Haunted by the ghost of you

Трое первокурсников ввалились в кабинет, разрушая тишину звонким смехом. Конечно, смеялись лишь двое. Мегуми предпочел сделать вид, что не знает своих спутников. Нобара хлопала Юджи по плечу, все еще пытаясь отдышаться и перестать смеяться. Итадори весь покраснел, выглядел он смущённо. Фушигуро цыкнул и указал взглядом на сидящий силуэт. Впереди на диване расположился Годжо, он никак не реагировал на появившихся учеников. Казалось, будто он спит. Кугисаки подошла ближе и, явно не беспокоясь о чужом сне, тыкнула в маску на лице учителя. — Он снимает ее по праздникам? — Мегуми обречённо вздохнул. Юджи беспокойно попросил подругу быть тише. На что Нобара даже не обратила внимание. Сатору не зря называют шестиглазым. Даже будучи спящим он точно должен заметить кого-либо рядом. Беловолосый улыбнулся, понимая, что его раскусили. — А я о чем? — Переведя на мгновение взгляд в сторону парней Нобара присела рядом с учителем, — Сенсей, вы представляете.. — девушку перебил внезапно закричавший Юджи. Мегуми от этого звука отошёл подальше. Сейчас ему придется переосмыслить, а точно ли ему нужно продолжить контактировать с людьми? — Сенсей, как прошел ваш день? Мы вам не помешали? — Итадори продолжил говорить на повышенных тонах, все также краснея. Сатору прохихикал. — День? М, неплохо. Кугисаки, что ты хотела сказать? — Годжо, до жути падкий на сплетни, сейчас надеялся услышать одну из них. Не просто же так Итадори странно себя ведёт? — Нет! — хотел было начать Юджи, но Нобара оказалась быстрее. —Итадори пригласил девушку на свидание, — Сатору состроил театральный обморок, и девушка продолжила, — Это не все. Когда она начала проявлять признаки симпатии, он убежал. Кугисаки снова начала хихикать, а Годжо потрясённо уставился на сжавшегося Юджи. Парень не был похож на такого скромного человека, уж комплименты со стороны противоположного пола должен вытерпеть. Да и бросить девушку в разгаре свидания? — Итадори, ты что сделал? Юджи отчаянно вздохнул, присаживаясь рядом с остальными. Он сложил руки на коленях, начиная рассказ. — Она мне давно нравилась. Ну, она высокая, с большими бедрами. Как Дженнифер Лоуренс. А недавно она пригласила меня в кафе. Все было хорошо до того момента как она начала это. — Это? — Сатору стало даже интересно, что же такого сделала эта «Дженнифер Лоуренс». — Начала трогать меня за руки и колени, говорить тише. Годжо понадобилось около минуты на осознание. Девушка флиртовала с Итадори, а парень смутился и сбежал. Сатору залился смехом на пару с Нобарой. — Сенсей! — Прости, Юджи, у тебя случилась трагедия, а я тут смеюсь. — Беловолосый стер фантомную слезу с маски,— И что было дальше? Юджи вздохнул. — Я сказал ей, что мне нужно в туалет, а сам ушел. — Годжо сдерживаться не собирался, хихикал и постукивал по своему колену. Эта ситуация кажется настолько банальной, что становится смешно. Даже Мегуми сдавленно покашлял в руку. Из-за чего Итадори посмотрел на приятеля, как на предателя. — То есть, ты даже не оставил деньги за ваш поход в кафе? — Юджи покивал. Кугисаки уже не смеялась и сейчас просто улыбалась. Ей было жаль несчастную, но в то же время она не могла не посмеяться с реакции друга. Итадори чувствовал себя преданным. Он ожидал насмешки, но надеялся хотя бы на каплю сочувствия. — А вы, сенсей, тоже ведь не всегда были мастером в свиданиях? — Юджи вообще не уверен, что «Сатору» и «не быть мастером в чём-то» совместимые вещи. Годжо задумался. В действительности его никто не приглашал на свидание как на таковое. Девушки, конечно, признавались в чувствах, но то скорее было желание получить внимание от сильнейшего. Да и сам Сатору не думал особо об отношениях. В голове всплыл человек, с которым, возможно, он мог бы… Нет. Не мог. — Не припомню таких случаев. — Потянул он задумчиво. — Я слишком хорош. Кугисаки закатила глаза, а Юджи продолжил страдать над своим неудачным свиданием. Мегуми, до этого стоявший в стороне, сказал: — Я пошел в общежитие. У меня нет желания слушать этот бред. — Нобара поддержала идею парня, а заодно потянула и Итадори. Все втроём они попрощались с Сатору и ушли, оставляя за собой еле слышимый смех где-то в далеке. Годжо не особо прислушивался, он погряз в воспоминаниях. Перед глазами снова застыл образ парня. Его черные, мягкие после душа волосы небрежно собраны в пучок. Темные глаза смотрят прямо в душу. А на теле надета его, Годжо, футболка. Такой живой. Сатору вспоминает как все началось.

