Не мой

Арсений был в крайне тяжелом состоянии. Буквально на грани между жизнью и смертью. Серёжа не подпускал к себе и детям никого. Он, как истинный альфа, охранял свою семью. Кормил детей, укачивал, а ночью шёл к омеге, тот почти все время спал, лишь изредка просыпаясь от людей, копошащихся вокруг него. Серёжа только на третий день после родов смог застать его бодрствующим. - Арс... -хотелось так много сказать. - Не смотри на меня так, - омега медленно отвернул голову от изучающих глаз, он явно не был настроен на разговор. Омега не хотел, чтобы его видели в таком состоянии. Беспомощный, он не мог встать, чтобы просто сходить в туалет. Он не видел, но знал, Серёжа помогает слугам за ним ухаживать, дежурит по ночам, даже готовит еду. Находясь в таком положении он боялся, что уже не сможет увидеть своего ребёнка. Их ребёнка... Или он родил двух? Память предательски отказывалась вспоминать роды. - Как дети? - прошептал спустя время, всё же рассчитывая на двойню. - Скажи, что я родил альфу, я больше не хочу... - Родил, родил... - принц, казалось, подбежал к кровати. - Альфу и омегу, - Арсений мысленно улыбнулся, и правда двое. - Альфа голубоглазый, как ты... Очень красивый. Не заставляй меня называть его твоим именем... Я не хочу тебя потерять, - он прижался губами к холодной ладони. - Я тебя люблю, - юный наследник плакал, не сдерживая слез. Его омега умирал на его же глазах. А в соседней комнате спали два младенца, которых ему придётся воспитывать одному. Вся их прекрасная жизнь рушилась на глазах, и альфа тут был бессилен. Он не жалел золота на лекарей и знахарок. Его омега ел все самое лучшее, самое свежее, но молоко, чтобы кормить детей, так и не появлялось. Принц каждый день боялся, что однажды тот больше не откроет глаза. Лекари прилагали все усилия, чтобы хоть как-то помочь омеге, но всё было тщетно. Об этом молчали, но весь дворец понимал: юный омега может не дожить и до следующего утра. - Серёж, - спустя неделю еле слышимо прошептал Арсений. То ли микстуры, то ли сам организм старался, но на самую малость омега стал чувствовать себя лучше. По крайней мере теперь он не валялся в бредовых снах целыми сутками и был более менее в сознании. - Да, что такое? - альфа обеспокоенно подбежал к постели. - Напиши... письмо в мой дом. Попроси помощи... - Есть лекарство? - Есть лекарь... - даже эти слова дались Арсению тяжело. Письмо гонцами было отправлено тут же. Через две недели приехал лекарь из Руси. Принц не знал, что были за травы в тех пузырьках, но уже за несколько дней Арсений научился заново самостоятельно есть, появилось молоко, чтобы кормить детей. Альфа не мог поверить собственным глазам. Омега всё еще был слаб, не вставал с постели, но выглядел уже куда лучше. Серёжа сидел рядом с кроватью на коленях по вечерам, склонив голову к руке мужа. Гладил запястье, шептал что-то, прогнав предварительно всех из комнаты на полчаса. За иностранным лекарем, что с умным видом изучал дворец и какие-то сорняки в саду, он практически ходил по пятам, пытаясь выведать хоть что-то. В эти минуты он был крайне рад, что учил русский. Дмитрий, так звали лекаря, оставив запас приготовленных отваров, съездил заново в родное государство, дабы сделать ещё. Через месяц после родов Арсений наконец-то сам встал. Серёжа в этот же день велел послать любые подарки лекарю, какие тот пожелает. Альфа снова начал хотя бы на несколько часов заглядывать в тронный зал к отцу. Однако большую часть времени всё еще проводил с Арсением и детьми. Омега по-прежнему много спал, но теперь это не пугало. Иногда принц сам кормил его с ложки, помогал переодеваться, проветривал комнату и старался больше разговаривать, чтобы возвращать мужа к привычной жизни. Объявление о родившихся наследниках делал Король, сам Серёжа был тогда не в силах сказать и слова. Всё же, во избежания появления слухов, правителю пришлось сообщить о тяжелом состоянии омеги, но других пояснений он давать не стал. В один день Серёжа принёс скопившиеся письма от Амира, с разрешения Арсения, зачитывал ему вслух и под его диктовку писал ответы, извиняясь, что их переписка на время перестала быть личной. Казалось, такое общение с другом несколько взбодрило омегу, тот впервые слабо улыбался, хихикая с каких-то шуток в письмах и смешных замечаний Серёжи. - Не уходи, - в один вечер попросил омега. - Останься