Не мой

- Пустите! Пустите меня! - мужчина пытался вырваться из крепких рук, но всё было бесполезно. - Ваше Величество! Ваше Высочество! - докладывал один из стражи. - Он вновь пытался сбежать. Король тяжело вздохнул, Королева сочувственно посмотрела на омегу, которого всё еще держали. Она понимала... Её тоже когда-то привезли из другой страны и просто отдали практически незнакомому альфе. А юный принц лишь смущенно прятал голову в пол. Он видел в детстве, как ругались мать с отцом. Он хотел счастья для себя и этого омеги, что был обещан ему чуть ли не с рождения. - Поставьте на горох, чтобы не повадно было, - приказал Король. Конечно, не хотелось мучать юношу, но он не знал, как по-другому вразумить его. - Нет, отец! - воскликнул принц. - Позволь мне поговорить с ним! - Решай сам... - отмахнулся правитель. Его уже порядком достали выходки Арсения за неделю. Раз уж этот омега принадлежит его сыну, пусть он и решает, как его усмирять. Поблагодарив отца, Серёжа увел своего суженного в покои. - И что ты мне сделаешь? - не унимался Попов. - Себе присвоишь? Я не твой и никогда твоим не буду! - Я же пообещал, что и пальцем тебя не трону... - Это ты до первой течки так говоришь! Брюнет насупился и отвернулся. Пытаться сбежать сейчас бессмысленно. За дверьми стража, да и покои глубоко во дворце... Он не верил в собственную безысходность... И всё же пока у него не получалось ровным счётом ничего. - Нет, нет... Пожалуйста, поверь мне... Прошу, - взмолился мужчина. - Арсений, умоляю, пойми. Ты - единственная связь и надежда не развязать конфликт между нашими странами. Неужели ты хочешь войны? Хочешь, чтобы гибли невинные люди? - Но я ведь тоже не виноват! Я не хочу тут быть! - Ты прав, - обречённо вздохнул принц. - Но ведь и я не в восторге... Арсений отвёл взгляд. Конечно, Серёжа тоже не выбирал его себе. Вот только он ничего не делал, не пытался изменить свое положение. - Побежали со мной... Мы будем свободными. - А наши государства? Что с ними станет? Ты знаешь, я - единственный наследник. Омега устало сел на чужую кровать. Она не его и не их. Он тут ни разу не спал и не планирует. Никто из них не выбирал себе жизнь с ответственностью за сотни тысяч людей. - Я позаботился о том, чтобы тебе выделили собственные покои, - продолжал принц. - Я не буду заходить и тревожить. Весь дворец в твоём распоряжении. Если тебе что-то понадобится, только скажи... - Свобода! Я как птица в золотой клетке. - Как и я... - принц сел рядом. - Поверь, наш договорной брак не в радость и нашим родителям, и нам... Это просто необходимость. Давай хотя бы создадим видимость, что у нас всё хорошо. Ради людей, которые хотят жить спокойно. Если бы твоего любимого забрали на войну, какого бы тебе было? Я не хочу такой судьбы для своих подданных. - Я не обещаю, что больше не сбегу. Вы меня даже в город не выпускаете! - Ты же знаешь причину... Арсений ничего не ответил. Конечно, он понимал, что если с ним что-то случится, политических конфликтов не избежать... Но это ведь теперь его страна... Его город. Он будет им когда-то править. - Ладно, покажи мне мои покои, - пока что оставалось только смириться. Серёжа улыбнулся одними уголками губ и повёл омегу по коридорам. Признаться, Арсению понравилась комната. Да и дворец был богато украшен, величественен... Дух захватывало. Мраморный пол, золотая фурнитура... А здешние одежды! Шелк приятно струился по телу, подчёркивая изгибы. На его прибытие принц пожаловал ему небольшой гардероб с туниками, накидками, халатами и широкими длинными штанами, что особенно пришлись по душе омеге. - Я видел на одном гонце сегодня