Лидер Секты Хуашань

      Святой Меча был сумасшедшим ублюдком.       Это была истина, с которой каждому пришлось мириться.       Но когда кто-то так смел говорить о его милом (?) саджэ, Чхон Мун был недоволен. Да, Чхон Мён-а может быть груб, остр на язык, резок… но он всё ещё помнит того маленького ребёнка, который цеплялся за его штаны и с блеском в глазах твердил, что защитит своего сахёна от злых сасуков — хотя кого следовало ещё защищать, хах. Но Чхон Мун не мог не признать, что его саджэ не слушался даже его. Это приносило ему боль — вот так смотреть, как дети взрослеют и больше не нуждаются в родителях — но он просто должен был с этим смириться.       Но одним днём он застал очень странную картину. Обыкновенно никто, кроме старейшин, не посещал павильон Лидера Секты. Поговаривали, что тот долгое время был болен и не выходил в люди, поэтому сасуки запретили шуметь здесь. Но его непоседливый саджэ Чхон Мён сейчас стоял там, держа простой деревянный меч, пока мужчина с седыми волосами давал ему указания.       Нет, ему указывали?..       Но увидев, что мужчина носил форму Лидера секты, Чхон Мун мог лишь улыбнуться. Верно, старейшины и сасуки говорили, насколько он добр и умеет найти подход ко всякому. Наверняка он и Чхон Мёну понравился…       «Хотя моя гордость родителя немного задета» вздохнул грустно Чхон Мун.       Но главное, что на горе Хуа будет покой ближайшие пару часов, а Чхон Муну не нужно беспокоиться о том, что его саджэ вновь напился и заснул в неизвестном месте.

***

      Его сердце бешено колотилось.       — Ты всё понял, Чхон Мён-а? — после того, как ответа не последовало, Пэк Чхон склонился к своему молчаливому ученику. — Чхон Мён-а?       — Да…       Месяц назад Чхон Мён вновь возвращался поздно ночью с прогулки, неся пару ещё полных кувшинов, чтобы спрятать их в тайник от его сахёна. Но наткнулся на мужчину, который вышел на прогулку. Его лицо было молодым, но седые волосы, блестящие в лунном свете, и тяжёлый взгляд говорили Чхон Мёну, что тот — совершенствующийся высокого уровня.       «Выпьешь со мной?»       Это был вопрос, на который Чхон Мён не мог сказать «нет», несмотря на то, что не хотел делиться алкоголем. Просто…       Чхон Мён покачал головой, отгоняя воспоминания их первой встречи с Лидером Секты. В ту ночь он казался очень одиноким, когда стоял посреди пустого тренировочного поля на месте ученика. Возможно Чхон Мён вспомнил то невыносимое чувство, которое раздирало его, когда старейшина запер его ещё ребёнком в пещерах для наказания, вот и согласился.       Взгляд мужчины, который Лидер Пэк Чхон описал как «только распустившиеся лепестки сливы» был прикован к уходящему человеку с широкой спиной. Его силуэт больше не казался чужим в этом месте.       Но сердце Чхон Мёна всё равно сковали противоречивые чувства.       Возможно он слишком глуп, чтобы вести с этим человеком разговоры; груб, чтобы изъясняться так же красиво; невежественен, чтобы пить этот чёртов чай, который так любит Лидер Секты…       … но ему хотелось бы продлить это мгновение на чуточку дольше.