тут со мной на ночь, - он медленно отодвинулся на край кровати, освобождая место. - Хорошо, как захочешь, - объяснения сейчас были не нужны, альфа сейчас был готов на всё ради мужа. Серёжа, обнимая омегу той ночью, думал лишь об одном: "Живой". Арсений заметно похудел, оно и понятно, аппетит у него был слабый. Но это ничего, главное, что дышит, что спит спокойно, что жмётся неосознанно ближе. Всё остальное решаемо. - Как он? - на следующий день принц поймал лекаря в дверях. Мысли мыслями, а Дмитрию точно было виднее, состояние омеги. - Спит, Ваше Высочество. Идёт на поправку. Я с таким уже сталкивался. Старшая сестра Арсения также рожала, но ничего, выходили. Сейчас живее всех живых. Уже третьим беременна, - абсолютно уверенно рассказывал лекарь. И это внушало спокойствие. Дмитрий, конечно, был бетой и потому от природы был меньше склонен к эмоциональности, но всё же он не выглядел таким загнанным, как местные лекари. Можно было полагать, что Арсений и правда выздоравливал. - С ним всё будет хорошо? - всё же уточнил принц. - Да, Ваше Высочество, не сомневайтесь. Самое страшное мы уже пережили. Принц, не сдержавшись, обнял лекаря, утирая скопившиеся слёзы в глазах. Шепча на родном языке благодарности, он отпустил растерявшегося мужчину и поклонился ему в пояс. - Ну что вы, что вы, Ваше Высочество! Не стоит... - в глубине души ему всё же льстило такое к нему отношение. - Это же моя работа. Да и мы с Арсением старые друзья... - всё же несколько смутился лекарь. - Может, я могу вам что-то ещё пожаловать? Что захотите: специй, драгоценностей, трав каких-то... Не стесняйтесь, просите, всё сделаю для вас. - А есть ли у вас свободные переводчики? - Дмитрий хитро улыбнулся. Уж больно он хотел позариться на местную библиотеку и книжки по медицине... Да можно и на лекарей заодно.

***

Арсений постепенно поправлялся, переехал обратно в покои к Серёже, проводил больше времени с новорождёнными детьми, которых долго поили козьим молоком, пока у омеги не появилось собственное. По вечерам принц часто выводил его в сад на прогулку, чтобы тот подышал воздухом, немного отдохнул и набрался сил. Арсений ходил небыстро, всё-таки после родов организм восстанавливается долго, садился и вставал всегда держась за что-нибудь, но уже сам. - В общем... Повремените с близостью, она совсем не рекомендована в ближайшие полгода, - рекомендовал лекарь. - А по поводу будущих беременностей... Сложно предугадать, все мы разные, но если опираться на родословную Арсения, то со вторыми родами должно быть гораздо проще. - Никаких больше беременностей. - Твёрдо сказал принц. - Никогда. - Что ж... Вам решать, - не стал настаивать Дмитрий. - В ближайшие несколько лет могут сбиваться или вообще отсутствовать течки, то же самое касается гонов... Это связано с эмоциональным переживаниями. Просто не стоит этого пугаться. Что касается первой течки, я с вашего позволения дождусь её. Предполагаю, что она будет очень болезненная. Посмотрим, что можно будет сделать. И к сожалению, лекарь оказался прав. Почти за год Арсений уже и забыл, что он омега. От начавшейся течки он проснулся рано утром, чуть ли не крича от боли. В такие моменты хотелось плакать от несправедливости. Ну вот почему всё на участи омег? Серёжа буквально убежал к Дмитрию, стоило ему увидеть скрюченного на кровати мужа. - Я не могу трогать вашего омегу, - суетливо объяснял тот, - более того, от вас толку будет больше. Я покажу вам массаж и дам микстурку, которая должна немного приглушить боль, - лекарь за время пребывания в чужой стране успел подучить их язык. Серёжа болванчиком кивал, внимательно слушая Дмитрия и запоминая всё, что тот говорил. Кровь в висках стучала с бешеной силой, он как будто вернулся в день родов... Только сейчас он мог помочь. Волнуясь, что мог что-то прослушать, альфа неуверенно зашёл в свои покои. Арсений, обнимая одеяло, лежал на кровати, тяжело дышал и скулил от боли. Принц бы всё отдал, чтобы тот так не мучился. - Вот выпей, - он протянул омеге приготовленный отвар. - Я тебе помассирую живот, должно стать полегче. У Арсения не было сил что-то спрашивать и уточнять. Он залпом осушил стакан, и лёг обратно, сжавшись клубочком. Альфе тяжело было видеть любимого человека в таком состоянии. Хотелось забрать всю боль себе, лишь бы его омеге стало полегче... - Арсюш, повернись на спину, - попросил