Близнецы.

— и.. что же ты предлагаешь нам теперь делать? — после долгого молчания, размышлений о сомнениях этой операции, заговорил Маюдзуми, новый сторонник Тэтсуи. Все казалось слишком невнятным, перед глазами двоилось, близнец Сэйдзюро отвернулся от новой версии Призрака, стиснув собственные виски. Несколько месяцев непрерывных попыток спасения... и ничего. Никакого результата не было. Оставалось лишь надеяться, что хотя бы с бывшим виновником смерти Императора, работа пойдет немного быстрее и будет менее абсурдна. Фантом задумчиво покачал головой, уходя глубоко в себя. Как же это началось?.. *** Start of Flashbacs! Что это было?.. – быстро пронеслось в мыслях Тени. Пальцы отдавало крупной дрожью, пока тело пробирало до самых костей. Со лба стекали капли холодного пота. Он резко развернулся, оглядываясь. Сердце глухо стучало о ребра, угрожая выскочить наружу, как птица в золотой клетке, что стремится к такой долгожданной свободе. Казалось, весь мир разом стал монохромным, все погрузилось в черно-белые цвета и оттенки. Стали не слышны тревожное "Йо, Тэтсу, ты чего?" от вскочившего с места Аоминэ, "Акаша, хочешь конфеткой поделюсь?" фраза Мурасакибары. Словно канула в небытие осязаемость – Призрак видел, как крепко обняла его Момои, услышал, как захрустели собственные, затекшие в одном положении плечи. Но не ощутил этого. Это странное тело.. такое же как у него. Но,.. другое? Или ему кажется?.. Что за черт, — мысленно выругал себя за мнительность тот, ощущая, как липкий страх расползается по всему телу. В помутнившемся рассудке мелькнули словно полузабытые, кровавые образы: огромная, вязкая и, ко всему отвращению, теплая лужа свежей крови, алой, как волосы Императора. Эта кровь медленно-медленно вытекала из зияющей раны на лбу самого Сэйдзюро, что лежал на полу, придавленный бетонной плитой. Тень сглотнул приступ тошноты, увидев эту картину пред глазами. Образы напуганных его поведением друзей расплывались, сливаясь с воспоминанием о расплывчатом, что был размыт расфокусированным взглядом Тэтсуи, сером силуэте, который оставлял алые следы крови обуви, со скальпелем в руках... Точно! В памяти словно что-то прояснилось, разум очистился от посторонних, несколько сбивчивых мыслей. Он.. умер. В самом, что ни на есть прямом смысле этих фраз. Как бы странно это не звучало. Призрак тряхнул головой, вновь оглянувшись. Кровавые галлюцинации исчезли, юноша смог снова увидеть во всех оттенках, как обеспокоенно окружили его друзья. Даже обычно серьезный Мидорима выглядел неспокойно. Заставил же всех заволноваться. — дал себе мысленную пощечину, вздыхая. От него ждали ответа. И он даст им этот долгожданный ответ, изменившись внешне – зрачки сузились, замерев на одном месте, сам близнец выпрямился. Ответит так, как ответил бы Куроко Тэтсуя. — нечего страшного, Аоминэ-кун. Нет, спасибо, Мурасакибара-кун, откажусь, — спустя длинную паузу заговорил равнодушным тоном Тэтсуя, который был привычен и знаком абсолютно всем присутствующим. — Момои-сан, не могла бы ты отпустить меня? У меня скоро ребра сломаются. Под недоверчивый стон Аоминэ "Саацуки", девушка отстранилась от своего возлюбленного. — прости, Тэтсу..! Я не хотела.! Я просто волновалась за тебя. Ты ведешь себя не как обычно.. что-то случилось? — розоволосая взволнованно смотрела на объект своего обожания, что выглядел, по-крайней мере, в ее сознании, достаточно напуганным. Она правда волновалась за него. — нечего страшного, Момои-сан. — покачал головой Тень. — я сейчас вернусь. — он легко выскользнул и круга друзей и вышел из помещения, оставив сокомандников в явном недоумении размышлять о причине резкой смены поведения Тэтсуи. Это неприятное ощущение.. оно так сильно напоминает это липкое, скользкое, и потому отвратительное чувство дежавю — Тень хмуро свел тонкие алые брови к переносице, оглядываясь по сторонам. За ним только что захлопнулась плотная, пусть и потрескавшаяся от старости, сосновая дверь; скрипнули ее не смазанные петли, вырезая нежный и чуткий слух Фантома, как убийца вырезает сердце еще живой жертвы. Да, ему не кажется. Это ровно тот же самый коридор: те же плохо окрашенные стены, с потолка сыпется всё та же облупленная, съежившаяся от сырости штукатурка. Подумать только, почему эту часть школы ещё не снесли? Ракудзан – это же школа для детей богатых бизнесменов и докторов, а эта часть школы, как