Хозяйка похоронного бюро

      Ей снялся страшный сон. Титаны прорвали стену и вошли в города, начали крушить всё вокруг. Ирму же они обходили стороной, словно её никогда и не существовало. Монстры тянули свои мерзкие руки в сторону детишек, что часто дразнили Фукс мертвецом. От вида их испуганных глаз у девушки всё сжалось, а под руку попался камень. Не думая о том, что будет дальше, хозяйка бюро кинула его в титана, что уже обгладывал детские кости. — Сука! — крикнула Фукс и, подорвавшись с места, бросилась на чудовищ с голыми руками. — Оставь их на нас! — из-за спины Ирмы вылетели разведчики во главе с Эрвином. Ох, как бы хотела синеглазая выдохнуть спокойно… Леви оказался за спиной титана и, готовясь срубить слабое место, мимолётно улыбнулся. Из пустоты реализовался какой-то тёмный титан и, раскрыв свою зубастую пасть, проглотил Аккермана. Следом туда отправился Эрвин… — Выплюнь! — потребовала Ирма от того монстра. В его красных глазах не было ничего, кроме жажды убивать. На окровавленных губах появилась ухмылка, а руки медленно потянулись в сторону хромой девушки.       Теперь её очередь быть съеденной…       Ирма резко открыла глаза и, тяжело дыша, посмотрела в окно. Вечер. Кажется, проспала она пару часов после поездки в штаб военной полиции. Но с такими снами лучше бы не спала. — Эрвин, пожалуйста, вернись живой, — прошептала девушка и, сев на кровать, посмотрела на стул где были длинные чулки, бинты и тёмные штаны. — Леви, ты тоже приди живой… Все вернитесь живыми…       Бледная рука потянулась за эластичным бинтом и правым чулком. Уже несколько лет Ирма не надевала юбку короче щиколотки, не выходила на улицу без обмундирования правой ноги. Слишком уж она уродлива и без слез просто не взглянешь. И как только вообще осталась на месте? Зафиксировав какую-то гладкую маленькую деревяшку, Фукс принялась обматывать её бинтом.       На одной из вылазок Ирма попала в засаду, где полностью лишилась своего отряда, сломала правую ногу и уже собралась помирать. Коленная чашечка с характерным хрустом и болью вылетела, а белая кость торчала из грязных штанов. То было просто чудом, что девушка смогла вернутся к отряду. Чудом можно и назвать врача, что вставил кость на место. Разве что коленную чашечку было обратно не пределать.       Теперь же чтобы как-то скрыть изъян Ирма подкладывает деревяшку, туго заматывает чтобы было не так больно и носит чулки чтобы скрыть вечные синяки и подтеки.       Ох, ей бы УПМ, что весь вес распределяет на руки или только одну ногу…       Одевшись, Фукс медленно поплелась на первый этаж. Нужно кормить животных, а так же думать, чем кормить себя. Есть совсем не хотелось, все мысли были заняты дурным сном. Так больно было видеть как Эрвин пропадал в той пасти, так больно смотреть за смертью Леви. Да что тут скрывать, Ирма любит каждого разведчика с кем знакома длительное время. Она любит совершенно каждого человека и ценит его. Наверное так сказывается отсутствие детей… — Пшено запарила, коза сена пожрет, — спокойно сказала девушка, комментируя свои действия. — Интересно, много тел привезут? Ох, надеюсь семьи будут адекватные и бить никто не будет…       Наверное никто и не задумывался, что весь удар принимала хрупкая девушка из похоронного бюро. Она выслушивала всё дерьмо, что люди говорили про разведку, а порой и получала за то, что так хорошо относится к этой организации. Конечно, были и те, кто бросался в её объятия и плакал, но таких было так мало, что каждая похоронная процессия проходила с лёгкой дрожью и ожиданием того какую руку поднимут на Ирму.       