За дверьми аристократии

За завтраком девочки старались не отсвечивать, дабы не притянуть на себя гнев отца. Чуть позже к ним присоединилась и тетушка. Меда и Белла сидели и о чем-то очень тихо шептались, а Нарцисса как обычно, была словно немного в стороне. Белла осторожно наклонилась к сестре — пойдем после завтрака в сад, я тебе кое что покажу Меда кивнула, а сидящая через стол от них третья дочь, только скривилась. Когда трапеза была закончена, девочки, сидящие рядом поднялись, отвесив поклон отцу и матери они отправились в сад, а Цисси только и оставалось, что проводить их взглядом. Девочка давно уже свыклась, что ее особо никуда не брали. Ей безусловно было обидно, но поделать с этим ничего не могла. Не хватало каких-либо точек соприкосновения. Вальбурга посмотрела на племянницу, оставшуюся сидеть за столом и печально вздохнула. Она осознавала, что наверное ей обидно, но поделать ничего не могла, причину такого поведения девочек — разгадать было несложно. С детства Нарциссе доставалось все самое лучшее. Мать не чаяла в ней души, а отец боготворил, считая ее самой идеальной возможностью для своей будущей сделки. Она была красива, образована, имела достаточно мягкий, покладистый характер, умела говорить, что надо и молчать тогда, когда это было необходимо. Выдать ее замуж, для его не составило бы никакого труда. А значит и сыграть великолепно выгодную для себя партию — тоже. Она бы никогда не стала приператься или спорить с отцом. Разумеется на эту девочку, ставили все ставки.Другое дело две другие сестры: Беллатрисе, как старшей, всегда доставалось больше всех: побои, оскорбления, угрозы — все это было составляющем жизни девочки, с самого раннего возраста. Сигнус считал, что это единственное возможно решение — он думал что таким образом воспитает ее, вырастит человеком, но с каждым годом лишь больше терял с ней связь и строил непреодолимый барьер между ними. Хотя сказать, что между ними когда -то были поистине теплые отношения — нельзя. Он всегда придерживался строго воспитания, даже с любимой Нарциссой. Жизнь его третьей дочери, вообще было сложно как-то охарактеризовать: Девочку никогда не любили так, как Нарциссу, но никогда не издевались над ней так же, как над Беллатрисой. Она росла будто немного сама по себе, формируя свои взгляды, жизненные позиции и характер из собирательного образа всех вокруг. Конечно отец предъявлял некоторые претензии и к ней и всегда был с ней строг и холоден, когда то даже пытался применять к ней силу, но Белла не позволила этому случится. Надо отдать должное, старшая из сестер Блэк всегда очень любила Меду, считала ее по истине себе равной, старалась защищать и давать советы. Ей даже удалось стать примером, для младшей сестры. Андромеда тоже была с ней в доверительных отношениях и частенько равнялась на нее. Когда две юные особы зашли в сад, они отправились в самую его глубь, чтобы их никто не подслушал и не нашел. Сад был поистине огромен, но они выбрали место в тихой беседки у пруда. Когда Беллатриса убедилась, что никто не станет свидетелем их беседы, она достала из потайного кармана платья какую-то тетрадку. Она была самая обычная, только в кожаном переплете и украшена белоснежными узорами. — гляди, что я достала Улыбнувшись проворковала старшая из сестер Блэк. — Что это? Удивленно взглянула на нее Меда. Уголки губ Беллы чуть приподнялись, расплываясь в едкой ухмылке — дневник, который ведет Цисси Но казалось бы, нужого ей восхищения от сестры она не дождалась: — ты что, это жестоко. - ты что, это жестоко... Передразнила она Андромеду и продолжила: - да ты хоть знаешь, что наша мисс идеальность, по уши влюблена в малфоя! И вот эта фраза вызввало уже более бурный ажиотаж - врешь! Удивленно сказала Меда - клянусь Мерлином!