минимум, ужасно портит имидж и авторитет самой же школы, так еще и ученики вынуждены забредать сюда, где есть опасность, что на вас свалится с потолка один из плохо привинченных, почти не работающих светильников и похоронит на месте. Родители большинства учеников достаточно богаты, чтобы, разумеется, скинувшись, заплатить за снос этой полуразрушенной части здания! А мои-то вообще, без всяких проблем и ущерба семейному бюджеьу, в одиночку смогли бы оплатить снос хоть всего Токио, если бы возжелали того. –закралась в голову непрошенная мысль, как гостья, заплутавшая в лабиринте подсознания. Так, нет, лучше не стоит так думать – тревожно помотал головой Тэтсуя, прогнав эту мимолетную мысль и прокусив нижнюю губу. Только не хватало возгордиться богатством родителей, ведь это их достижение, а, ни в коем случае, не мое. Кстати да именно родители, а не родитель. Полагаю да, для вас это прозвучит странно.. Почему? Для всех: и моих друзей, и просто знакомых это будет, скорее всего, очень странно звучать. Мягко говоря, все считают, что Шиори – моя мать – мертва. Ну а я совершенно точно могу сказать, что это не правда! В те далекие дни Шиори постоянно подвергалась покушениям на ее жизнь. Но в тот роковой момент покушение было именно на жизнь Сэйдзюро, а не на ее. Да-да всё именно так. Как же вышло, что пострадала сама Шиори? Все просто. В общем, история такова: Мы все вчетвером, в один замечательный день, пришли в пятизвездочный ресторан. Зачем пришли? Обьяснение тому проще простого. Это был тот редкий выходной, в который мы могли бы побыть все вместе. Отсюда и вытекает то, что мы хотели насладиться, полакомиться любимым нашим блюдом от наилучшего шеф-повара Японии. Не только блюдом, но и по-настоящему дорогим деликатесом, что готовится из ядовитой рыбы фугу. Очень вкусный деликатес, всем советую! Процесс приготовления достаточно долгий, поэтому мы заказали себе напитков. Мой близнец и мать выбрали один и тот же чай – вроде бы, молочный улун называется. Как позже нам удалось выяснить, яд подсыпали именно в стакан Сэйдзюро. Однако, официанта, что принесла нам заказ, была, скорее всего новенькой и неопытной, потому и перепутала бокалы моего брата и матери. Подобным, достаточно смехотворным, образом моему близнецу удалось не пострадать. Маме изначально не понравился напиток, хотя бы по его аромату, в её бокале она начала недоверчиво рассматривать чай. Затем все-таки изволила выпить пару глотков. Правда, потом сразу же стакан отодвинула и заказала новый чай, уже с кленовым сиропом. По ее словам, вкус у этого молочного улуна был мутным, словно размешанным с чем-то, практически безвкусным, и еда заметно ощущался легкий оттеночек корицы. Впрочем, пока что чувствовала себя она просто прекрасно, потому мы, толком, не обратили на это необходимого внимания. Уже столько лет спустя, я понимаю, что уже после недоверчивого личика матери, нам стоило забеспокоиться и хотя бы снова разглядеть меню – там не было никакого чая, в который бы добавлялась корица! Так, о чем это я? Ах, точно. Заканчивать этот, казалось бы, расчудесный и превосходный день мы отправились в кинотеатр, на недавно, тогда, вышедший фильм "Оппенгеймер". Он был представлен в жанрах триллер и историческое событие, повествуя о американском физике по фамилии оппенгеймер, что был главой первых разработок ядерного оружия. Сначала все шло вполне себе неплохо: мы пили газировку, жевали попкорн. Однако, ближе к концу, матери стало как-то не по себе и отец отвел ее в уборную. Мы ничего не заподозрили и продолжили вдвоем смотреть фильм. Но, до самого конца кинематографа, они так и не вернулись. После окончания кинематографа, мы собрали вещи и помчались к родителям. В уборной и рядом с ней их, как ни странно, не оказалось. Тут мне приходит какое-то уведомление на телeфон из Discord. — отец написал.. — шепчу я и пересказываю солбщение брату. Это было сообщение от Масаоми, в котором он просил после окончания фильма выйти из кинотеатра, вкдь он стоял у входа. Мы, конечно же, послушавшись отца, побежали к выходу. Там нас ждало самое неожиданное зрелище.. Заметно помрачневший отец кратко кивнул нам и отвернулся, обьяснив, что нашу(!) Шиори забрала скорая помощь, с последней степенью острого отравления. Ноги стали словно ватными, голова почти раскололась на две половины, от этой.. новости. Мне ни словом сказать, ни пером описать то состояние..