер… Не всё достала. — Так это же хорошо, — нахмурился Мидей. — Мне кажется… Она не зря решила вставить именно ваши прозвища. Потому что… Последнюю фразу она проронила совсем тихо: — …я писала истории о вас. Она ждала, что в голосе Мидея будет осуждение, презрение, или гнев. Но он только спросил: — …да? А если не секрет, то можно почитать? — Тебе правда интересно? — покраснела Кастория. — Ну да. Хочется посмотреть, какими ты нас с Фаеноном видишь. — А ты ему рассказывать не будешь? — Раз ты просишь, то нет. — Т-тогда, думаю, можно… Там нет ничего такого, но мало ли… Дрожащими пальцами Кастория открыла телефон, зашла в приложение, где писала тексты для себя и отдала Мидею. — В-вот тут… — Спасибо. Я буду осторожен. Пока он листал, Кастория держала глаза прикованными к полу, чтобы не видеть его реакции. — Первый дочитал. Где найти следующий? «Ему понравилось? Или он хочет сравнить?», — мысли разрывались от противоречий, но внешне она старалась быть спокойной. Только дрожь в пальцах и сгорбившаяся осанка выдавали её нервозность, но следующий текст она открыла. А потом ещё и ещё. Уже прозвенел звонок, но Мидей не сдвинулся с места, да и Кастория тоже. Пока он читал, то не сказал ни единого слова. Она даже решилась поднять взгляд, и увидела, как лицо Мидея тронула улыбка. — Я бы сказал, что это довольно мило, — наконец сказал он, вернув телефон хозяйке. — У меня только один вопрос. Беды больше ничего не предвещало, но Кастория всё равно немного напряглась. Тем не менее, чтобы не смущать его, она кивнула. — Почему ты не пишешь о себе? …такого она не ожидала. Впрочем, ответ был ей известен очень давно. — Просто… Просто мне кажется, у меня в жизни нет ничего такого, о чём стоило бы писать. А у вас с Фаеноном происходит столько всего интересного… А у меня нет. — Я мог бы поспорить, — только и сказал он. — Но если ты видишь это так, то ничего поделать нельзя. Но Кастория даже не успела загрустить, ведь Мидей добавил: — Я мог бы предложить тебе присоединиться к нам, если ты не против. В этот раз Кастория не могла себе позволить упустить этот шанс. — П… правда?.. — А почему бы и нет? Мне кажется, ты лучше того, что ты думаешь о себе. И, бросив взгляд на телефон Кастории, где был текст про них с Фаеноном, он привёл последний, самый убедительный аргумент: — Кроме того, я один не могу выносить натуру этого шакала. У него была подруга, что сглаживала его нрав, но пока её нет, его терплю я один. Кастория навострила уши. — …я была бы рада однажды познакомиться с ней, — хихикнула она. — Думаю, вы бы поладили, — улыбнулся Мидей. — Она тоже собирается прийти на соревнования. — Тогда у меня тем более нет причин отказываться, — кивнула Кастория, всё ещё не до конца веря, что это происходит с ней на самом деле. Но когда они покинули библиотеку, стало ясно — кажется, (не без помощи Цифер) фанфики про Мидея и Фаенона можно будет отложить.