***

Яга отвесил подзатыльник, злобно произнося — Что значит «нет»? Ты один никуда не отправишься! — Сатору потирает больной затылок, скривившись и передразнивая учителя, уворачиваясь от ещё одного подзатыльника. — Сенсей, проклятье второго уровня! Вы думаете, я не справлюсь? — он состроил максимально оскорблённое выражение лица и положил руку на грудь. — Нет, ты справишься, но шаману необходимо уметь работать в команде. — как раз в этот момент в проёме показался силуэт. — Учитель, вы меня звали? — парень, вошедший в кабинет, звучал уважительно. Годжо захотелось скривиться. — Учитель, вы меня звали? — тихо с издёвкой произнес беловолосый. Конечно, услышали все в кабинете. Яга снова тяжело опустил ладонь на чужую макушку. Сатору недовольно подумал, что если учитель так и продолжит бить его несчастную голову, то парень действительно перестанет справляться с проклятиями. — Да, Гето, проходи. Сатору, это Гето Сугуру. Сугуру, это Годжо Сатору. Вам, парни, придется отправиться в заброшенную больницу тут недалеко. — Да-да, сенсей, вы это десять раз говорили. — Сатору звучал явно недовольно. Он оценивающе смотрел на своего напарника. Внешне слабовато выглядит. Далеко ему до второго уровня проклятий, но вряд-ли Яга отправит кого-то столь слабого на это задание. Масамити отчаянно вздохнул, мысленно извиняясь перед Гето. Он успешно выпроводил двоих учеников, перед этим ещё раз объяснив что за проклятье их ждёт. Он уверен, парни отлично справятся с заданием, это были сильнейшие его ученики. Он сомневался, что они не подерутся в пути. Яга надеялся на благоразумие Сугуру. Тем временем, Сатору и Сугуру быстро добрались до больницы, на удивление в тишине. Недолго рассматривая картину перед собой Годжо быстро двинулся внутрь. Гето запоздало выкрикнул — Стой! А завеса? — он смотрел на удаляющийся силуэт и вдруг усомнился в том, что сегодня побьет только проклятье. Беловолосый активно напрашивался. Ну, что ещё можно ожидать от ребенка, которого всю жизнь баловали и называли сильнейшим? Юноша смирился и поставил завесу. Гето нашел Годжо блуждающим по зданию. На проходе лежали несколько изуродованных проклятий. Их конечности валялись в разных углах комнаты, а сами чудища еле слышно стонали. Сугуру невольно свёл брови. — Ну что? — Он решил сразу перейти к делу и не тратить время на бессмысленный спор. Хоть те проклятия ещё не мертвы и тоже издают миазмы, однако это скопление проклятой энергии исходило явно не только от них. Атмосфера стояла гнетущая. Проклятье второго ранга и не собиралась прятать энергию, а наоборот объяло все крыло. Так что его будет сложно найти. Гето невольно задумался, а точно ли это второй класс? Слегка тянет на первый. — Иди поищи где-нибудь там, — Годжо указал на противоположную сторону коридора, где вообще не веяло проклятой энергией. Издевается? — Издеваешься? — Гето оскорбился. Годжо был слишком самоуверенным, он и не думает о командной работе. Для него Сугуру как назойливая муха. А ведь он и технику парня не знает. Сатору пошел далее, на второй этаж. Судя по табличкам на стене, здесь находились палаты больных. Самое подходящее для проклятия место. Гето внимательно осматривал каждую комнату, следуя за Годжо. Беловолосый устал играть в прятки. Он итак был против этой миссии с кем-то ещё, так теперь и