Когда пшено было запарено, синеглазая пересыпала его в тазик и смешала с остатками еды со стола и скорлупками от яиц. Для Козы была уже нарезана тыква, кабачки и пара яблок. Нужно же её спокойно подоить, а спокойно это можно сделать только когда она ест.       Что-то напевая, Фукс вышла из дома и направилась к курятнику. Петух Леви, завидев хозяйку, громко прокукарекал и остальные куры практически стали в строй и выпрямились. Действительно, пиздодельный петушок…       Закончив со своими делами, Ирма оставила лампу в курятнике чтобы птицы поели. Если бы Фукс не ложилась, то вполне возможно делать это не нужно было… Синеглазая махнула головой и, присев на корточки, принялась давать указания петуху Леви. Лампу трогать не нужно. Она сама погаснет через пару часов, а этого вполне хватит чтобы куры поели и вновь проголодались. — Теперь себя кормить, — сказала девушка и, закрыв сараи на замок, поспешила пройти в дом. — Что бы приготовить? Хм… После вылазки ко мне приедет Эрвин и наверное Ханджи, Мик и Леви. Чем бы их накормить?.. Почему так сложно? Я же не на роту солдат готовить буду!       Закрыв дверь на веранде, Фукс разулась и вошла в дом. Теперь готовить! В голову ничего лучше не пришло кроме вишнёвого пирога. Эрвин его просто обожает! А после тяжёлого дня вкусная еда то что нужно, да и помянуть павших товарищей тоже не помешает. Пройдя на кухню с парой яиц, Ирма надавила на ручку колонки и быстренько помыла руки. — Так, теперь готовим на этих балбесов! — Ирма часто разговаривала сама с собой, танцевала под воображаемую музыку и даже пела. — А теперь на кулинарной выставке самый известный повар стен и не стен Ирма Фукс. Аплодисменты мне! И сегодня я покажу как готовить пирог с вишней на постном тесте. А почему постное? А потому что сильнейший воин человечества сладкие пироги не любит, говорит, что они слишком липкие. А кто мы такие чтобы спорить с этими войнами? Вот именно, мы сёстры их командиров, а поэтому тесто постное, а начинка сладкая. Так, для начала нам нужно взять шесть яиц и разбить их в мисочку. Девочки, убираем ножи, яйца бывших не подходят, нужны куриные!       А Ирма всё говорила и говорила. Так готовить было куда приятнее, а время довольно быстро летело и вот девушка уже затопила печь. Пара часов и пироги готовы! Поставив первую пару, синеглазая села на стул и посмотрела на миску, где мешала с сахаром вишню. Пара вишенок прилипла к краю и это был просто адский соблазн не облизать!       Только Ирма потянулась языком к одинокой вишенке, как в стекло постучали. От неожиданности чуть было сердце не остановилось, а язык просто моментально влетел в рот с характерным хлюпаньем. Неужели уже первые мертвецы приехали? Ох, а у Фукс ещё дрова не готовы! Ничего не готово для первого погребения! — Ёшки-титановы-ножки! Даже уединиться с чашкой не даёте! А потом спрашивают, когда дети? А какие дети, если я даже не могу облизать вишенку? — бубнила Ирма и, укутавшись в плащ, вышла на улицу где стоял какой-то мужчина. — Для погребения у меня ничего не готово, если поможете наколоть дров, то я тело кремирую сейчас, а если нет, то ждите утра.       Стоило Ирме открыть дверь, как её недовольство тут же пропало. На пороге стоял Леви и, скрестив руки на груди, недовольно смотрел на подругу. Он пришёл по просьбе Эрвина, а тут его уже хотели запрячь для работы. — Здравствуй, — сказал Аккерман. — Эрвин отправил меня забрать тебя. Нужно переговорить. — Леви! Живой! — Ирма прыгала, скакала вокруг Леви как коза около капусты. — А я тут пироги готовлю! Подожди со мной и поедем с едой к Эрвину!       