Как же ты бесишь

Такахаши вернулся в общежитие. Оно делилось на 4 блока: A, B, C и D. В первых двух блоках проживали парни, а в последних, что логично, представительницы прекрасного пола. Блоки B и C располагались относительно близко друг к другу и считались как минимум более скандальными и эпатажными, что ли. Странно, Да? Если вечеринки и проводились, то именно здесь. Они были безумными и дикими, с бешеным количеством алкоголя и малым объёмом наркотиков, которые потом можно было найти в собственных шкафах. И как полиция ещё никого не спалила? Это же не какая-то американская комедия, а вполне серьезный институт не так ли? Булочку Кенши благополучно донес до комнаты, а затем включил электрический чайник. А что до Карлтона? Мысли о сегодняшнем инциденте не прошли просто так. Голова была забита образами Такахаши. "Вот урод, блять. Еще и в голове поселился!" Как отзывался сам Джонни. Только в душе, прокручивая события минувшего дня, он вспомнил. Он накачал булочку разными возбудителями. — Вот черт! Кейдж как ошпаренный, не высохший, спеша натянув "тряпки", побежал в блок общежития Такахаши. Он как можно быстрее пытался добежать до комнаты, а после и достучаться. — Узкоглазый! Открой мне! Быстро! Сейчас же! — орал на весь этаж американец. Сам Кенши ничего абсолютно не подозревал. Разве он мог подумать, что Джонни, хоть и человек, который строит ему постоянно козни, позволит себе настолько грязный трюк? Вскипятив чайник. Он заварил себе чаю и разрезал булочку. Как же поздно спохватился американец. Такахаши уже съел половину и через какое-то время ему стало как-то не по себе. Стало жарко и он оголил торс. Но тут пришёл виновник, орущий за дверью, прося открыть ему. Такахаши на немного ватных ногах подошёл к двери, а затем открыл её. Да уж.. щеки его уже кажется пылали, а взгляд был какой-то мутноватый. — Опять ты.. незачем так кричать.. простого стука было бы достаточно.. — шипел азиат, выглядывая из-за двери, — Говори, что опять и уходи.. ты вообще не вовремя.. Во рту сохло и японца немного передергивало. Кажется он вообще не подумал на Джонни, а скинул это на последствия сотрясения, лихорадку или хотя бы переутомление. Зато Джонатан понял, что уже поздно. Он упустил нужное время и сейчас Такахаши очень сильно попал. Карлтон оценил всю ситуацию. Нужно срочно снять все напряжение. — Не, я очень даже вовремя.. Кейдж понимал, что вот он его шанс, чтобы узнать тело японца. Он с силой толкает его в свою же комнату, немного паникуя. — Сожрал всё-таки.. как миленький сожрал.. Ну ты и влип, Такахаши.. — Что ты имеешь в виду.. это ты что-то сделал?— голос Кенши был почти глухим и ещё более низким. — Просто доверься мне! Парень тут же повел своего будущего партнера на кровать. У них примерно одинаково построены комнатки—квартирки, поэтому он уже знал, что и где. Руки сразу полезли к обнаженному телу, а губы накрыли чужую грудь, пока Кенши тяжело дышал, а сердце учащенно билось. Он старался оттолкнуть Джонни, чтобы он ещё сильнее не усугублял положение, но выходило не очень. Всё его тело под воздействием вещества стало чрезвычайно чувствительным. — Кейдж.. прекрати.. это уже не смешно.. — пытался оказать сопротивление японец, — Черт.. придурок.. прекрати! Оставь меня в покое хоть на день! Ты траванул меня какой-то хуйнёй! Это было неэффективно. Оказывать сопротивления просто не было сил. Щеки пылали и он закрыл рот Кейджа рукой, всё ещё пытаясь сделать так, чтобы он него отстали. — Уйди.. молю тебя.. — Кенши, мать твою за ногу!! Джонни тут же убрал чужие руки от рта и взял личико японца в свое, что бы сфокусировать все внимание на себе. Зрительный контакт сейчас был максимальным. — Да я, блять, отравил эту булочку! Да я, сука, виноват, потому что хотел утереть тебе нос. Но сейчас я все хочу исправить, слышишь меня? Он говорил четко, внятно, но тихо, потому что голова и так болела от перебитого носа. — Я всего лишь сниму тебе напряжение. Это правда поможет. Несколько оргазмов и холодный душ приведут тебя в чувство. Просто представь, что меня