какое-то проклятье решило потрепать ему нервы. Может просто снести всю больницу? У Мисамити рука отвалится давать столько подзатыльников. При мысли об этом Годжо невольно улыбнулся. — Эй, мерзость ползучая, ты где? Знаешь ли, у меня и своих дел полно. — Он уставился в угол одной из палат, которую ему показал Гето. За койкой собралось столько проклятой энергии, что казалось угол был вымазан черной краской. Годжо применил технику «красный». Вдруг со спины послышался визг. Зелёное нечто с осьминожьими щупальцами обвило стену и закрыло собой дверь. Проклятье как-то научилось направлять энергию в отдельный угол, чтобы заманить магов и перекрыть пути к отступлению. Пара десятков глаз уставились на магов. Из щупалец капала слизь, заливая собой пол. Монстр не двигался, а лишь визжал, продолжая стремительно увеличиваться и заливать слизью палату. Годжо улыбнулся. Ну наконец показало себя. Он хотел было расплющить проклятье и смело идти домой, но вдруг Гето вытянул руку. Осьминог не сразу, но через какое-то время стал дёргаться. — Эй, я и сам мог бы — Годжо недовольно осмотрел свою обувь и нижнюю часть брюк, что были напрочь покрыты мерзкой липкой слизью. Он бы справился куда быстрее и не пришлось бы мочиться в этой мерзости. Гето выглядел очень сконцентрированным. Вдруг проклятье издало мерзкий вопль, превращаясь в шар. Сугуру, подавляя рвотный рефлекс, проглотил сферу. На вкус как эта самая слизь. Перед глазами заиграли цвета. Годжо с любопытством осмотрел спину парня. Проглотил? Необычно. Хоть с главной проблемой они справились, но кое-что осталось. А именно окна и дверь словно прилипли к стенам. Осьминог так напитал каждую щель, каждую трещинку своей слизью, что выбраться оказалось задачей не из простых. Годжо пытался применить свою технику бесконечности, но все оказалось впустую. Гето как раз отошёл от мерзкого ощущения и тоже понял, что они оказались замурованы. — Черт, — выругался Годжо. Ему совсем не казалось заманчивым провести ещё какое-то время в этом месте, тем более что воздух ограничен. Гето какое-то время наблюдал за тщетными попытками парня выбраться, пока в голове не созрела идея. Он как раз недавно смог получить одно проклятье. Сугуру отошёл к стене и сложил пальцы в печати. Сатору неотрывно смотрел на появившуюся вспышку, а затем и на круглое небольшое нечто. Он поднял бровь, как бы интересуясь что это и зачем. Проклятье начало двигаться, перекатываясь по полу. — Это чё? — Манипуляция проклятой энергией. Слышал когда-нибудь? — Годжо цокнул, конечно слышал. Дух начал впитывать вязкую жидкость и за несколько минут комната была освобождена. Гето снова сложил пальцы и проклятье исчезло. Годжо мысленно восхитился. Ему впервые встретился манипулятор темной энергией. Сатору вдохнул полной грудью, когда оказался на улице. Наконец свежий воздух заполнил лёгкие, а не миазмы и вонь сгнившей мебели. Всю дорогу до университета парни провели опять молча, но на проходе к кабинету Яги Годжо вдруг остановился. — Спасибо, — прозвучало тихо и сжато, но Гето услышал. Он удивлённо уставился на беловолосого. Но Сатору уже развернулся и шел в сторону общежития. — Доклад сам сделаешь. Гето улыбнулся. Конечно, он тоже устал и самостоятельно делать отчёт ему ничуть не доставляло, но пожалуй сегодняшний день не был так плох.