Прежде чем налететь обниматься, Фукс всегда спрашивала, иногда это были слова, а иногда маленький шаг и чуть раскинутые руки в сторону собеседника. И как бы она не скучала по тому человеку на которого хочет налететь и зацеловать, всегда будет держать себя в руках и ждать пока они уединятся или разрешат. Но вот если никого нет, то готовься к самому жутко-милому. Ирма как лесной пожар и её не остановить. Женщина налетела на Аккермана, стоило ей убедится, что он один.       Первое время Леви было жутко неуютно, что его обнимает какая-то странная девица. Всё-таки в Подземном городе каждая близость сопровождалась звоном монет, кровью и болезнями. Но и Ирма была не дурочкой, она прекрасно знала откуда прибыл сероглазый и начинала всё медленно, влетала в доверие и потом показывала, что она всегда будет рядом. Эта хромая девчонка смогла выкопать давно забытые воспоминания о матери, о её тёплых объятиях и поцелуях в нос.       Ирма для Леви была не просто хорошей знакомой. Любовью это тоже было сложно назвать. Каждый из них любил, но по-своему, любил так, как любят друзей. — Нам ехать долго, — сказал Леви и, отцепив Ирму от шеи, придерживал её запястья чтобы та вновь не набросилась. — Сколько ещё готовиться будет?       А Леви устал. Эта вылазка выдавила из него все соки, а боль от потери товарищей налетела новой волной. Наверное, Эрвин это заметил и именно поэтому отправил Аккермана за сестрой. Только при одном виде Ирмы хотелось расслабится, хотелось остаться в её волшебных объятиях и слушать до смеха бредовые истории о мертвецах. Впрочем, пара минут для этого есть. Не пропадать же еде из-за маленькой хотелки командира? — Не знаю, может ещё полтора часа, — сказала девушка и, притянув к себе руки, открыла дверь и жестом пригласила Леви зайти. — Я чайник поставлю, у меня ещё осталась чашечка которую нужно облизать. Я готова поделится ей с тобой. — Не нужно, — отнекивался Леви, но в дом всё-таки вошёл.       Тут было как обычно чисто, разве что кучка дохлых мух на подоконнике в веранде отчего Аккерман поморщился и, заметив веник с совком в углу, просто подошёл и смёл эту тёмную стаю, а потом выбросил за пределы порога. Утром птички съедят. — Оу, ты решил мне помочь убраться? Как это мило! — улыбнулась Ирма и, разувшись, повела Аккермана на кухню где можно было помыть руки. — Подержи колонку, я быстро.       Когда руки были выматы, а нос щекотал терпкий аромат чая, Ирма просто плюхнулась на стул и протянула белую кружку Леви. Аккерман бы сидел так вечно, смотрел бы как Фукс руками берёт вишню и отправляет её в рот, а затем морщится так, что от одного вида сводит скулы. — Кислятина, — пропищала синеглазая, запивая разбавленным чаем вишню. — Тут есть ещё одна, будешь?       Леви лишь помахал головой и, сделав глоток чая, посмотрел в сторону печки. Повезло Эрвину, есть куда вернуться, есть куда прийти в трудные времена и есть кого защищать от титанов. Конечно, Леви и сам был готов бросится в бой лишь бы защитить Ирму, но вот девушка вряд ли будет ждать его вечерами. Не сказать, что от этого было больно, просто неприятное чувство реальности.       Заметив кислое как вишня лицо Аккермана, Фукс подперла голову рукой и поджала розовые от ягод губки. Впервые темноволосая не знала как начать диалог. Волнения Леви вполне могли быть от потери товарищей, а могло быть и что-то более серьёзное. — Леви, что-то случилось? Ты можешь мне рассказать всё, — Ирма подсела ближе к Аккерману и, обхватив его холодное лицо руками, посмотрела в серые глаза. — Я всегда буду рядом. Что бы не случилось, я буду всегда стоять за твоей спиной и прикрывать.       