вообще тут нет. Представляй, что угодно, но я хочу помочь тебе и исправить все положение. Поэтому закройся и получай блядское удовольствие! Понял? Зрительный контакт действительно помог, пускай и голос Кейджа был как будто пропущен через гулкую трубу. Кенши закивал. Видимо другого варианта просто не было. Он ещё обязательно всё выскажет ему, но потом. Кенши прикрывает свой рот ладонью и тихо, но при этом сладострастно мычит, когда чужие губы смыкаются на шее. Такахаши закидывает голову чуть назад, ощущая по телу мурашки и Джонни почувствовал эту слабость и дозволенность. Он тут же пользуется моментом, переводя одну руку куда-то в область груди, а вторую ниже, к возбужденному органу. Карлтон крайне сильно хотел быть тем самым, который нагнет Такахаши и кажется у него это получится. — Боже мой.. Какой же кайф.. — рычит он от удовольствия, переводя губы на чужие вставшие соски. Влажный язык проходился по чувствительным точкам, — Пожалуйста, не сдерживай голос. Я так не могу. Хочу тебя услышать, мой милый Кенши.. По разгоряченному телу забегали мурашки. Лицо стало багроветь, а японец становился вместе с этим всё более и более податливым. С каждым касанием тело давало реакцию, где приятно, где нет, а где очень. Сейчас Кенши был живым металлоискателем. Проклятое тело, соскучившиеся по этому всему.. оно само выдавало владельца. Однако, что-что, а голос свой он всё равно держал в себе, шумно выдыхал, но не издавал ни единого писка. А когда чужая рука коснулся возбуждённого органа, то к горлу подступил ком, а длинные дрожащие пальцы зарываются в волосы Джонни. Голову окутывает тяжелый дурман. — Черт.. Джонни.. ты реальный псих.. Он вроде как ругается, но это звучит совсем беззлобно. Кенши отрывает его от ласк и тянется за поцелуем, жадно, но продолжая нежно, впивается в губы. Он тихо, но протяжно стонет в поцелуй, кладя ладони на лице Карлтона, затем ниже проводя по шее и плечам. Кто бы мог подумать, что именно от касаний обидчика так будут рдеть его щеки, а тело прошибает мелкая дрожь от "правильных" прикосновений. И Джонни это понравилось . Чужой голос прямо ласкал уши, доводя до морального оргазма. Боже мой, они буквально сегодня чуть не убили друг друга, а сейчас петушатся в кровати. Но поцелуй пришлось разорвать, когда воздуха стало откровенно не хватать. Карлтон прямо задыхался от удовольствия. А в глазах кипел азарт и желание овладеть японцем. — Мое, блять.. Только сука мое.. С этими словами по телу уже стали сыпаться нифига не поцелуи и ласка, а укусы и наконец засосы. Это было дико, резко, но и приятно, потому как Джонни продолжал стимулировать грудь, чтобы совместить и боль, и удовольствие. Он не мог просто насытиться этим божественным телом. Как же долго он его хотел. — Правильно, блять, что ты ни с какой шлюхой не велся. Для меня сохранился, красавчик.. На лице появилась самодовольная улыбка. Так хотелось подчинить Кенши.. Так хотелось полностью облапать, расцеловать, оставить отметки. Но хватит медлить. Карлтон больше не мог терпеть. Он хотел ощутить чужую плоть у себя в рту. Но перед этим этот грязный ублюдок начал облизывать пару пальцев руки Такахаши. Его язык умело проходил по ним, будто облизывает сам ствол члена. Боже ж ты мой.. Он еще и всю длину в глотку смог взять, даже не запариваясь.. Кому из них больше крышу то снесло? У Кенши аж перехватило дыхание. Черт.. это было так пошло, но обольстительно до дрожи по всему телу. Моментами азиат представлял как это выглядит другими глазами: тело под Джонни прогибается, жмется ближе. И пока Кейдж страстен и моментами груб, японец нежен и аккуратен. Он сам вытаскивает пальцы изо рта парня, вновь целуя. Сначала яблочки щек, потом скулы и лишь теперь губы. Поцелуй выходит ленивым, тягучим, а затем сменяется вспышкой страсти, пока рот Карлтона заполняет чужой язык, исследующий всю ротовую полость. Однако Джонни больше не мог терпеть. Он хотел его полностью. Но черт подери как эти поцелуи умиляли. Как хорошо, что Карлтон всегда носит с собой смазку и резинки. По странному стечению