изумрудные шаровары, сошьете мне такие же? - попросил он. - Конечно. Принц действительно не тревожил его ни вечером, ни на следующий день. Арсений решил взять передышку от своих побегов. Рано или поздно альфе это надоест, и тогда горох покажется сказкой... Он лично видел как розгами пороли провинившегося слугу. Тем более убегать без новых штанов не позволяла совесть. Стража, ходившая за ним по пятам раздражала, конечно, но делать было нечего. Его даже в сад гулять не отпускали! И мылся он исключительно в присутствии слуг-бет. Шагая по уже прохладному полу босиком, он не заметил, как зашел в более официальную часть дворца... Кажется, заблудился немного. На его глаза попался принц. В голове тут же созрел план, как избавиться от стражи хотя бы на время. Серёжа шёл, вглядываясь в рукописи. Хотя "шёл" громко сказано. Скорее, изнеможденно плелся в свои покои в конце дня. Он сутки напролёт проводил в тронном зале, перенимал дело отца, общался с народом, иностранными послами, заодно подтягивая язык. Что-то в груди омеги сочувственно екнуло. - Серёж, - он окликнул альфу. - Как ты обращаешься к принцу?! - рассвирипел стражник. Альфа несколько потеряно поднял взгляд. Он не ожидал увидеть Арсения... Он вообще рассчитывал, что их очередная встреча состоится, когда тот снова попробует убежать. - Ваше Высочество, - синяки от крепких хваток до сих пор не сошли, он согнулся в почтительном поклоне, - не могли бы вы уделить мне несколько минут наедине? - Конечно, заходи, - он пропустил напуганного мужчину в покои. - А вы, - обратился к страже, - если я ещё раз услышу, как кто-то из вас повышает голос на моего омегу, я вас вышвырну за шкирку, это ясно? - Но... - пытался перечить стражник. - Он обращается ко мне так, как ему комфортно. Вы думаете, он сбегает постоянно от счастливой жизни? Хотя бы попытайтесь сделать его пребывание у нас приятным. Иначе отец будет разбираться уже с вами. Ясно? - Да, Ваше Высочество, - хором ответила стража. Принц, наконец, сам зашёл в свои покои. Арсений несколько нервно теребил длинные рукава туники. - Извини, я забыл про ваши традиции. У меня дома все на ты. - Всё хорошо, обращайся так, как тебе нравится. И не смотри на остальных. Скажем всем, что мы делимся обычаями, чтобы притереться друг к другу. Сердце виновато екнуло ещё раз. Серёжа один устраивал тут танцы с бубном вокруг него. Одаривал одеждами, украшениями, заморскими явствами. Делал всё, что в его силах, чтобы дать по максимуму ему ту самую свободу, о которой он мечтал. - Так ты что-то хотел? - Я... - он уже и забыл, зачем шёл. - Я от стражи хотел избавиться. Неприятно, когда на тебя смотрят восемь глаз. - Понимаю, - сочувственно вздохнул принц. - Я могу что-то для тебя сделать? - Я хочу в город... На рынок. - Прости, - Матвиенко виновато опустил глаза. - Я говорил с отцом, он категорически против. Хочет убедиться, что ты не попытаешься там сбежать. - И что он хочет в качестве доказательств? Метку на моей шее? - Как вариант... Но я не буду тебе её ставить. - Почему? - Арсений считал, что любой альфа будет рад присвоить себе чистого невинного омегу. - Ты не мой. Принц устало потёр глаза. Он сегодня слишком заработался. Но Арсений скрасил вечер одним своим присутствием. Чего скрывать, омега альфе нравился давно. Ещё с первой встречи в детстве. Он тогда был глупым, не мог дождаться, когда же ему привезут Арсения. Уж очень хотелось поиграть с ним в прятки или в догонялки... Кажется, последним, Попов тоже проникся. Он уже тогда был очаровательным и упертым. Что же делать с ним сейчас, молодой альфа не имел понятия. Ему совесть не позволит мучить