little miss

выложено Чонгук забегает в комнату, захлопывая двери. В голове все еще слова его одноклассников. «урод» «ты не должен был родиться» «мы не наши родители, уважать таких как ты не будем никогда» «кого на этот раз видишь чон? свою мамашу?» «надеюсь они тебя убьют» Ребра все еще отдают болью от ударов ногами. А кожу рук жжет от ударов в ответ. Он сносит стауэтки с полок, разбивает свои детские картины, кидается вещами. Злость — вот что снаружи. А внутри обида, дикая, такая противная. Каждый день он слышит это. Урод урод урод урод. Горячие слезы текут по щекам, в груди горячо. И больно. — Чонгук, боже, успокойся наконец. — Тэхен заходит внутрь комнаты. — Ты же знаешь, что они не те люди, к которым надо прислушиваться. Они врут, пытаются унизить тебя, чтобы потешить эго. — он пытается дотронуться до Чона, утешить. Рука проходит мимо. — Успокойся пожалуйста. Чонгук дышит глубоко, тяжело. не получается, кулики сжимаются. —Я разве заслужил такое? — Ну конечно нет, Гуки. — Тэхен подходит ближе. — Конечно нет. — Блять, я хочу быть обычным подростком. О-быч-ным. Почему, почему, почему. — Но ты же не выбирал. Что плохого в твоей необычности? — Ты? Например? — Чон злится еще больше. — Ты одна из проблем. Тэхен, мне пятнадцать, я должен веселиться с друзьями, пить, курить, влюбляться. Из-за тебя я не могу этого делать! — кричит. — То есть я виноват? — теперь злится Тэхен. — Ты издеваешься? Не моя вина в том что ты видишь ебанных мертвых людей! В том что случилось виноват ты. Научись уже себя контролировать. — Ты серьезно? Уйди, прошу тебя. Исчезни! Прямо сейчас! Чонгука накрывает паника, голова стала в миг тяжелее. В груди жгло, вырывало сердце. Больно больно больно. Он знал это состояние. Через пару минут станет в тысячу раз хуже. Главное не пытаться бороться. Из угла комнаты слышаться голоса., голова механически поворачивается. Крик раздался по дому. Каждый раз так. Десятки «людей» в секунду оказываются рядом с ним. Чон падает на пол, прижимается к ножкам кровати, сгибается, закрывается. Снова. Страшно. Взгляд бегает от одного к другому. Люди к нему тянутся, кричат что-то, умоляют спасти, трогают. Страшно. Люди в крови, с отсутствием конечностей и…тела, просто оболочки оставшихся. Из-за «касаний» на коже появляются мурашки, холод забирается под одежду. — Чонгук, посмотри на меня! — сквозь пелену слышит он. Глаза бегают от одного человека к другому. Боже, их как будто сотни. Дышать тяжело. — Давай, все хорошо, не переживай. Он видит его, но встать не может, ноги просто отключились. Тэхен подходит ближе, протягивая руку. Чонгук должен. В какой-то момент он чувствует тепло, как от объятий. Открывая глаза, понимает что его обнимает Тэхен, руками прижимая к себе, как можно ближе, держась за шею. Чонгук дышит загнанно, задыхается, все тело трясется, но из объятий не выходит, наоборот, сам прижимается. Это их первое касание, ведь Тэхен не существует. Тэхен такой же, как и все те люди, что были в комнате пару минут назад. Мертвый. Этот мальчишка появился в его 10 лет, такой же маленький как и он сам, кудрявый, с веснушками, такой светлый и веселый, пока не понял что происходит. Появился — так и не ушел, постоянно рядом. — Не уходи никогда…— шепчет Чонгук. — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста. — Куда я уйду? — так же шепчет Ким.— Застрял тут с тобой навечно видимо. — шутит — Вот только, почему я тебя чувствую? — Я не знаю? Не отпускай только. Но на следующее утро отпустил. Чонгук проснулся один. Но что было страшнее — Тэхен не пришел. Ни через день, ни через год. Он испарился из жизни подростка, но не из мыслей. Приступы стали намного чаще доставать его, и если раньше помогал Тэхен, то сейчас помогает лезвие. Одна боль притупляет другую. Но после очередного приема у психолога, Чонгук замечает /его/, на кресле-коляске, в том же медицинском центре. Кома. Тэхен все пять лет был в коме после аварии. И Тэхен кажется помнит его, раз во взгляде появилось то самое тепло, которое он чувствовал так недавно