Ты влип, Винчестер

✮✮✮

Снег медленно кружился в воздухе, с нежностью опускаясь на землю, покрывая её лёгким белым слоем. Сегодня выпали долгожданные снежинки, которых было действительно много. Все скорее натянули шарфы с капюшонами, чтобы несчастный ветер не загонял им в лицо снег и от того не становилось оно мокрым. Так и моя любимая Лекси была одета в зимнею, чёрную куртку, окутанная серым шарфом, который я подарил ей несколько дней назад, а на голове виднелась белая шапочка с помпончиком. Она медленно затягивала никотин из своей старой сигареты, скрученной повторно из оставшегося табака; уж я то знаю. Нет, в этом нет ничего милого, но для меня, моего чувственного, корчащегося от чувств желудочка, это является самым, что не на есть, прекрасным; моё сердце замирает и разные его камеры прыгают в перелётах, словно они артисты на сценах. Это пробуждает во мне давно забытые чувства, заброшенные в дальней угол моей памяти, как забывают ключи от дома на тумбочки в коридоре. Всё тяжкое и не преступное выглядит притягательно и просто. Так она выглядит для меня. Её легкое движение руки, когда она подкидывает свою зажигалку, кажется чем-то божественным и завораживающим. В этом я вижу для себя совершенство, и я снова ей восхищаюсь. Она поворачивает голову на меня, внимательно осматривая мой черный костюм в котором я выбежал на улицу в спешке(многие, кстати, смотрели на меня, как на сумашедшего. Правда, кто выбежит в мороз в обычном классическом костюме?!), слегка выгибает бровь и ухмыляется. — Тебе не холодно? — Движения губ плавные, голос чуть охрипший, наверное после простуды, в нём слышатся лёгкие нотки насмешки и вновь внимательный взгляд. — Нет. — Вру я, прекрасно зная, что она мне не верит. Возможно потому что видно, что я весь трясусь и скорее всего скоро грохнусь от холода. Мои пальцы давно онемели, горя и покраснев, ноги еле держат, а голова начинает ходить ходуном, иногда темнея в глазах. Но я продолжаю стоять, не смея сдвинуться. Последнее что я себе позволю — это убежать. — Да ладно? Может тогда подойдёшь ко мне? Или будешь стоять в стороне, ммм? — Она чуть склоняет голову в бок, как бы показывая, что ждёт моих действий. Я сглатываю тугой ком в горле, резко сворачиваясь от острого кашла на пополам. Ощущения примерно такие: я проглатываю острую кость покрытую маленькими шипами, которые царапают мои гортань медленно, но уверенно, преграждая путь к воздуху. Я жадно втягиваю кислород, беря себя в руки, уверенно направляясь к девушке, которая заливается громким смехом. — Видел бы ты себя, — Хохочет она, театрально смахивая ненастоящую слезу с глаза. — Зато серьёзным до этого выглядил. Колко подмечает она, наконец-то переставая смеяться, и теперь расслабленно с улыбкой на лице смотрит на меня. Я подхожу к ней, ласково смотря на её чудесное лицо с надеждой. — Сэм, ты такой очевидный, — Усмехается Лекси, хватая мою промёрзшую руку, накрывая мои губы своими. Поцелуй выходит тягучим и нежным, мы неспеша исследуем рты друг друга. Я ласкаю чувственное нёбо, сталкиваясь с её языком, который яростно пытается забрать главенство, пробраться в мой рот, видимо решив, что пора кончать с осторожностью. Из нежности мы превращаем наш поцелуй в нечто страстное и необъятное. Губы покусываются, я начинаю дышать учащённо из-за сковывающего чувства мерзлоты, но прерывать этот момент никто из нас не хочет. Мы просто хотим забыться в этом мимолетном забвение. Мы целовались ещё долго; жадно, будто бы мы вновь никогда не увидимся. Нас это устраивало, ну или только меня, тут я уже не знаю. Но что хочу сказать, что тот день стал для меня переломным моментом. Я понял, что без неё я уже не смогу снова стать тем, кем я сейчас являюсь. Я запомнил её в тот день отчётливо и ясно. Ты влип, Винчестер.