Одумайся. Это проще, чем кажется

      Иголка легко входит в хоть и прочную, но тонкую ткань. На этот раз, на бедре. Подняв юбку платья, с видом сосредеточенным, Рагата быстро зашивала дырку сбоку. Порезов там было несколько, один, длинный, посередине, по обе стороны от него - менее глубокие. Кукла не могла чувствовать боль от того, как ткань рвалась и от того, как ее зашивали. Если бы присутствовала еще и боль.. Сложно сказать.       Работа закончена в полной тишине, Рагата не издала ни звука, обрезав нитку. Уставилась на иглу, держа ее двумя пальцами. В голове как будто приступ дереализации, не понятно, что за вещь лежит в руках.       — Устала я.. Иголки забываю.       Она воткнула иглу в мягкую подушечку на столе. В зеркало было больно смотреть. Под пуговичным глазом на щеке, на предплечье, где закрывали рукава, на шее, запястья.. Сколько раз она зашивала себя? Латала дырки, накладывала заплатки; никто не заметил, потому что это - обычное дело.       Да, она все таки посмотрела на себя в зеркало. Тряхнула головой, освобождая ее от вдруг налетевших плохих мыслей, схватила большой кусок темно-голубой ткани и накинула на зеркало. Выдохнув облегченно, приложилась к деревянной кромке лбом. Если она не видит проблему, то проблемы нет.       Открылась дверь за спиной и собственная комната стала тесной птичьей клеткой. От неожиданности хотелось вскрикнуть, но голос пропал. В дверях стоял тот, кого видеть не хотелось. Рагата застыла, сжавшись и молча смотрела на дверной проем. В его центре светилась недержимая улыбка.       Когда кролик подошел, Рагата попятилась назад, обходя гостя стороной, так она была + ближе к двери, хотя не хотела сбегать. Она не хотела защититься от возможного, ей ничего не стоило сделать, что ее просят, а если не трудно, тогда зачем ерепениться?       Джакс показательно протянул к ней руку, все еще заглядывая в глаза.       — Ты чего, куколка, ну я же не дерусь, — он мурлыкал свое тихо, пока дверь в коридор закрылась. Не описать, насколько Рагата была напугана видеть это лицо снова. Болели швы на коже, давая знать, чем обернулись прошлые "встречи". Только бы не тронул, только бы обошлось..       Все таки гость не был глуп, ужас собеседницы он видел и осозновал. Улыбка ослабла, он прокашлялся в сторону и убрал руку, почесав ей затылок неловко. У него на лице появилось такое осмысленное выражение, такое сочувственное.. Он не станет ее трогать сейчас, он пришел не за этим.       Немая сцена, он снова протягивает мягкую лапу к девушке, кладет ей на плечо. Рагата не убирает с себя его рук, а он прекрасно знает, на что стоит давить, чтобы успокоить.       — Джакс, — дрожащий голос, который едва сдерживает истерику, — ты не включал камеру?       Она не смотрит в глаза, когда рука перебралась ей на голову и гладит, трогая ниточные волосы. Девушка мелко дрожит, Джакс чувствует это, но если быть очень честным рассказчиком, ему все равно.       Он долго не отвечает на вопрос, нежно успокаивая молчанием. Уже намного тише Рагата повторяет, не зная, зачем:       — Ты ведь не включал ее да?. Не сегодня? Скажи, что не сегодня..       Кукла заминается, чувствуя, что без слез больше не может. Она в своей золотой клетке и ее ласкают сейчас, но что будет после? Ей страшно, но она не может уйти. Она ведь.. Знает, зачем нужны ее страдания. А ведь все таки, может, что не в этот час и не в таком положении?        — Обещаю, что я не включал камеру.       Насколько мог стать серьезным этот голос.. Настолько он стал. Джакс вздохнул, уводя взгляд от созданной им картины; безвучно громко плачущая девушка раздражала его. В ней не было ничего, что так или иначе его привлекало, кроме сильного сходства тела с человеческим, но рыжие волосы, глупый бант, заплатанное платье и бесформенное лицо не вызывали ничего кроме отторжения и странного чувства жалости. Неприятной жалости. В их связях не может быть никакой любви.       