омегу, насильно делая своим. Но и политические интересы страны он тоже понимал. Тем более от этого зависело благополучие сотен тысяч людей. - Я побуду немного тут? Не хочу оставаться один, - Арсений пытался говорить невозмутимо, будто ответа "нет" не могло и существовать. И всё же внутри бился животный страх. Он никогда особо сильным не был и Серёже доверял, но... В детстве инстинкты почти не проявляются, и кто знает, как изменился принц за эти годы. - Конечно, - альфа ласково улыбнулся. - Попросить для тебя чего-то? Ты, наверняка, голоден, - всё-таки он оставался таким же, каким был и в пять, и в восемь... - Фруктов и что-нибудь ваше традиционное. Я не очень знаком с кухней. - Хорошо, - он вышел отдать приказ, - садись, куда хочешь. Мои покои - твои покои. - Две комнаты - не слишком много для омеги, который нужен только для того, чтобы продлить ваш род? - Не говори так... - Серёжа зашёл с подносом фруктов и тарелками с национальными блюдами. - И поверь, я готов тебе хоть весь дворец отдать, если тебе так будет комфортнее. Арсений всё же из приличия решил промолчать. Серёжа ведь старается для него, пытается хоть как-то угодить. - Расскажешь, что это за блюда? - у альфы, кажется, загорелись глаза. - Это буузы, - он указал на какие мешочки из теста. - Они как ваши пельмени, только больше. А вот это батан, - он указал на тарелку с бульоном. - По-вашему, это суп. А вот эти шарики из теста называются бурцог. Или печенье по-русски. Арсений тихонечко хихикал с корявого произношения русских блюд. Сам он знал оба языка в совершенстве, всё-таки ему ещё в детстве сказали, что в восемнадцать он уедет из родной страны навсегда. - Я что-то не так сказал? - альфа смутился, заметив смешинки в чужих глазах. Он пытался выучить русский, но язык ему совсем не давался. Проблемы появились ещё на этапе чтения. Произношение было далеко не идеальное... Хотя, конечно, хотелось бы впечатлить омегу. - У тебя смешной акцент, - омега все-таки сел пробовать еду. - Я подумываю это исправить. Ну а что? Он вот знает язык принца в совершенстве. Почему альфа не обязан знать русский? К тому же, Арсений уже представил, как будет пытаться научить его выговаривать какие-нибудь сложные слова. - Ты больше не думаешь сбегать? - Серёжа зацепился за другое. - А у меня есть выбор? - горько усмехнулся омега. - Мне тебя стало жалко, - признался честно. - Если я уйду, ты будешь здесь один... Ещё и проблем огребешь... Ты же за меня заступаешься. - Спасибо, - карие глаза смотрели с такой благодарностью, что становилось даже неловко. - Я ничего особенного не сделал. Ты прав... Надо хотя бы создавать видимость брака. Я останусь на ночь? - слова сами вырвались, но, увидев искреннюю радость на лице принца, Арсений уже не мог передумать. - Да, конечно, я посплю на полу, - Серёжа просиял. Он ещё не понимал, что произошло, но был крайне рад тому, что омега становится к нему ближе. Проснулся Арсений глубоко ночью от света свечей. Принц что-то ещё писал. - Почему ты не спишь? - Я тебя разбудил? Прости, пожалуйста. Я сейчас лягу. На полу уже были постелены какие-то старые покрывала, когда сам Арсений нежился на дорогих простынях под воздушным одеялом. Альфа не взял себе даже подушку. Омега вытащил его из-за стола, задул свечи и утащил в кровать. - Тебе нужно высыпаться. А то указы какие-нибудь дурацкие издашь, - он укрыл его одеялом, под которым спал сам. - Или просто отморозишь себе что-нибудь на полу. А тебе ещё детей делать. Спи. Он отвернулся в другую сторону и вновь задремал. Принц пытался было встать, но услышав гневное "попробуй только", послушно лёг обратно. Проснулся он