обстоятельств разумеется. Сука, но как умело целуется Такахаши. Аж дрожь по телу берет. Джон сам не сдерживается и тихо скулит в этот дикий поцелуй. Какие же у него сладкие и пухлые губы. Хотелось вечность прижиматься к ним. Такими темпами у актеришки и зависимость может образоваться. Ему будет не хватать тела Кенши. Он будет хотеть еще и еще. Это сравнимо с наркотиком. Таким наркотиком, который один раз попробуешь и больше не сможешь слезть. Но хватит глупостей. После того, как поцелуй снова был силой разорван, Джонни перевел руку на чужой пах, тихонько шепча на ушко партнеру. — Поверь милый, я не позволю делить тебя с кем-то. Ты только мой.. После этих слов, парень начал спускаться поцелуями к шее, груди, животу, на котором он особенно долго остановился. И вот он наконец оказывается между прекрасных ног японца. Губы не спешили насаживаться на возбужденный орган, он явно хотел его подразнить. Поцелуи и даже укусы прошлись прямо по внутренней стороне бёдер. Какой же он весь чувствительный. Словно оголенный проводочек ласкаешь. Но не долго думая, парень спрашивает: — Я могу их снять? Оттянув резинку белья, он отпустил ее, слыша смачный шлепок о горячую кожу. После разрешения, Карлтон наконец смог оценить и размерчик стоячего члена. Фииить.. Такому и позавидуешь. Джонни присвистнул от удивления, а уже после, глянул на личико партнера. Вот это красавчик! Такой разнеженный, восхитительный, обалденный. Все. Больше терпеть нельзя. Одним слитным движением, он взял чуть меньше половины всего размера члена Такахаши, сильно жмуря глаза. Благо он немного растянул горлышко с помощью пальцев. Раздался протяжный стон и утробное урчание. Кенши сдался с потрохами. Сознание затянула сладкая поволока и японец растворился в человеке, что так жадно его целовал. Легкие сводило, голова кружилась, а низ живота затянулся тугим узлом. Сейчас под воздействием вещества и в умелых руках Джонни, Кенши был согласен на всё, на подсознании подозревая, что когда всё закончится и он наконец будет в своём обычном расположении духа он будет жалеть ментально. И теперь когда разгоряченная плоть оказалась почти на половину во рту, дышать стало почти невыносимо, как и подавлять себя. Японец запрокидывает голову, и на эмоциях тихо простонал на японском, облизывая, высохшие от горячего дыхания губы. — くそったれ Господи как же жарко. Джонни хотелось поскорее избавиться от одежды и овладеть телом и внутри. Потому пока Кенши совсем потерял бдительность, ручки полезли к смазке, дабы не терять время. Чужие пальцы стали влажными и тут же начали нагло дразнить чужой сжимающийся комочек мышц. Но стоит только влажным пальцам начать дразнить комок мышц, как стон становится звонче, заставляя Кенши тут же закрыть рот рукой, пока внизу живота до судороги сводило. Такахаши казалось, что ещё чуть-чуть и он сойдёт с ума. Такое с ним было действительно впервые и даже в почти бреду он боялся такого нового опыта. Кажется он вновь начал сопротивляться. Тело может и хотело этого, но остатки разума нет. — Нет.. неет.. Увидев такое состояние партнера, Джонни нехило так запаниковал. Он впервые видел, чтобы пассию так сильно колотило, аж до судороги. Карлтон тут же слез с чужого члена и просто решил успокаивать Такахаши. — Милый, тише.. Тише. Дыши. Давай вместе со мной. Глубокий вдох и выдох. Он начал медленную успокоительную дыхательную тренировку. Все же он крайне заботливый партнер и так позволить себе чуть ли не насиловать партнера это конечно дурно. Учитывая, что Такахаши очень давно не практиковался похоже даже в дрочке, то это для него пытка. Он сейчас как будто взорвется. Поэтому Джонни решает сделать отчаянный ход. Он просто возвращаться в чужому члену, двигаясь ртом так, как только позволяла и так растерзанная глотка. Он аж скулит от навалившегося возбуждения. Господи, так глубоко он еще никогда не брал. Это было невыносимо приятно. Как же хотелось грязи и этой грязью запятнать и Такахаши. Джонни мертвой хваткой взялся за чужие бедра, будто говоря, что пока он не кончит в его блядский