Леви чуть неуверенно дотронулся до худых рук Ирмы и, накрыв их своими ладонями, отвёл взгляд. В этих синих глазах можно утонуть, захлебнуться в своих чувствах и зареветь навзрыд. Но именно в такие моменты Фукс краше всего на свете. Она будто богиня которую послали в этот мир чтобы помочь людям пережить горе и боль, вот только люди этого не заслуживают. Они не заслуживают и мысли Ирмы, её доброго взгляда и ласкового слова. — Ирма, — тихо сказал Леви и вновь поднял взгляд. — Я потерял весь свой отряд… Петра, Оруо, Гюнтер, Эрд, все они погибли ради Эрена в бою с Женской особью. Меня не было рядом и я не смог их защитить…       Аккерман опустил взгляд и Ирме показалось, что он сейчас заплачет. И без того мягкое сердце дрогнуло, а руки сами прижали мужчину к груди как маленького ребёнка. Хотелось бы сказать, что перед этой женщиной всё равны, но нет. Кто-то прижимается к её груди чтобы поплакать, а кто-то поднимает руку и избивает до полусмерти, есть и такие кто спускает с себя штаны и просто насилует. Ирма же всё это терпела, оправдывала тем, что им больно, грустно, им просто нужно выпустить эмоции, пусть и такими странными способами. Её всё равно убивать не будут, кто же тогда будет похороны проводить? — Леви, солнышко моё, — Ирма говорила так мягко, что Аккерман совсем расплылся и лишь сильнее уткнулся в грудь, обнимая подругу за талию. — У Существа работы много, очередь из душ длинная. Думаю твой отряд до сих пор ходит по земле. Давай пригласим их чая выпить?       Когда Леви услышал об этом в первый раз, то хотел развернуться и уйти. Он считал Ирму ненормальной, но до тех пор пока не решил попробовать всё как она говорит. На удивление стало легче, будто получилось поговорить с Фарланом и Изабель. — Я приготовлю чай, — Ирма хотела встать, но Леви крепко держал и только сильнее прижимался к груди отчего становилось тяжело дышать и появилась лёгкая боль в молочных железах. — Ладно, я посижу с тобой, солнышко моё.       Каждый раз когда Ирма называла Леви «солнышко моё», у разведчика внутри что-то приятно сжималось, становилось на секундочку так тепло и уютно, что смерть товарищей на мгновение забывалась. Потом же она накатывала новой силой и то тепло на душе исчезало, оставляя просто ужасающую пустоту.       Ирма улыбнулась уголками губ. Аккерман сейчас походил на маленького утёнка, что завидев опасность или что-то неизвестное побежал прятаться под крыльями матери. Фукс не раз говорили, что будь у неё ребёнок, то он бы точно вырос достойным человеком для общества. Только вот выбрать от кого родить женщина не решалась, так же как и воспитывать ребёнка одна. Это довольно тяжёлое дело и надеяться нужно будет только на себя. С мужчинами Ирме не везло, разве что в разведке, а там и понятно. Безотцовщина. По возможности Фукс бы хотела этого избежать.       Леви нехотя отстранился от тёплой груди и, подняв взгляд, заглянул в синие очи. В них не было и капли презрения и отвращения, лишь боль и сочувствие. Когда-то давно и Ирма потеряла свой отряд и прекрасно знает эту пустоту…       Хотелось бы Аккерману чаще прижиматься к груди Ирмы, пару раз даже были мысли о более интимной обстановке. Белоснежная кровать, вокруг витает запах древесины и благовоний, Леви вжат в кровать, а сверху сидит полураздетая Фукс.       Какой же он мерзкий… — Леви, запомни, — тихо сказала Ирма, дотрагиваясь до красной от туники щеки Аккермана. — Смерть лишь начало новой жизни. Твой отряд это знал, раз пошёл на такой риск. Теперь они свободны, они получили ту свободу за которую боролись, пусть и очень болезненным способом.       