ласково. - Больно... - прохныкал брюнет, съёживаясь ещё сильнее. Принц, ничего не говоря, лёг сзади и начал гладить живот через ткань там, где дотягивался. Матвиенко мягкими движениями расслаблял напряжённые мышцы. Медленно двигался от пупка к паху, аккуратно с немого согласия задрал ткань, чтобы чувствовать кожу под пальцами. - Серёж... - омега стыдливо закрыл лицо руками и всё-таки лёг на спину. - Слишком приятно, не надо так... У меня всё-таки течка... - Дима сказал, что возбуждение поможет облегчить боль, альфа не убирал ладонь с чужого живота. - Но... Я тогда захочу... А тут ты... Мне будет неудобно, Сергуль, - засмущался омега, не давая дальше себя раздевать. - Арс, ты родил мне двух детей. Позволь мне тебе помочь, м? Принц, совсем не настаивая, вновь потянул за край сорочки. Он нежно глядел и ободряюще улыбался... Омеге ничего не оставалось, кроме как сдаться. Да и трудно было в таком состоянии не слушаться. Голову вновь сносило как в первый раз. - Ладно... - Арсений слегка раздвинул бедра, давая свободу действия, но руки от лица не убрал. Серёжа устроился меж разведенных ног и мягко пальцами перешёл на паховые складки. Задрав ночнушку еще выше, он круговыми движениями будто по волшебству снимал боль. - Не смотри только на живот... - Арсений немного пришёл в себя. - Он весь в растяжках. После родов омега предпочитал обходить зеркала стороной. Свою внешность такой он не принимал. Он, конечно, был рад тому, что стал папой, но порой скучал по той молодости, что у него отобрала беременность. - Растяжки побледнеют со временем, но даже сейчас они тебя совсем не портят. Ты очень красивый, - Серёжа с искренним восхищением смотрел на омегу. - Неправда, - хотелось спрятаться от карих глаз. Матвиенко приподнялся и положил чужую ладонь на низ своего живота. Под пальцами Арсений отчётливо почувствовал возбуждение. - Это инстинкты, - противился брюнет. - Это любовь, Арс. Я тебя люблю. И люблю любым. И даже если ты не чувствуешь ничего в ответ, то это не страшно. Я рад, что ты живой, что ты тут и что я могу тебе помочь. Омега окончательно сдался, позволяя лёгким наполняться взрывной смесью специй. Серёжа умел успокоить, поддержать и помочь. От нехитрых движений альфы в паху вновь моментально потяжелело. Сняв с себя единственный элемент одежды, он притянул альфу ближе. - Возьми меня... - попросил уже без смущения, крепко вцепившись в мужчину. В голове бились инстинкты, открыто говорящие, что тело готово снова беременеть. Разум отключился полностью, осталось только желание чувствовать альфу в себе. Быстрее, глубже и как можно дольше. - Я могу сделать тебе больно, ты ещё не до конца восстановился, - Серёжа пытался осадить прыть омеги. - Ну, пожалуйста... - голубые глаза с мольбой смотрели, казалось, ему нельзя было отказать. Принц спустился ниже, сухими поцелуями касаясь живота. Удовлетворяя желание омеги, он аккуратно начал его растягивать, получая в ответ благодарные мычание и стоны. Он осторожно двигал пальцами внутри. Медленно, аккуратно, чтобы не навредить, не сделать больно. Параллельно целовал живот, гладил его и губами проходился по члену, возбуждая омегу ещё больше. - Я хочу глубже... - Арсений бесстыдно закусывал губы и откидывал голову. - Ммм... Да, вот так... Ах... - он прикрыл ладонью рот, чтобы не стонать слишком громко. - Быстрее, пожалуйста... Серёжа ускорил движения рукой, параллельно посасывая член омеги. Тот уже тяжело дышал, загнанно мычал и жмурил глаза. Хватило ещё нескольких секунд, чтобы Арсений кончил, пачкая губы своего мужа. Он бы хотел сейчас извиниться, но отчего-то сил не было совсем. - Я устал... - его смаривало в сон. - Хочу прилечь... - омега, почувствовав облегчение, заснул буквально через несколько минут. Серёжа лёг рядом, охраняя чужой сон. О собственном возбуждении он сейчас не думал, был важен только мужчина, так спокойно спящий рядом. На следующее утро он тайком нашел Дмитрия. - Мы только закончили... - он пытался подбирать слова, борясь с путаницей в языках и смущением. - Я даже, кажется, не всё сделал, а его уже склонило в сон... - Это нормально. Сейчас даже такая нагрузка для его тела - достаточно весомая. Со временем пройдёт, нужно только подождать, - заверил лекарь. Серёжа уже привык ему доверять, поэтому успокоился и пошёл в сад собирать цветы. Почему бы не порадовать с утра своего мужа?