рот, он не слезет с его ствола. Он и сам сейчас был готов кончить от навалившегося давления. Сердце билось крайне сильно и шумно. Аж в ушах звенело. У уголков глаз скопились крохотные капельки слез. Как же ужасно сошлось, что у Джонни почти не было рвотного рефлекса. Да он давился, да было много слюней и он прямо захлебывался в них, но блять, он готов принять все, что только выдаст его любимый партнер. Вскоре он почувствовал, как чужой орган дёрнулся и по горлу потекла горячая жидкость. Он довел его. Блять он смог довести его! Конечно не без помощи возбудителей, но все же. — くそっ — жалко то ли простонал, то ли прошипел азиат, изливаясь. Щеки налились кровью, волосы были растрепаны, что вовсе не портило вид парня. Кейдж дождался, когда Кенши полностью заполнит его рот, а лишь после стал слезать с члена. Он еле как сдержал текущую сперму прямо у губ. Боже мой как же это грязно. И пока Такахаши приходил в себя, Карлтон аккуратно перевел чужое личико на себя за подбородок и открыл свой рот, демонстративно показывая, к чему приводит долгое воздержание. Конечно он все проглотил, а после поморщился. — А ты не такой уж и плохой на вкус, Кенши.. ну что? Как себя сейчас чувствуешь? Однако ни на один вопрос он так и не ответил. Откровенность и без того явно никогда не была качеством Кенши и даже попав под своеобразные чары, проклятое косноязычие не пропало. Да стало легче, но этого как будто всё ещё мало. Желание Джонатана взять тело японца тоже никуда не делось. Нельзя упускать столь драгоценный шанс! Джонни достал еще смазки и добавив на пальцы, пока японец не пришел в себя, протолкнутся одним пальцем на целую фалангу. Однако своевольные действия его немного взбодрили и он закряхтел, сжимаясь. — Кенши, расслабься. Не сжимай. Мне тоже больно Он ласково гладит его по груди, а после вновь задерживаясь на вставших сосках. Его обязательно нужно отвлечь. Иначе так и будет бояться. Но какой же видок открывался для Карлтона. Да сдохнуть можно. Для Джонни это было слишком ахуенно. Ему так хотелось наконец войти в Такахаши. Глубоко, сильно.. Ему правда сносит крышу. Если его сейчас не остановить, то все, пиши пропало. Он же его просто выебет, как последнюю сучку. Кенши хрипит. Растяжка идёт туго и болезненно. Ну, а как ещё, если ещё никто не пытался выебать Кенши. Один только Джонни Кейдж самый смелый и безбашенный. А японец терпит это всё и проглатывает. Даже сейчас. Шипит, кряхтит, но не сопротивляется, будто смирился со своей судьбой. — Кенши, мать твою, Такахаши.. Ты так меня бесишь. Бесишь своей блядской красотой. Ты, сука, постоянно заставляешь меня течь, как сучка. Почему ты, блять, настолько шикарен? Он проталкивает палец почти во всю длину, почти не слыша своего партнера и его вскрики. Сейчас самое главное — нащупать нужную точку. Тогда все моментально пройдет и наступит дикая эйфория. — Почему ты заставляешь меня сходить с ума? Я заебался строить тебе козни, — сквозь сомкнутые люди шипит Кейдж, — Я так хочу тебя выебать блять, так хочу, чтобы ты был только сука моим Он сейчас сам кончит, от любви к этому ублюдку. И вот заветная точка была найдена и Джонни не стесняясь начал проскальзывать по ней, иногда сильно надавливая. — Смотри, блять, на меня. Слышишь?! В глазах горел огонь, блестели слезы. Кажется это было слишком чувственно для Джонни. Он сейчас абсолютно все выскажет японцу. Заткните его или уже ударьте. У него реально едет крыша. Ведь еще и движения руки становились все резче и активнее. Быстрее растянуть и выебать. Скорее бы уже.. Кенши подавил рык, стараясь просто дышать, чтобы просто держаться. Он смотрит ему в глаза, отмечая, что у Карлтона они золотисто-карие. Красивые. Действительно красивые. Через силу Кенши всё же высказывает свою мысль, которую носит в голове уже довольно давно. — Ты слишком одновременно горячо и мило выглядишь, когда злишься, Джонни.. Я не понимаю как можно быть настолько неостановимым.. Американец был рад, что Кенши наконец-то подал голос. Как же он хотел заткнуть его своими губами. Еще одно