А Леви слушал и не смел перебивать. Фукс хотелось верить. Хотелось утешить себя существованием жизни после смерти, пусть её никто и не видел. Но Ирме же можно верить? Она работает с трупами, провожает их в последний путь и даже не скрывает, что похороны лишь формальность, это маленькая возможность проститься с мертвецом и жить дальше. — Ко мне после вылазки подошёл отец Петры, — выдавил из себя капитан, виновато опуская взгляд. — Это было тяжело… — Тише, солнышко моё, — Ирма вновь подскочила к Леви и, чмокнув в нос, дотронулась своим лбом до его лба. — Все они погибли за бравое дело и Существо это учтёт. Вы встретитесь в новой жизни и обязательно узнаете друг-друга. Новая жизнь будет куда лучше этой, я верю в это…       Каждое касание Ирмы сопровождалось волной тепла, хотелось чтобы каждое касание длилось вечность… От осознания, что такая близость лишь в моменты смерти стало больно. Леви одновременно хотел оказаться в этих тёплых объятиях и пытался избежать их. — Давай пить чай? — мягкой спросила Ирма чуть отстранившись от Аккермана.       Мужчина лишь кивнул. Слова было подобрать очень сложно, а в горле будто вырос ком. Встав со стула, женщина подошла к шкафчику и достала оттуда четыре кружки. Налив чуть заварки из маленького чайничка, Ирма залила всю чайную жидкость ещё горячей водой. Поставив сахарницу на стол, синеглазая взяла первую кружку и поставила на стол, прямо напротив Леви. — Эрд Джин, — сказала Ирма и, поставив стул, посмотрела на Леви. Тот же наблюдал за каждым действием девушки, будто она действительно может призвать мёртвых.       Взяв в руки другую кружку, Фукс поставила ее на соседнее место от Эрда. — Гюнтер Шульц, — сказала женщина поправляя стул и поворачиваясь за новой чашкой. — Оруо Бозард.       Очередная кружка была поставлена на стол, а стул поправлен. Осталась последняя… Такой маленький отряд, столько пережили и погибли так несправедливо. Впрочем, может оно и к лучшему… — Петра Рал, — сказала Фукс поставив последнюю кружку рядом с собой. — Мы девочки будем сидеть вместе. — Оруо вновь будет подкатывать к Петре, — проглотив ком, сказал Леви. — Обычно за столом шумно… — Просто мы их не слышим, — уперев руки в бёдра, сказала Ирма. — Уверена сейчас шумно и они пытаются сказать какого быть бестелесными. Ребята, сахар на столе, кто хочет может взять, к сожалению пироги не готовы, а чашечку я облизала.       Женщина села за стол и, взяв в руки чашку со своим чаем, сделала глоток и посмотрела на стул, где «сидел» Оруо. Со стороны может показаться, что она сумасшедшая, впрочем, не сойти с ума при горе трупов очень сложно. Боковым зрением Фукс заметила движение у входа на кухню, тёмные силуэты быстро промелькнули, одна за одним. Их было четверо, по-крайней мере так показалось Ирме. А на кухне будто стало чуть прохладнее, появилась едва заметная пелена. Скептики могут говорить, что это игра воображения, но Ирма знала — это призраки. — Они пришли, — тихо сказала женщина и, посмотрев на Леви, улыбнулась. — Можешь рассказать им всё то, что не успел. Уверена, они тебя поймут.       Аккерман обхватил кружку двумя руками и крепко сжал её. Хотелось так много сказать, хотелось последний раз увидеть своих ребят и попрощаться. Возможно Леви и понимал, то что он сейчас будет говорить пустым стульям лишь умелый психологический трюк, но так хотелось верить, что жизнь после смерти есть. — Простите, я не смог вас защитить, — тихо сказал Леви, сжимая кружку до такой степени, что костяшки побелели. Удивительно как только кружка не разбилась. — Простите… Надеюсь, ваша следущая жизнь будет лучше этой…       А Ирма лишь сидела и смотрела в отражение чая. Мельком ей показалось, что она увидела чьё-то лицо, что улыбалось и плакало. Наверное, очередь действительно длинная… А может и сами солдаты не спешили её занимать. Наверное, если бы умерла Фукс, то как минимум пару месяцев была бы рядом с Эрвином и друзьями, приходила к ним во снах и давала знак, что жизнь дальше есть.       