кажется, его зовут состоянием аффекта. Я посмотрел на Сэйдзюро, ища поддержки – он замер, шокированно смотря вслед уезжающему автомобилю скорой помощи. Тогда я отчаянно попытался переключить свое внимание на что-то стороннее: на единицы прохожих – то было время часов 11 вечера, стемнело уже – животных и природу. Я избавлю вас от ненужного описания природы, темного неба с луной и звездами, все равно для вас это особо ничего не представляет. В больницу, к моей горячо любимой матери нас не пускали следующие пару недель, пока она находилась в периоде реабилитации. По словам врачей, она все шла дальше по лезвию ножа, и чуть не погибла, пережив семь минут клинической смерти. Если бы отец вызвал скорую на мнгновение позже, возможно, мы бы никогда больше не увидели нашу прекрасную маму. Разумеется, эти две недели мы на месте не сидели – нашли тот самый стакан, куда ранее подсыпали яд. По оставшимся волоскам, следам потожировых, отпечатка пальцев мы искали диверсанта, пообивая их по различным базам данных. С трудом, примерно за месяц, нам удалось найти его диверсанта. Это был, по ходу, сумасшедший татуированные по одному боку мужчина, что ранее утверждал, что у него месячные. Фамилия его, кажись, была такова: "Миямура". Подали в суд и выигрыш был нам обеспечан, потому что мы взяли быка за рога, одержав победу в этом деле. С тех пор Шиори заочно выучилась на юриста и стала нотариусом, работая на дому и почти не появляясь на людях. Отсюда-то и началась молва. Сначала все думали, что ее навечно запли в больнице, затем, что мы продали ее в рабство. И, наконец, в те же месяцы окончательной теорией стало то, что некто неизвестный распространил по просторам интернета фальшивую фотографию с, якобы, справкой о смерти Акаши Шиори. И этот слух витает до сих пор.. От подобных выоспоминаний Призрака отвлек скрип новых лакированных туфель по покромсанной плитке пола, заставляя Фантома медленно поднять голову и устремить равнодушный взгляд в сторону, откуда слышались шаги. — Рад тебя видеть, Тэтсуя, — этот прохладный, протяжный голосок, хитрые алый и янтарный глаза, вальяжная походка от бедра. Сэйдзюро. Тэтсуя сощурился, смотря на близнеца и лениво кивнул, в качестве легкого приветствия. Император не одобрительно покачал головой на это. — прекрасно, что ты здесь, мне не придется тебя искать. Я как раз хотел с тобой поговорить. Не уделишь мне пару минут? Фантом вздыхает. Вот кто он, что бы отказываться? Кто-кто, а Сэйдзюро точно просто так не отвяжется. Император, если так уж рассуждать, от своего не отступит и обязательно добьется желаемого, даже вопреки воле остальных. Пойдет по головам, подкупит всех и вся, но желаемое получит. Но, что-то я отклонился от темы.. сейчас ведь не об этом. — хорошо, Сэйдзюро-кун, давай поговорим, только прошу, недолго, я немного занят. — выставил свои условия младший, расправив плечи и уверенно смотря брату в глаза. — ... — Сэйдзюро выдерживает длительную паузу, вызывающе, сверху-вниз смотря на близнеца, что посмел выставить собственные условия, вместо того, что бы просто повиноваться. — можешь не переживать на этот счет, Тэтсуя, это не займет много времени. Последний вообще не вслушивается в разговор, отвечая старшему совершенно наобум и зачастую невдопад – это можно было понять по мелькаюшему во взгляде Императора не пониманию, а затем, после осознания, и надменности. Все завертелось, время замелькало со скоростью света.. пред глазами проскальзывали уже знакомые картины: раздавленный тяжелой бетонной плитой Сэйдзюро, кровавая лужа крови, что раастеклась по полу уже разрушенного в конец, не подлежащего восстановлению кабинета, серый силуэт с заточенным скальпелем, а затем и падение умирающего тела Тэтсуи на пол, в угасающем сознании которого пронесся чужой шепот, а под луной, прежде чем все накрыло черной волной смерти, стало можно рассмотреть этот стнный силуэт. —почему он?! Ты должен был умереть! — словно стон разнесся хриплый, до ужаса знакомый голос со стороны силуэта, а затем бесконечная безмолвность и темень. Тихиро Маюдзуми.. убийца!.. Вымораживающая тьма длилась отнюдь недолго. Уже спустя несколько секунд, Тэтсуя вновь ощутил это. Ощутил жизнь в своем теле. Он резко распахивает глаза, оглядываясь вокруг. Что за чертовщина тут творится?! – тревожно покусывал свой язык Фантом, пока грохот крови в ушах заглушал абсолютно все