желание, которое он позже исполнит, после того как наконец-то проверит на любовь к удушью. Он как-будто знал, что Такахаши любит, когда над ним берут контроль. И сейчас Джонни пользуется этим моментом. Он правильно обхватил шею и начал медленно надавливать на кадык, проскальзывая рукой вверх, чтобы создать эффект нехватки воздуха, вызывающий галлюцинации. Именно так и было с Кенши. Сразу после удушения, перед глазами заплясали разноцветные круги. Пока на лице Карлтона постоянно блестела блядская улыбка. Джон постоянно облизывал губы. Казалось, что они сейчас потрескаются и испачкают все кровью, но это невозможно контролировать. Карлтон обожал брать контроль. Он любил власть, он обожал видеть подчинение в партнере. Да он может остановиться, но кажется не сейчас. Но внутри он был нежен и крайне ласков. Уже ближе к концу растяжки, когда внутри мирно и спокойно гуляло аж три пальца, Джонни резким движением перевернул Такахаши на живот и поставил его, словно песика. Он так хотел унизить его, заставить гавкать. Но это явно будет не из приятных действий для Кенши. Но удержаться он не мог. Для начала Джонни сильно надавил на спину Такахаши, чтобы он опустил корпус. И теперь вид был просто восхитительным! Красивая кругленькая задница, по которой он ударил раза четыре или пять. У парня уже слюнки потекли, чтобы наконец трахнуть это восхитительное тело. И вот, натянув защиту на член, Джонни осмелился испортить тело японца. Он заходил сначала медленно, придерживая бедра двумя руками, но вставив примерно до головки, он без проблем толкнулся до самого основания одним слитным движением. Плевать сейчас было больно или нет. Кенши уже слишком широко растянут. Этого должно хватить. Даже не дав ему передохнуть, Джонни навалился всем своим голым и влажным торсом прямо на сильную спину азиата. А все для того, чтобы наконец почувствовать этот желанный вкус. Джонни крайне дико рычит и тут же впивается зубами прямо в загривок. Он специально прокусил клыками. Нужно создать этот сильный контраст между частями тела. Снизу напряжение и сверху боль. Он словно животное помечает своего партнера. — Ты мой. Ты сука мой, Такахаши!! Только блять мой! — с этими словами руки крепко зарылись в волосы прямо на затылке. Он ухватился прямо у корня, натягивая голову Кенши так, что бы рот был открыт и возможности прикрыть его не было, — Голос, малыш. Громче! Движения стали нарастать. Он совсем не жалел партнера сейчас. Джонатан хотел подчинить и получить его полностью к себе. Буквально через минуту в тело Такахаши уже ебашили с такой силой, что казалось, что он вот-вот порвет нежные ткани. Джонни сильно вжимал затылок в постельное белье, иначе было бы слишком громко. Было невыносимо. Джонни постоянно прижимался к своей пассии. Всё же он полюбил его за это время. Слишком уж идеален. Но экзекуции не закончились. Кейдж сейчас приблизился к уху и тихо сказал: — Скажи чья ты сучка. Отвечай сейчас же! Слова о том, что он принадлежит Кейджу заставляют Такахаши улыбаться внутри, пряча улыбку. Ситуация очень напоминала, ситуацию в университете, за исключением того, что здесь и сейчас Джонни действительно смог нагнуть этого японца, который за 3 курса отказал огромному количеству людей. Он ведь никогда не соревновался с Карлтоном, но думал, что тот соревнуется с ним. А оказалось, что всё совсем по-другому. Однако Кейдж даже не дал немного отдохнуть Кенши, потому что бедра просто долбились внутрь. Рычание было диким, животным. Кажется Джонни окончательно потерял контроль над собой. Чертов Кейдж.. получил уже вроде бы всё, а ему всё мало. Следующее время по щекам уже катились слезы от дикого калейдоскопа эмоций, чувств, смеси боли с удовольствием. В мыслях снова не было абсолютно ничего. Кенши просто жил этими ощущениями. Массивной американской талией, крупным членом внутри себя и руками, что трогают везде. Кажется в этот вечер Джонни вытрахает из Такахаши не только разум, но и душу. Жаль только, что положение неудобное, иначе бы лицо Кенши было бы все в поцелуях. Как же Джонни ошибался в