***

- Ты всё ещё не мой, - пожалуй, этот разговор рано или поздно должен был состояться. Арсений полностью оправился от своих родов. И хоть Дмитрий всё ещё жил рядом во дворце, большого смысла в его нахождении тут не было. Впрочем, никто его не прогонял, а местные лекари почтительно кланялись при встрече. - Не глупи, - они небыстро шли по дворцу, прогуливаясь мимо сада. - На мне твоя метка. Я живу в твоей стране. Я родил тебе двух детей. Ты меня любишь и не ищешь себе других омег. Я уже давно твой. Просто мы оба это не можем признать, - остановился Арсений. Отсюда, от дверей тронного зала, открывался красивый вид на закат и вечернюю столицу. Омега облокотился на мраморные перила и завороженно наблюдал за солнцем. В голове всё ещё не укладывалось, что он был на волоске от того, чтобы всего этого сейчас не видеть. - Метка выцвела, после родов, - Серёжа встал рядом. - Всё, что ты делал, было по договору. А мои чувства - не главное. Я хочу дать тебе свободу. Но не знаю, как ещё это сделать. - Ты и так делаешь всё, что можешь, - совершенно спокойно рассуждал омега. Он хоть иногда и любил повредничать, поскандалить, но всё же в основном был тихим и спокойным, особенно после рождения детей. Он вообще сильно изменился за беременность. Как будто повзрослел, стал смиреннее и тише. - Я бы может и хотел уйти, но инстинкты не позволят... Да и тебя жалко. - Прости... Это так несправедливо по отношению к тебе... - Не думай об этом. Я знал, на что шёл, когда вместо свободы выбрал тебя и твою страну... - он замолчал, опустив глаза вниз. Солнце зашло, но небо ещё сохраняло последние закатные краски. Над дворцом пролетела стая птиц, держащих путь в теплые места... Впрочем, наверное, Индия и есть теплое место. Они переждут холода здесь. - Знаешь... Мне с тобой повезло, но я не хочу даже представлять, сколько несчастливых браков было заключено вот так, между странами... Серёже не нужны даже намёки. Он чётко знает, какую политику будет вести, когда займёт место отца. Он приобнял омегу и, приподнявшись на носочках, поцеловал его в щеку. Арсений вообще-то запретил так делать, но сказал, что если очень хочется, то иногда можно. А ещё разрешил расчесывать свои волосы и надевать подаренный альфой серебряный венок. Серёжа доверием не злоупотреблял. После рождения детей он его впервые так поцеловал. - И всё же по поводу метки... - вечером в покоях альфа нарушил тишину между ними. - Твоя совсем исчезла. После родов, как правило, у многих омег метка тускнеет или даже пропадает с кожи. Как ни странно, это заложенная природой особенность, чтобы после рождения ребёнка от одного альфы, можно было найти себе новую и более выгодную партию. - Я не хочу делать тебе больно, - Серёжа осторожно обнял его, пытаясь понять, не против ли такой близости омега. - Всё хорошо, Сергуль, - Арсений скромно улыбнулся и придвинулся ближе. - Больнее родов уже ничего не будет, так что я потерплю. - Нет... Пожалуйста... Не заставляй меня делать тебе больно, - Арсению показалось, что он услышал всхлип. - Позволь мне сделать тебе приятно, чтобы ты хоть немного возбудился... - он неверяще смотрел на альфу, по щеке которого текла слеза. - Я без твоего разрешения даже не посмотрю на тебя лишний раз, - казалось он только что был в полном порядке... - Или, если хочешь, можешь сам... Ну... А я просто зайду и поставлю метку. Только не проси меня кусать тебя просто так. Я не хочу... - принц, забыв про все договорённости, прижался к груди омеги, подсознательно пытаясь уловить биение чужого сердца, чтобы успокоиться. Только сейчас Арсений осознал, сколько взвалилось на плечи Серёжи. Он несколько месяцев заботился о детях, не находя поддержки почти ни в ком. Серёжа заботился о нём, искал лекарей, по ночам сидел рядом, помогал кормить, поить, обтирать влажными полотенцами, даже ходить в туалет! Он видел, как на его глазах умирает любимый человек. Видел и не мог ничего поделать. Он устал. Наверняка