Будет очень печально, если её не окажется… — Если бы я знал, то не оставил бы вас одних, — кажется, Аккерман вошёл во вкус и уже принялся исповедываться во всех грехах, винить себя в том, что не знал или не мог повлиять. — Петра, твой отец приходил и рассказывал про письмо. Он хотел чтобы я давал тебе не такую опасную работу, не заставлял таскать тяжести. Он сопровождал меня практически до ворот и всё время говорил, говорил и говорил. Я же и слова не мог сказать.       Кружка в руках Леви треснула, отчего Ирма тут же подскочила и не нашла ничего лучше, чем накрыть всё кухонной тряпкой. Тёмная ткань быстро впитывала горячий чай и пару капель крови, что шли из маленьких порезов. Меньше всего на свете Ирма хотела видеть кровь своих друзей и семьи, от одного её вида просыпалась курица-наседка, что спрячет под своими крыльями всех-всех и будет защищать пока сама не умрёт.       Выйдя из-за стола, девушка поспешила на второй этаж, где как раз была аптечка. Деревяшка в колени чуть соскочила и стала больно тереться о кости. Одно несчастье за другим. Но Ирма сильная девочка, она потерпит эту временную боль и поможет Леви.       Душа болит куда сильнее плоти.       Вернувшись, Ирма быстро смочила белую тряпку под ледяной водой из колонки и, метнувшись в сторону Аккермана, зажала ткань к его окровавленным рукам. А мужчина сидел и даже с места не двинулся. Все его мысли занимал павший отряд и то, что если бы он вернулся раньше, то все могли быть живы… — Прости, кружка разбилась, — Леви дёрнулся, будто в первый раз увидел происходящее вокруг. — Я уберу. — Сиди! — рявкнула Ирма, зажимая холодную тряпку к маленьким ранам и ожогам. — И не думай дёргаться! Я чуть ли не каждый день кладбище от мертвецов отбиваю, отобью и от тебя!       Ирма уже и не помнила как давно начала рассказывать байки о трупах, но прекрасно знала, что мало кто после этого с ней спорит. А что если это правда? Тогда человечество поджидает другая угроза истребления… — Я уберу, — твёрдо сказал Леви и, попытавшись встать, но если Фукс сказала, то нужно выполнять. Женщина встряхнула влажные руки и, взявшись за плечи Аккермана, попыталась усадить его обратно. — Я разбил и я уберу. — У тебя руки в крови, так что сиди, — Ирма вновь усадила Леви на стул и чтобы тот не удрал, подошла со спины и обняла за плечи, прижимаясь животом к горячей спине. — Потом что-нибудь другое сделаешь.       На щеках появился лёгкий румянец, а синие глаза смотрели на крутящуюся макушку. Ирму многие знали как девушку лёгкого поведения, а всё потому, что она ни с кем не в отношениях не состоит и при этом спит со всеми, кто понравится. Правда, нравятся ей в основном солдаты. Эрвин даже шутил, что если бы у титанов были половые органы, то Фукс бы было не загнать за стену пока каждый не потрогает.       Ох, а что творилось в их кадетские годы… Вместо того чтобы держать под наблюдением женскую общагу, следили за мужской и отгоняли Ирму от неё ночью. Она, конечно, оправдывалась, что пришла к Эрвину, тот даже подыгрывал, но пара солдат что утром едва живыми ходила указывали совсем на другое. — Я сейчас уберу, не люблю быть в долгу, — Леви был непробиваем, отчего Фукс недовольно вздохнула и просто навалилась на мужчину всем своим весом. — Никто долги не любит, — сказала женщина, смотря под серую от чая тряпку. — Вроде остановилась.       Тихий смех, будто маленькая группа людей хихикнула или просто пыталась не засмеяться в слух. В комнате никого кроме Леви и Ирмы нет, а значит смеялись… Аккерман расширил глаза и посмотрел в сторону кружек, что остались нетронутыми, разве что остыли слишком быстро. По телу пробежал табун мурашек от осознания, что они тут не одни, а глаза заслезились.       