этом красивом мальчике. Он ведь идеален.. Просто шикарен. У самого аж слезы наворачиваются от огромного количества эмоций. — Джо.. Джонни.. м-медленнее.. пожалуйста.. На просьбу сбавить темп парень правда отреагировал. Что-то он совсем ахуел и забыл о заботе и ласке. Движения стали слитными. Толкался Карлтон сильно, но очень нежно и даже медленно. Сейчас больше шла основа на чувственность, а не на свои неадекватные чувства. Джонни переводит ладонь на член Кенши, начиная аккуратно надрачивать и не прекращая глубоко двигаться. Он хотел доставить ему наконец и моральное удовольствие. Ведь одной агрессии не хватит для изложения своих чувств. Поцелуи начали осыпать великолепное тело японца. Как же быстро Джонни мог поменять все настроение секса. Буквально по одному щелчку пальца. Как же это было ласково и приятно. Сердце просто сжималось от такого. Хотелось сказать все самые теплые слова этому идиоту. Да они были в раздоре, но чувства ничем не подменишь. Симпатия разгорелась во время чертового секса. Он больше не мог. Кажется он сам сейчас как нюня разрыдается. Он тут же начинает целовать область между лопатками. А после повел длинную влажную дорожку по позвоночнику до самого загривка. Добравшись до шеи, он снова начал кусаться, будто пытаясь пометить его, чтобы все знали, что Такахаши занят и никто не мог подходить к нему ни на шаг. Хочется лишь тонуть в жаре и желание, не отдавая отчёт реальности. Кенши слушает, внемлет каждому слову, всё больше прилипая к импровизированной паутины из желания и наглости Кейджа, не замечая ничего вокруг. Кенши чувствовал, что скоро для него близится очередная развязка. Пока Джонни продолжал ласкать его спинку, продолжая размеренно двигаться. Иногда он срывался и втрахивал Кенши прямо в койку, что та аж скрипела, но нельзя же так вечно? Парень аккуратно навалился на спину Такахаши и взялся за его прекрасную шейку. — Милый Кенши, я больше не могу.. Я сейчас кончу. Давай вместе? Это звучало так странно, но именно этого ждал Джонни. Он хотел полностью слиться со своим партнером сейчас. Сердце трепетало от всего. И вот он стал еще сильнее долбится в чужую задницу. Карлтон переводит моську японца на себя и тут же целует его. Он пытается стереть слезы Кенши и сдержать еще и свои. Тело так дрожало... Он влил в этот поцелуй все свои яркие чувства и эмоции. Из-за такого давления Джонни больше не мог держаться и обильно кончил прямо в резинку. Он аж сам хрипло застонал на чужое ушко. Он помог Такахаши кончить с помощью дырочки и на этом оба решили закончить, ведь сил откровенно не было и разум становился на место. Джонни вышел из чужого тела и снял защиту. Было так жарко.. Но вдруг все эмоции притихли. — Я это.. к тебе в душ сгоняю. Отдыхай пока С лица пропала улыбка и вернулось самая серьезная мина. Он молча схватил какое-то полотенце со стула и свалил в душ. Нужно было переварить все то, что с ними произошло. Сам Такахаши с трудом переворачивается на спину, стараясь прийти в себя и наконец понять, что за ситуация произошла с ним. — Это пиздец, Кенши.. — коротко подытожил он сам себе эту ситуацию. Хоть всё тело и болело от недавнего напряжения, японец нашел в себе силы встать и хотя бы сесть на кровать. Нет. Нет, так нельзя оставлять всё. Он накинул рубашку хотя бы для приличия и стал снимать испачканные простыни. Скинув их на пол он просто не мог так оставить. Ему это в прачечную нести, как он будет им объяснять всё это. Он проходит к мини холодильнику и достает оттуда банку ледяной колы. Отпивает, а потом часть выливает на комок простыни. В голову бьёт холод и возникает ощущение будто его мозг превратился в ледышку, но зато к нему начала возвращаться трезвость ума. Вскоре вернувшись из душа Джон заметил потерянность Такахаши. Какой же он милашка сейчас в одной рубашке. Прямо хоть затискай. Карлтон аккуратно обнял Кенши со спины и тихонько профырчал на ушко: — Прячешь последствия нашего прекрасного секса? — он целует его шею вновь, пытаясь как-то расслабить партнера. Ему хотелось, чтобы японцу было хорошо