Jikook Universe

Чонгук: Знаешь, хён, мне так понравилось твоё «случайное» фото, что я решил тебе тоже отправить Совершенно случайно, конечно же😏 *вложение* Тэхён: (Чонгуку) Чонгук, твою мать, что ты такого отправил Чимину, что он едва не умер у меня на глазах?!👀 Чонгук: Хён? Все в порядке?🥺 Чимин: Да, просто немножко подавился водой Где ты сейчас? Чонгук: У тебя дома Чимин: Я скоро буду Чонгук: А как тебе фото?🥺 Чимин: Издеваешься? Чонгук: Почему? Чимин: Я буквально еду в машине с менеджером и командой и пытаюсь скрыть свой стояк! А дурацкие смешки Тэхёна совсем не помогают😑 Чонгук: Оооу, ну раз так, то я заглажу свою вину, когда ты вернёшься😈       Чимин откладывает телефон и переводит взгляд в окно, чуть сильнее сжимая бёдра от картинок, которые так подло подкидывает сознание. В отражении стекла он видит злорадную улыбку друга и негодующе закатывает глаза, точно зная, что Ким это тоже видит. Тот толкает его острым локтем в бок и многозначительно дёргает бровью. Чимин не удерживает короткого смешка, пряча улыбку за ладонью, и эта лёгкая эмоциональная передышка помогает возбуждению немного спасть, давая шанс не опозориться, вылезая из машины.       Спустя несколько минут он уже почти забывает о том, что дома его ждёт Чонгук, и в каком виде. Тэхён, как часто бывает, несёт какую-то ерунду с умным видом, и они вместе смеются, заставляя менеджера тоже невольно улыбаться.       Но вот на горизонте появляется дом Пака, и он снова начинает нервно ёрзать, мечтая поскорее оказаться рядом со своим парнем. Уже у самой квартиры ему кажется, что все клеточки тела невесомо вибрируют, посылая горячие импульсы к мозгу. Удивительно, сколько бы не прошло времени, Чонгук продолжает вызывать в нём бушующий ураган эмоций.       Входя в коридор, Чимин ощущает всё то же знакомое тянущее чувство в животе, виновник которого прячется где-то в глубине квартиры. Без раздумий следуя сразу в спальню, Пак даже не сомневается, что обнаружит парня там.       Чонгук, видимо, услышавший хлопок входной двери, сидит в подготовленной позе, той же, что на фото, и смотрит так греховно-притягательно, утягивая на глубину своих тёмных, как адские воды, глаз. От этого взгляда у Чимина ноги подкашиваются в желании броситься в омут с головой, утонуть в бездонных озёрах, без шанса на спасение. Он делает несколько шагов вперёд — медленно и плавно, — будто хищник загоняя добычу в угол. Только Чонгук не боится, он такой же опасный и угрожающий, а вместе они — дикое и безумное пламя, поглощающее всё на своём пути и оставляющее после себя лишь серое пепелище.       — Привет, хён, — низко и хрипло шепчет Чонгук, при каждом движении забавно утопая в мягком одеяле, но никому из них не смешно. Никто даже не обращает на это внимания, целиком и полностью поглощённый своими порочными желаниями.       — Ты обещал загладить свою вину, — решая не ходить вокруг да около, Чимин приближается к краю кровати, ни на секунду не отводя взора.       — Конечно, — улыбается одними уголками рта Чон. — Всё, что пожелаешь.       — Сделаешь мне приятно, — не спрашивает, а почти приказывает старший. В этот момент Чонгук внутренне признаёт, что Пак не просто принял правила игры, а уничтожил их, вместо этого диктуя свои. Такой Чимин заводит его до поджатых пальцев на ногах и какого-то первобытного желания стать полезным, угодить.       — Как ты хочешь? — подбираясь ближе к краю, Чон смотрит на Пака, словно на божество, и едва держится, чтобы не упасть ниц, отдаваясь во власть его могущества.       — Ложись на спину и слегка свесь голову с края, — Чимин невесомо оглаживает отросшие волосы младшего, плавно спускаясь к скулам, и легко хлопает его по щеке, принуждая к действию.       Чон быстро принимает нужную позу, приоткрывая рот от открывшейся ему картины: перед самим лицом в нескольких сантиметрах находится чужой пах, о который до зуда хочется потереться; дальше подтянутый пресс, с виднеющейся сквозь полупрозрачную футболку татуировкой, и давящий, словно бетонная плита, взгляд, об остроту которого можно порезаться.       Нервно сглотнув, Чонгук следит за тем, как старший расстёгивает молнию джинс. Собственное возбуждение уже давно даёт о себе знать, болезненно утыкаясь в грубую ткань одежды, но Чон стоически терпит, не позволяя самому себе коснуться, принести облегчение. Ещё рано.       Приспуская боксеры, Чимин одной рукой придерживает свой член, покачивающийся перед чужим лицом, а второй сжимает щёки парня, заставляя выпятить губы. Капелька смазки, выступившая на покрасневшей головке, призывно блестит, и младший с трудом сглатывает скопившуюся слюну, покорно ожидая действий Чимина.       Тот решает не медлить и аккуратно приближается, пачкая красиво очерчённые губы Чонгука предэякулятом. Младший выпускает язык, нахально проводя им по солоноватому кончику, на что Чимин ухмыляется, довольный подобной дерзостью.       Дразнить друг друга долго не получается, и в какой-то момент оба не выдерживают. Чимин убирает руку с чужого лица, тут же врываясь в широко раскрытый рот сразу наполовину. Младший с жадностью принимает каждый сантиметр, лишь изредка закашливаясь, но Чимин сразу даёт ему отдышаться, покидая на несколько секунд тесную узость рта.       Он движется медленно, но резко, периодически меняя темп на быстрый и рваный, оба стонут в унисон, наслаждаясь процессом и его дикой, необузданной энергетикой.       Когда Чимин уже полностью входит, задерживаясь так на пару секунд, то впервые отводит взгляд от чужих мокрых глаз, завороженно следя за тем, как его член выпирает из стенок горла.       — Потрясающе, — словно в бреду шепчет он, осторожно ошупывая пальцами очертания головки.       От благоговеющего тона старшего Чонгук и сам едва не сходит с ума, наконец позволяя себе обхватить собственное возбуждение.       На мгновение застыв, оба срываются на какой-то сумасшедший темп и через несколько минут почти одновременно кончают.       — С ума сойти, — садится, почти падая, на край кровати Пак. — Это было вау… — переводит взгляд на тяжелодышащего младшего и медленно тянется к его губам, стирая вытекающую из уголка каплю семени.       — Надеюсь, теперь я прощён, — хватая воздух ртом, Чон слегка морщится от саднящей челюсти.       — Ещё как, — улыбается Чимин, целуя его в кончик носа. — Принести тебе воды?       — Не откажусь, — открыв глаза, парень ещё немного ластится под нежные прикосновения, а когда Пак уходит на кухню, перекатывается на подушки, счастливо улыбаясь.       Ему слишком нравится провоцировать своего парня