так устал, что любое раздражение сейчас выливается в слёзы, гнев или ещё что похуже. Омега обнял его в ответ, осторожно гладя по щеке, стирая влажные дорожки. Впервые за два года он успокаивал своего мужа, а не наоборот. - День-два ничего не изменят. Дай мне немного времени подумать, хорошо? - Конечно-конечно, - принц резко отпрянул, вспомнив, что вообще-то Арсению может быть не очень приятно такое внимание. - И... Прости я... - он стыдливо вытирал слезы рукавом. - Просто устал, - закончил за него омега. - Ты слишком много на себя взял, - он аккуратно, неторопливо, с присущей омегам нежностью поцеловал его в щеку, краем глаза видя глупую счастливую улыбку, которую альфа безуспешно пытался спрятать. Весь следующий день омега задумчиво ходил по дворцу, взвешивая все "за" и "против" в голове, с удивлением понимая, что "против" как будто и нет ничего. Ну то есть... По его воспоминаниям с беременности, секс с Серёжей достаточно приятный... Тем более, альфа обещал быть ласковым. Да и запах его уже как будто и нравился. Никому из них не придется мучиться с этой меткой, а принц так вообще, наверное, на седьмом небе от счастья будет. И всё же его немного было жалко... Серёжа всю беременность и не только всячески угождал ему, поддавался, подчинялся, бегая голодным щеночком за ним. Любое "хочу" исполнялось по щелчку пальцев. А это как будто немного противоречит самой природе альф... Наверное, Арсений может себе позволить поддаться один раз, чтобы сделать приятно... Да и на самом деле в голове уже давненько поселилась мысль, не влюбился ли он сам? - Я согласен на секс, - Арсений внезапно зашёл в комнату, испугав альфу, который, лёжа на кровати, мирно читал такой же мирный договор. - О, это не обязательно, - улыбнулся принц слишком серьёзно настроенному выражению лица его омеги. - Я могу просто сделать тебе приятно, нам не нужно... - Нет. Я хочу именно секс, - настаивал Арсений. - Хорошо, но... Почему? - Серёжа отложил документ, ожидая пояснений. Такое рвение да на трезвую голову он видит в омеге впервые, хотя и чувствует некоторую неуверенность, которую тот пытается скрыть. Арсений неровно выдохнул. Лучше было сразу изложить все свои мысли, так было больше шансов, что Серёжа его поймёт. - Когда ты предложил, я подумал, что был бы не против близости, - всё же замялся омега. - Но ведь нельзя быть просто не против. Если бы ты мне нравился, я бы хотел этого. Если бы не нравился, не хотел. А я не против... - он растерянно потупил взгляд. - Я не хочу тебе давать ложную надежду на взаимные чувства, но я хочу разобраться со своими. Может быть... - он улыбнулся. - Да и было бы славно, если бы у нас что-то получилось. У нас общие дети, будущее и государство. Любовь тут не помешает, - мягко усмехнулся мужчина. Арсений, конечно, умолчал о том, что теперь не может спать без запаха Серёжи. Он сначала думал, что это из-за беременности. Потом - из-за стресса. Но сейчас как будто все объективные причины пропали, а необходимость вдыхать эту порой взрывную смесь специй осталась. - Хорошо, - Серёжа за два года жизни с Арсением привык к сего странностям, - тогда скажи, чего тебе хочется. Я действительно хочу сделать приятно. - Ты и так весь год вокруг меня вился, исполняя любые прихоти. Сделай то, чего хочется тебе. Если мне что-то не понравится, я скажу, - Арсений скинул халат, оставаясь полностью нагим. Серёжа чуть не выронил все бумаги из рук, не ожидая, что омега настолько решительно настроен. Но отрывать сейчас глаза от тела, что снова было подтянутым, стройным, хоть и со следами растяжек, было бы кощунством. Альфа усилием воли закрыл рот от удивления, но смотреть не переставал. Плавные изгибы от талии к бедрам, слегка острые ключицы, мягкий и ещё немного пухлый животик, хрупкие лодыжки... Он мог любоваться вечность. Хватило, кажется, нескольких секунд, чтобы Арсений почувствовал ярко-выражающийся шафран. Ему льстило, что принцу достаточно одного