Сквозь пелену дыма

Медленными шагами Света сошла с перрона. Ей казалось даже странным, что на эту станцию ещё ходят поезда и электрички. Оглядевшись, ее ноги будто приросли. Такая до боли знакомая местность, от которой сжимается сердце. Даже несмотря на то, что она уже взрослая, реакция, как у неокрепшего подростка. Вдох. Выдох. — Соберись, Токарова, уже прошло 10 лет, — пробубнила девушка себе под нос. Для нее было вполне обыденным говорить самой с собой. Свете было уже 26 лет и пора бы взрослеть и стереть это место из ее памяти, которое въелось намертво и уничтожило все ее эмоции. Тот день навсегда убил у нее желание жизнь. Она до сих пор не оправилась, ноги пошатываются от воспоминаний и дышать больше невозможно. Все эти лечебницы и психиатры просто вымывали из нее денег, никто ей не смог помочь. Почему она до сих пор не желает ни с кем знакомиться? Из-за клятвы, совершенной в подростковые годы? Глупо… Она хочет раз и навсегда покончить со своими проблемами, поэтому делает шаг вперёд, а потом ещё и ещё. Кажется только в этом месте Токарова сможет отпустить и проработать эти воспоминания, которые не дают ей спать каждый день. Никто ей не поможет, кроме нее самой. Но тело не слушается, оно понимает, где находится, поэтому содрогается все сильнее с каждым сделанным шагом. Токарова подходит к воротам. Они уже не кажутся такими большими, как казались ей 10 лет назад. Сейчас с них слезла краска и пошарпалось название. Она с ностальгией рассматривала до боли знакомый вход на территорию лагеря, она знала абсолютно каждый винтик на этих воротах. Девушка неуверенно протянула пальцы к прутьям, затем более уверенно. Она повторяла каждый изгиб железа кончиками пальцев, словно загипнотизированная. Пора. Она сделала шаг внутрь. Теперь ворота с надписью «Детский Лагерь #11» оказались позади.

