***
После съемки проходки, Вика ещё раз сверила адрес, введеный в приложении вызова такси, с тем, что ей отправила Марьяна. Хотя кафе находилось недалеко от Новой Басманной, девушка видела его впервые. — Я на местеИ я, заходи. Я заняла круглый столик в конце зала. В общем, увидишь меня—
И Виктория зашла. Внутри помещение выглядело куда более презентабельно, чем снаружи. Старинная застройка в центре требовала определенного ухода за фасадом здания. Хотя, какое ей было дело до обшарпанных стен, когда на глаза попался нужный стол. Марьяна могла даже не называть его расположения, ярко-рыжие волосы видно даже при скудном освещении. Взгляд голубых глаз прикован к приближающейся брюнетке, Марьяна заранее встала со стула, протягивая руки для объятий. — Привет, шикарно выглядишь, — совершенно верно подмечает Виктория. По-домашнему растрепанный вид девушки лишь украшал её. Непривычно видеть прежде жгучую Марьяну в чем-то куда более повседневном и уютном, чем её привычные наряды. — Спасибо, ты тоже, — Романова приобнимает женщину, слегла нагибается и касается щеки Вики своей щекой, никакого пошлого контекста в этом лишь символическом поцелуе нет. Обычное приветствие двух коллег, да? — Я буду латте, ты? —Тоже. За приятным разговором чашки с кофе опустели слишком рано. Виктория отставила свою подальше и наблюдала, как Марьяна с жадностью, не боясь показаться смешной, соскребала молочную пенку с керамических стенок.***
В продолжение их еженедельных бесед отношения от уровня «коллеги» уверенно продвинулись и стали чем-то куда более близким и, возможно, нежным. Теперь Марьяна на подсознательном уровне знала, что Райдос не спит в самолетах, что недолюбливает кофе в поездах, но все равно заказывает по чашечке за поездку, теперь её забавляет факт наличия у ведьмы отдельного телефона для инстаграмма и других двух, назначение которых не до конца понятно. Подобные мелочи въелись в мозг девушки, заполонили её мысли и даже вошли в привычку. При поездке в поезде шаманка, позаимствовав идею Виктории, берет бутылочку некогда ненавистного томатного сока. Вкус напитка все так же неприятен, но ощущения изменились. Вливая в себя темно-красную жижу, пытаясь распробовать непонятную субстанцию, Марьяна думает не о своих предпочтениях, она думает об этой женщине. Вика, в свою очередь, перестала ждать подвоха от подруги. Сказанные в начале проекта слова о нежелании заводить близкие отношения с коллегами потеряли свой смысл. Теперь это желание появилось, но близость все ещё в процессе. Пока Романова покусывала, заимствуя энергию ведьмы, Виктория полностью раскусила её.***
Но время не щадит никого, ничто не может длиться вечно, как и встречи по вторникам, которые последний месяц проходят в формате онлайн. Обсуждать «Битву...» больше нет смысла, проект завершился уже довольно давно, девушки больше не связывают друг друга с ним. Личные темы приелись. Порой жизнь не успевала дать тему для обсуждения на следующей неделе, а события предыдущих они обсудили вдоволь. Их отношения слишком разогнались на старте, так что финиш оказался чересчур близко. После обычной рабочей недели Вика понимает, что смысла в разговоре с Романовой нет. Берет телефон, но не звонит, а набирает сообщение. —Привет, Марьяш. Сегодня никак не выходит, не дома ночую. Лукавит, ещё и так нелепо подбирает отговорки. Но выжать из себя хоть чуточку заинтересованности в беседе она уже не может. Отправляет сообщение, нарушив основное правило их с Марьяной взаимоотношений — честность. Райдос откладывает телефон на край кровати, повернув экраном вниз. Стыдно даже. Ответ не заставил себя ждать.Вот как… Ну ладно, а когда вернешься? —
Может лично встретимся потом? —
—Давай потом решим.Вторник, через неделю.
Привет! Не занята? Я на Алтай ездила на днях,
может ты видела, я в инстаграмм выкладывала. Могу рассказать о поездке, если тебе не о
чем поговорить.— А может нам встретиться лично,
давно не виделись? —
—Запиши голосовое, послушаю. Холодность Виктории не отпугивала Марьяну, лишь наоборот подогрела интерес. Ещё на проекте девушка привыкла к эмоциональным качелям, не в новинку это. Вторник сменял другой, а Романова все писала и писала. Постепенно ответы и вовсе перестали поступать, а надежда Марьяны угасала с каждым сообщением, отправленным в пустоту. Не налюбилась, но наплакалась она изрядно.Вторник, вторник и ещё.
Доброе утро! —
Вик, ночью уезжаю из Питера. Встретимся напоследок? —
Я в Москве—
(непрочитано)
Больше их не связывал даже дождливый Санкт-Петербург. Со временем привычка писать безответные мемуары пропала, Вика окончательно удалилась из жизни Романовой. А Марьяна так и давилась мерзким томатным соком, вспоминая все ту же женщину.