взгляда на него, чтобы тут же захотеть присвоить, сделать своим. Он довольно улыбнулся голодному взгляду и непроизвольно сжатым кулакам. - Боже... - до Серёжи дошло, что, кажется, по его лицу и запаху видно все мысли, он стыдливо закрыл лицо руками. - Я как животное... - Неправда, - Арсений сел рядом на кровать. - А даже если и так, не вижу в этом ничего плохого, - он повалил смущающегося альфу на спину, садясь сверху и раздевая его. Уткнувшись в чужую шею, он беззастенчиво вдыхал аромат из смеси специй. Принц не выдержал, ему всё-таки разрешили быть главным сегодня, он перевернул омегу и начал целовать его шею и ключицы. Он действительно любовался мужчиной. Аромат кардамона начал перебивать шафран. Арсению не нужно было смотреть, чтобы знать: у Серёжи уже стоит. Он надавил коленкой на пах и услышал такое красивое, тихое, но глубокое рычание. Поцелуи были приятны, но особо не возбуждали. Зато запах альфы заставлял тихонечко дрожать. Омега не пытался сейчас что-то для себя объяснять, он подумает об этом позже. Серёжа успокоился, почувствовав усилившийся запах хвои. Он очень волновался, что Арсений просто не захочет его. - Не передумал? - всё же уточнил альфа. - Нет, - омега притянул его ближе к себе, заставляя задыхаться в хвойном лесу. Нельзя сказать, что Арсений как-то особенно громко стонал или просил больше, но, кажется, действительно наслаждался процессом. Прикрывал глаза, закусывал губу и иногда негромко мычал. Подгадав момент, Серёжа поставил новую метку. Арсений будто и не почувствовал, растворяясь в неторопливых движениях. Они лежали в обнимку, порой прерываясь на поцелуи. Серёжа не хотел себя тешить, но, кажется, он видел взаимность. Чувствовал её на каком-то интуитивном уровне... - Ты хочешь ещё? - Арсений уловил нотки кардамона, усиливающиеся с каждой минутой. Серёжа и правда уже несколько минут пытался лечь поудобнее, но при этом не выпускать омегу из объятий. - Трудно сдержаться, когда рядом лежит абсолютно голый омега, который так сильно нравится, - признался, вновь смущаясь своих слов. Но Арсений лишь довольно улыбнулся и прошептал: - Я не против повторить. Мне понравилось, - он лизнул за ушком, через секунду оказавшись на бёдрах мужа. Уже с меньшей неловкостью они наслаждались друг другом, утопая в чувствах. Арсений, кажется, смирился с тем, что этой ночью его съедят собственные мысли. - Ты всё равно хочешь ещё, - после второго захода омега вновь улавливал кардамон. - Нет, вроде бы нет... - принц решительно ничего не ощущал. - От тебя безумно сильно пахнет... Так сильно... - омегу наконец осенила догадка. - У тебя гон, разве ты не почувствовал? Серёжа попытался прислушаться к собственному телу и... О да, теперь он чувствовал всё. В миг всё вокруг заиграло другими красками. Арсений рядом теперь привлекал сильнее прежнего, хотя казалось бы, куда уже сильнее... Его запах заполнял всё внутри. Хотелось по-звериному накинуться, прижимая к постели и присвоить себе... Полностью пометить своим запахом, сделать так, чтобы даже без течки забеременел. Он впервые такое чувствовал рядом с омегой... Свои же мысли казались чем-то позорным, страшным... - Черт, Арс, прости... - альфа встрепенулся и закутался сильнее в плед, чтобы приглушить запах. - Как я сам не понял... - щеки загорелись красным. Нужно было выставить Арсения за дверь, чтобы обезопасить от себя же... А лучше поселить в другую часть дворца. - Лежи, - ласково улыбнулся омега. - Я отдам поручения, - он сам вышел из комнаты. Серёжа, громко выдохнув, откинулся на подушки. Так стыдно... Ладно хоть Арсений всё понял. Как так можно? Омега впервые ему осознанно доверился, впервые искренне желал близости, и всё вот так обернулось. Альфа забрался под одеяло, хоть в комнате и не было никого. А если Арсений теперь подумает, что он хотел его использовать? Или решит, что альфа себя совсем не умеет контролировать? Это точно подорвёт доверие... ну вот почему именно сейчас?