звуки. Почему он опять здесь?! The end Flashbacs! *** Да, именно тогда Тэтсуя понял, что что-то пошло не так. Попал конкретно. Попал, как фильме "День Сурка". Временные петли.. раз за разом заканчивались смертями. Только уже не его собственной, а смертью только Сэйдзюро.. В какой-то момент, Император стал не умирать долгое время. Тени удалось замедлить события, ну, и как тогда он думал, спасти бта. Но нет. В течение следующих полгода он обязательно погибал. И причины были самыми разнообразными. Их не было возможно предугадать. Вот, некоторые из них: Сэй попал в психиатрическую лечебницу, но там ему вкололи слишком большую дозу подавителя второй личности. Или же он сам впал в депрессию и в одну "шикарную" ночь повесился. И это лишь малая часть! По истечению времени, времени на спасение становилось все меньше и меньше. И это уже нельзя было повернуть назад. Даже сейчас, осталось только около двух месяцев.. Сначала пронизывающий до костей страх.. потом недоумение.. пора бы выбраться из этих неугодных жизни петель! Чихиро выжидающе посмотрел на собеседника, ожидая ответа от Фантома, но тот продолжал молчать, погружённый в свои мысли. Затем, наконец, он произнёс: — мы должны найти способ вернуть Сэйдзюро.. — но как? Мы уже пытались всё, что только можно, — резким, казалось бы озлобленным и раздраженным тоном парировал собеседника Маюдзуми. — я знаю, но я не могу смириться с тем, что Сэйдзюро навсегда останется погребенным под этой бетонной плитой. Мы должны продолжить поиски ответа на наш вопрос, — не сдавал позицию Тень, поднимая голову и встречая агрессивный взгляд серых глаз Маюдзуми, что так редко вырадали какую-либо эмоцию. На удивление, это чувство в чужом взгляде быстро стихло, сменившись пламенной уверенностью в себе. — так и быть, я с тобой, Тэтсуя. К моему величайшему сожалению, я ровно также как и ты, просто не смогу так легко отказаться от Сэйдзюро, — спустя долгую паузу, промолвил Маюдзуми, раздраженно дернув плечом. Тот лишь вздохнул и продолжил свою речь: — Я думаю, что нам нужно продолжать искать выход, попытаться найти ключевое событие, что и послужит разгадкой нашей судьбе. Мы обязаны узнать, в чем причина постоянных смертей моего брата..! — что?! Ты с ума сошел! — машинально взвизгнул Тихиро, в концы разозлившись. — раскрой глаза пошире, Тэтсуя! Ты вообще видишь что твориться?! Ох, ну если ты настолько ослеп в своих размышлениях о выходе из временных петель, так, вот я тебе озвучиваю! — в этом хриплом, высоком голосе ощущалась неприязнь, смешанная с кровной ненавистью. Нет, Тихиро никогда, никогда не простит Тэтсую. Да как ты можешь так отзываться о самом важном в моей жизни! — упрямо размышляла новая версия Призрака, в ушах бешено грохотала кровь, сосуды особенно выделились в районе висков, выдавая высшую степень негодования. — молчи. — неожиданно спокойно произнес Призрак. Но в голосе предупреждающе скользили стальные нотки. — не слишком ли много ты на себя берешь, пытаясь мне тут пояснить все происходящее? Манер речи приобрел угрожающий оттенок. — А, Тихиро? Немного ли на ты себя работенки взвалил, стараясь распахнуть мне в глаза в деле, что является следствием именно твоих действий? Совершенно очевидно, Тэтсуя глумится над ошарашенным, ошеломленным таким поворотом событий и не способным ответить Маюдзуми. Разумеется, Тихиро физически сильнее близнеца, но.. сейчас, именно Фантом в господствующем положении. Без него, Тихиро не справится с этим. Так что, поставить его на место будет не лишним. — ублюдок! — Маюдзуми уязвленно зашипел, схватив его за воротник потрепанной серой рубашки, яростно вздернув аловолосого выше к себе. — спокойнее, — вновь равнодушно потребовал Призрак. — не распаляйся так. Я прекрасно знаю, что времени с каждым разом у нас меньше и меньше. Но именно ты просил меня о помощи, а сейчас от нее пытаешься отказаться. Это слишком явный диссонанс, не только в твоих действиях, но и чувствах, не правда ли, Маюдзуми-сан? — рх.. — сероволосый не хотя ослабил хватку, оттолкнув от себя Тэтсую, что смерил его надменным взглядом. Призрак демонстративно оттряхнул и поправил помявшийся в чужмх ладонях воротник. — а теперь поговорим о важном. О последующем плане наших действий. — шутишь что ли? — то ли недовольно, то ли недоверчиво – две этих эмоции в слились одну, нечитаемую массу в голосе Тихиро. — мне опять повторяться?.. Что нам делать?