невероятно бодрым, отдохнувшим. Запах омеги за ночь успокоил, расслабил. Подумать только, как повлияло присутствие Арсения рядом! Обнять его было нельзя - обидится. Матвиенко лёг чуть поближе, впитивая приятный аромат хвои. Попов действительно был русским красавцем. Бледная кожа, россыпь родинок, носик-кнопка, густые чёрные ресницы и в меру пухлые губы. Омега во сне развернулся и удобно устроился на восточном принце. Он очаровательно сопел в шею мужчине, сложив на него свои конечности. Альфа мечтательно вздохнул. Хоть брюнет и был своенравным, вредным, порой наглым даже, но всё же нравился... Серёжа не смел пошевелиться, пока Арсений так беззастенчиво и вольготно устроился на нём. Во сне он скинул с себя одеяло, оставаясь в ночнушке, оголяющей острые ключицы. Принц позволил себе засмотреться и не заметил, как мужчина рядом проснулся. - Почему ты не укрыл меня? - казалось Попов уже давно не спал и теперь злобно смотрел своими прекрасными глазами, которые как будто вообще не могли выражать гнев. - Подумал, тебе жарко... Серёжа судорожно закутал Арсения, пытаясь исправиться. Как бы ни учила его мама, он, кажется, до сих пор не понимает, как обходиться с омегами... Он пытался угождать, но Попову всё было не так. То одежды, подаренные на свадьбу, малы, то еда слишком острая, то холодно ему, то жарко. Единственное, что всегда любил Арсений - это украшения. Их он никогда не ругал. - Нам принесут еду? Не хочу никуда идти, - капризничал брюнет. Ему в отличие от принца всю ночь было то душно, то тесно, то нечем дышать из-за густого аромата пряностей, которыми пах альфа. Поэтому проснулся он крайне раздраженным и пытался вылить это всё на принца. Будто тот виноват, что Арсений сам решил остаться спать здесь. - Любая твоя прихоть, - Матвиенко позвонил в звоночек. - Через десять минут принесут. - Пока они не пришли, - Арсений стянул рубашку. - Оставь мне пару засосов, которые я буду очень плохо скрывать весь день. - Зачем? - опешил альфа. - Что-то же должно убедить твоего отца, - раздражённо, но уверено бурчал мужчина. - Ладно, но... Я никогда их не ставил, - засмущался Матвиенко. Он тоже не проводил ни с кем ночи. - Тебе-то зачем себя хранить? - Попов снял ночную рубашку. - Ты же альфа. - Для справедливости, - соврал Матвиенко. Не мог же он сказать, что Арсений ему понравился ещё в пять. У него тогда была настоящая русская коса из волос! Как он ей восхищался! И даже пытался сам заплести, но ничего не получилось. Он только запутал расчёску в чужих волосах, а потом долго извинялся. Арсений тогда не показывал злости, не имел права, но гадать не приходиться, он явно был недоволен. Уже тогда он глядел на альфу свысока из-за роста и самомнения. - Как благородно, - усмехнулся Попов. - И совсем не обязательно было. Тем более, вам позволено иметь сразу нескольких омег. Арсений тоже помнит, как приезжал на лето к своему будущему жениху. Он эти поездки не очень любил, но делать было нечего. Да и Серёжа в детстве был весёлый, не загруженный как сейчас. В двенадцать он приехал уже с волосами чуть ниже плеч. Он плел венки из цветов в саду и бегал в них по дворцу. Серёжа тоже пытался... Но как и с косой когда-то, успеха не достиг. На прощанье Попов оставил ему все, что сплел за лето. А принц тогда, спросив у мамы совета, подарил ему первое украшение. Арсений ходит с этим колечком до сих пор. - Я исключение. Ты читал договор? По условию меня лишили права на других омег. "Да мне и не нужно", - добавилось мысленно. В восемнадцать Арсений приехал уже с короткими волосами, длиной едва ниже челюсти. А ведь Серёжа только-только продвинулся в плетении