***

Арсений ночью не мог уснуть, он всё анализировал. Принять истину не получалось, но и отрицать было глупо. Ему нравился запах Серёжи, нравились его ухаживания, признания в любви... Да и вроде сам альфа был симпатичным... Ну... Не уродом по крайней мере. Да и вообще, внешность не главное. С Серёжей нравилось держаться за ручку и вместе спать. Тот иногда по ночам просыпался и укутывал омегу, чтобы не мерз. Нравилось исподтишка смотреть, как он сюсюкается с детьми. Может, ответственность, а может, проснулись инстинкты, но он проводил с ними не мало времени, жертвуя работой. Когда Арсений полностью поправился, он случайно узнал, что Васу теперь его хороший друг, что он часто дежурил у его покоев, когда омега был болен, и именно он передавал письма от Амира, потому что так было быстрее. И отчего-то его очень радовало, что они вот так смогли подружиться семьями. Серёжа был заботливым, тактичным и, самое главное, любящим. Это было страшно признавать, но секс с ним тоже нравился. Нравилось его целовать, обнимать, жаться ближе. Ну и всё из этого вытекающее. Он не должен был влюбиться... Он не мог... Но тело говорило об обратном. В конце концов, Серёжа так заботился о нём... Хотелось бы, чтобы и он был счастлив. Пролежав в этих мыслях почти до рассвета, Арсений уже смирился с тем, что сегодня ему не уснуть. Голову занимало и то, что сейчас в своих покоях лежит его альфа в гоне... Было стыдно признавать, но хотелось к нему. Хотелось в родные тёплые объятия. Проскулив в подушку, Арсений встал и начал одеваться. Зачем ограничивать себя в своих же желаниях? - Дим, а мне сейчас к Серёже можно? - повезло, что лекарь был ранней пташкой и тоже уже бодрствовал. - Ух-ты! А это что за новости? - мужчина с хитрым прищуром откинулся на стуле. Уж сколько лет они знакомы, сколько лет дружат... Арсений всегда был упертым, эгоистичным, а альф не любил на уровне их присутствия рядом. Через ссоры и скандалы уехал из родной страны, хотя до сих пор непонятно, кто этого хотел больше... Но Диму он заверял, что сбежит при первой же возможности. Потом правда написал письмо, что решил остаться ради дорогих одежд и украшений. А вот о своей беременности он не писал, лекарь узнал сам от гонца, что сообщил вести о выполнении договора. Он хотел уже тогда ринуться к омеге, предчувствуя беду, но государь не пустил, мол, надо будет - поедет. А так нечего коней гонять. В прочем его это не то что бы остановило, все травы он сушил заранее, а потом день и ночь ждал нового посла. Как только тот приехал, лекарь уже с сундуками был готов отправиться в путь. Так вот... Причина, по которой Арсений решил остаться и забеременеть до сих пор была ему не ясна. Он не верил, что омега мог так просто влюбиться. Да и здешний принц не то чтобы впечатлял красотой и обаянием. Деньги вряд ли его привлекали... - Ну... Я, кажется, люблю его... А нет, всё-таки мог. Лекарь присвистнул и откинулся на стуле. Он точно ещё найдет время, чтобы выпытать всё из Арсения, но так уж и быть, попозже. - Давай я осмотрю тебя, - он жестом пригласил омегу на кушетку. Арсений, конечно, до сих пор чувствовал стыд во время таких осмотров, но Диме он доверял, да и тот не то, чтобы был заинтересован в нём. Более того, он, кажется видел его с одной из служанок Её Величества... Кто знает, может быть, на родину он вернется не один... - Ну вроде всё в порядке, видимых повреждений нет. В качестве меры предосторожности, проводи с ним не всё время. Тебе нужен полноценный отдых без его запаха. Арсений оделся, угукнул, пообещал, что будет осторожен и вылетел из комнаты лекаря. Что-то подсказывало Диме, что его не очень-то послушают...