Они тут. Смотрят и смеются, будто и не умирали. — Ты это слышала? — Леви было важно узнать правду, если это слышал только он то всё, приехали, вернее уехали. — Конечно, — Ирма не сомневалась в правоте своих слов и смех вызвал разве что просто приятные чувства. — Они смеются над тобой потому что ты слишком упрямый! Если я сказала «уберу», то я и уберу. Ты сильнейший воин человечества и будешь мне с таким титулом полы мыть? — Буду, — серьёзно ответил Леви и синеглазая тяжело вздохнула. Она явно не это хотела услышать. — Ирма, сядь. — А хуй тебе, — борзо ответила Фукс и, взяв кухонное полотенце, начала размазывать чай по столу. — Кто так вытирает? — даже настроение чуть поднялось, всё-таки отряд услышал его. — Как умею так и вытираю, капитан Швабра, — Ирма размазала ещё сильнее, чем было. — Это всё из-за твоей крови. Вот поэтому титаны тебя не едят потому что ты не вкусный.       Очередной смешок призраков и Ирма уже не выдержала и сама заржала подобно кобылице. Леви же сидел в полнейшем шоке. Мертвецы смеются, будто и не умирали, а спрятались под плащом-невидимкой, Фукс ржёт, для полной компании не хватает Козы и кур. — Вообще, будешь со мной спорить я пожалуюсь твоему отряду и мы тебя скрутим и в подвал к Эрену засунем! — Ирма не унималась и, подойдя к стулу где «сидел» Эрд, спряталась за ним. — У меня есть Эрд на стуле и я не побоюсь им воспользоваться! Не смей приближаться!       Очень серьёзное заявление. Если мир призраков действительно существует, то Эрд тихонечко ушёл с этого стула и спрятался за Петру. — Ирма, хватит вести себя как ребёнок, — как можно спокойнее сказал Леви и, встав со стула, медленно подошёл к Фукс чтобы отобрать тряпку. — Отдай или отберу силой.       На всякий случай Леви взялся за спинку стула и понадеялся, что Эрд ушёл из опасной зоны. Все-таки Ирма человек слова, а раз сказала, значит сделает. Получать стулом в печень не очень-то и хотелось.       Женщина же, стоило Леви приблизится, чуть согнулась в левом колене чтобы если что бежать или бить. А правая нога просто горела, но чем меньше обращаешь внимание, тем меньше оно болит. Наверное, именно поэтому Ирма и решила побесится. — Я между прочим бывший солдат разведки и не думай, что раз бывший, то сдачи не дам, — пригрозила синеглазая, сжимая кулаки и становясь в боевую стойку. — Я свободно могу поднять тело взрослого мужчины, а если учесть, что ты живой, то будешь полегче тех мертвецов которых я обычно тягаю.       Даже не смотря на травму у Ирмы была хорошая физическая подготовка и дело не совсем в таскании трупов. Женщине приходилось стоять на ногах несколько часов, поднимать как тела, так и тяжёлые мешки с кормом для животных, порой Фукс не спала больше пары часов в день и чтобы оставаться в тонусе часто занималась. Правую ногу она старалась сильно не напрягать, всё-таки отсутствие коленной чашечки делает её калекой, обычно при таком раскладе люди менее активны и передвигаются с помощью костыля или коляски. Ирме же повезло. Пусть чашечка и вылетела, организм довольно быстро пришёл в норму и принялся жить так, будто этой кости никогда и не было.       Говоря об организме. Стоило Фукс сделать шаг назад, как правая нога согнулась и та полетела на пол, не сумев удержать равновесие. Синие глаза распахнулись, а на щеках появился румянец. Вот так солдат, свои же ноги подвели и теперь та летит как титан к разведчику. — Аккуратно, — пробормотал Леви, захватывая Ирму в свои объятия и помогая оставаться на ногах.       