кос и венков... Попов ничего не сказал тогда. Лишь вежливо поклонился и ушёл готовиться к свадьбе. Каким же красивым он был под венцом... Цветы, вплетенные в волосы, традиционная одежда... А на следующее же утро он сбежал, но его успели поймать. - Я в политику никогда не лез, - его тёмные недлинные волосы были разбросаны по подушке, Серёжа очень надеялся, что Арсению больше не захочется стричься. - Просто знай, что если влюбишься, я буду не против. - Я тоже... Если ты найдёшь себе кого-то, я буду рад знать, что ты счастлив. - Что ж... Может быть, мы подружимся. Меньше слов больше дела, - он, насколько мог, прикрыл свою спину одеялом, подставляя шею. Серёжа не думал, что ему позволят касаться этого прекрасного тела. Не думал, что разрешат пометить... Это, конечно, все для вида, но прижиматься губами к чужой шее оказалось очень приятно. Красные пятнышки появлялись один за одним на полупрозрачной коже. - Всё правильно? - он слегка отстранился, чтобы посмотреть, что получается. - Да. У меня нежная кожа, легко травмируется, так что синяки обеспечены. К слову, ваша стража хорошенько поиздевалась над моими руками, - он показал уже пожелтевшие следы. - Можно было и поаккуратнее. - Я скажу им, чтобы больше не смели тебя касаться, - принца сейчас можно было уговорить на что угодно. - Спасибо. Давай ещё один сюда, - Арсений указал на местечко под подбородком. Постучавшись, в комнату зашёл Король. Матвиенко ещё услышав стук, хотел стыдливо отпрянуть, но омега наоборот притянул его ближе, прошептав: "Это нам на руку". Правитель встал в дверях как вкопанный. Он точно не ожидал увидеть омегу в постели сына. Даже его жена, хотя та всегда была покладистой, ждала первой течки на новом месте. Арсений же, тяжело дыша, лежал практически полностью под его сыном, который, не смущаясь, метил своего суженного, пытаясь прикрыть собой нагое тело от посторонних глаз. - Что-то случилось, отец? - всё же оторвался альфа, когда Арсений, наконец, отпустил его. Попов же делал вид, что был крайне смущен, натягивая одеяло выше, но не пряча свежие засосы. Королева тоже зашла в комнату. - Мы просто забеспокоились, когда ты не пришёл на завтрак, а послал слуг себе в покои. Побоялись, что ты не здоров, - оправдывалась Татьяна. - Мы впредь не будем тебя без надобности беспокоить, я прошу прощения, - Король слегка поклонился, извиняясь за то, что нарушил их идиллию и вышел из комнаты, всё ещё пребывая в смущении. Кажется, их сын уже вырос. - Сынок, - мать немного задержалась, - всё хорошо? Я не очень чувствую смешение запахов, не нужно послать лекаря? - он была смущена своим же вопросом, но искренне волновалась. - Разница культур, Ваше Величество, - сказал Арсений, прижимаясь ближе к альфе. - Со временем пройдёт, нас предупреждали. Татьяна облегчённо выдохнула, извинилась за такое вторжение в личное пространство и, вежливо поклонившись как будто в основном Арсению, вышла из комнаты. - Ты понравился моей маме, - заметил Серёжа. - Ещё бы... Она теперь думает, что я смирился и принял свою судьбу. Она ведь по себе знает, какого это... А теперь отвернись, - приказал омега, - мне нужно надеть рубашку. Серёжа тактично уставился в окно, не желая смущать мужчину. Да и просто хотелось, наконец, подружиться после стольких лет знакомства. - Я поговорю с отцом, думаю теперь он не откажется отпустить тебя в город... По крайней мере в моем сопровождении. - Спасибо, - Арсений вновь забрался под одеяло. - Ложись рядом, нужно покрасоваться ещё перед слугами. - Зачем? - Они главные разносчики слухов и сплетен. Вот увидишь, все к вечеру будут вежливо обходить меня стороной.