***

- Что ты тут делаешь? - альфа испугался резко открывшейся двери, омега не церемонился. - Пришёл тебе помочь, - Арсений начал раздеваться. - Я, может быть, ещё не осознал до конца, - шёлковая ткань скатилась с плеч, - но я вроде как тоже тебя люблю... Мне нравится с тобой спать в обнимку, нравится тебя целовать, - штаны спустились на пол, открывая вид на мягкие и всё ещё пышные после беременности бедра, - нравится гулять вместе, воспитывать детей... Да что уж там, мне тяжело, когда тебя долго нет рядом, - признался наконец-то. - Может быть, из-за инстинктов, но без твоего запаха я уже не могу. И секс мне с тобой тоже нравится, - он забрался на кровать к альфе. - Наверное, всё это вместе говорит не просто о дружеских чувствах... - Даже если так, ты не обязан, - принц всё ещё старался не дышать лишний раз. - Я этого хочу, - омега уже вольготно расположился на чужих бедрах, прикрытых одной лишь простынкой. - И потом, - он достал шпильки из причёски. - Я свое предназначение уже выполнил. Имею полное право делать, что хочу, всю оставшуюся жизнь. И ты не сможешь меня остановить, - улыбнулся лукаво. Серёжа и не заметил, когда у Арсения волосы отросли ниже плеч. Хотелось их мягко перебирать, расчесывать... Заплести ему косичку, с которой он ходил в детстве. Но в данный момент, хотелось, конечно, другого, он просто старался отвлечься от собственных мыслей. - Арс... - он целомудренно поцеловал омегу, будучи не в силах удержаться. - Мне к вечеру обычно проще, а вот утром наоборот... Может быть, придёшь хотя бы в обед? - фантазия уже рисовала все самые непристойные варианты развития событий. - Всё в порядке. Я хочу тебе помочь. Серёжа еле-еле себя останавливал от того, чтобы не повалить его резко на кровать и нависнуть сверху, вжимая в простыни. А потом рукой раздвинуть коленки, наскоро растянуть и войти в податливое тело... Боже... Он сжал ладони в кулаки, сдерживая себя изо всех сил. Арсений потерся о член альфы, распаляя того ещё больше. Принц жалобно проскулил и уткнулся в грудь брюнету под сочувственный вздох того. Тут в голову омеги закралась шальная мысль. Серёжа так часто делал ему приятно во время беременности одним лишь языком... - Хочу доставить тебе удовольствие. Возражения не принимаются, - Арсений быстро спустился к животу принца. - Боже... - Серёжа вцепился в простыни и откинул голову на подушки. Его омега, который, кажется, действительно его, сейчас старательно работал губами. И это нравилось обоим. Мог ли он мечтать о таком? - Арс... Арс... Арс! - альфа кончил на губы мужчине. - Чёрт... Прости-прости-прости, - он тут же осторожно пальцами попытался убрать белесые капли, но в итоге размазал их только сильнее. Арсений лишь улыбнулся, облизнул губы и накинулся на мужа с поцелуями. Бесцеремонно ерзая на чужом уже снова вставшем члене, омега пачкал его собственной смазкой. - Арс, Арсюш... Сюшенька, можно я сам... У меня уже перед глазами всё плывёт... - А говорил, что сдерживаешь себя, - хихикнул мужчина. - Не тогда, когда рядом ты... Так можно? - Можно-мож... Ах! - омега тут же оказался лежащим спиной на кровати. Альфа кусал грудь, живот и параллельно растягивал его. Немного грубовато, торопливо, но Арсений не останавливал, он всё понимал. Он только нежно зарылся в чужие волосы, перебирая их. Серёжа впервые сменил щемящую нежность на быстрый секс без особой заботливости и, в целом, Арсению понравилось. В сбивающемся ритме, в сильных руках, что не давали шевелиться, что-то было... Конечно, вечером альфа сделал попытку извиниться, но его заткнули поцелуем, не желая дослушивать. - Ты знаешь, - они лежали в обнимку, - я бы хотел ещё одного ребёнка... Или даже двух... Ну там через годик-другой... Арсений начал понимать Амира. Как только младенцы чуть-чуть подросли, сразу же захотелось ещё одного ребёнка. Да и появилось какое-то странное чувство безопасности, будто теперь всё точно будет хорошо. - Прости, но я всегда буду против, - альфа, удобно устроившийся на чужом животе, оставил извиняющийся поцелуй. - Я не хочу тебя потерять. А вот Серёжа всё ещё не отошел до конца от пережитого. Он себе не хотел представлять, что такое может повториться. - Ну... Два ребёнка - тоже хорошо, - Арсений его понимал, он не хотел больше видеть слёзы на чужих щеках. - У нас на Руси просто принято рожать по многу... - как бы оправдывался мужчина. - Ага... И кончается это феодальной раздробленностью, я знаю. Омега тихо посмеялся. Может быть через пару лет Серёжа передумает. Куда сейчас торопиться? Вся жизнь ещё впереди.

***

- Арс, опять двойня? - уже Король зашёл в комнату к только что родившему мужу. - Пять... Пять детей... - альфа был готов поверить в какого угодно бога. - Надеюсь, это были твои последние роды... Вторые роды прошли спокойно и быстро. Уже через полчаса Серёжа держал на руках новорождённого омегу. А в третий раз Арсений его даже не разбудил. Почувствовал начавшиеся схватки, дошел до лекарей и сам спокойно родил. - Ну, Сергуль, посмотри на них, какие красивые... - в этот раз всё прошло куда проще. - Такие милые... И заметь, все - омеги. Никакой тебе феодальной раздробленности. "Все - омеги", - эта фраза билась набатом в голове. Это ж их всех замуж выдавать... Альфа тяжело вздохнул, но любяще поцеловал мужа. Лишь бы тот был счастлив, остальное неважно.