Немое кино продолжается, Рагата сдавленно всхлипывает, а слезы растворяются в ткани. Кролик обнимает ее под руки и это как повод прижаться к его груди и дышать чаще. Эти моменты ласково называли насильника крольченком. Как первая встреча, где неопытная в этом мире Рагата приняла картон за настоящую монету, прижимаясь так же к груди, кладя голову на колени, улыбаясь, целуя в губы и ниже пояса. А потом случилась та самая песня:       Ритмичные движения, резкие толчки. У девочки Алены разбиваются очки.       Разорванная юбка и течет немножко кровь: Вот такая быстрая первая любовь.       Лучше уж и не описать.. Нельзя сказать, что это было откровенное насилие, Рагата была рада услужить тому, кто был с ней так ласков, чем подкупил в первые минуты прибытия. Быть может, он взаправду любил ее, как любят друзей, Рагата была так счастлива тому, что, краснея, стонала под парнем, что точно было не ради чего-то, а по любви, ведь в реальной жизни с мужем ей так сильно не повезло.. Потом ей дали кассету с ее счастьем между чужим телом и травой.. Там было все целиком, складно отснято и был звук того, что говорил ей этот парень.. Как он гладил ее голову лишь для ее согласия. Только для того, чтобы не брать силой. Это все лишь для порно. Скудного и мерзкого, на потеху другим порно. Но как иначе, если не на такое тратить силы, это ведь цирк.. Самый настоящий.       Вторая встреча была хуже. Рагата отдавалась послушно, лишь бы получить неведомую ранее ласку и нежность.. Но такого более не было. Новые надрывы на ткани: на руках, бедрах, животе и спине. Это не закончится никогда.       Сейчас ее как будто бы любят за кадром, хотелось отчаянно и наивно в это верить.       — Рагат, успокойся. Видишь, я безоружен, — он развел руки в стороны, но девушка не отстала от его груди. Слова стали в миг бессмысленны.       — Ладно..       Кукла бы умоляла сейчас, чтобы он не уходил, но вернул ладони на ее голову. Пользуясь бесприкословной податливостью, ее усадили на кровать. Она не хотела сейчас давать отпор, не было никаких сил или желания, лишь бы он продолжаь строить романтическую историю вокруг.       На кровать они сели оба, девушке все не хотелось отпускать пушистую шерсть.. Шерсть пахла ее слезами и ватной "кровью". Джакс смотрел на это молча, будто задумавшись, что делать дальше. Он пришел сюда не просто так и точно не ради того, чтобы составлять приятную компанию, его долг в другом, и раз он пришел, ничего не стоит ему начать. Смотря на рыжий затылок и слегка вздрагивающую спину, у него в голове была только пустота. Ладно, пора заканчивать.       Рагате сложно было объяснить, как так случилось, что ее опрокинули на спину и прижали к кровати. Единственный глаз ей закрыли рукой и она больше ничего не видела. Все еще не могла сопротивляться, не хотела и не имела возможности. Если Джакс ее обманул, тут ничего такого нет, в самый первый день сьемки он брал ее доверие обманом, уловка не нова, меняется только ложь.. И последствия. Оказалось, что ее руки связаны, сверху на колени что-то давило, не трудно понять, что это такое мягкое. Глаз все еще закрывали. Снять с нее платье нетрудно, не стоит особых усилий обножить ватное тело с десятками швов на нем.       — Ты знаешь, у меня кое что для тебя есть. — послышался слегка приглушенный голос, затем шорох, Рагата не могла знать, что происходит, только терпеливо слушала, как с щелчком что-то открылось, потом рядом неимоверно тихо упало что-то маленькое. Кролику хотелось видеть ее слепую реакцию, хотя если бы он мог, он бы этим не занимался. Партнерша сейчас замрет на секунду, ощущая телом эти еле заметные ощущения, после чего весь Цирк будет слышать ее ужас.       — Просто скажи, ну зачем это все? Я все понимаю прекрасно, но.. Ладно. Ладно, я все знаю. Я все понимаю, не глупая, понимаю, что без этого..       