рядышком. — Готовлю во что тебя завернуть, чтобы труп вынести.. — прошипел Такахаши, вздрогнув от неожиданности и поморщившись, когда его обняли. — Может я закажу нам покушать? Ты пока в душик, а я дождусь доставку. Хорошенько так отдохнем вместе. Хочешь? Кстати, тебе хотя бы понравилось? Неужто ты не хочешь повторить? Такахаши понравилось, действительно понравилось, но он просто не мог переварить всё вот это снахрапу. Его уровень тактильности на сегодня критически упал. Вылезая из объятий, он почти порывисто поднялся, чем вызвал волнение Кейджа. Неужели вернулся тот самый классический Кенши? Уставший взгляд прошелся по комнате, обнаружив на столе остатки от этой поганой булочки. Кенши тут же вспыхнул и, открыв окно настежь, выкину чудо кулинарии с размаху, да так, что булка врезалась в дерево и упала к корням. Ничего. Собачки съедят. Данная ситуация совсем вывела американца из всех чувств. Неужели Такахаши настолько возненавидел сегодняшние потрахушки? Это откровенно пугало Кейджа, но давало понять, что смысла наладить контакт сейчас нет. Теперь, кажется, японец больше под дулом пистолета даже не купит любимые булочки с корицей. С грохотом закрыв окно, он задал вопрос, не оборачиваясь: — Чем ты вообще думал, когда затеял такой отвратительный план? Он звучал почти свирепо и хрипло, но также быстро как он вспыхнул, он и остыл, глубоко вздохнув. Взяв из шкафа новое полотенце и сменные вещи, он подошёл к двери душевой, распахнув ее: — Закажи еды.. только нормальной.. хоть в этот раз не облажайся.. — буркнул напоследок японец. Карлтон проводил Кенши взглядом и тяжело вздохнул, когда дверь с хлопком закрылась. Он же тогда со зла пытался его травануть, но все вышло вот так. Джонатан заказал ему роллов, их привезли довольно быстро, потому что богатенький Джонни может позволить себе ускоренную доставку. Вот только он не дождался японца из ванной. Кейдж решил, что лучше оставить его одного. Поэтому поставив пакет с алюминиевыми поддонами, он покинул его комнату, тихо прикрывая дверь. Рядом с пакетом лежала записка: "Приятного аппетита. Прости, что так вышло". Джонни вернулся к себе как можно скорее, нигде не задерживаясь. Все же ему было дико стыдно. Как ему потом Кенши в глаза то смотреть? Голову заполнили все самые стремные мысли. Какой же стыд.. Какой же ужас. Черт как он мог такое сделать? И как мог столько наговорить? Карлтон на себя в зеркало смотреть не мог. Его окутало дикое желание разъебать что-то. Но нет. Нужно держаться. А что насчёт Такахаши. Как только дверь закрылась, он осел на пол, держась из последних сил. Кажется, лишь одно неловкое движение или слово вновь сорвут хрупкие нити контроля, и он покажет себя настоящего. Маска ли его холодное поведение? Быть честным, Кенши и сам запутался. Он изо всех сил старается подавить скептицизм внутри себя, но в то же время боится раскиснуть, стать подстилкой и неженкой. Такая неразбериха до жути пугает, но эти новые ощущения... Желание всё же быть чьим-то... Нет. Принадлежать Карлтону. Черт, почему все так сложно? Спустя несколько минут Такахаши залез под душ и открутил воду. Приятная прохлада, остужающая и тело, и мысли. — Думаю мне всё же не следовало так грубо разговаривать.. всё же.. он ведь хотел всё исправить.. — вслух думал японец, терпя бьющую по голове струю воды. Принятие водных процедур затянулось на все 45 довольно долгих минут. И вот он с мокрыми, неуложенными волосами, в чистых вещах выходит и чувствует запах еды. Он осматривается и не находит парня. Ушёл. Стало даже стыдно. С одной стороны, Джонатан Карлтон действительно траванул его, а затем воспользовался этим, но с другой стороны, азиату ведь понравился новый опыт секса с парнем. Повесив полотенце, он подошёл к столу, заглядывая в пакет. Всё запаковано в алюминиевые поддоны. Запечённые роллы. Ещё и самый любимые. — Это то он откуда знает..? В животе заурчало. Он ведь сегодня особенно и не ел. Сев за стол, Кенши стал распаковывать всё, а затем и есть. Завтра он тоже обязан извиниться, что повёл себя слишком резко.