***

Гето стоял в зале для тренировок. Сегодня выходной. И Сугуру предпочитает проводить его в тренировках. Он сбито дышит, отставляя грушу для битья. Вдруг на спину с разбегу кто-то запрыгивает. Гето видимо слишком увлекся тренировкой, раз не заметил присутствие Годжо. Беловолосый громко смеётся на ухо. — Что делаешь? — как будто не он присутствует на каждой тренировке Гето. — Пришел опять проиграть? — Сугуру игнорирует вопрос. Он кладет ладонь на, все ещё обвивающие его шею, руки. Сатору цыкнув обходит парня. Годжо скидывает верхнюю накидку, начиная разминаться. — Не припомню, чтобы проигрывал. Помню только твои мольбы — он с вызовом смотрит на Гето своими ясными голубыми глазами. И Сугуру вновь ведётся. Он начинает наступательные движения. — Мольбы? Видимо я перестарался, когда ударил тебя в прошлый раз, — он делает резкий выпад, но Годжо уклоняется в сторону. Сегодня преимущество у него, ведь Гето все ещё не отдышавшийся и довольно уставший. Годжо не теряет времени и резко дёргает локтем, целясь в ухо. Он частично задевает скулу. Гето пытается сделать подсечку, но Сатору уворачивается. — Слабенько, Гето, стареешь. — Годжо опять пытается ударить, целясь уже в глаз. Но Сугуру наклоняется, подхватывая под живот и перебрасывая Сатору через плечо. Так их и застаёт Сёко. Гето с самодовольной ухмылкой и Сатору, лежащий у него на плече и громко возмущающийся. Сугуру льстит, что Годжо может легко выбраться, но остаётся на нем. — Сёко, ты что-то хотела? — Гето как всегда внимательный. — Что, Сёко здесь? — Годжо видит все, накаченную спину и задницу, чувствует как щекочут черные волосы. Но сей шедевр закрывает собой проход в зал. — Вижу вы заняты, — девушка улыбнулась, но тут же продолжила — У вас не найдется зажигалки? Гето отпустил Годжо и пошел искать в карманах раз сто проклятый Сатору предмет. Он и сам не знал почему разозлился на зажигалку. Ему нравилось находиться так близко к кому-то. Хотя нет. Не к кому-то, а к Гето. Сатору все ещё тяжело дышал, когда рассматривал Сугуру со спины. Он сам смутился своей реакции и резко отвернулся.