***

Крики радостных детей, визги, строгие голоса родителей и палящее солнце смешалось в одну картину. Токарова, жмурясь от света, подошла к воротам, где уже стояли толпы детей и подростков. Наступило лето, а это значит пора лагерей и веселья. Света, как и каждый год, поехала в лагерь, именно здесь родители не смогут контролировать буйный характер 16летнего подростка. Токарова была очень вдохновлена, она почему-то чувствовала, что эта смена будет особенной. Возможно потому что ей теперь шестнадцать? Все это неважно, ведь коротко стриженная знает, что оторвётся в эти месяца по полной. Потихоньку стало подтягиваться больше подростков, собираясь в круги знакомых. Родители давали напутствие детям помладше и уходили, оставляя тех стоять с большими чемоданами вещей. Света была в этом лагере во 2 раз, поэтому ждала знакомых с прошлой смены. Она было уже стала нервничать, что никто не приедет, а хотя все обещали. Стали подтягиваться вожатые и собирать свои отряды напротив входных ворот, пока что никого на территорию не пускали. — Токарова, ты чтоль? — Послышалось сзади. Света обернулась и расплылась в благодарной улыбке, к ней подтягивались две знакомые девушки. — Саня, Ворон, блять, я думала, что останусь одна на этой смене, — Токарова подошла к девушкам и крепко обняла каждую из них по очереди, похлопывая по спине. — Сильнейшие возвращаются. Конечно, в этом году не полным комплектом, но может новых кентов встретим, — ответила якутка. — Эта смена будет самой охуительной, мы наконец доросли до первого отряда. Быть старшаками круто, — поддержала другая. До огласки отрядов оставалось пару минут. Уже все, кроме опаздывающих, были в сборе. Вожатые с флажками располагались вдоль забора. Наконец всех впустили внутрь на территорию. Дети ринулись вперёд наперегонки, а подростки плелись следом. Территория лагеря была большой. Слева стоял главный дом с комнатой отдыха на первом и спальнями на последующих этажах. Рядом с главным домом были точно такие же, но поменьше, где жили вожатые и другой персонал. Также в подобных домиках проходили различные развлечения для детей, вроде мастер-классов. По центру территории находилось большее современное белое здание — столовая. А перед ней была деревянная платформа, которая по задумке должна походить на сцену. Здесь каждую неделю проводили излюбленные так Светой дискотеки. Во время этих мероприятий за ними практически никто не следил и можно было оторваться, как следует. Вся территория была усажена деревьями, и, казалось, что они находились в лесу. Справа от всех предыдущих зданий было большое футбольное поле, рядом спортивная площадка, а также сетка для волейбола. Все, что нужно для развлечений. Также, в жаркие дни было разрешено купаться в местном озере, но только полным отрядом под присмотром целой команды вожатых. Наконец Токарова со своей компанией доплелись до сцены, где уже стоял директор лагеря, а также спонсор, который обеспечивал это место деньгами. Девушка огляделась, в поисках знакомых лиц, пока на сцене не заговорили. — Дорогие посетители нашего лагеря, добро пожаловать на юбилейную 75 смену! Наш лагерь пережил большое количество времени и ещё долго пробудет. Я уверена, что это смена станет только началом. Прямо сейчас мы огласим списки с фамилиями всех отрядов, а также ваши номера комнат! — Прорезалось из микрофона. — Она может быстрее или что? — Девушка со стрижкой ёжика нетерпеливо переминалась с ноги на ногу. — Разве не всем все равно? — Молчи, Филина, сейчас будут озвучивать, — перебила ее якутка. Далее директор начал озвучивать фамилии и отряды самых младших, чтобы поскорее отпустить детей. На дворе лагеря остались подростки и, наконец, очередь дошла до первого и второго отряда. — Первый и второй отряд заселяются на последнем четвертом этаже, — все стоящие подростки заныли. Четвертый этаж никому не нравился, с него было сложнее всего сбегать ночью на улицу, поэтому самых старших подростков специально селили туда. — Комната под номером 60, девочки, Новикова, Филина, Макарова Оелана… — директор стала листать бумажки дальше. — Это все? Всмысле, а я? Меня заселять в другую комнату будут? — Вдруг начала говорить Токарова. — Не боись, если что обменяем тебя местами с нашей третьей соседкой, — поддержала Оелана девушку, в то время, как директор продолжала перечислять комнаты. Большой четырёхэтажный деревянный дом состоял из 2 корпусов: мужского и женского. Корпус для девочек был самый удобный, их окна выходили на лес и сбежать было гораздо легче. Окна мальчиков выходили на дома вожатых, поэтому парни специально знакомились с девчонками, чтобы сбегать через их корпус. Но вряд-ли можно будет вылезти из окна 4 этажа, по крайнем мере обратным путем залезть наверх не получится… — Последняя женская комната под номером 69, Такарова и Семина Мария… На этом с девочками все, пожалуйста не уходите и дождитесь оглашения ваших вожатых. Глаза Светы полезли на лоб, от услышанного. Семина знакома ей ещё с прошлой смены, девчонка неплохая, но Токарова не сдружилась с ней, уж слишком та правильная. — Это пиздец. Как я буду жить с Машей? Она же не позволит мне уходить ночью из комнаты, да и вас пускать не будет? — Токарова схватилась за голову. — Реально, пиздец. Ещё и за 9 комнат заселили тебя… В тот момент в подростковой голове девушки уже вся смена была испорчена, надежда только на нормального вожатого, который сможет переселить ее. — Внимание, девочки и мальчики первого отряда, у вас будет 2 вожатых, чтобы справиться с вами со всеми. Владимир Иванович и наша новая вожатая Мария. — Владимир Иванович, о боже… — Хором заныли девушки. Этот мужчина с кудряшками запомнился им ещё с прошлой смены. Такого нюха и интуиции они ещё не встречали ни у кого. Ещё больше раздражало, что другие девушки любили его за кудряшки, но ни как не компания Светы. Из-за сцены показался Нюхач, именно так девушки прозвали Владимира Ивановича, и новая вожатая. Другие девушки из первого отряда в коротких юбках сразу подлетели к вожатому с глупыми вопросами. Для них главное, что Нюхач ответил им и мило улыбнулся. — Девахи, смотрите на новую вожатую, — начала тыкать пальцем Филина. — Опа, молодая, можно договориться, — расплылась в улыбке Макарова. Токарова проследила за взглядами подруг и обнаружила рядом с Нюхачом новую вожатую. Света хмыкнула, рассматривая девушку. На ней была кепка и короткие волосы под каре. Токарова подметила симпатичное личико с большими карими глазами, отчего сразу постаралась выгнать подобные мысли. Она уж никак не собиралась вновь завидовать красивых и ухоженным девушкам. — Ну такая себе она… — Прокомментировала Токарова.