Фукс уткнулась Аккерману в грудь и не проронила даже звука. Теперь ей было нечего сказать. Назвалась солдатом, а сама рухнула из-за травмы. Вот и какой она теперь солдат? Если бы не Леви, то уже валялась титанчиком на полу и наверняка пустила бы пару слёз из-за боли и своей беспомощности.       Капитан разведки же видел в Фукс изломанного человека который всегда говорит, что всё нормально. Ирма будет захлёбываться от боли и при этом бегать, помогать другим. Впрочем, Аккерман отчасти был таким же… — Может тебе присесть? — подхватив Фукс на руки, Леви аккуратно усадил её на стул которым та угрожала.       Аккерман замечал и до этого, что Ирма правую ногу всегда убирает назад, не сгибает, будто что-то мешает. От Ханджи удалось узнать, что там серьёзная травма и дать УПМ женщине, всё равно, что дать суициднику верёвку с мылом. Правда, что за травма из разведчиков знает только Эрвин, а зная его характер, он вполне может пожертвовать сестрой во блага человечества. — Со мной всё нормально, просто устала, — спустя несколько долгих минут, сказала Ирма. Глаза поднимать она не спешила, было жутко неуютно и хотелось спрятаться в печке для кремации.       Её никто не должен видеть слабой.       Леви лишь закатил глаза и, взяв тряпку в руку, принялся убирать осколки и вытирать разлитый чай. Он говорил, что уберёт, он убрал. Человек слова. Останется заставить Ирму отдыхать, но женщина вряд ли его послушает. Леви всё-таки лишь друг для неё и слушать друзей не всегда в духе хозяйки бюро. Можно было бы приезжать и помогать, но разведка не даёт и дня отдохнуть, кучи документов, планы, тренировки, построения. — У тебя ничего не подгорит? — спросил Леви, стоило тому почувствовать сладкий запах пирогов. — Забыла! — Ирма моментально пришла в себя и, подорвавшись с места, поскакала к печке. Ступать на правую ногу было очень больно, поэтому Фукс держала весь вес своего тела на левой и лишь мимолётно помогала больной. Нужно перебинтоваться. — Уже готово! Леви, отнесёшь меня на второй этаж? Мне нужно кое-что сделать и потом обратно спусти.       Сероглазый лишь кивнул и, подхватив Ирму на руки, прижал к груди. Она такая лёгкая, хрупкая и желанная… Хотелось спрятать синеглазую от этого жестокого мира, укрыть собой от всех опасностей. Странная дружба.       Поднявшись по лестнице, Леви прошёл в светлую комнату Ирмы где всё это время горела лампа и, усадив девушку на кровать, покинул помещение. Наверняка она хочет что-то с ногой сделать, а для этого придётся снять штаны и показать травму. А этого Фукс не допустит из-за своего упрямого и чуть противного характера.       Травма для Ирмы была чем-то интимным, была тем, что не показывают кому попало. Ей было проще оголить грудь на площади, чем показать ногу паре человек.       Привстав, темноволосая ослабила шнурок на штанах и сняла их, следом слетели и давящие на бёдра чулки. Бинт ослаб и выглядел как серая тряпка, деревяшка давила на выступающую кость, а синяков стало чуть больше. Чёртова нога. Убрав бинт, Фукс достала из комода у кровати маленькую баночку с обезболивающей мазью и принялась растирать её по месту травмы. Тонкие пальцы оставили холодную дорожку вдоль рубца, что остался от открытого перелома. Больно, хотелось плакать и закрыться от мира.       Ирма устала быть сильной.       Приятный холодок на жгучей коже и запах мяты на всю комнату. Останется дождаться пока мазь впитается и можно будет выходить, ехать с Леви в обнимку до штаба разведчиков. Эрвин наверняка отправил Аккермана с одним конём и рассчитывал на то, что любимая сестра пощупает сильнейшего война человечества. А спина у этого разведчика ничего… Ирма была бы не против прислонится оголённой грудью к ней… — Блять, что за мысли? — прошептала Фукс, закрывая рукой розовое личико. — Так вот какой на самом деле недотрах…