***

Годжо лежал на кровати, упрямо молча и сдерживая слезы. Гето уже полчаса пытается заставить того рассказать что случилось. Сейчас ночь. Сугуру наслаждался долгожданной мягкостью постели и безмятежным сном, когда ему вдруг постучали в дверь. Открыв которую Гето сразу забыл все свои возмущения по поводу прерванного сна. На пороге стоял бледный Годжо, по рукам стекала ещё не застывшая кровь, а глаза растерянно блуждали. Сатору пожалел о своем решении прийти к Гето практически сразу как постучался, но уходить было поздно. Во-первых, он оставил кровавый след. А во-вторых, это Гето. Он сразу поймет кто к нему приходил. Сугуру отошёл на кухню, чтобы заварить чай. Травяной. Слегка пряный запах смешивается с запахом листьев после дождя. Гето кладет три ложки сахара Годжо и несёт две чашки в комнату. Сам он не любит сладкое, но в арсенале всегда его полно. Сугуру понадобилось время, чтобы узнать предпочтения Сатору. Например, Годжо совсем не любит зефир, но обожает моти. А ещё очень расстраивается когда не находит в доме какие-либо печеньки. Теперь в любом ящике, вазе, кармане у Гето есть что-то сладкое. За то время парень успел плотно привязаться к беловолосому. Не прокляли ли его? Почему ему вдруг стало важно знать такие мелочи? Он выучил многое. Запомнил самые малейшие изменения в мимике. Годжо оказывается очень закрытый человек. Вся его показушная уверенность, постоянные шутки. На самом деле Сатору всегда анализирует. Своими шутками он вылавливает реакцию собеседника и использует в дальнейшем. От его взгляда не ускользает ни одна деталь. Гето мог по памяти передать каждую каплю, каждый призрачный узор голубых глаз. Он ими очарован. Пойман. Сейчас же эти голубые глаза упрямо отводили взгляд. Сатору развалился на чужой постели, замазав простыни кровавыми следами. Он хотел сжаться от прямого взгляда в свою сторону, но боялся показаться жалким. Гето вздохнул, поставил кружки на столик возле кровати, а сам присел рядом. Он молчал. Не давил. Аромат трав разносился по комнате. — У меня моти есть, — Годжо присел, принимая чай и угощение. Он хмурясь быстро жевал несчастное пирожное. В глазах Гето он предстал обиженным ребенком, которому мама не купила игрушку и вместо извинений принесла еду. Сугуру не смог сдержать смешка. На что Годжо произнес с полным ртом — Что? — он неотрывно смотрел на Гето, сведя брови и блестя глазами от сдерживаемых слез. — Ничего, просто.. ты так резко пришел ночью, весь грязный, а теперь ешь моти, будто так и должно быть. Годжо промолчал, он снова уставился на своё отражение в чашке чая. — Я...— видно было что ему сложно начать разговор, но он старался и Гето даже стал дышать тише, чтобы не помешать. — Я ослушался Ягу и ушел на проклятье особого класса. Годжо уже не раз делал так и каждый раз все было хорошо. Неужели в этот что-то пошло не так? — И мне казалось оно уже мертво, но — Годжо вдруг остановился, — но оно притворилось. Когда я убрал завесу, то обнаружил, что какая-то семейка не спала и только возвращалась домой. Вот кто так поздно куда-то уезжает? — он отчаянно посмотрел на Гето. Сугуру все понял. Это редкий случай, когда Сатору не удалось спасти людей. — Там был ребенок, это его кровь, — Годжо снова посмотрел на чай. Его голос звучал слишком тихо для того, кого все называют сильнейшим. Гето ещё какое-то время смотрел на грустно поедающего десерт парня, а потом вдруг прижался ближе. Это впервые, они ещё никогда не обнимались вне шуточной обстановки. Сугуру рукой зарылся в белые волосы, а второй осторожно поглаживал чужой бок. — Ты сделал всё, что должен. Это не твоя вина. — маги не должны брать на себя ответственность за чью-либо жизнь. Их задача устранять проклятия и Годжо с этим справился, пусть и с потерями. Гето искренне не понимает почему шаманы продолжают винить себя в чьей-либо смерти. Годжо замер, а затем впервые всхлипнул. Он зарылся головой в шее Сугуру, будто пытаясь спрятаться от мира. Гето продолжил гладить дрожащую спину и затылок. Вряд-ли кто-то другой подумает, что Годжо есть дело до смерти простых людей или магов. Ведь это же Сатору Годжо. Раньше и сам Гето был уверен в этом, но теперь парень готов разбить лицо любому кто так скажет. Прошло несколько минут. Беловолосый полностью перестал дрожать и всхлипывать. Теперь он просто загнанно дышал Сугуру куда-то в ключицу. Гето подтолкнул парня, чтобы тот лег. Годжо продолжил крепко держать чужую кофту. Но Гето не против. Парни вместе легли, продолжил обниматься. Забытый кусочек моти потерялся на полу, а чай почти остыл. Сугуру начало клонить в сон. Ему было как никогда комфортно. Он зарылся носом в белые волосы, Годжо уже посапывал. Гето, ранее ни за что не согласившийся лечь в грязную постель с окровавленным человеком, сейчас был готов не выпускать того из рук.