Меж ключиц очень легким касанием прошлись несколько крошечных коготков, с каждым мгновением из становилось только больше, насекомое выбрало путь к животу, спускаясь из чужих рук, прожигало кожу. Рагата забыла, как дышать, как и предсказывал кролик, она оцепенела. Сороконожка на ее груди.       Несколько секунд осознания прервались внезапно выбросом адреналина, это выглядело, как когда мертвых кальмаров поливают соусом. Руки крепко держались веревками, с ногами было еще труднее, насекомое легко и быстро переставляло лапки, двигаясь в неизвестном направлении. Эти маленькие иголочки были по всему телу, залезали везде.       — Убери ее, убери! Пожалуйста, что угодно, УБЕРИ!       Сороконожка не сваливалась, цепко держась за ткань, сколько не бейся, пытаясь ее скинуть. Сзади нее остается тонкая дорожка животного ужаса. Уже на животе, там остановилась, ни ей, ни Джаксу паника девушки не мешала. Их обоих не получалось с себя стряхнуть. В момент пришла неумесиная мысль - а что, если укусит? Не ясно, что будет и ощутит ли она боль. Тело напряжено до предела, даже тоненькие иголочки ощущались ужасающе, а что, если она укусит? Это заставило замереть, как все и было, только и ожидая либо одного, либо другого. Либо она продолжит путь к ногам, либо вцепится сейчас. Невыносимые секунды слепой неясности. Вдыхать получалось запросто, на назад воздух как будто бы не выходил, постоянно силясь вдохнуть больше, воздуха не хватало. Рагата чувствовала, как потеет и каждую ножку насекомого, цепочка тянулась в два ряда от правых ребер до пояса. Невозможно разобраться их температуру, но они кажутся ледяными и адски горячими одновпененно в разные промежутки. Как будто бы этого было мало, мало почти полного обездвиживания, слепоты и чертовых насекомых, которые все вместе порождали не просто панику, а нечто еще хуже, к бедрам медленно прикоснулась пушистая ладонь. Это было до того неожиданно чувствительной коже, что Рагата могла бы закричать, но молчала, лишь издав стон, больше переходивший в отчаянные рыдания. "Что же я такое делаю?" — вдруг пришло в кроличью голову. Он снимает, как по абсолютно голой, доведенной до истерического коления им самим девушке, вроде даже его подруге бегает ее собственный главный страх. И он тут главный, он это видит и поощряет своим участием "облапать". Он одумался слишком поздно для девушки, уже больше не прощасей о помощи или пощаже, как было в первые разы. Он довел ее до отчаяния.       Рагата не ожидала ничего, только думала, насколько быстро ее поимеют сейчас и через сколько мгновений ей покажется, что она теряет сознание, как ей разжали глаза. Все произошло слишком быстро, удалось заметить только, как парень быстро и без каких-то прилюдий хватает сколопендру, как оказалось, темно-синего цвета и прячет обратно в банку. Что за жестокую дичь он делал все это время? Что он вытворял, что он сделал? Сделал и не только с рыжей куклой. Почему до него дошло только сейчас - объяснить трудно.       Сейчас он без понятия, что говорить до смерти напуганному человеку, который, все еще ожидая чего-то более страшного, чем насекомые, смотрел и молча спрашивал, что случилось с ним только что и что будет. Как будто не он открывал глаза девушке, а ему открывали глаза на то, чем он занимается. Он причиняет друмим персонажам боль. На такое ему никогда не хотелось обращать внимания, многие были мишенью его колких слов и не лучших действий, но чтобы насиловать.. Чтобы присвоить другим настолько сильный ужас перед собой, чтобы смотреть в пол, не хотеть, но молча соглашаться на бойню.. Это не круто.       Веревки исчезли так же быстро, как и появились, признавая ошибку, парень слез с коленей, небрежно от растерянной спешки прикрыв Рагату одеялом. Лучшим действием было уйти, извиняться он никогда не умел, сейчас любые действия с его стороны казалось, делали только хуже и топтали могильную грязь. Самое глупое, что можно сделать - сбежать с места преступления. Самое глупое, но самое правильное решение.