***

Годжо, только вернувшийся с очередной командировки, гулял между цветных вывесок и ларьков. Всюду мелькали люди, они то дело улыбались высокому красивому юноше. А Сатору улыбаясь в ответ, скупал многочисленные безделушки. Он радостно и совсем не устав быстро добрался до чужой квартиры. На дворе канун нового года. Люди кругом радуются, словно снимаются в какой-то дешёвой комедии. Улицы пестрят красно-зелеными цветами, ёлками, подарками и мужиками в красных нарядах. Сатору стучится в дверь. Он легко войдёт внутрь и без стука, но после парочки случаев Гето пообещал не самые приятные вещи и выставил несчастного Годжо на улицу. Сугуру впустил замёрзшего насквозь Сатору внутрь только после речи о том, какой беловолосый безответственный и как легко заболеть в такой мороз. Квартира Гето стала домом для Годжо. Запах внутри, многочисленные вещи Сатору и Гето. Незнающий скажет, что парни живут вдвоем, хотя это не так. Годжо водружает все пакеты на стол на кухне. Его лицо сияет. Он явно ждёт похвалы, что Гето замечает и намеренно игнорирует. — Надеюсь там не сладкий набор, — Сугуру произносит это буднично, привык. — Нет конечно, — говорит Сатору, отодвигая два пакета куда подальше. Мужчина достает два свитера. На каждом красные полосы переплетаются с зелёными. В центре есть белое пространство, в котором на одном свитере расположен танцующий олень, а на втором снежинка. Гето хихикает и оценивающе смотрит на Годжо. Он понял кому какой рисунок должен достаться, но роль оленя занимать отказался. Сугуру забрал свитер со снежинкой под возгласы и злобные взгляды. За окном валил снег, было слышно смех и ранние салюты. Двенадцать вот-вот стукнет и Гето старается успеть поставить на стол многочисленные угощения. Они будут праздновать только вдвоем. Нанами молча порвал конверт с приглашением, ссылаясь на прошлый год, когда ему пришлось вытаскивать Годжо из плохо замёрзшей реки. А Сёко была занята на работе. Сатору с серьезным лицом рассказывает какой-то очередной глупый анекдот, пока Гето жалеет о том, что не может закрыть себе уши. Спустя какое-то время Сугуру наконец садится рядом. По телевизору идёт новогодний фильм, а в комнате пахнет мандаринами. — Как съездил? — интересуется он. — Ха, ещё спрашиваешь. Да любому проклятию достаточно увидеть меня, чтобы самостоятельно изгнать себя. — Гето закатывает глаза. Чего-то такого он и ожидал. Вот так непринужденно они проводят где-то полчаса. На экране телевизора идёт обратный отсчёт. Вдруг Годжо стал очень серьезным, он оставил свой стакан с соком и посмотрел на Гето. Сугуру не заметил перемен в парне, был занят телевизором. Сатору поймал себя на мысли, что хочет прикоснуться в Гето. Хочет потрогать его за волосы, поцеловать и сказать, что благодарен. Благодарен за терпение, за понимание, за то, что Гето вообще согласился войти в его жизнь. Сатору искренне надеется в следующем году стать ещё ближе.

Этот год действительно стал решающим.

***

— Ты сильнейший потому что Сатору Годжо или ты Годжо Сатору потому что сильнейший? — их разделяют какие-то сантиметры, но это катастрофически много. Сатору пытается дышать ровно и осознать, что только что услышал. — Что? — парень не хочет верить в происходящее. Он не поверил Яге, не верит в поступок Сугуру. Что вообще происходит? Хочется схватить Гето, не дать вот так бросить. Кажется, если мужчина сейчас уйдет, то они больше не встретятся. Серая масса людей прячет Сугуру, забирает. Годжо сбито дышит, складывая руки в технике. В голове пусто. — Если хочешь убить меня, то убей. Ты как ребенок сейчас. — слышится где-то очень близко, но далеко. Сатору медленно опускает руки, собирается выкрикнуть имя. Надо что-то делать. Поговорить. Но слова застряли где-то в горле едким комом. Что это? Паника? — Гето! — прозвучало агрессивно, срывая голос. Прохожие косятся, но на них все равно. Они и понятия не имеют как сильно горит нутро. Особенно от молчания в ответ. Годжо на ватных ногах плетется по улицам, не замечая совершенно ничего. Он опускается на ступени. Мысли никак не желают отпускать, сковывают металлическими оковами. В шею и грудь будто впиваются шипы. Перед глазами мир потемнел, как при обмороке. Яга понимающе молчит. Сатору видел изменения в друге, но решил, что это временное состояние. Он не захотел обсуждать инцидент. Он не захотел помочь Сугуру. Он начал принимать Гето как должное? Как что-то что никогда не исчезнет? Странно, Сатору давно научился считывать настроение Гето. Годжо мог легко найти и понять Сугуру. Даже если лишить беловолосого его шести глаз, он найдет Гето. Но не поймет его.

***

Годжо не заметил как задремал на диване, на этот раз по настоящему. Он дернулся как от страшного сна и потянулся. Мышцы затекли от неудобной позы. Он поддел пальцем маску, стягивая ее с лица. В комнате давно стемнело, удивительно, что никто не пришел разбудить его. Видимо Яга постарался. Сатору улыбнулся, вставая с дивана. Он действительно не был на свиданиях, не признавался в чувствах, но пережил кое-что намного более глубокое. Интересно, если бы он знал, что их с Гето ждёт в будущем, захотел ли он общаться с ним? Определенно да.